В давние-давние времена в далеких-далеких землях раскинулась великая страна Рашания. 

Было в этой великой и огромной стране две столицы: Южная - Моссад  и Северная - Мекленбург. 

И служил в Мекленбурге лейтенант Безопасности Дорогин. 



Был он не лишен талантов и способностей, но в одном он был истинно талантлив - он был ГЕНИАЛЬНЫМ вербовщиком. 

Он легко вербовал самых трудных объектов. И однажды завербовал он священника-пастора Алекса. 

На чем он его «вербанул» - на противоестественных склонностях или, наоборот, на естественных, история  о том умалчивает. 

Но взялся Алекс сотрудничать с Дорогиным и весьма преуспел в этом. А Дорогин, продвигал пастора Алекса, как продвигал всех завербованных.



Шли годы...



Стал лейтенант Дорогин полковником, уволился в запас, стал трудиться в Мекленбургской губернской управе. 

Потом переехал в Моссад и стал трудиться у самого "Панимашь" Короля. 

Пастор же, с поддержкой Дорогина, вырос не слабо, и стал самым главным рашенским папой.

 

АХ, КАК МУДРО ВЕРБОВАТЬ СЛУЖИТЕЛЕЙ КУЛЬТА!

АХ, КАК ХОРОШО, КОГДА СРЕДИ ЗАВЕРБОВАННЫХ ВАМИ, ЕСТЬ СЛУЖИТЕЛИ КУЛЬТА!

 

Тайны, рассказанные на исповеди, пороки, грешки и слабости окормляемых – обо всем знает мудрый вербовщик. 

Короля «Понимашь» трезвым видели всего дважды.  

Один раз, когда он на броневике катался, во время переворота, который привел его к власти, а второй раз - под капельницей, когда он интервью давал, о том что «Врачи, уроды!», отказались в капельницу налить веселящий напиток «свинотку», столь любимую «Понимашь» Королем. 



И допился «Понимашь» Король до белой горячки и заявил, что хочет отдать корону и скипетр достойному преемнику.

«Рашенцы!» - сказал «Понимашь» Король, - «Оставляю вас, бараны! Повинуйтесь преемнику же, которого назначу я вам!». 

И пока усталый Король отпивался «свиноткой», вызвал Дорогин к себе рашенского папу Алекса и говорит: 

«Слышь ты, папа рашенский, я тебя для чего наверх поднял? 

Чтобы ты как африканский рэпер в золоте с ног до головы бегал? 



Для того чтобы ты склонностям своим предавался? 

Чтобы брюхо наедал еще большее, чем уже наел? 

Нееет, Алекс, я тебя для того продвинул, чтобы ты, должник мой, помог мне. Король наш, как и все «синяки», суеверный до жути, потому тебя и слушает.  



А ты давай-ка скажи ему, что священные книги требуют, чтобы преемником его стал Я! 

И из книг своих священных цитатки подбери верные, ясно?». 

«Власти хочешь, Дорогин?» - спросил папа Алекс, впервые показалось ему, что слабость он у Дорогина увидел. 

«Нет,- покачал головой Дорогин, - не только и не столько. 

Просто Король, в пьяном маразме, назначит преемником либо Уральского Бандита, либо Кудрявого Немца, либо Рыжего Лиса. 

А мне, полковнику, офицерская гордость претит подчиняться Уральской Банде, Нижегородской шпане или заокеанским наемникам, и Гусю с Березой кланяться. 

Так что вперед, папа Алекс, ДЕЛАЙ МЕНЯ КОРОЛЕМ!!». 



«А мне Рыжий Лис уже денег дал, - покачал головой рашенский папа, - а Кудрявый Немец, храм обещал выстроить и весь пол золотом устлать! А Гусь с Березой, хоть и иноверцы пообещали весь народ рашенский обаранить и ко мне пригнать! 

А ты Дорогин, что мне посулишь?». 

«А я тебе, папа, посулю жизнь спокойную, пока не помрешь, без позора и проблем и от тех, кого ты «сливал» мне.

Не забыл? А папа? Или напомнить? А то давай, позвоним, например, Кошмарину, чьи исповеди криминальные, ты сливал мне, а? Он тебе ножом на спине слово «Стукач» вырежет! Тааак, где тут его телефончик...». 

«Стой-стой-стой, Дорогин!» - завопил папа рашенский. 

«Не вздумай! Ты же свою агентуру не сдаешь?!». 



«А не поможешь мне, ты больше не моя агентура! Отдам на съеденье! Иди, работай!». 

И пришел рашенский папа к «Понимашь» Королю и говорит: «Король! Преемник твой должен быть из Мекленбурга!». 

«С какого …? - поинтересовался Король, там одни занудные интеллигенты. И «свинотку» почти не хлебают, и веселиться не  умеюткак следует». 



«Так говорят священные книги», - сообщил рашенский папа.

«Ааааа, ну тогда ладно! Кто у нас там из Мекленбурга? Рыжий Лис, Степа Зайчишин», - еще нескольких помянул Король, «И этот, как там его, Дорогин!». Занервничал папа рашенский, и говорит:  «Мне во сне явился священный баран, и сказал, что твой преемник должен быть из безопасности».  

«Ну, тогда точно, Степа Зайчишин»,- сказал Король. 

«Неееееет! - закричал папа рашенский, понимая, что ему устроит Дорогин,- «мне тут привиделся священный праведный угодник - козел, так он сказал, что должен преемник заниматься борьбой и на лыжах бегать. 

«Вот задача... - удивился Король,- да у нас таких-то и нету...». 



«Есть, Есть!!! - закричал папа, - ДОРОГИН!!!». 

«Так и быть, - сказал Король, - пущай будет Дорогин. А ну, принесите свинотки!». 

Так одел полковник запаса Дорогин на голову корону. 

 

АХ, КАК МУДРО ВЕРБОВАТЬ СЛУЖИТЕЛЕЙ КУЛЬТА!

АХ, КАК ХОРОШО, КОГДА СРЕДИ ЗАВЕРБОВАННЫХ ВАМИ, ЕСТЬ СЛУЖИТЕЛИ КУЛЬТА!

Валад Шлахтер