Источник МайклДжексон.ру

Хореограф Винсент Патерсон всегда с теплотой вспоминает годы работы с Майклом Джексоном и отзывается с большим уважением о своем коллеге и друге. Патерсон начал работать с Майклом как танцор в видеоклипах «Beat It» и «Thriller», а позже ставил танцы во многих его музыкальных видео, включая «Smooth Criminal», «The Way You Make Me Feel», «Black Or White» и «Blood On the Dance Floor».

«Beat It»

Кажется, я впервые по-настоящему узнал об альбоме Thriller, когда увидел программу Motown Special с Майклом Джексоном. Честно, я не очень-то увлекался Джексоном до этого выступления, но когда увидел его, то совершенно потерял голову. Я никогда не видел, чтобы кто-либо так танцевал, кипел такой мощной энергией, обладал такой силой, таким самоконтролем и двигался так, чтобы движения захватывали даже с экрана. Ничего подобного не видел с времен Фреда Астера. Я не думал, что такое возможно повторить. Когда я увидел, как молодой парень делает такие вещи в манере, очень близкой мне, я буквально влюбился в него. А затем я «распробовал» басовую партию в «Billie Jean». Едва эту песню стали крутить по радио, ее уже невозможно было забыть. Думаю, когда мы слышим эти звуки, то сразу переносимся в те времена, и образ Майкла, танцующего в той телепрограмме, снова оживает перед нами.

В начале 80-х гг. я переехал в Голливуд. Я хотел стать танцором и потихоньку продвигался к мечте. Я только что вернулся с мировых гастролей с Ширли Маклейн и был знаком с хореографом, который занимался проектами Майкла Джексона. Его звали Майкл Питерс. Я был одним из его лучших учеников и помогал ему вести танцевальные классы. Питерс тогда не признавал любимчиков, поэтому проводил для всех конкурсный отбор. Я претендовал на место одного из танцоров, которые будут задействованы в видео «Beat It». В Лос-Анджелесе я был новичком и до этого занимался актерским мастерством, а танцевать начал относительно поздно — в 24 года. И вот я пришел на отбор. Я слышал, что сюжет клипа как-то связан с уличными бандами, поэтому отрастил щетину, нацепил на ухо фальшивую серьгу, прилизал гелем волосы и оделся в уличную одежду, как тогда носили… Я зашел в зал, где проходил отбор, — а там толпа людей в ярких танцевальных трико. И думаю, я моментально выделился на их фоне. Майкл Джексон тоже был в том зале вместе с Питерсом. После моего выступления Майкл сразу сказал: «Мне нужен этот парень! Мне нужен этот парень!» Думаю, его выбор во многом был обусловлен тем, что я пришел на прослушивание, уже вжившись в роль. В итоге и для Питерса, и для Джексона было куда проще рассмотреть во мне нужного им персонажа.

Я не знаю, был ли уже написан весь сценарий к тому моменту. Питерс просто набирал группу танцоров, а роли распределял по ходу их утверждения. Выяснилось, что Питерс решил и сам поучаствовать в видеоклипе. Он сказал мне: «Почему бы тебе не сыграть моего соперника? Я разделю парней на две банды… конкурирующие банды. Ты возглавишь одну, а я — другую». И так я оказался главарем белой банды, участником «танца на ножах» — назовите как угодно. И это действительно изменило всю мою танцевальную карьеру. С того момента меня заметил весь мир, и на какое-то время я даже стал звездой. Это было так интересно… Мы с Питерсом (он был моим лучшим другом) ходили по городу, в Лос-Анджелесе, Голливуде или Нью-Йорке, и люди подходили к нам и просили автографы. Такого с танцорами никогда не случалось! Может быть, теперь все иначе, но в то время танец был новой формой искусства, и видеоклипы тоже были новой формой искусства. Так что для нас это была большая честь и большое удовольствие.

Майкл Джексон был очень, очень застенчив, он был интровертом. На отборе я просто поздоровался с ним; он сидел тихо и ни с кем не разговаривал. Когда я получил роль, и Питерс начал работать с Джексоном, к ним подключился я вместе с другой ассистенткой Питерса, Фрэнсис Морган. Мы работали с Майклом в одном помещении. Это было здорово! Он был таким милым и вежливым, но все равно тихим, мягким человеком. Однако ему нравилось смеяться и разыгрывать людей. Думаю, он чувствовал себя более комфортно, находясь в небольшом зале, где мы были вчетвером, поскольку там он мог побыть собой. Мне кажется, он тоже был слегка ошеломлен всем, что с ним происходило в то время. Он ведь стал мегазвездой практически в один момент, внезапно. Да, он был солистом Jackson 5, но потом он вдруг стал «Майклом Джексоном».

«Thriller»

Танцевать в видео «Thriller»- это былфеноменальный опыт благодаря необычному сюжету этого видеоклипа. В то время мы били рекорды с каждым выходящим видеоклипом. Теперь людям уже сложно в это поверить. Это было грандиозно! Времена были такие: я помню, еще ребенком видел кругом рекламу фильма «Бен-Гур», и это был единственный фильм, вышедший за месяц или два. То же самое было и с музыкальными видео. Каждое из них становилось историческим событием в музыке, звукозаписи и сценическом искусстве.

С видео «Thriller» все было несколько иначе, чем с «Beat It». Майкл Питерс снова работал хореографом в этом проекте, а режиссером стал Джон Лэндис. Но вместо того, чтобы проводить обычный отбор, Питерс пригласил многих из танцоров, участвовавших в предыдущем видео, а также танцоров, с которыми он уже когда-то работал. Мы были в восторге! Нас уже воодушевил успех Майкла Джексона с видео «Beat It», а теперь мы работали с Джоном Лэндисом над «Thriller»! Десятиминутный видеоклип — неслыханное дело! Мы знали, что войдем в историю.

Поначалу я был ассистентом хореографа, а заодно одним из танцоров-зомби. Когда я впервые пришел в студию с Питерсом, еще до появления Джексона, Питерс стал изобретать движения, и мне буквально снесло крышу. Я допытывался у него: «Майкл [Питерс], откуда эта хореография? Как ты ее придумал?» А он отвечал: «Понятия не имею! Просто… меня захватила музыка. И у меня выходят эти безумные вещи, я не знаю, куда это приведет, давай просто запоминать». У меня был талант запоминать все, что делал Питерс, и тут же это повторять. Когда пришел Джексон — о, Боже, он буквально сошел с ума! Он не знал, что мы будем ставить хореографию именно в такой манере. И когда он увидел то, что создал Майкл Питерс, он был страшно взволнован и доволен тем, как Питерс интерпретировал его музыку.

Позднее, когда я уже самостоятельно работал с Майклом Джексоном как хореограф и постановщик, Майкл сказал мне одну вещь — и, думается мне, это было прекрасно продемонстрировано в работе Питерса: «Никогда не пытайся диктовать движения музыке. Позволь музыке говорить с тобой. Позволь музыке сказать тебе, в каком движении она хочет воплотиться. Если ты будешь слушать внимательно, она будет говорить с тобой и подарит тебе весь танец». Кажется, именно это и случилось с Питерсом, когда он услышал эту музыку. Когда собрались танцоры и стали учить хореографию, мы были потрясены! Мы просто не могли в это поверить! «О, Боже, это выглядит так странно, так жутко, мурашки по коже!» Мы волочили ноги по полу как зомби с переломанными конечностями — неслыханно по тем временам! И в то же время это можно было повторить. Думаю, именно это придало номеру такую популярность. Танец был странный, но он был доступен. И посмотрите, что произошло, этот танец живет по сей день, по всему миру.

Танцевать в «Thriller» было гораздо легче, чем в «Beat It», потому что это был один целостный номер, мы танцевали только в одном месте. Съемки шли где-то в центре Лос-Анджелеса, возле железнодорожного полотна. В тот вечер было жутко холодно… не помню, шел ли у нас изо рта пар, но если шел, то он был настоящим. Мы очень замерзли, это я помню. И еще помню, как мы постоянно бегали в свои трейлеры, потому что там был обогрев. Съемки проходили примерно в три часа утра, но все равно это видео прошло намного легче, потому что все снимали в одном месте, в рамках одной сцены в сюжете. Больше мы ни в каких других сценах с зомби не участвовали, только в танце, который теперь уже известен всем.

Честно, не могу припомнить, сколько дублей самого танца мы сделали в ту ночь, кажется, 30 или 40. Джон Лэндис лично следил за съемками крупных планов и партий отдельных танцоров, он возникал там и сям, снимал Майкла с различных ракурсов… Наверное, в общей сложности получилось дублей 30-40. Но грим занял несколько часов! Мейкапом занимался Рик Бейкер. У каждого из нас был свой грим и свой гример. Там не было ни одного «просто зомби» — у всех нас сняли слепки с лица и для каждого разработали свой образ, свою маску. Реально, когда ты сидишь перед зеркалом и видишь, как из молодого здорового парня превращаешься в мертвечину — это выносит мозг! Видишь, как у тебя выпадают зубы. У каждого из нас были свои вставные челюсти. Я украл свои после съемок. Я знаю, что не должен был так делать, но я их украл, и они до сих пор хранятся у меня. Нам уделяли так много внимания! Это было феноменально. В итоге мы провели гораздо больше времени в гримерке, чем на площадке. Невероятно!

«Smooth Criminal»

Итак, я станцевал с Майклом Джексоном в двух видеоклипах. Я играл главаря банды в «Вeat It» и зомби в «Thriller», а также исполнял обязанности ассистента хореографа при Майкле Питерсе. А потом однажды вечером, когда я был дома, мне позвонили. Мягкий тихий голос попросил к телефону Винсента Патерсона. Я решил, что надо мной кто-то подшучивает, прикидываясь Майклом Джексоном. «Кто это?» — спросил я. «Это Майкл Джексон», — был ответ. «Да кто это, черт возьми?» — допытывался я. Тот же ответ. «Я сейчас повешу трубку нахрен, если ты мне не ответишь, кто ты!» — рассердился я. Это и впрямь оказался Майкл Джексон. Я принялся извиняться.

Майкл работал над новым альбомом в одной из голливудских студий и спросил, не могу я заехать к нему. Я ринулся туда, надеясь, что он предложит мне танцевать в следующем клипе. Мы отправились в студию, он поставил мне «Smooth Criminal» и спросил мое мнение. Мне очень понравилось. Затем он спросил, могу ли я придумать какие-нибудь идеи для клипа и не хочу ли поставить танцевальный номер. Я был поражен и очень польщен тем, что мне оказана такая честь.

Майкл предложил идею щегольского клуба, в котором будут танцевать 10 мужчин во фраках и цилиндрах. Но он хотел, чтобы я тоже высказал свои идеи.

Я знал, что Майклу нравятся фильмы Фреда Астера, поэтому занялся исследованием танцев в этих мюзиклах, хореографом в которых обычно выступал Гермес Пан. Пока я этим занимался и работал с танцорами, Майкл большую часть времени находился в студии. Он предоставил мне отдельный павильон, в котором сделали специальный деревянный пол для безопасности танцоров. Он также поставил в павильоне изумительную аудиосистему, видеокамеру и дал мне десятерых танцоров, с которыми можно было отрабатывать хореографию.

Каждое утро у нас было занятие по танцам, а затем я изобретал хореографию в том павильоне, после чего мы отрабатывали это с танцорами. Вечером я снимал то, что было сделано за день. Потом я ехал к Майклу домой, и мы смотрели запись. Майкл обычно говорил: «Это здорово! Думаю, нужно еще десять танцоров». Я нанимал новых, и снова по накатанной. Это продолжалось до тех пор, пока на площадке не построили еще одну танцевальную зону, и я не нанял примерно 50 танцоров для видео.

Не помню, как долго мы репетировали и снимали, но, кажется, от четырех до шести недель. Сначала это был просто клип, а затем он трансформировался в одну из сцен фильма «Moonwalker». Я работал с Майклом над расширением песни, и в фильме эта сцена превратилась в десятиминутный танцевальный номер. После создания общей хореографии я стал работать один на один с Майклом.

«Вот так мы с Майклом работали. Играя вдвоем. К этому моменту я уже дал ему набросок танца, и он учил его, изменяя по ходу некоторые моменты так, чтобы они лучше подходили под его пластику. Вот мы играем с ритмом…
Когда он репетировал, он надевал костюм целиком: рубашку, галстук, туфли, гетры, шляпу, пиджак и брюки, чтобы убедиться, что в одежде, которая будет на нем, ему будет удобно, и он сможет непринужденно выполнять те движения, которые он придумывал для себя или я для него. Майкл стоял перед этим зеркалом и повторял одно движение — одно конкретное движение — часами напролет, возвращаясь к одной и той же секции и проходя ее снова, и снова, и снова».

«Black Or White»

Мои любимые воспоминания о «Black Or White» начинаются еще с репетиций. Однажды, обыгрывая движения, я схватился за промежность. Майкл остановил меня: «Что это?» Он хотел повторить этот элемент, и мы оформили его в отдельное движение.

Когда мы стали снимать окончание видео, сцену с танцем на улице, Майкл начал хвататься за промежность тыщу раз. Он даже расстегнул и застегнул ширинку. Это было классно!

Зрителей в то время это шокировало, и нам за это досталась нехилая взбучка. Но вспомните, столько видеоклипов и выступлений вы видели после этого, где кто-то хватается за промежность во время танца!

О Майкле-танцоре

Я обожал работать с Майклом как с артистом и партнером. Он доверял мне. Я ставил движения для него и танцоров… Майклу я оставлял место для создания его собственных движений, его выступления. Он усердно работал над изобретением собственного стиля, и я старался давать ему возможность подчеркнуть свой танец.

Когда мы снимали «Black or White», я позаимствовал танцевальные движения со всего мира, и Майкл разучивал небольшие элементы из национальных танцев. Он с готовностью принимал все направления, будь то хоть уличные танцы, хоть гопак.

Майкл Джексон — один из величайших танцоров на свете, и этому нельзя научиться. Талант Джексона заключается в способности интерпретировать свои эмоции, свою музыкальность через свое тело — так же, как могут оперные певцы, пианисты и другие великие артисты. С таким талантом рождаются. Но конечно, надо знать, как оттачивать это мастерство, как с ним работать, как практиковаться. Майкл Джексон не просто полагался на свои врожденные способности. Приведу пример из нашей работы над «Smooth Criminal». Я придумал основное па, повторявшееся на протяжении всего танца. Майкл Джексон взял эту простенькую связку (она длилась не более четырех счетов восьмерки) и повторял ее в уголке перед зеркалом не менее четырех часов подряд, пока не отточил до такого совершенства, что когда он исполнял ее под музыку, она выглядела как импровизация. Именно так работает превосходный артист. И Майкл Джексон это умел.

За свою карьеру я работал с очень многими людьми. С великими танцорами, великими артистами. Но среди них не было больше ни одного с таким врожденным чутьем, способностью к танцу, какая была у Майкла Джексона. Ни одного! Он — сама музыка. Его тело — музыка. Он настоящий мастер.

За все годы, что я работал с Майклом, — а это более 16-ти лет — я ни разу не слышал от него ни одного грубого или недоброго слова по отношению к кому-либо. В процессе совместной работы он всегда говорил: «Получилось очень здорово, но у меня была идея попробовать что-нибудь вот в таком духе…», касалось ли это костюмов, декораций, освещения — чего угодно. Он был уникальным и выдающимся человеком, и его всегда будет не хватать.

Перевод: justice_rainger, morinen
Использованные интервью: Thrillercast with Vincent Paterson, Michael Jackson’s Moves