ПРОСТЯТ ЛИ ЕВРЕЯМ ОСВЕНЦИМ?

В. Вольский

Кого обидишь – того и ненавидишь!

За что ненавидят евреев?

Горы книг написаны на эту тему, целые леса сведены, цистерны чернил пролиты в попытках найти ответ на этот извечный вопрос.

Он был темой недавнего выступления в Иерусалиме писателя Говарда Джейкобсона (HowardJacobson), лауреата Букеровской премии за 2010 год. Естественно, однозначного объяснения такого сложнейшего феномена, как антисемитизм, не существует. Но Джейкобсон предложил частичный ответ, в основу которого положено давнее наблюдение: все мы испытываем психологическую потребность мстить объектам наших преследований и выставлять себя пострадавшими.

Об этом писал еще древнеримский историк Тацит: «Нам присуще ненавидеть того, кому мы причинили горе». Или, как гласит русская пословица, кого обидишь – того и ненавидишь. Мы ненавидим жертв нашей ненависти ради того, чтобы оправдать в наших собственных глазах причиненное им зло. Из этого следует, что тех, кто пострадал от нас в наибольшей степени, мы ненавидим особенно страстно и шельмуем с особым остервенением.

И кого же можно в первую очередь отнести к этой категории? Жертв Холокоста, разумеется.

Освенцим бередит совесть человечества, и уже за это нет евреям прощения. Зачем они причиняют ни в чем не повинным людям нравственные муки? Неужели нельзя в конце концов оставить нас в покое?! Освенцим, Холокост, еврей, наконец, – все эти слова сами по себе напоминают о неоплатном долге человечества, а люди терпеть не могут тех, кому должны, и инстинктивно стремятся облегчить свою совесть, вытесняя в подсознание память о своих прегрешениях. Если же забыть не удается, они мстят его источнику – евреям.

Те, кто отрицает сам факт Холокоста в любой его форме, следуют той же логике. Дескать, евреи сочинили грандиозную ложь о гибели шести миллионов своих соплеменников и навязали ее доверчивому миру. Холокоста никогда не было, но если бы он случился на самом деле, евреи получили бы по заслугам. Своей ложью о шести миллионах своих якобы уничтоженных соплеменников евреи лишь усугубили то зло, которое они причинили человечеству.

А если кто еще сомневается в справедливости самой идеи Холокоста (не будем забывать: его никогда не было, хотя евреи его полностью заслуживали), достаточно посмотреть, как цинично они пользуются своей ложью. Евреи эксплуатируют миф Холокоста в стремлении внушить человечеству чувство вины и воспользоваться им в своих низменных политических и финансовых целях. Разве это не доказательство того, что они полностью заслуживали самого сурового наказания вплоть до Холокоста? Хотя (сколько можно повторять!) его никогда не было, это все измышления коварных евреев, которые умело орудуют оружием слабых – страданиями, вызывающими сострадание.

Куда бедному еврею податься? Был Холокост – евреи виноваты, не было Холокоста – тем более. Освенцима евреям никогда не простят!

И какой же вывод можно из этого сделать? Может, следует затаиться, замолкнуть, сжаться, чтобы стать как можно незаметнее – авось забудут про их существование!

Увы, уже пробовали в Средние века, прятались (не по своей воле, разумеется) за глухими стенами гетто. И что, помогло? Обособленность евреев лишь приводила в исступление окружающих. Не хотят с нами знаться, гады, лучше других себя мнят!

Наступили более либеральные времена, вышли евреи из гетто, попробовали раствориться в обществе, прониклись пламенным патриотизмом титульных наций, придумали реформистский иудаизм, фактически отказавшись от веры отцов.

И каков же был результат? Проклятия, преследования и погромы. А в Германии для «немцев моисеева закона» – нюрнбергские законы и печи Освенцима.

Ханна Арендт считает, что антисемитизм порождается не только ненавистью к иноверцам и чужакам, не только завистью к успеху и страхом перед конкуренцией, но также в немалой степени именно слабостью евреев, их очевидной беззащитностью.

Как кровь в воде приводит в остервенение акул, так и уверенность в том, что жертва не будет сопротивляться, лишь распаляет низменные инстинкты черни, которой приятно тешиться сознанием того, что есть в мире кто-то, кто оттеснен на еще более низкую ступень социальной иерархии. А у сильных мира сего беззащитность вызывает только презрение – и хорошо еще, если жалостливое, а не враждебно-брезгливое.

По теории Арендт, единственной защитой евреев на протяжении веков были монархии. нуждавшиеся в евреях как в банкирах, а когда наступил век демократии и монархии захирели, нужда в евреях отпала, и они остались голыми и беззащитными на юру, открытом всем ветрам антисемитизма. В результате в наш просвещенный век уязвимость евреев не только не снизилась, но наоборот – даже возросла.

Древние евреи придумали козла отпущения: они символически перегружали свои грехи на беззащитное животное, выгоняли его в пустыню на погибель и тем самым очищали свою совесть. И по иронии судьбы стали жертвами своей собственной идеи. Что бы ни случилось – во всем виноваты евреи.

Евреи породили Иисуса Христа, дали миру христианскую религию – и были провозглашены «врагами Христа и человечества».

Немецкие евреи храбро воевали в Первую мировую войну, направив в армию непропорциональное количество воинов и заслужив непропорциональное количество боевых наград – и были провозглашены предателями, всадившими Германии нож в спину.

Еврей Вальтер Ратенау во время войны ценой героических усилий спас от гибели экономику Германии – и был убит как предатель немецким националистом.

Русские антисемиты, демонстрируя торжество оруэлловского двоемыслия, обвиняют евреев в том, что во-первых, они сделали революцию, а во-вторых, что они ее предали.

Куда ни кинь – всюду клин!

Существует теория о том, что истинная, глубинная вина евреев перед человечеством заключается в том, что они придумали мораль, навязали миру Десять Заповедей, сковали необузданные дикарские порывы цепями нравственных устоев, и именно этого им не могут простить.

Фрейд подметил, что антисемитизм особенно силен в тех странах Европы, которые в числе последних приняли христианство, и высказал предположение, что в глубинах своего подсознания эти народы по сей день не избавились от ностальгии по примитивной вере своих предков-язычников. «Их ненависть к евреям, – писал он, – по сути является ненавистью к христианству».

Поднимает еврей высоко голову – дерзкий наглец! Склоняет скорбно главу, посыпает ее пеплом – лицемер, коварный лжец!

Если Израиль безропотно отдаст каждую пять земли, на которую претендуют палестинцы, если каждый богатый еврей раздаст все свое состояние и пустит по миру себя и свою семью, это ничего не изменит: еврей слишком ценный объект ненависти, чтобы позволить ему уйти в тень. Наоборот, ненависть к нему только усилится – вон сколько денег награбил, мерзавец, раз он сыплет ими направо и налево; раз раздает свое состояние, значит, его мучает совесть. Какие еще черные дела он скрывает? Ату его!

Бессмысленность попыток евреев приспособиться и спрятаться от гонителей вскрыл еще монах-доминиканец Томас Торквемада (1420-1498). После того, как в 1492 году евреи были королевским указом изгнаны из Испании, оставшиеся, чтобы спастись, были вынуждены креститься, их называли «марранами» (свиньи по-испански).

Но великий инквизитор Торквемада, страстно ненавидевший евреев за то, что в его жилах текла еврейская кровь и в детстве сверстники травили его как еврея, придумал непогрешимый метод разоблачения «лжехристиан»: если марран не проявляет достаточного рвения в католической вере, это признак того, что он продолжает втайне исповедовать религию своих отцов – в подвалы инквизиции его! Если же крещеный иудей отличается особым пылом в новой вере, это неопровержимо свидетельствует о том, что он втирает очки окружающим и притворяется истовым католиком, на самом деле оставаясь тайным иудеем, – на костер его!

Куда податься?!

И пусть евреи не обманывают себя, что, дескать, просвещение поведет к исчезновению антисемитизма. Привело ли просвещение к смягчению нравов, как грезили прекраснодушные мечтатели? Увы, суровая реальность опрокинула их наивные предположения. Под ударами просвещения «Бог умер», провозгласил Ницше. Лопнула важнейшая скрепа страха перед перспективой адских мук в мире ином, хотя бы отчасти удерживавшая общество на тропе добродетели.

Освобожденный от угрозы загробного возмездия за свои грехи, человек дал полную волю своим темным инстинктам. Случайно ли просвещенный XX век ознаменовался неслыханными в истории массовыми зверствами, причем в первую очередь в самой культурной стране мира – Германии?

Ничто не поможет евреям умилостивить антисемитов. Сколько бы они ни пытались улучшить свой имидж пиаровскими кампаниями, сколько бы ни старались держать голову ниже бруствера, не высовываться, вести себя «скромнее», как надменно рекомендовал евреям их кумир Франклин Рузвельт, сколько бы они ни каялись – ничто евреям не поможет.

Тем более что антисемитизм придумал фиговый листок в свое оправдание – ненависть и презрение к Израилю. Мы, мол, не антисемиты, мы лишь клеймим Израиль за его преступления против палестинского народа, заверяют друг друга юдофобы.

Любопытно посмотреть, где гнездится антисемитизм. Профессор Технического университета в Берлине Моника Шварц-Фризель изучила громадную антисемитскую почту – 14 000 писем, электронных посланий и факсов, полученных за 10 лет Центральным советом евреев в Германии и посольством Израиля в Берлине. В интервью, напечатанном израильской газетой «Гаарец», автор исследования поведала, что, приступая к работе, она была совершенно уверена, что львиная доля антисемитских излияний придется на долю правых экстремистов.

Каково же было ее изумление, когда оказалось, что все совсем не так. Нет, среди авторов антисемитских посланий правые экстремисты фигурировали – целых 3%, но подавляющее большинство выражений ненависти к евреям – 60% – поступало от представителей образованных кругов и интеллигентных профессий: профессоров, остепененных ученых, юристов, священников и пасторов, студентов и школьников старших классов.

Более того, профессор Шварц-Фризель к своему удивлению установила, что юдофобские писания немецких охотнорядцев по содержанию мало чем отличались от аналогичных произведений утонченных интеллигентов: и тут и там пером водила зоологическая, иррациональная, не признающая никакой логики ненависть. Ну разве что у образованных антисемитов стиль поизящней и словарь побогаче, а в остальном – никакой разницы.

И хотя авторы всей этой корреспонденции поносили Израиль и его политику в отношении палестинцев, это был не более чем предлог: из-под неряшливо напяленной маски борцов за поруганные права палестинского народа явственно просматривалось свиное рыло заскорузлого векового антисемитизма.

Вот несколько достаточно красноречивых выдержек из этих корреспонденций:

«Позволительно спросить, разве не укладывается убийство ни в чем не повинных детей в вашу давнюю традицию?»

«В течение последних 2000 лет вы занимались тем, что крали чужую землю и совершали акты геноцида».

«Вы, израильтяне… сбрасываете кассетные бомбы на густонаселенные местности, а тех, кто критикует подобные действия, обвиняете в антисемитизме. Как это типично для евреев!»

То есть, если верить во все эти старые антисемитские бредни, совсем нетрудно проникнуться убеждением в том, что Израиль совершает все преступления, которые приписывают ему антисемиты. Они просто переносят на еврейское государство все злодейские инстинкты, которые, с их точки зрения, органически присущи евреям, и никакие аргументы не убедят их в том, что, скажем, для приготовления пасхальной мацы евреям совсем не нужно замешивать тесто на крови христианских младенцев.

Профессор Шварц-Фризель разоблачила еще один стойкий миф об антисемитизме: будто он возникает в первую очередь на дне общества, среди подонков, а интеллигенция его якобы чурается, дабы не унижать себя проявлениями столь низменных эмоций. «На самом деле история ясно свидетельствует, что испокон веков вспышки ненависти к евреям никогда не были порождением улицы, а всегда возникали в образованной среде – в произведениях церковных писателей, поэтов, романистов, сказочников», – пишет автор исследования.

Когда заходит речь о евреях, высоколобым антисемитам отказывает чувство элементарной логики, они с готовностью подхватывают самые дикие измышления, состряпанные ими же на потребу своим темным и необразованным единомышленникам. Антисемиты верят в то, во что им хочется верить, а вера, как известно, разуму не подвластна.

И совсем не случайно, что сегодня в качестве особо питательного бульона для размножения вируса антисемитизма выступают студенческие кампусы, чьи обитатели, кичащиеся своей образованностью и независимостью мышления, с готовностью лопают юдофобскую лапшу, которую им в изобилии вешают на уши их профессора – сеятели разумного, доброго, вечного.

И нечего возлагать вину за разгул антисемитизма в Европе на самих израильтян. Не стоит обвинять их в том, что, мол, неумело ведут пропагандистскую кампанию, позволяют палестинцам безнаказанно шельмовать себя.

Как так может быть, недоуменно пожимают плечами друзья Израиля (да, представьте, у Израиля есть и друзья)? Среди выдающихся мастеров рекламы – такое множество евреев, и тем не менее они никак не могут придумать достойного ответа на неуклюжие, шитые белыми нитками клеветнические измышления палестинских пропагандистов?

Не надо себя обманывать, никакая реклама тут не поможет.

Изощренные, культурные европейцы столь же охотно подхватывают топорную палестинскую пропаганду, как их темные средневековые пращуры верили в том, что евреи отравляют воду в колодцах, «холеру пущают» и убивают христианских младенцев. Они верят в это не потому, что израильтяне не приводят достаточно убедительных доводов нелепости наветов, а потому что хотят верить в виновность Израиля. Вот и весь секрет «эффективности» палестинского пиара.

Ничто их не разубедит, никакой Холокост их не пристыдит. Наоборот, как установила во всемирном опросе Антидиффамационная лига, антисемитизм в Европе особенно силен в тех странах, где на протяжении веков евреи подвергались особенно сильным гонениям и которые по идее должны были бы наиболее остро ощущать свою вину. В Австрии 28% населения признались в недобрых чувствах по отношению к евреям, в Германии – 27%, в Испании – 29%, во Франции – 37%.

Словом, хотят того евреи или не хотят, им некуда деваться, кроме как полагаться на самих себя перед лицом враждебного мира.

Единственный выход для них – распроститься с иллюзиями, прекратить заигрывания с антисемитами и заняться укреплением обороноспособности Израиля.

Как и предсказывал Зеев (Владимир) Жаботинский, в конечном счете это единственный гарант безопасности евреев, единственный оплот выживания нации.

И главное – нужно осознать, что все попытки убедить общество в нелепости антисемитизма обречены на провал. Ничто не поможет, хоть тресни.

А потому не стоит попусту тратить время и энергию на бесплодные, заведомо обреченные на провал попытки снискать благосклонность юдофобов. Уж если Холокост не помог, на что еще можно надеяться?

Хуже того, по большому счету гибель шести миллионов лишь усугубила вину евреев перед человечеством.

Освеницима оно им никогда не простит!!!