Записи Друзья Комментарии

Totte Totte

Аватар Totte

-Музыка

Филипп Киркоров - Просто Подари

Слушали: 244 Комментарии: 0

-Поиск по дневнику

-Подписка по e-mail

-Постоянные читатели

Nanra

-Статистика

Создан: 25.01.2010
Записей:
Комментариев:
Написано: 110

Отчеты:
Посетители
Поисковые фразы

my-blog

Totte: Чистая Романтика

16-10-2013 19:31 (ссылка)

Еще об этом что делать с отклеившимися обоями

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Neji_Huga

Totte: Чистая Романтика

04-08-2011 10:46 (ссылка)

Наруто Ролевая - Naruto Shippuuden. Ролевое сообщество по мотивам мира аниме "Naruto Shippuuden". У нас еженедельно - новые главы манги, последние серии аниме. А также - музыка из Наруто, кучи статей по миру шиноби, огромные запасы манги-хентай с персонажами "Наруто", клипы по Наруто, фанфики и фанарт, Наруто Эледия, ролевая игра с ежедневными поединками и миссиями.

Заходите на форум - там Вам не дадут скучать!

20-06-2010 22:07 (ссылка)

Вкус твоего данго.
- Я – Хокаге деревни, скрытой в листве, и вы мне говорите, что я не могу присутствовать при допросе моего будущего подчинённого?
- Простите, но при всем уважении к Вам, не могу допустить Вашего присутствия при допросе. Увиденное может не понравиться Вам.
- Я прекрасно знаю, что вы используете при допросе. И ничего не изменит моего решения.
- Если вы настаиваете, то допрос состоится послезавтра на рассвете, в камере для допросов особого отделения.
- Понятно. – Узумаки Наруто, двадцатитрёхлетний молодой человек, самый молодой Хокаге Листа, махнул рукой на выход, прося Морино Ибики, капитана команды допроса, уйти.
Встав с кресла, он тяжело вздохнул и подошёл к окну, глядя на деревню. Ровно год назад он занял этот пост, и неделю назад, в ворота его родной деревни прошёл человек, которого давно считали погибшим. Человек, поиски которого прекратились год назад. Учиха Саске. Собственно, он перестал интересовать Наруто уже когда тому стукнуло ровно восемнадцать. Но он всё продолжал его поиски, надеясь… Уже ни на что не надеясь. Просто это была дань погибшей подруге. Харуно Сакура погибла в бою с Акацуки, при защите Конохи. Возможно, это была не столько даже дань, сколько просто привычка. Просто Узумаки к какому-то моменту понял, что просто не может оставить это на полпути.
*Flashback*
POV Наруто.
У меня была первая одиночная миссия в качестве Анбу. Обнаружилось, что у нас в деревне некоторое время жил шпион Камня. Его вычислили, но на допросе он применил неизвестное дзюцу, и его сердце перестало функционировать. Не узнав ничего, они решили отправить кого-нибудь под его личиной в деревню Камня и попытаться хоть что-то выяснить. Вообще, у Конохи тогда были неплохие основания полагать, что Камень планирует что-то против Листа, ведь Камень – единственная деревня, не подписавшая мирный договор с Деревней Листа после битвы с Акацуки. Туда направили меня, к тому времени я уже как сказать, «повзрослел» и возмужал, стал менее вспыльчивым и впечатлительным. Так говорили.
Честно – просто смерть Отшельника, Сакуры и ещё многих других, очень повлияла на меня. На некоторое время я закрылся ото всех, живя в каком-то своём маленьком мире, не желая вылезать оттуда. Единственное, что хоть как-то могло меня отвлечь – работа и жажда вернуть Саске. Хотя, миссии действовали на меня гораздо лучше. Мне тогда было семнадцать, полгода я ходил на миссии в составе команды: я, Сай и Какаши, но чаще мы с Саем ходили на парные миссии. По прошествии полугода и почти сотни стопроцентно выполненных миссий, я перешёл в ряды Анбу. Эта работа мне нравилась гораздо больше – мы носили маски, нас почти никто не видел, и общаться приходилось только тогда, когда это требовалось от нас. После потери близких мне людей я боялся сблизиться кем-то ещё. Пока не встретил его.
По прибытию в Камень, мне пришлось некоторое время работать на них, благо, что тот, кого я там изображал, видимо, всегда работал в одиночку. И мне особенно повезло – «меня» почти сразу отправили в отпуск на две недели. За это время я успел собрать нужную информацию, не выдав никаких особо важных секретов Листа и, в свою очередь, узнав многое о том, по какой причине они отправили шпиона в Лист. Оказалось, нужно было тело одного из Акацук, Тсукури-но-Дейдары, но на совете Старейшин Пяти деревень, старейшины Конохи не позволили забрать его тело. Когда «мой» отпуск закончился, меня отправили обратно.
Возвращаясь домой, я «познакомился» с несколькими ниндзя неизвестной принадлежности, напавшими на меня. Кажется, они были бежавшими ниндзя, ищущими наживы. Мимо шёл путник, несколько человек отделились от группы и напали на него. Их было человек семь-восемь, и они владели неизвестными мне техниками. Было довольно трудно одолеть их самому, но напавшие на путника, через некоторое время просто упали без сознания, видимо, попав под действие гендзюцу. Главарь «банды», увидев, что его товарищи вышли из строя, направился к незнакомцу, бросив несколько сюрикенов и кунаев. Я не мог долго наблюдать за этим, мне предстояло одолеть ещё трёх их них. Видимо, чакра у них уже была на исходе, и, применив многочисленное Каге Буншин, я наконец-то справился с ними. Решив проверить, что стало с их главарём, я краем глаза увидел, что он стоит напротив незнакомца, глядя прямо в глаза, и через несколько секунд падает. Додзюцу? В общем, я решил направиться к путнику и узнать, всё ли у него в порядке. Как-никак, сражались бок о бок. Но переместившись ближе, я увидел катану, торчащую из груди, и помчался как можно быстрее, чтобы подхватить падающее тело.
Подхватить-то я успел, но удивившись, чуть не уронил снова. Эти черты лица я бы узнал где угодно. Прямой нос, тонкая линия губ, длинные чёрные ресницы, чёрные, отливающие каштаном, длинные волосы, завязанные в тугой хвост, тени под глазами, красные дорожки слёз на щеках… Бледная кожа, светящаяся в лунном свете… Это был Учиха Итачи. Мёртвый Учиха Итачи. По-крайней мере, все так думали. Открыв глаза, он прохрипел что-то нечленораздельное, и упал в обморок от потери крови. Переместившись вместе с ним под густые кроны деревьев, я осторожно вынул катану и начал лечить его. Сначала я просто не понимал, зачем это делаю, но потом решил, что просто не могу оставить его умирать. Его смерть была бы на моей совести.
Да, я начал учиться медицинским техникам после смерти Сакуры, да и поступление в Анбу только обязывало к этому. Медицинские азы должны были знать все без исключения. Это и спасло ему жизнь тогда.
Как только рана немного затянулась, я начал осторожный массаж сердца, но это не помогало. Тогда я начал делать искусственное дыхание, приоткрыв его рот, я начал медленно, размеренно вдыхать в него жизнь. Примерно через минуту он закашлялся, и приоткрыв глаза, спросил единственное «Зачем..?», и снова упал в обморок. Я пожал плечами в пустоту, подхватив его тело и как-то завернув его в свой плащ, я направился к ближайшему населённому пункту, почему-то ощущая всю правильность ситуации, и думая, что мне очень повезло с тем, что миссия бессрочная. Найдя какой-то городок, через несколько часов я уже снял номер в гостинице, и отправился на поиски лекарств и мазей. Мне тогда очень повезло – я нашёл целителя, продавшего мне медицинские и солдатские пилюли, для повышения уровня крови в организме и для скорейшего заживления ран, правда, очень удивившемуся незнакомцу, покупающему что-то посреди ночи. Вернувшись в номер, я застал Учиху в бреду – он бормотал что-то о том, что он смертельно устал, и что «жить так бесполезно больше не могу»… Метался по простыням, мотал головой, раскидывая волосы по подушке, и заставляя наспех забинтованные повязки сползать, открывая белоснежную кожу груди с полоской шрама чуть ближе к левой стороне. Я наблюдал за извивающимся идеальным мужским телом, не смея оторвать взгляд… Но услышав, как он шепчет «простипростипростипростипростипростипрости….», я подался порыву и прижал его к себе, лишая возможности двигаться, шепча всякие нежные глупости – первое, что пришло мне в голову… Положив руку ему на грудь, я снова начал лечить его, боясь, что рана может открыться снова. Через некоторое время он успокоился, заснув у меня на руках, но вздрогнул и простонал, когда я собирался уйти в душ, чтобы намочить повязку, чтобы положить ему на голову, и быстро помыться. Пришлось применить Каге Буншин, и отправиться так. Помывшись, и вернувшись в комнату, я нашёл своего клона спящим вместе к Итачи. Как ни странно, я посчитал, что ничего такого не будет в том, если мой клон поспит с Учихой. Сам я раздел его почти полностью, и обтерев его мокрым полотенцем, начал смазывать мелкие царапины, покрывавшие его тело. Видно было, что он постоянно находился в дороге, и даже небольшие царапины не могли зажить за короткие моменты покоя. Касаясь каждой такой царапины, мне казалось, что это просто неправильно – на его безупречном теле не должно быть шрамов. Через час, или два, я почувствовал себя очень уставшим, но как только я закончил перебинтовывать его рану, и улёгся на свою кровать, сон как рукой сняло. Да… Ухаживая за ним, я забыл обо всём остальном. Присев, я сложил печати, и мой клон исчез. Я сел рядом с Итачи и начал легонько перебирать его волосы. Он уже крепко спал, глубоко вдыхая, чуть приоткрыв рот. Посмотрев на его тонкие бледные губы, я вспомнил их вкус. Немного кровь, и миндаль с чем-то сладким, отдалённо напоминающим данго. Я не любил это лакомство, но вкус его данго мне понравился. Себе-то признаться я мог. В какой-то момент мне снова захотелось почувствовать его вкус. Я никогда не отличался особым терпением и прикоснулся своими губами к его, медленно целуя, как бы пробуя. То ли ему что-то снилось, то ли что… Но он ответил мне, целуя ненастойчиво, нежно. Чуть позже он остановился, просто прижавшись своими губами к моим, и я разорвал поцелуй. Когда до меня дошло, что только что случилось, я даже немного испугался, но списав всё на усталость, наконец отправился спать. «Отправился» - не то слово. Я просто обнял его, и лёг, прикрывшись покрывалом.
Пробуждение было просто чудесным – тепло чьего-то тела рядом, солнце, бьющее в окно… И чей-то пристальный взгляд на себе. Я резко открыл глаза и наткнулся на изучающий взгляд пронзительно-чёрных глаз. Несколько секунд хватило мне на то, кого я встретил вчера, и ещё пару на то, где я, и что вчера делал. Резко подскочив, я надел валявшуюся поблизости безрукавку и жилет.
- Э… Доброе утро. – Я тогда стоял, смотря на него, и не зная, что ещё сказать.
- Доброе. – Он просто смотрел на меня чуть насмешливо, слегка щурясь то ли от боли, то ли от яркого света, заливавшего номер. Я вспомнил, что нормально не ел вот уже почти два дня. Желудок не преминул мне об этом напомнить. Улыбнувшись, он снова откинулся на подушки, закрыв глаза. Я не нашёлся сделать что-нибудь, кроме как сходить в ванную и умыться и спуститься вниз, чтобы найти что-нибудь на завтрак. Придя в номер, я принёс немного риса для него и рамен для себя, ещё зачем-то купив несколько больших порций данго. Поставив всё это на столик, я начал свою утреннюю трапезу. Мне казалось, он спал. Оказалось, это не так. Доев свой рамен, я снова спустился вниз, чтобы принести чай, но вернувшись, его не обнаружил. Воскликнув: «Ксо!», помчался вон из гостиницы, но клоны не нашли никого, как и я сам. Вернувшись минут через десять, я обнаружил, что вся его одежда на месте. Подойдя к двери в ванную, я прислушался – там был слышен тихий плеск воды. Вздохнув, я принялся пить чай.
Он вышел через несколько минут, в белом кимоно, прошествовав мимо меня, буквально свалился на кровать – он был ещё очень слаб. Я подошёл к нему, не зная, что сказать, и поставил поднос на тумбочку, стоявшую около него, так же молча положил рядом открытую коробочку с пилюлями и вышел. Не знаю, помнил ли он, что я его целовал, но при каждом взгляде на него, я чувствовал, что краснею. Находиться с ним в одной комнате было… Странно. Такое ощущение, что всё правильно, что так и должно быть, но мой мозг продолжал бороться со мной, заставив меня уйти. В Коноху я возвращаться не стал, что-то держало меня там, в этом городке. Домой не хотелось. Да и что там? Снова один? Сай и Какаши не в счёт – они постоянно на заданиях, как и все остальные. Решив побыть там ещё недолго, я прогулялся по городку, зашёл в несколько лавочек… Так странно. Меня ничего не волновало тогда. Я даже ни разу не вспомнил в тот день, когда я потерял Сакуру, или тот, когда узнал о смерти Джирайи… Просто гулять по небольшому городку, не ловить на себе настороженных взглядов было просто… Мне нравилось это. У себя же, в родной деревне, я постоянно ловил на себе настороженные взгляды… Даже несмотря на то, что я уже бесчисленное количество раз доказывал жителям деревни, что я – Джинчуурики Листа, неопасен, всё равно оставались люди, верные своим предрассудкам. Но тогда меня это совершенно не волновало.
У меня было достаточно времени, чтобы обдумать прошедшие сутки, единственный вопрос, что мучил меня тогда: «Что же дальше?». По логике вещей, мне следовало доставить его в Коноху, как экс-нукэнина, но он же считался умершим, и, мне кажется, заслуживал второго шанса. Ещё мне показалось странным, что какой-то разбойник без роду и племени смог ранить знаменитого Учиху Итачи. Но ладно это, но какое моё дело – разбираться с этим? Но когда я лечил его. Забинтовывал, смазывал его царапины, каждую его царапину я чувствовал, как свою. Не знаю, как это было… В общем, я чувствовал себя правильно, но в то же время не в своей тарелке. Достаточно надумавшись, я решил вернуться в гостиницу. Придя в номер, я остановился на пороге с открытым ртом – этот самый Учиха Итачи медленно поглощал маленькие шарики данго с выражением неописуемого удовольствия на лице. А посмотреть было на что: после душа волосы были слегка спутаны, он был одет в одно лишь кимоно, прилегающее так, что виден был каждый мускул, плюс ко всему тому, грудь была полностью открыта… Он выглядел просто потрясающе. На какое-то время я просто застыл, смотря на него, но почувствовал, что стало жарко, и помотав головой, чтобы избавиться от наваждения, отправился в душ. Он вздрогнул, когда я хлопнул дверью в ванную. Войдя, я медленно сполз по стенке, пытаясь совладать с сердцебиением и дыханием. Некоторое время я просто сидел, но потом, вздохнув, встал и решил принять душ. Холодный, просто ледяной душ. Приняв его, стало гораздо легче дышать, да и образы Итачи перестали с такой скоростью мелькать в моей голове. Но стоило мне выйти из ванной, как я наткнулся на изучающий взгляд Итачи, сидевшего на кровати.
- Не хочешь ничего у меня спросить, Наруто-кун? – Он был так спокоен, что казалось, его уже ничего не может заинтересовать. Я почувствовал себя просто идиотом. Наверное, он решил также, потому что, не дождавшись ответа, заговорил:
- Ну что ж, если так, то предлагаю тебе присесть. И было бы неплохо, если бы не был так напряжён. В любом случае, я не силах сделать тебе ничего.
Наверное, я должен поблагодарить тебя за спасение. И да, я благодарю. Но, думаю, что не стоило этого делать. Ты наверное, теряешься в догадках, почему я выжил… Так вот: ещё до боя с Саске я создал ещё одно своё тело, наделив его почти всей своей чакрой, оставив себе какую-то жалкую десятую часть. Саске победил, убив «меня» тогда. Я же ещё пока не совсем понимал, зачем создал своё второе тело. Наверное, я тогда решил, что ещё недостаточно увидел, что ещё не узнал многих вещей. В общем, я ошибся, поступив так. Потому что через полгода выяснилось, что система чакры в моём организме повреждена из-за частого использования Шарингана. Мне нельзя использовать чакру вообще. Я пытался как-то устроиться где-нибудь, но знаменитого гения клана Учиха узнавали везде, мне приходилось постоянно переходить с места на место. Через некоторое время я совсем измотался… Просто сдался и искал смерти. Почти найдя, встретил тебя… Ты спас меня. Но зачем? Зачем ты сделал это? – он закончил свой монолог, глядя мне прямо в глаза. Некоторое время я молчал, обдумывая, что сказать, но потом просто сказал так, как думал на самом деле.
- Я просто не мог оставить тебя умирать там. Если бы я знал, что ты умираешь, и ушёл бы, твоя смерть была бы на моей совести. Разве не так должен был поступить любой нормальный человек? И несмотря на то, что в составе Акацук ты и твой напарник пытались меня несколько раз захватить, я знаю, что так надо было. Это был твой способ выживать. Более того, у тебя действительно было несколько отличных шансов заполучить моё тело, но ты этого не сделал. Не знаю, почему, но всё же, я всё ещё жив. Акацук больше нет, и у меня не т причин ненавидеть тебя. Думай, что хочешь, но если ты жив, ты должен благодарить богов за то, что тебе даровали эту жизнь ещё раз.
- Я не верю в богов. – он замолчал, чуть покачнувшись, встал и подошёл к окну. – Я придерживаюсь мнения о том, что их просто нет. Древние духи – да, хвостатые – да, а вот богов нет. И жить без цели – бесполезно. – я прервал его, решив, что этот разговор снова зайдёт в тупик. Чувствуя себя немного странно, я произнёс:
- Ты знаешь, а ведь у меня сегодня день рождения. – он обернулся, улыбнувшись.
- Поздравляю. – он замолчал ненадолго. – Прости, мне нечего тебе подарить.
- О, да ничего страшного. – я усмехнулся, в этот момент ощущая всю комичность ситуации.
- Что? – он был немного удивлён. Странно, я никогда не думал, что он может быть таким… Обычным. В голове пронеслись вчерашние образы: он, мечущийся по кровати, вкус его губ… Я посмотрел на него, и мне снова нестерпимо захотелось его поцеловать. Недолго думая, я спросил:
- А ты помнишь, что я поцеловал тебя вчера? – спросил, и тут же покраснел до кончиков ушей. Он усмехнулся:
- А я думал, что мне это приснилось. – его лицо выражало какую-то степень недоумения, но потом, видимо, к нему пришла какая-то идея:
- Я знаю, что тебе подарить. – где-то в глубинах сознания мелькнула догадка, но все мысли пропали, как только я почувствовал его губы на своих. Мне казалось, все звуки стали тише, не существовало ничего, кроме него, меня, и нашего поцелуя. Я не помнил, как он оказался надо мной, и целовал меня неистово, как будто пытался насытиться. Не помнил, как его руки раздевали меня, помнил лишь то, что его губы были повсюду, я просто сгорал под его натиском. Почувствовал, как его пальцы раздвигают мои ягодицы, распахнул глаза – он смотрел на меня вопросительно, и я лишь кивнул, с ощущением, что всё так и должно быть. Через некоторое время он вошёл в меня, и я почти не почувствовал боли, лишь чувство наполненности им, ощущал лишь его руки везде, слышал его срывающийся голос, когда он кончал в меня, и я последовал за ним. Он плавно опустился на меня, тяжело дыша. Я ничего не соображал с того момента, как он поцеловал меня, и просто забыл о том, что с его раной нельзя так напрягаться. Через некоторое время его дыхание нормализовалось, и он заснул. Я немного перевернул его, и лёг, обняв ногами. Проснувшись посреди ночи, я не услышал дыхания рядом, но чувствовал тепло Итачи. Вздрогнув, вскочил и начал снова его лечить. Потом прислушался – всё было в порядке. Снова обняв его, лёг, думая над тем, что это был мой первый раз, с человеком, которого я совсем не знаю, с парнем, в конце концов. Но я чувствовал себя спокойным и защищённым с ним. Меня переполняло чувство какой-то глупой радости, и я заснул с мыслью о том, что это самый лучший мой день рождения. Проснувшись утром, я долго рассматривал его, но вспомнив, что ему надо каждое утро принимать те таблетки в течении недели, достал несколько из коробки и разбудил его, целуя, передавая ему лекарство. Он проглотил, и продолжил меня целовать, так и не открыв глаз. Разорвав поцелуй, он открыл глаза, и неожиданно произнёс:
- Мне хорошо с тобой. – я удивился, но немного помолчав, улыбнулся:
- Мне тоже. Доброе утро.
- Доброе. – он приподнялся, лёг немного выше и заключил меня в объятия. Я не возражал. Мы лежали так очень долго, мне было очень спокойно и хорошо с ним, но меня тревожила мысль о том, что мы можем не увидеться больше. Некоторое время он тоже лежал спокойно, но я ощущал тяжёлые удары его сердца – он волновался. Я сложил печати, и начал лечить его одной рукой. У медицинской, зелёной чакры, есть свойство успокаивать. Через некоторое время его сердце перестало так сильно колотиться, и он слегка привстал.
- Не думаешь, что пора вставать? – я поднял голову, посмотрев на него.
- Нет. Мне и так хорошо. – Он замолчал, снова о чём-то задумавшись.
- А что потом? – эта фраза повисла в воздухе, натолкнувшись на невидимую преграду.
- Не знаю. Я не знаю. Не хочу думать.
- А о чём думаешь?
- О том же. Что дальше? – теперь эта ситуация казалась мне нереальной – вот так вот лежать с ним, после ночи, проведённой вместе. Думать, что больше не увижу его… Нет! Я вскочил с его груди, схватил его за плечи:
- Скажи! Скажи, что это не конец! Я.. Я не хочу, чтобы всё было так! Хочу быть с тобой! – я упал на него, обняв, - Не отпущу! Нет! Нет-нет-нет-нет-нет-нет! – он обнял меня за плечи:
- Полегче, я и так никуда не уйду. Подумать только: мы совсем друг друга не знаем…
- Ну и что? Это не помешало тебе вчера наброситься на меня, – он хмыкнул:
- Это не помешало тебе позволить мне наброситься на тебя, – мне даже не понадобилось поворачиваться к нему, чтобы узнать, что он улыбается. Усмехнувшись тому, что мне хватило каких-то пары дней, чтобы знать, что он делает или какое выражение лица у него, я повернулся, и точно: он улыбался кончиками губ, смотря на меня:
- И что ты предлагаешь? – мне казалось, он просто смеётся надо мной, что он – лишь плод моего воображения, что это ненормально – находиться рядом с ним, и чувствовать себя, как в раю. Мне казалось, ещё чуть-чуть, и он растает вместе с моей надеждой быть… Вместе? Да, наверное.
- Не знаю. Может, это покажется тебе глупым , - я отвернулся, покраснев, - но всё же: ты будешь моим парнем? – он рассмеялся:
- Я только за, но как ты себе это представляешь?
- Ну… Три недели в месяц я хожу на миссии без перерыва, а неделю я беру как отпуск. Всю неделю каждый месяц я буду полностью твой. Да и миссии я могу выполнять гораздо быстрее, так что мы тоже будем видеться. Как-то так…
- Да ты прямо всё распланировал. Не знаю… Не думаешь, что мы слишком спешим?
- Спешим? Нет, не думаю. Я ощущаю себя с тобой так, будто мы знаем друг друга уже тысячу лет. И я не намерен тебя упускать. Пусть это покажется тебе… - я замолчал, не зная, что сказать. Я просто не мог всё оборвать просто так. – Я не смогу теперь без тебя.
- Вот теперь ты точно спешишь с выводами… - он замолчал, пристально на меня смотря. Меня осенило:
- Да ты просто не хочешь, да? Скажи, и я уйду. Не пытайся быть мягким со мной, я привык к грубому обращению. Давай, выскажи всё, что у тебя на уме! И не надо думать, что я оби… - Он прервал меня, прижавшись своими губами к моим, скользнул языком мимо губ, проникая глубже, целуя так, что у меня закружилась голова, подчиняя, принуждая подчинять… Оторвавшись, он внимательно посмотрел мне в глаза:
- Не надо так. Я тоже не хочу тебя отпускать. Ты знаешь… Я просто потерял голову. Меня тянет к тебе. Я думал, ты ушёл тогда… Вчера утром. Но вечером ты вернулся… Я чувствую кого-то родного в тебе. Ты теперь – мой, и никуда сейчас не уйдёшь. Нам ещё надо договориться, как мы будем с тобой встречаться. – он усмехнулся, увидев моё вытянувшееся от удивления лицо. – А как ты думал? Теперь я буду жить ради тебя.
- Ом… - я тогда просто растерялся, не зная, что ответить. Но вскоре он рассмеялся, а я всё продолжал удивлённо на него смотреть – Учихи могут смеяться?
Ещё где-то пару дней мы с ним не вылазили из кровати, а потом, ещё где-то дня три провели, осматривая окрестности этого городка. Надо сказать, что там было очень красиво… Это была наша первая неделя вместе. Отправившись домой, всё же, как-никак - а возвращаться надо, я думал о том, что будет ещё очень много таких счастливых минут, проведённых вместе. И был прав.
Кто бы подумал – Итачи занялся разведением цветов… Мы купили лавочку в том городке, и я, как только мог, вырывался из Конохи и мчался к нему. Шиноби он быть не мог, ничего другого не умел, а в детстве часто помогал матери в саду…
*End of flashback*
POV Саске.
Я вернулся в Коноху. Моей команды не стало, а в одиночку слоняться по свету не входило в мои планы. Убив Итачи, я потерял цель. Год назад Узумаки перестал меня искать – он стал Хокаге. Почему-то я даже начал злиться, узнав об этом. Потом мне стало всё равно, я понял, что у него просто нет возможности продолжить попытки меня, Учиху Саске, вернуть. Не знаю, что двигало мной, когда я шёл мимо ворот Конохи, и меня тут же повязали пять Анбу, и буквально через минуту я мог наблюдать перед собой Уссуратонкачи, стоя на коленях. Сказать, что он был удивлён – нет, он не был, счастлив – тоже нет. Мне казалось, он будет рад моему возвращению, но он махнул рукой, лишь кивнув мне и отправил меня в камеру. Конечно, другого я и не ожидал от Хокаге, но не ждал такого от него. И вот – меня собираются допрашивать в его присутствии. Он всё же добился допроса, а не быстрой казни. Вкололи какой-то препарат, и я просто потерял сознание.
Неделю спустя.
Меня реабилитировали, но с испытательным сроком – пару месяцев я не должен был покидать деревню. Должность, позволяющая это – охрана Хокаге. Меня поставили во главе отряда Анбу охраны Рокудайме Хокаге.
Находясь в постоянной близости с Узумаки, я не мог не заметить, что он очень сильно изменился. Кажется, он просто стал другим человеком. Я не спрашивал о нём, мы с ним не разговаривали вообще. Не было больше «нас», о которых он когда-то говорил. Я думал, мне будет плевать на это, но на самом деле было больно – осознавать, что он забыл меня. Ещё больше меня насторожило то, что он даже не пытался создать семью, хотя многие уже успели даже обзавестись детьми. Несколько раз к нему приходили письма с предложениями познакомиться с какой-нибудь дочерью сына очередного влиятельного дайме, но он лишь читал, писал вежливые отказы – нет у него времени, и усмехался каким-то своим мыслям. Нет, не скажу, что он был холодным, безразличным – он остался собой, но было что-то новое в нём.
Плюс ко всему этому, его единственный выходной – субботу, его невозможно было найти. Два месяца прошли, и меня хотели перевести в обычный отряд Анбу в качестве капитана, он я отказался, решив, что меня и такая работа устраивает. Несколько раз я пытался с ним заговорить, но он лишь в своей обычной манере отвечал, что работа не ждёт, и ослепительно улыбался. А мне было хреново в такие моменты – я был таким же жителем деревни для него, как и все остальные. Иногда к нему захаживала Пятая и говорила, что ему пора найти себе семью. Как-то раз он ей в шутку заявил, что девушки его не привлекают – так был целый скандал на эту тему, пока он не рассмеялся, и не сказал, что это была лишь шутка. «Просто нет человека, который будет постоянно терпеть моё отсутствие…» - говорил он. Пятая тоже как-то ляпнула, что: «Вон, Учиха за тобой постоянно таскается – он-то точно потерпел бы твоё отсутствие…». Тогда про себя я подумал, что был бы рад, если бы именно я ждал его дома после работы. Но… Чему не быть, тому не быть.
Иногда мою голову посещали бредовые мысли о том, что у него уже кто-то есть, и я решил во что бы то ни стало узнать, так ли это.
Это была пятница, восьмое число. Восьмое июня. Девятого – день рождения Итачи. Этот день я буду помнить всегда. Не знаю, почему, но я помню всё, что касается моего брата, теперь умершего. Узумаки с раннего утра и до пяти вечера был на Совете старейшин, а по прибытию в кабинет сказал, что уйдёт сегодня раньше. И до воскресенья его не искать. Именно в этот день я решил узнать, куда он пропадает. Проследив за ним до его дома, а это было нетрудно – он был в приподнятом настроении, и думал о чём-то своём, не ожидая, что кто-то может следить за ним в его же деревне. Через некоторое время он выскользнул из дома, одетый во всё чёрное, и направился к воротам, стремительно перемещаясь с крыши на крышу – я еле успевал за ним, мне приходилось подавлять чакру, чтобы он меня не обнаружил. Через некоторое время я отстал, решив переждать несколько минут, последовать в его направлении как можно быстрее. Я не боялся его потерять – он оставлял за собой заметный след чакры. Имея Шаринган, его можно было легко обнаружить. Я двигался не особо торопясь, вот уже часа три, и наткнулся на какой-то маленький городок. Снова активировал Шаринган, и «просканировал» деревню. Нашёл его во дворе одного из небольших домиков, рядом с ним был человек, давно переставший использовать чакру, мужчина. Немного удивившись, я поспешил к этому месту. Они уже перебрались на крышу к тому моменту, как я затаился рядом с одним из деревьев. Снова осмотрел дом, используя Шаринган, посмотрел на крышу, внимательно осмотрев человека рядом с Наруто, отметив, в каком состоянии находились его глаза – они могли быть такими, только если он владел каким-то из видов додзюцу. Перебравшись повыше, я просто застыл, наблюдая идеальную картину: Они сидели на крыше при закате, наш Рокудайме сидел у этого мужчины на коленях лицом к лицу, и они кормили друг друга… Данго? Я попытался разглядеть лицо человека, ради которого Узумаки каждую неделю покидает деревню с выражением счастья на лице, но, разглядев, не поверил. Подобравшись поближе, я точно убедился: это был Учиха Итачи. Мой брат, который вот уже больше пяти лет как должен был быть мёртв. Я почувствовал себя так же, как в тот день, когда он забрал у меня родителей. Теперь он забрал у меня Наруто. Нет, я больше не ненавидел его, я знал, что он это сделал по приказу… Но в этот раз было ещё хуже, чем тогда. Я сам его отдал. Именно в тот момент я понял, что то, что я испытывал к Наруто – не что иное, как... Но он даже не помнил обо мне. Просто у него был человек, который помог ему забыть. Я долго смотрел, как они целуются, словно это последнее, что они могут сделать в этой жизни. Мой брат по-хозяйски обнимает Рокудайме Хокаге за талию, а тот, в свою очередь, обхватил того ногами…
Не имея больше сил смотреть на это, я помчался обратно в деревню. Нет, мы ничего не понимаем….

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Nanra

17-06-2010 23:29 (ссылка)

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Nanra

Totte: Чистая Романтика

15-06-2010 20:04 (ссылка)

Семнадцать ленточек позора (Нару/Сас)
Глава 1.
Начало «пути ниндзя»
Весна… птички поют, кошки орут, в тёмных закоулках – стонут… А наш герой летит по улице, сбивая бедненьких прохожих.
На вид ему – лет восемнадцать-девятнадцать. Золотистый «ёжик» на голове, огромные голубые глаза, на загорелой моське – татушки-усики, стройная фигурка и… катастрофическая нехватка времени, потому что он проспал. Нет, не просто проспал – он ПРОСПАЛ совещание по принятию его, Наруто (вы уже само собой догадались, что это он), на высокооплачиваемую и крутую работу в престижной фирме.
Поэтому сейчас, не жалея ног своих, он бежит со всей дури в офис, надеясь всё же успеть…
Мда, он летит и не знает, что его однокурсник – высокий, накачанный черноглазый брюнет, с кислой миной и «смертельным» взглядом, по имени Саске – точно так же летит по улице соседней. Потому что он тоже проспал. Он тоже опаздывает. Причём на то же совещание, что и Наруто.
Вот так, по закону подлости, вечные соперники и заядлые друзья, сталкиваются на очередном повороте нос к носу… Губы к губам…
Отборный мат, и вот они уже вместе летят на всех парах, по пути успевая сыпать проклятиями друг на друга, и на это долбанное собеседование.
Впереди показывается здание, в котором они, возможно, будут работать в будущем, и ребята ускоряются.
Сбить швейцара. Чуть не выбить дверь. Опоздать в закрывающийся лифт, а поэтому чухаться по лестнице. На седьмой этаж. Прыгая через пять-шесть ступенек. Влететь в просторный коридорчик. Толкаясь, постучаться в дверь, и, всё так же пинаясь, зайти и заорать в один голос, глядя на часы: «УСПЕЛИ!!!»
Спокойные на вид японцы-предприниматели, постарались сделать вид, что они ничего не заметили…
- Итак, - сказал самый серьёзный дядька. – Вы, как мы понимаем, и есть наши будущие работники?
Парни, сползающие по стеночки от бешенной гонки, нашли в себе силы только кивнуть головой.
- Что ж, отлично. Впрочем, не нужно было так спешить. Беседовать с вами серьёзно пока нет необходимости. Вам предстоит ещё доказать, что вы сумеете работать здесь, в этом коллективе.
- Доказать? – недоумённо спросил блондин.
- Да. Вы, надеюсь, слышали о семнадцати ленточках позора? – парни кивнули. – Отлично. Подойдите сюда. – парни медленно пошли, и тут же к их рубашкам пристегнули по семнадцать красных ленточек. – Это ваши ленточки. За каждое выполненное задание у вас снимается одна ленточка. В случае провала – добавляется две. – парни переглядываются и кивают. – Первый экзамен завтра. Вам предстоит… Кхм… поговорить по телефону…
- И всё? – недоумённо спросил брюнет.
- И всё. Но вы должны не просто поговорить, вы должны… Кхм… не дать волю чувствам, так сказать.
- Короче, не сорваться? – хмыкнул голубоглазый.
- Да, именно. Что ж, раз вам всё понятно, жду завтра в одиннадцать в этом же кабинете.
- До свиданья. – в голос попрощались мальчики, и, поклонившись, вышли.
- Блин, Саске, вот уж не думал что всё так…
- Как «так»? – удивился брюнет.
- Ну… сложно, что ли. «Должны доказать», «достойны» - прям караул кричи. Ещё эти «миссии»…
- Не кисни раньше времени, а то точно не сдашь. Ладно, пошли перекусим, а то я позавтракать сегодня не успел.
- Пошли… - вздохнул блондин, и парни поплелись в кафе.
Впереди у них был ещё долгий день, полный приключений (на сексуальные «мадам сижу») и неожиданностей…
Глава 2.
Экзамен №1, или как не послать всех на…
Следующий день у нашего героя не задался с самого утра.
Сначала, Наруто разбил орущий будильник. Потом – подскользнулся в ванной и стукнулся головой о кафель. После – чуть не взорвалась микроволновка и в мусорном ведре оказалась любимая (уже разбитая) кружка…
В завершении всего, блондинчик не смог найти ключи от своего байка под завалами вещей, и отправился на первый «экзамен» пешкодрапом.
Но, слава Ками-саме, по дороге его подловил Саске на машине и благополучно довёз до офиса.
- Наруто, - обратился брюнет к голубоглазому, когда они поднимались в лифте. – Ты главное не нервничай…
- Я не нервничаю! – возмутился блондин, но тут же осёкся, глядя на звереющее лицо друга.
- А я говорю – не нервничай. Спокойно слушай, а, желательно, не слушай вовсе.
- В смысле? – не понял Нару. – Мне что, уши закрыть?
- Пф…Узумаки, просто не обращай внимания на то, что тебе будут говорить по телефону, иначе ты сорвёшься, и тебя не примут.
- Ладно-ладно, Учиха, не веди себя, как заботливая мамочка!.. И вообще, - блондин быстро перевёл тему, глядя на краснеющие от злости глаза брюнета. – Мы точно справимся, просто верь мне, я обещаю.
Остаток пути до кабинета парни молчали. Каждый готовил себя к предстоящей «схватке» с телефоном…
- ХА-ХА-ХА!!! – блондин дико ржал на всё кафе так, что посетители опасливо оглядывались. – Нет, ну ты представь, Саске, так и сказал: «Могу поспорить, что вашу сексуальную девственную задницу хочет отыметь каждый»! Прикинь! Даже не знаю, как я сдержался!
- Да, я тоже до сих пор удивлён, что ты не обматерил его по полной! – веселился рядом брюнет. – Хм, зато я, наверное, никогда не забуду твоё серьёзное лицо, когда ты со всей ответственностью заявил: «Молодой человек, смею заметить, что вы ни разу меня не видели, поэтому не можете судить о моих достоинствах»! Не, ну я валяюсь! У него, наверно, челюсть выпала в ахуй, когда он это услышал!
- Ха-ха, да!.. А всё-таки не честно – у тебя собеседник намного приличней оказался! Я вообще не могу понять, где такая престижная и серьёзна фирма набрала таких развратных матершинников!
- Наверно, это не сдавшие экзамены студенты!
- Ха, точно! Но, зато от одной ленточки уже избавились! Послезавтра второй экзамен! – голубоглазый глубоко вздохнул. – Фууух! Давно мы с тобой так не веселились, нэ? Круто: вот так сидим вдвоём и смеёмся, прям как в детстве…
- Да… Ну ладно, не время киснуть. Подбросить тебя до дома?
- Не, я в парк. Сегодня погодка классная и настроение поднялось – так и тянет что-нибудь «сотворить»…
- Мда, и правда.. А знаешь, я с тобой! Только давай ко мне заедем – переодеться надо и гитару прихватить.
- Ну, тогда и я домой заскочу. – радостно сообщил Нару. – Поехали!
Если Вы ни разу не видели Наруто, в сексуальном чёрном рабочем комбинезончике на бёдрах и такой же чёрной облегающей футболке, несущего в накачанных руках мольберт и сумку с красками и кистями; если Вам ни разу не посчастливилось видеть Саске, в тёмно-синем облегающем костюмчике, состоящем из потёртых джинсов с низкой посадкой и майки-сеточки, с перекинутой через плечо гитаре в чехле… Вы ОЧЕНЬ многое потеряли… Но не больше, чем отдыхающие в парке девушки (и некоторые парни), которые исходили слюной, глядя на этих двух секс-символов..
Благо, «отбиваться» было чем (краски и гитара дофига сколько весят…), поэтому парни практически без происшествий и потерь (кисточка – одна штука; участь – утащена наглой фанаткой) добрались до места дислокации и стали «распаковывать» «инструменты».
Устроились они как обычно: Наруто – на поваленном дереве, с мольбертом на коленях, Саске – рядом, на том же «растении», с гитарой в руках.
Тихое переливание струн, под гибкими пальцами Учихи, и еле слышное посапывание и подвывание, со стороны пыхтящего над пейзажем художника Узумаки. «Какая гармония…» - подумается Вам сразу. И вправду – искусство сближает людей… Настолько, что сейчас Саске, залюбовавшись на работающего Наруто, не контролируя свои действия, подался вперёд и обнял ничего не подозревающего блондина…
Минутная пауза… и блондин обнимает брюнета в ответ… Брюнет в шоке… Он уже хочет воплотить свою давнишнюю мечту (поцеловать друга) в реальность, как…
- Я тоже скучаю, Саске…
- По кому? – не понял обломавшийся черноглазый.
- По родителям… Я тоже по ним скучаю… Мне тоже не хватает их заботы и поддержки… - Наруто сильнее обнимает Учиху.
- Эм… да, конечно… - Саске не в восторге от заявления голубоглазого, но всё же старательно ловит кайф от неожиданной близости. – Эй, а что так пасмурно? На улице же вроде солнце… - удивляется, глядя на незаконченный пейзаж друга.
- А… с Сакурой опять собачимся… - грустно выдохнул блондин, отстраняясь. - Не понимаю, почему она согласилась встречаться, если по-прежнему меня не переваривает…
«Мда, приплыли… - подумал Саске. – Если бы ты знал, чего мне стоило уговорить её сделать это…»
- Эй, она тебя любит. Просто уже привыкла вести себя с тобой так… - черноглазый снова приобнял Наруто. – Не грузись, лучше пошли перекусим!
- Ок, пошли…
Глава 3.
Неожиданные проблемы.
- Нэ, Узумаки, и сколько в тебя влезает этой дряни? – скептически хмыкнул брюнет, наблюдая за тем, как Наруто доедает уже третью порцию рамена.
- Ты вообще молчи, Учиха-тебайё! Я же не спрашиваю тебя, как ты можешь целыми днями лопать только данго?! – блондин старательно делал вид, что не замечает порозовевшего друга. – Хотя, судя по вчерашнему, кхм, поцелую, ты его, наверное, даже ночью ешь – губы-то сладкие. – в конце речи голубоглазый заржал, как лошадь Преживальского, всё же взглянув на Саске а-ля спелый помидор.
- Ну, уссуротонкачи… - зарычал «томат» - Сейчас я тебе покажу сладкие губы!
Не желая знать, каким образом брюнет ему покажет, Наруто, положив на столик деньги за ланч, быстро вскочил и решительно направился в сторону выхода. Черноглазый не отставал. БАХ! Учиха догоняет Узумаки. «Тройной кульбит» в воздухе. Саске падает на пол. Сверху падает Наруто. Губы, по закону подлости а-ля физики, вновь соприкасаются. «И правда – сладкие… - шепнул Нару, отлепившись от губ друга. – А ты такой милый, когда краснеешь… ВАААЙ!!!» - светловолосый вихрь вовремя уклонился от кулака «злой помидорины» и пустился наутёк.
- УЗУМАКИ, СКОТИНА!!! – зарычал Учиха, вслед убегающему другу.
- Да-да, Саске. Я тебя тоже люблю! – крикнул блондин и, показав язык, скрылся за поворотом.
- Нет, ну это надо?! – возмущалась розоволосая зеленоглазая девушка, нарезая вокруг Наруто круги. – Вы поцеловались уже ДВА раза!
- Эмм… Сакура, это же просто случайность. Успокойся…
- Успокоиться?! – девушка негодовала. – Ты поцеловал Учиху, и я должна оставаться спокойной?!
- Слушай, Сакура! – блондин начинал злиться. – Ты сейчас кого больше ревнуешь: меня или Саске?!
- Конечно Саске… в смысле тебя!
- В том-то и дело, что Саске…
- Да ты!! Если разлюбил – так и скажи! Всё! С меня хватит! Я не хочу продолжать наши отношения!
- Сакура…
- Пока, Узумаки!
- ВЫ ЦЕЛОВАЛИСЬ!!! – радостно кричала темноволосая, кареглазая девушка, сидя на коленях у черноглазого чёрноволосого парня. – ЭТО ЖЕ КРУТО!!!
- Тэн, - устало оборвал её Саске. – Мы не целовались. Мы просто случайно соприкоснулись губами…
- Причём два раза! – прервал черноволосый. – Таких случайностей не бывает, мой маленький глупый брат!
- ИТАЧИ! Перестань меня ТАК называть! – девушка хихикнула, глядя на возмущавшегося паренька. – И прекратите уже со своими «это же судьба» и «случайностей не бывает». Мне и так не легко, ещё и вы душу травите…
- Ладно, Сасу, прости! – девушка встала и приобняла его. – Ну что тебе мешает ему сказать?
- Он – нормальный, причём, у него есть девушка!
- Ага, - Итачи встал с дивана. – Которую ты сам попросил с ним встречаться.
- Да! Потому что он её любит!
- А она его – нет.
- Ну и что! Зато он – счастлив!
- С человеком, который не любит тебя, невозможно быть счастливым!
- Так или иначе, это ничего не меняет! Всё отстаньте от меня – я пошёл спать!
- Глупый маленький брат…
- Иди в пень, Итачи, и девушку свою туда захвати!
«Да что за чёрт?!» - думал Саске, моясь в душе. «Мы уже три раза были так близко… А его голос… такой соблазнительно-тихий… Ксо!!! Наруто, я скоро просто сдохну без тебя…»
Услышав в комнате звон мобильника, брюнет чертыхнулся из ванной в одном полотенце. Пару раз чуть не упав, черноглазый доковылял до пищащего объекта.
«Саске… что мне делать… Она меня бросила…» - гласило сообщение.
«Блин, и здесь Наруто… СТОП! ЧТО?! «Саске… что мне делать… Она меня бросила…» КАКОГО?! Она же обещала!» - Саске находился в культурном шоке.
«Она! Его бросила! Сучка! Мы же договорились!» - брюнет рванул к домашнему телефону.
- КАКОГО ХРЕНА, САКУРА!!! ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛА!!! – дом потряс дикий ор Учихи. Девушка на том конце провода «слегка» оглохла.
- Эм… Саске, это ты? – неуверенно начала она.
- А кто же ещё?! – негодовал брюнет. – Мы же договаривались, что ты его не бросишь, пока ему самому не надоест!
- Саске! Я не смогла так больше… Мне надоело. Я провстречалась с ним три месяца! Ты не говорил, что надо так долго! И вообще, теперь ты должен со мной встречаться – ты обещал!
- Иди к чёрту, дура! Я обещал, если только ты выполнишь свою часть договора. Ты её не выполнила. Пока! – Саске зло швырнул телефонную трубку на пол и стал ходить по комнате взад-вперёд.
Человек, которого он, Саске, любит уже год. Который для него важнее всего на свете, сейчас сидит один дома и грустит от неразделённой любви… Ну разве может Учиха оставить его одного в таком состоянии?!
Парень быстро оделся и понёсся на соседнюю улицу к дому Наруто.
Глава 4.
Экзамен №2: «загрузка» памяти, или что важнее – любовь, или дружба.
Любовь, любовь… как же ты слепа… как же ты жестока… как же ты глупа… и как неизбежна…
Саске, сам того не осознавая, полюбил Наруто ещё в школе… На восьмом году обучения, к нему в класс перевели весёлого, жизнерадостного, открытого парня, по имени Наруто. Казалось бы, к этому светловолосому вихрю должны тянуться люди, но – дети злы. Дети – жестоки и они не любят тех, кто от них отличается. Нару стал изгоем, из него всё время делали посмешище, все издевались над ним… Все, кроме Саске… Он защищал его и оберегал. Он всё время был рядом. И, даже не смотря на всю холодность и равнодушие его действий и слов, сам Наруто в душе понимал, что он дорог Саске так же, как брюнет дорог ему.
Они всё время были вместе: в школе, на прогулках, даже институт один выбрали, их дома стоят на соседних улицах. Им всегда было хорошо вместе, только для Наруто – потому что Саске его лучший и единственный друг, а для самого Учихи… А для Учихи, Узумаки был любовью… Брюнет сначала сам не хотел в это верить, но вот уже год, как понял – попал… Он смотрел на своего лучшего друга и представлял, что тот ответит ему взаимностью… Но мечтам не суждено было сбыться – однажды жутко взволнованный блондинчик прибежал к нему домой и со счастливым видом заявил, что... влюбился в Сакуру… Брюнет – в глубоком шоке, блондин – в печали, т.к. девушка взаимностью отвечать не хотела… Именно тогда черноглазый понял: ради того, кого любишь, можно пойти на всё… И Саске пошёл: он уговорил Сакуру встречаться с Наруто, взамен на то, что когда Наруто нагуляется, сам будет встречаться с ней. И сейчас эта стерва звонит брюнету и с самым наглым видом заявляет, что с Наруто она порвала и готова стать девушкой Учихи! А Нару… Бедненький художник… как он переживёт этот разрыв?..
Дверь Саске, как брюнет и ожидал, никто не открыл… Но на то он и лучший друг Наруто, чтобы иметь запасные ключи от особняка. Поэтому, бесшумно отворив входную дверь, Саске стал тихо пробираться в комнату блондина.
За знакомой дверью слышались редкие всхлипывания. Учиха, глубоко вдохнув, осторожно открыл дверь… Картина его потрясла: разбросанные вещи, перевёрнутая мебель, и посреди всего хаоса сидит поникший Узумаки и изредка смахивает набежавшие слезинки со щеки…
Брюнет подорвался к голубоглазому и крепко обнял.
- Глупенький, ну зачем ты так расстроился? Подумаешь – Сакура. Да эта дура не достойна твоих слёз. – черноглазый нежно вытер слёзы с татуированных щёчек и взъерошил волосы блондина. – перестань плакать – всё будет хорошо…
- Спасибо, Саске. Ты меня всегда поддерживаешь. Я тебе так благодарен… Я тебя так люблю… - художник доверчиво прижался к другу.
- Я тоже тебя люблю, Нару… - ответил Учиха, перебирая золотистые локоны.
Брюнету было больно… Очень больно в душе: Нару его любит... как ДРУГА! А это хуже, чем любовь к Сакуре… Это значит, что по-настоящему полюбить Саске, блондин уже не сможет… Конечно, черноглазый сейчас мог плюнуть на всё и целовать, обнимать, ласкать Узумаки, ведь тот не смог бы в таком состоянии противиться, но… Саске нужен не просто секс, точнее – насилие… Он любит голубоглазое чудо, а значит не причинит ему боль… А значит – как бы больно и плохо ему не было, он останется для Наруто только другом.
Так как расстроенный Саске не смог оставить находящегося в полусознательном состоянии Наруто одного, утро парни встретили на одной пастели, в объятьях друг друга… Первым проснулся Узумаки, так что в доме несколько минут дребезжали стёкла от его диких криков…
Изрядно друг на друга наорав, парни быстро собрались и помчались в кампанию – сегодня был второй экзамен. Второй шаг к будущему.
- Вашим вторым экзаменом будет проверка вашей памяти. – объяснял парням «экзаменатор» - Сейчас вам дадут двадцать страниц печатного текста, который вы за двадцать минут должны будете выучить наизусть и рассказать мне слово в слово.
- ???
- Это экзамен. Если вы не пройдёте его – вам добавят 2 ленточки, и у вас их будет 18, а это больше максимума. А значит – вы уже не сможете работать здесь.
- Ксо… - только и смог выдавить офигевший блондин.
- Наруто, ты должен сосредоточиться на тексте и думать только о нём! – поучал Узумаки Учиха. – И не нервничай.
- О, Саске. О себе задумайся, а то твоя вечная забота обо мне, вчера привела тебя в мою пастель.
- Уссуротонкачи.
- Теме.
- Удачи.
- И тебе.
Блондин находился в ступоре (читай: в полном ахуе). Он уже несколько минут тупо пялился в предложенный «добрым экзаменатором» текст и мысленно решал вопрос: это шутка, или он не знает японский? Иероглифы (почти все…) были знакомы, а вот слова… Столько терминологии и «дико научных» слов, блондин видел-то впервые, не говоря уже об «учил»…
В соседней комнате уже отвечал Саске, которого пригласили первым. Брюнет, у которого память всегда была просто даром Божьим, резво цитировал свою «порцию научной галиматьи». Экзаменатор, видя что завалить «жертву» не получится, прервал его на второй странице и снял ленточку.
Наруто боялся. Наруто заикался. Наруто ничерта не помнил. Наруто надеялся на чудо. Наруто был в панике. Наруто запомнил только первый абзац жуткого текста, остальное – даже прочитать нормально не смог.
Экзаменатор показушно злился. Экзаменатор веселился. Экзаменатор открыто измывался над «подопытным». Экзаменатор валил блондина без зазрения совести. Экзаменатор довёл голубоглазого до белого каления. Экзаменатор… снял с прифигевшего Наруто ленточку и сказал, что тот сдал «экзамен»…
Саске радовался. Саске скакал от счастья. Саске готов был горы свернуть. Саске… пришлось тащить на себе находящегося в глубоком ступоре от происходящего Узумаки…
- Я запрещаю тебе есть рамен. – вынес вердикт запыхавшийся брюнет, укладывая блондина на диван в гостиной своего дома.
Глава 5.
Самый «лучший» день, или как технично и практично споить друга.
Наруто очнулся довольно быстро… Причём, не просто так, а от дикого ора на кухне.
- Тен!!! Я СКАЗАЛ «НЕТ»!!! – орал голос Саске.
- Спокойно, Саске. – голос Итачи.
- Заткнись, Ита! – снова голос младшего Учихи. – Я с Наруто никуда не поеду!!!
- А куда мы едем? – влез Нару, заходя в столовую. – Я что-то пропустил?
- Нет-нет, Нару. – быстро прервал Саске порывающуюся что-то сказать Тен-Тен. – Просто…
- Мы хотели, чтоб вы сходили на пикник. – всё-таки влезла шатенка.
- Пикник!!! Здорово!!! – запрыгал Узумаки и повис у кареглазой на шее.
- Наруто! – зарычал ревнующий Саске. – Мы никуда не пойдём!
- Ну Саааске! – промычал Нару, состроив кавайные глазки. – Ну давай поедем!
- Ладно. – смягчился брюнет. – Только ненадолго…
- Уррра!!! – перебил его голубоглазый и стал душить друга в объятьях.
«И зачем я согласился?..» - сокрушался брюнет, выкладывая продукты из авоськи на покрывало. Рядом, безо всякого зазрения совести, скакал бездельник-блондин и радостно напевал песенки.
«Он только и делает, что скачет. А на меня – ноль внимания… А что если… О да! – брюнет зловеще улыбнулся, вытаскивая бутылки сакэ из сумки. – Я обожаю тебя, Итачи!»
- На-ру-то! – прорычал брюнет, потирая кулаки. – Ты должен это выпить!
- Ну Саске! – заныл блондин. – Ты же знаешь, что я себя не контролирую, когда выпью.
- Да ничего не случится! Пару стаканчиков!
- Нет, нет и нет!
- Ладно… тогда давай… на перегонки до того дерева: если проиграешь ты – выпьешь, если я – нет. По рукам?
- По рукам!
- Саааскеее!!! – ныл голубоглазый, потирая ушибленную после падения попу. – Ну вот как ты умудрился прибежать первым?!
- Быстрее бегать надо, уссуротонкачи.
- И что, мне теперь нужно пить сакэ?
- Да, добе.
- Теме.
Брюнет открыл бутыль и налил два полных стакана.
- Пей. – Саске протянул один из стаканов Наруто.
Голубоглазый поморщился, нюхая напиток, резко выдохнул и опрокинул в рот всё содержимое стакана. Потом он сглотнул, ещё сильнее поморщился и закусил протянутым Учихой огурцом.
Довольный черноглазый тут же протянул блондину следующий стакан. Голубоглазый тяжело вздохнул и выдул ещё одну порцию…
- Саааскеее! А чё это тебя так, ик, мнооого стало? Ик!
- Ксо, кажется, я переборщил с «дозой».
Брюнет устало вздохнул и попытался поднять пьяного художника на ноги. Но, благодаря закону притяжения, попа Наруто перевесила, и оба парня плюхнулись на газон.
Саске попытался встать с голубоглазого, но тот вдруг вцепился в ворот его футболки мёртвой хваткой и потянул на себя… Губы слились в поцелуе…
Сначала, Наруто сам опешил, но потом… потом поцелуй стал более страстным и требовательным. Шаловливые ручки блондина уже во всю шарили по телу черноглазого, а брюнет, в свою очередь, страстно целовал шею и грудь художника.
Неожиданно, Узумаки впился в губы Саске поцелуем и, пробравшись руками в штаны брюнета и сжав его ягодицы, обвил бёдра Учихи ногами…
Помутневший рассудок черноглазого резко прояснился, и Саске мягко отлепил блондина от себя. Художник тут же сладко захрапел, свернувшись клубочком.
«Нет уж! – подумал Учиха. – наш первый раз будет самым лучшим и романтичным, а не пьяным и неосознанным».
- Саске! Что произошло?! – воскликнули Ита и Тен, глядя на утомлённого Саске, тащащего на себе «никакого» Наруто.
- Мы… эм… - Учиха-младший положил блондина на диван. – Немного… перепили…
- ТЫ СПОИЛ РЕБЁНКА?! – зарычала Тен. – Ах ты грязный извращенец!
- ТЕН! – вышел из себя Саске. – Успокойся! Никто никого не совращал! Тем более что он сам… упс!
- Что сам? – насторожился Итачи.
- Нууу… Он меня поцеловал. – ляпнул брюнет и, не удержавшись, прыснул, глядя на вытянувшиеся лица «старших».
- Что? – не поверила девушка. – Поцеловал?!
- Ну, да... а ещё – чуть не изнасиловал… - Саске нежно улыбнулся. – Но я, как честный гражданин, решил перенести его совращение до трезвых времён.
- Да ты герой! – восхитился старший братик. – Я бы не удержался… Да, Тен?
- ИДИ В ЖОПУ!!! – шатенка набросилась на ухмыляющегося черноволосого и стала его душить.
Глядя на «драку», плавно перетекающую в стриптиз, Учиха-младший вышел и поплёлся в гостиную – не спать же Наруто на диване: его нужно перетащить в спальню… Спальню Саске…
Глава 6.
Экзамен № 3: «паркур», или на трезвую голову лучше думается.
Дико злой Саске матерился на весь дом о «вреде рамена». Ужжжасно уставший Учиха-младший тащил абсолютно бухого художника на второй этаж – в спальню.
Повалив тушку на кровать, брюнет принялся за самую важную часть – раздевание Узумаки. Конечно, черноглазый мог плюнуть на всё на свете и оставить всё как есть, но! Но кровать у Учихи одна, а значит - спать они будут вместе. А значит – Саске не собирается делить спальное ложе с грязным, как хрюшка, Наруто.
Кое-как стянув с блондина ботинки и куртку, Саске стал расстёгивать ширинку на брюках Узумаки.
- Как ты быстро меняешь свои решения! А ведь обещал подождать! – из-за двери высунулась довольная моська Итачи.
- Иди в пень, извращенец. Только об одном и думаешь! – ответил дерзостью младший, на скептическое замечание аники.
- О да, мой развратный отото! – хмыкнул Ита и скрылся, закрыв за собой дверь.
- Дурдом! - решил Саске и продолжил начатое.
Стаскивая с бубнящего что-то невнятное пьяницы штаны, брюнет громко хихикнул, глядя на открывающиеся, кхм, «виды»: миленькие чёрные облегающие идеальное тело боксеры с… с кучей маленьких оранжевых лисят-чибиков.
Брюнет неопределённо хмыкнул, обдумывая план «подкалывания» блонди по этому поводу, и принялся за футболку.
Руки художника находились в «творческом беспорядке», поэтому брюнету пришлось изрядно попотеть, чтобы снять футболку.
Не в силах удержаться перед искушением потрогать накачанный торс Нару, черноглазый нежно погладил грудь и кубики пресса. Блондин пробурчал что-то невнятное и, схватив Саске за руки, потянул на себя.
Брюнет опешил, а художник тем временем, спокойненько прижал друга к себе и усиленно захрапел.
Не в силах вырваться, Учиха-младший решил спать в одежде.
Проснулся брюнет рано… от непонятного дискомфорта…
Открыв глаза, юный гитарист подпрыгнул на месте – нам нём нагло восседал голубоглазый и требовательно смотрел брюнету прямо в глаза.
- Что? – Саске ляпнул первое, что пришло в голову.
- Что «что»? – возмутился художник. – Ты меня споил, раздел, да ещё и спишь со мной в одной пастели! Не, ну это нормально: «Что»! Какого хрена, я уже ВТОРОЙ раз просыпаюсь в твоих развратных объятьях?!
- Мда... по-моему, это не ты в моих объятьях, а я под тобой! – блондин слез, покраснев. – И вообще – ты проиграл мне спор, поэтому и выпил. А я тебя, между прочим, на себе до дома тащил, хотя мог бы бросить там, в лесу!
- Ну… ладно-ладно… это я погорячился… - голубоглазый тяжело вздохнул. – Слушай… А ОТКУДА У ТЕБЯ НА ШЕЕ ЗАСОСЫ?!
- Эм… - «Думай, думай, Саске!!! Ну не скажешь же ты, что это он тебя целовал?! Хотя...» - По-моему, это я тебя должен спросить, почему ты меня вчера чуть не изнасиловал!
- ЧТО?! – челюсть блонди провалилась в никуда. – Я тебя?!
- Эй-эй, не горячись. Ты был пьян. Всё путём – забудь. – Саске вздохнул и поднялся с пастели. – Я к себе в душ, а ты иди в ванную на первом этаже. Надо быстрей собираться – у нас экзамен сегодня.
- Угу... – промычал голубоглазый и почапал вниз.
Все дальнейшие действия парни производили в абсолютном молчании.
- Может, - подал голос Нару. – На моём байке поедем? А то на машине в пробку попадём.
- Ок. – согласился брюнет, стараясь не смотреть на товарища: ему почему-то было жутко стыдно перед блонди.
Мальчики быстро пересекли улицу и зашли в двор Узумаки. Художник щёлкнул сигнализацией и выкатил «машину».
Блондин уселся на байк и жестом указал брюнету садиться.
Саске, не смотря на свою боязнь, любил ездить на байке. С Наруто. Ведь можно прильнуть к телу друга, обнимать его за талию, щекотать дыханием его шею… Саске обожал ездить на байке Узумаки.
Наруто всегда любил скорость. Любил, когда ветер бил прямо в лицо. Любил… когда Саске ездил с ним и тесно прижимался к спине… Почему-то, даже с Сакурой художнику не было так приятно кататься, как с Учихой…
До офиса они, к общему разочарованию, доехали быстро.
- Сегодня вам предстоит забраться на крышу этого высотного здания и, забрав оттуда свиток, спуститься обратно. – объяснял парням инструктор.
- Но оно же разваливается! – возмутился блонди, разглядывая дом.
- В этом и вся сложность. – развёл руками мужчина. – Забираться будете по выступам в стене.
- А страховка? – поинтересовался Учиха.
- Страховку мы, разумеется, выдадим… Только… - экзаменатор замялся. – Если вы сорвётесь, экзамен будет считаться проваленным.
Челюсти парней познакомились с асфальтом.
Забираться было сложно. Очень сложно. Обоим парням. Сложно даже не потому, что трудно, а потому что они оба опасались друг за друга и всё время прокручивали в головах утрешние события…
У самой «вершины», Нару чуть не сорвался… Уже забравшийся на крышу Учиха, вовремя подал руку и вытянул художника наверх.
- Спасибо… - смущённо прошептал голубоглазый, обнимая в ответ разволновавшегося брюнета.
- Больше так никогда не делай, добе… - черноглазый крепче стиснул блондина в объятьях. – Я же волнуюсь…
Узумаки покраснел и отошёл от друга, пытаясь сконцентрироваться на поиске свитка…
- Круто сегодня было! – радостно вещал блондин, уплетая рамен в кафе.
- Да, здорово. И ленточки сняли. – согласился Саске, попивая сок. – Куда сейчас?
- Ммм… - задумался голубоглазый, вытирая салфеткой губы. – Может, на дискотеку пойдём?
- ?
- Ну, потанцуем, напряжение снимем…
- Нет, на диско я не хожу, ты же знаешь. – возразил черноглазый. – Если хочешь – иди. Я лучше в парк.
- Тогда я с тобой! – улыбнулся художник, вставая со стула. – Только сегодня НИКАКОЙ ВЫПИВКИ!
- Замётано! – хмыкнул брюнет, уже обдумывая коварный план соблазнения блонди: целый вечер в полупустом парке, на любимом скрытом от лишних глаз месте, с неизменной гитарой и мольбертом – романтика… и только вдвоём…
Глава 7.
Это ты такой тупой, или я такой пьяный?...
- Саааскеее!!! – недовольный крик художника за дверью. – Ну ты скоро?
- Всё-всё, иду! – выкрикнул брюнет, открывая бутылку саке.
Буль-буль-буль. «Для храбрости» - подумал Саске и допил пол-литровую бутыль до конца.
Брюнет резко выдохнул и схватился за косяк, чтоб не упасть от неожиданно вдарившего в мозг алкоголя.
Учиха потряс головой и шаткой походкой вышел вниз к Узумаки, который дожидался его на первом этаже особняка Саске.
- Я готов. – радостно отрапортовал черноглазый (п.а.: читай – косоглазый…) и неловко плюхнулся на диван рядом с художником.
- Я вижу, что ты готов! – возмутился Нару, принюхавшись к гитаристу. – Ты когда успел выпить?!
- Ничего я не пил! Всё, - брюнет встал. – Поехали!
Блонди решил не спорить и поплёлся к выходу, прихватив уже взятую ранее сумку с мольбертом и кистями и гитару Саске.
До парка парни доехали без приключений, не считаю того, что пьяный брюнет чуть свалился с байка на повороте.
Расположившись как обычно, Нару полностью увлёкся процессом выбора подходящего вида для пейзажа, не замечая, что Саске куда-то смылся.
Вернулся гитарист через десять минут. Ещё более пьяный. С букетом полевых цветов в руках.
- Это тебе… - смущённо прошептал Учиха, протягивая букетик художнику.
- ??? – Наруто изумлённо раскрыл глаза. – Эээ…
- Эти цветы… тебе… Нару… - черноглазый потупил взор и кавайно порозовел.
- Эм… А! – блонди широко улыбнулся. – Саске, ты – молодец!
- Э?
- Саске!!! – голубоглазый стиснул в объятьях гитариста. – Это же здорово!
- … Правда?.. – Учиха опасливо покосился на друга.
- Конечно!!! – Узумаки радостно потрепал Саске по макушке и сцапал букетик. – Я ведь сидел, голову ломал: что бы мне нарисовать!
- ???
- А тут ты! С букетом! – голубоглазый чуть не прыгал. – Теперь будет отличный натюрморт!
- Эээ?.. – брюнет совсем поник.
«Не, ну это надо?! – досадовал Учиха в мыслях. – Я к нему со всей душой, а он!!!»
Саске раздраженно плюхнулся на бревно рядом с Нару и стал обиженно фыркать, злобно поглядывая на соседа-непоседу.
Узумаки же ничего вокруг не замечал – он вдохновлено вырисовывал бутоны и листики, не обращая внимания на мечущегося друга.
Парни так и продолжали играть в молчанку, пока…
Пока Саске, Учиха Саске, вечный подонок, рожа-кирпичом, бесчувственный чурбан, пьяный совратитель… не запел… Под гитару… Под чудесное переплетение мелодий… Своим красивым, чуть с хрипотцой, голосом… Запел серенаду… На коленях… Перед Наруто…
Я схожу с ума от любви к тебе…
Не могу прожить без твоей улыбки…
В синеву очей окунусь, как во сне –
И не нужен мне воздух, не важны ошибки…
Я уже давно хочу сказать тебе
Я люблю… и пусть Бог мне будет судья.
Наплевать на всё, мне плевать на всех –
Ты – мой мир, и я не могу без тебя…
Нару сидел, замерев с кистью на пол пути к холсту… С приоткрытым от удивления и восхищения ртом… Широко распахнутые голубые глаза почти с любовью смотрели на брюнета… Он жадно ловил каждое слово, каждую ноту…
Когда Саске закончил петь и прозвучал заключительный аккорд, Узумаки…
- Саске! Ты пишешь стихи?! – наивные глазищи заглядывали прямо в душу.
- Да…
- Это здорово! – блондин подпрыгнул к черноглазому. – Теперь все девчонки просто с ума сойдут! – челюсть Саске рухнула на траву. – Ну, колись! Ты уже выбрал ту, которой посвятил эту песню?! Нэ?!
Учиха посмотрел на друга как на последнего придурка, которого... сейчас просто загрызёт от обиды! Он же сочинил эту песни специально для Нару, а тот…
- На-ру-то! – рыкнул черноглазый.
- Ну-ну, ладно. – брю насторожился. – Не хочешь говорить, кто она: так и скажи! – Саске готов был рухнуть в обморок. – Я не обижусь! – Учиха сжал кулаки и стал сверлить дырку в тупом блонди.
Сас готов был прямо здесь и сейчас перегрызть Нару глотку и как следует постучать по голове, чтоб хоть немного выбить тупость…
Но… но голубоглазый нежно улыбнулся ослепительной улыбкой… и вся решимость брю улетучилась…
Учиха решил поберечь кулаки до худших времён и стал обдумывать новый план соблазнения, после которого Нару ясно поймёт, кого именно Сас добивается.
Похвалив черноглазого за песню, блонди со спокойной совестью вернулся к натюрморту. С Саске же всё обстояло по-другому…
Выпитая бутылка сакэ стала усиленно «бить» в голову, отшибая любые мысли и… и брю, совсем обессилев, рухнул на травку-муравку и захрапел…
Художник лишь мягко улыбнулся и, поправив растрёпанные локоны друга, собрал сумку и понёс Учиху к байку.
Доехали они… кое-как…
Саске вечно норовил свалиться с машины и Наруто, в конце концов, пришлось посадить друга спереди и крепко обнять одной рукой…
Еле-еле дотащив брю до дома (дома Узумаки – ещё и к Саске заезжать было лень), блонди втащил его в комнату и рухнул рядом на кровать.
Пьяный Учиха заворочался в пастели, устраиваясь поудобнее. Неожиданно, черноглазый обнял расслабившегося художника и… поцеловал..
Блондин опешил… Растерялся… Напрягся… Попытался вырваться…
…Голубоглазый расслабился… Ответил на поцелуй… Мягко отлепил брю… Ещё раз легко коснулся губ гитариста… Крепко обнял Учиху в ответ…
…Нару уснул… Со счастливой улыбкой на устах…
Глава 8.
Экзамен №4: великие математики, или Ещё один шанс Наруто...
Ясное весеннее утречко в Японии. Ярко светит солнышко, поют птички, журчат ручейки (п.с.а.: чёд, тя занесло…)…
А наши герои… а наши герои мирно храпят в обнимочку на кровати Узумаки, не чувствуя абсолютно никаких угрызений совести. Но…
Но вот Наруто ме-е-едленно открывает глаза, ту-у-у-по смотрит на храпящее рядом «нечто» и…
- УЧИХА!!! КАКОГОХРЕНАТЫЛЕЖИШЬНАМНЕ?!?!?!
От неожиданности, брю подскакивает, слетает на пол с голубоглазого, в полёте путается ногой в одеяле и тянет Нару за собой…
БАХ! И оба парня валяются на полу.
- Ксо… - общий вздох и отборный японский мат.
Кое-как «сползя» с черноглазого, художник молча направился в ванную, по пути скидывая с себя так и не снятую вчера одежду.
Сас тоже не мешкал, и, чтоб хоть как-то загладить свою вину, стал усиленно заправлять кровать…
До офиса парни доехали быстро, с ветерком – снова на байке Нару.
День и так с самого утра не задался, а тут ещё и парни пришли на «экзамен» раньше, без опозданий, что наводило на очень недобрые мысли…
Опасения оправдались…
- Этот экзамен проверит ваши знания в области математики, - вещала экзаменаторша: зубрилка-очкарик, со злобным взглядом. - И экономики...
- Шиматта… - ругнулся Наруто: расчёты - не его конёк.
- Что, простите? – ощетинилась «мымра».
- Ничего-ничего, вам послышалось. – сразу же опомнился художник.
- Так вот, - продолжала «горгона». – вам необходимо ровно за 20 минут составить полугодовой финансовый отчёт компании.
Челюсти обоих парней технично познакомились с миленьким паркетов помещения. И если у Учихи всего-то (п.с.а.: всего-то?! Ну-ну…) задёргались оба черных глаза, то Узумаки вообще готов был рухнуть в обморок, или, на крайний случай, сбежать куда-подальше. Цепкая хватка Саске пригодилась весьма кстати…
- Сейчас вы пройдёте в соседнее помещение и вам предложат там всё самое необходимое. – «кикимора» зловеще усмехнулась. – Удачи.
Подобрав челюсти, парни неуверенно подошли к двери в соседний кабинет и одновременно толкнули её…
- Саааскеее… - «полудохлый» Наруто буквально лежал на столике их любимой кафешки. – У меня в глазах до сих пор рябит от этих долбаных отчётов…
- Нару, мне, если ты успел заметить, тоже хреново. – скептически заметил не менее уставший брю.
- Мда… - Нару задумчиво прикусил трубочку для сока. – До сих пор не могу поверить, что мы справились… Это просто нереально.. Я столько цифр не видел за всю свою жизнь…
- Это точно… - черноглазый облокотился на друга. – Но зато, уже четвёртая ленточка отправилась в дальнее плаванье!
- Хе, точно. Хоть что-то… Ой! – блонди подпрыгнул, почувствовав вибрацию телефона в кармане. – Это… Сакура? Сейчас, подожди… Алло? – голубоглазый ошарашено поднёс сотку к уху и отошёл к выходу.
Челюсть Саске уже второй раз за день упала изучать новые поверхности пространства.
«Сакура?! – негодовал брю. – Ему позвонила эта крашеная сучка?! Шиматта…»
Саске настороженно смотрел на меняющееся каждую секунду лицо блонди. Казалось, моська Нару уже перекрасилась во все цвета радуги и «перекосилась» во все реальные выражения.
В конце разговора Узумаки улыбнулся и что-то радостно проговорил на прощание. Пока голубоглазый бодро шагал по направлению к столику, Учиха молился всем богам, чтобы всё оказалось не так плохо…
- Она дала мне ещё один шанс. – улыбнулся блонди и кинулся на шею Саске.
Обломавшийся брюнет чуть не всплакнул от несправедливости…
«А ведь всё же могло быть по-другому! – раскис младший Учиха. – Сегодня такой классный сон приснился, будто Нару меня поцеловал… Ксо! Ну почему всё так?»
Через пару минут, счастливый Узумаки отлепился от друга, плюхнулся на своё место и облегчённо засмеялся.
- Здорово, да, Сас?.. – голубоглазый почему-то задумался.
- Что-то не так?
- Да нет… просто… - блонди замолк, подбирая слова. – Я… я думал, что после этой вести мне будет намного лучше…
- Нару… - Учиха приобнял художника за плечи. – Ты точно уверен, ты любишь её?
- Я! – завозмущался голубоглазый, но вдруг поник. – Я… сам не знаю… Почему всё так сложно, нэ?
- Нару… - брю крепче стиснул любимого шалопая в объятиях и, забывшись, поцеловал в макушку. – Ой, прости… - Сас поспешно извинился, глядя на полные непонимания голубые глаза. – Всё будет кока-колла, нэ! – блонди засмеялся. – Не грусти, вот так: улыбка тебе больше к лицу!
- Саске… - неуверенно обратился к другу Нару, сидя в своём доме на диване, рядом с Саске, попивая чай.
- М?
- А ты… ты пойдёшь сегодня с нами гулять? – блонди жалостливыми глазищами посмотрел на брюнета.
- С Сакурой?! – Учиха аж подпрыгнул. – Ну… ладно… - Сас смягчился, глядя на кавайного непоседу. – Только не допоздна, как в прошлый раз!
- Сасу!!! Я тебя люблю!– голубоглазый кинулся на друга и шутливо поцеловал его в щёку. – Ты лучший!!!
- На-ру-то! – брю, чтобы отвлечь внимание художника от своих вспыхнувших а-ля маки щёк, грозно прорычал, повалив Нару на пол. – Я же просил: не называй меня так!
- Ладно-ладно! – пошёл на попятную блонди, пытаясь выбраться из-под озверевшего друга. – Не обижа…Ай!
Благодаря (или нет…) закону притяжения, брю, уже и так еле сидевший на Узумаки, из-за ярых «перемещений» голубоглазого, не удержал равновесие и повалился на художника…
Ч-ч-чмок!..
И тихий, возбуждающий шёпот Нару:
- Похоже, поцелуи уже вошли у нас в привычку… А губы-то правда сладкие…
Глава 9.
Прогулка втроём, или толпа пьяных «бегемотиков»...
- САСКЕ-КУУУН!!!!! – провизжала розоволосая девушка и кинулась на шею к одному из подошедших парней. – САСКЕ-КУН!!!
- Са-ку-ра. – по слогам прорычал Учиха, отлепляя зеленоглазку от себя.
- Ах да, Наруто. – опомнилась Харуно. – Привет. – она, незаметно поморщившись, поцеловала блонди в щёку.
Саске «зазверел». А Нару расстроился ещё больше – как он и опасался, Сакура, скорее всего, помирилась с ним, чтобы почаще видеться с Учихой…
Народу, неожиданно оказалось больше, чем предполагалось: пришли: Сай и Ино, отличная красивая пара - голубоглазая стройная блондинка с длинной чёлкой и черноглазый брюнет со странной улыбочкой; Киба с Шино – оба кареглазые брюнеты, правда Абураме Шино вечно ходит в чёрных очках, а у Инзуки Кибы красные клыки-тату на щеках: хоть парни и скрывают свои «особые» отношения, по ним сразу видно, что они любят друг друга; и Карин. Ну, с Карин – отдельная история: рыжая, черноглазая, симпатичная... стервозная сплетница и интриганка.
Учихе сразу не понравилось нахождение последней особы в их компашке: так – всемером – они гуляли практически всегда, но вот Карин появлялась ОЧЕНЬ редко. И все её «неожиданные» появления заканчивались весьма плачевно: либо она дралась с Сакурой или Ино (когда как повезёт), либо получала от Саске - за чрезмерную приставучесть.
- А мы только вас и ждём! – радостно проголосил Киба и кинулся обжиматься.
Шино ревниво зыркнул из-под очков и, скептически улыбнувшись, помахал прибывшим рукой.
Закончив церемонию приветствия с народом, Сас и Нару стали рассказывать допытывающимся товарищам об их экзаменах.
Толпа дружно хохотала на весь парк, слушая пламенную речь Узумаки вперемешку с едкими комментариями Учихи.
- Мда, ребя, ну вы даёте! – отсмеявшись, проговорил Сай. – Кстати, вам Сакура сказала, что мы идём на party к одному нашему хорошему другу?
- Нет! – встрепенулся блонди. – Что за вечеринка?
- И у кого? – прибавил брю.
- М, обычный тусняк в честь окончания сессии. Парня вы знаете – это Канкуро.
- Хм, этот странный типчик? – хмыкнул Саске в своей манере.
- Да. – вклинилась Ино, обнимая своего парня. – Будет круто!
- Будем надеяться… - буркнул Нару и натянул капюшон футболки.
В доме Канкуро было ужасно шумно. Ужасно людно. Ужасно жарко. Все были пьяны и веселились по-полной.
Нару, ждавший Сакуру из дамской комнаты, стоял у «барной стойки» и попивал коктейль, когда неожиданно заметил такую картину: пьяная, абсолютно ничего не соображающая Карин, виснет на Учихе-младшем и что-то жарко шепчет ему на ушко.
Блонди, сам не зная почему, ужасно разозлился и, сжав кулаки, грозно направился к «сладкой» парочке.
При ближайшем рассмотрении, оказалось, что Саске бессовестно дрыхнет на плече щебечущей рыжеволосой, а та пытается его поцеловать…
Ещё шаг, и злой Узумаки оказывается рядом с ними.
Голубоглазый начинает тянуть брю на себя, стараясь отцепить наглую приставучую девку, а та, в свою очередь, пытается вырвать черноглазого из рук блонди.
Раз-два-взяли! Раз-два-взяли!.. Нару неожиданно спотыкается об ногу вольно висящего друга и подаётся вперёд…
Неловкая пауза…
- НАРУТО!!! КАКОГОХРЕНАТЫЦЕЛУЕШЬЭТУРЫЖУЮСТЕРВУ?!?!?! – к случайно поцеловавшейся парочке подлетает злая Сакура и, отлепив офигевших подростков друг от друга, влепляет смачную пощёчину блонди…
Художник теряет равновесие и, прихватив с собой дрыхнущего друга, валится на диван.
- Ты!!! – визжит зеленоглазая. – Предатель! Изменник! Я! Дала тебе шанс! А ты!!! Ах! – девушка обиженно фыркает и срывается в сторону выхода.
- Ксо! Прости, Карин… - лепечет Нару и сбегает из шумного места вместе с Саске.
- Ну вот… - грустно шепчет блонди, укладываясь рядом со спящим брю на свою пастель. – Опять поссорились… На этот раз уже точно окончательно… И всё из-за этой дуры! Фр! – голубоглазый удручённо вздыхает и проваливается в сон, предварительно обняв Учиху.
А Саске не спит. Уже давно не спит. Он просто лежит в объятьях блондинчика и наслаждается его теплотой. А ещё он думает. Думает о том, почему Нару пытался отшить от него Карин, почему донёс до дома, своего, заметьте, и почему обнимает… А ещё, почему он, чёрт возьми, опять переживает из-за этой долбанной Харуно.
Учиха тяжело вздохнул и, чмокнув Нару в пухленькие губки, обнял художника покрепче и отправился в страну снов… Странных и развратных…
***
Знакомый парк. Знакомое место – их любимое поваленное дерево.
Саске сидит на бревне и что-то играет на гитаре.
- Саске! – радостно кричит Наруто, выбегая из зарослей кустарников с… букетом цветов и бутылкой шампанского. – Саске….
Узумаки садится рядом с брю и вручает ему букет.
- Это тебе, Сас. Я давно хотел сказать тебе, что люблю… - блонди кавайно краснеет и смущённо смотрит на друга из-под чёлки.
- Нару я… - Учиха в ахуе: он и не думал, что голубоглазый так к нему относится и так легко в этом признается.
Узумаки, видя смятение брю, вмиг грустнеет и обречённо ставит бутылку с шампанским на откуда-то взявшийся столик.
- Нару, - Саске поднимает за подбородок лицо художника и смотрит блонди прямо в глаза. - Я тебя тоже очень люблю…
Неверие в голубых омутах «смывается» жарким поцелуем в пухленькие губки. Блонди тут же отвечает на страстный поцелуй Учихи и приоткрывает ротик, впуская ловкий язычок брю.
У Саске начинает кружиться голова от такой сладкой и нереальной близости, и он валится вместе с Наруто на… кровать?!, неизвестно откуда взявшуюся в лесу.
Нежные, страстные поцелуи и беспорядочные ласки руками. Учиха пьянеет от нахлынувших чувств.
Брю отрывается от сладких губ голубоглазого и спускается ниже – на шею, оставляя небольшие засосы на загорелой коже. Язычок Учихи скользит по шее и ключицам, зубки нежно покусывают нежную кожу художника, губы ловят томные стоны, вылетающие из покрасневших от поцелуев уст.
Нару сладко постанывает и гладит спину Саске под футболкой, обводя каждый позвонок ловкими пальчиками. Пару движений руками – и брюнет с голым торсом. Учиха одновременно расстёгивает цветастую рубашку блондина и захватывает его сосок в жаркий плен губ.
Стон… Ещё…
- Сассске…
***
- Саске… Саске. Саске! Саске!!!! – недовольное ворчание, перерастающее в крик. – Ты ещё долго дрыхнуть будешь?
Брю продирает глаза и с ОГРОМНЫМ разочарованием смотрит на грозное лицо Нару.
Всего лишь сон…
- Сас, давай вставай. – торопливые толчки. – Опоздаем на экзамен.
Глава 10.
Экзамен №5: ой, спинка-моя-спинка, или Тайский массаж по-Узумаковски ...
- Ну что, парни? Вижу, вы преуспели – уже четырёх ленточек нет! – хвалил Саске и Наруто тот самый «серьёзный дядька». – Мои поздравления!
Мужчина пожал обоим руки.
- Ну, - развеселился Узумаки. – Раз уж мы такие молодцы, может, вы отмените остальные экзамены? – блонди заговорщически подмигнул.
- Да я бы рад, ребятки. – вздохнул «босс». – Но, не могу – правила.
Саске пихнул художника в бок, чтобы тот больше ничего подобного не выкидывал. Нару обиженно фыркнул и вновь перевёл взгляд на мужчину.
- Какой сегодня будет экзамен? – голубые глазищи так и светились любопытством.
- Сегодня достаточно сложный экзамен. – парни насторожились. – Мы будем проверять вашу выдержку и физическую силу…
- И? – не удержался брю.
- Марш-бросок, полоса препятствий, рукопашный бой с тренером. – черноглазый побледнел, а Узумаки лишь хмыкнул. – Пять часов без перерывов. – глаз блонди нервно задёргался. – Не выдержите – повесим дополнительную ленточку. Всё ясно?
- Когда выходим? – обречённо спросил Сас.
- Прямо сейчас. Всё необходимое у тренера-экзаменатора… А вот, кстати, и он.
Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл ОН. Седовласое «нечто» с маской на пол-лица, нелепой одежде и глазом (второй закрыт маской), устремлённым в какую-то книжку.
- Какаши-сан. – окликнул вошедшего «босс». – Забирайте подопечных.
Мужик коротко кивнул и, поклонившись, развернулся и вышел. Парни недоумённо переглянулись и почапали за ним.
Глядя на «поле боя» Саске то и дело щипал себя за руку, убеждаясь, что это не страшный сон. Куча тренажёров, беговые дорожки, какие-то нелепые, но страшные штуковины… и всё ЭТО им предстояло «опробовать»…
- Нааарууу… - стонал Саске, которого блондин тащил на себе в дом Узумаки. – Не-мо-гу…
Голубоглазый тяжело вздохнул и, закинув «тушку» на плечо, стал «карабкаться» вверх по ступенькам - в спальню.
Экзамен Учиха-младший чуть не провалил… В физической подготовке он был намного хуже Наруто, в отличие от умственной. Поэтому, для него этот «экзамен» был самым тяжёлым…
Саске вечно падал и получал по шее, почкам, носу, дыхалке… от «доброго тренера». Нару, же практически без особого напряга, преодолел все препятствия и ещё умудрялся помогать Учихе…
В итоге, отдав ещё по ленточке, художник вынужден был тащить на себе полудохлого друга до дома, выслушивая его душераздирающие стоны и крики…
- Нааарууу… моя спина… я не могу пошевелиться… - хныкал Сас, лёжа на кровати.
- Блин, неженка хренов! Я делал то же, что и ты, да ещё и до дома дотащил, а ты всё стонешь! – возмущался блонди, всё же изредка сочувственно поглядывая на друга.
- Я не привык к такому объёму физической нагрузки. И вообще, - черноглазый попытался приподняться, но тут же плюхнулся обратно. – Вместо того чтобы мне тут лекции читать, заказал бы гроб. Чёрный, желательно... и с кондиционером…
- Учиха! – улыбнулся голубоглазый. – Ты, никак, помирать собрался?! Ну нет, я тебе не позволю такой роскоши!
- М?
- Сейчас позову сюда твоих самых бешенных фанаток и позволю им немного тебя «помучить». – художник зловеще ухмыльнулся. – А потом, можешь уходить на тот свет в белых тапочках со спокойной совестью! Я тебе в гроб даже занавесочки повешу, чтоб черви дольше добирались! – Нару заржал как конь.
- Вот тебе и друг! – недовольно фыркнул брюнет. – Изверг.
- Ладно-ладно, не злись… - Узумаки вдруг замер, задумавшись.
- Ты научился думать? – если бы не жуткая усталость, Саске бы пихнул голубоглазого.
- Да… - задумчиво проговорил блондин и неожиданно развеселился. – Я знаю, как тебе помочь!
- Пистолет? – отрицательный кивок. – Удавка? – кивок. – Поезд? – кивок. – Только… только не говори, что Сакура! – взмолился Саске, за что и получил по больной пояснице.
- Теме! – обиженно фыркнул Нару. – Я к тебе со всей душой, а ты…
- Голодные крокодилы? – ещё один удар, по бледной моське.
- Не зли меня, теме! Всё намного проще.
- И?
- Тайский массаж.
- ЧТО?! – брю аж подпрыгнул.
- Тайский массаж. – спокойно повторил Узумаки.
- Ты позовёшь Харуно? Не надо – она меня задушит.
- Слушай, ты так часто упоминаешь Сакуру, что я уже сам готов её попросить!
- Ты её не позовёшь? – опять не допёр брю.
- Нет. – блонди приблизился к самому лицу Учихи. – Я-то тебе на что?.. – жаркий шёпот, обдающий шею возбуждающей волной.
- Только… - голос черноглазого резко охрип. – Только не говори, что ты…
- Я уже иду! – рассмеялся голубоглазый и достал из тумбочки массажное масло…
Саске был в шоке… Саске был как во сне… Потому что Наруто (!!!) решил сделать ему массаж. Нет, даже не просто массаж, а ТАЙСКИЙ массаж…
Нару же, по этому поводу вовсе не комплексовал: помочь другу – святое дело, а то, что способ такой странный – да ладно! Зато действенный!
Блонди спокойненько снял футболку и треники и стал намазывать своё тело маслом…
Закончив «обтирание», Узумаки налил немного масла на голую спину Саске.
Саске охнул от резкой перемены температуры, но, почувствовав тёплые руки художника на пояснице, сдавленно застонал. Нару улыбнулся и, ещё немного «прогрев» руками «зону поражения», навалился на брюнета скользким торсом…
Бедный Учиха-младший чуть не взвыл… Сами посудите: почти голый, безумно сексуальный голубоглазый блондин приятно прижимается горячим, скользким, накачанным торсом к больной спине и плавно «ездит и ёрзает» по ней… Вершина блаженства. Пик наслаждения. Нереальные ощущения. Прерывистое жаркое дыхание прямо на ушко. Боже, что Узумаки творит?! «Я точно в раю…» - подумал Саске, который уже открыто стонал от наслаждения и от чувства отпускающей боли…
- Узумаки, я реш… КАКОГОХРЕНА?!?!?!?!?! – противный, режущий уши визг…
Глава 11.
(неожиданный поворот событий. Особо впечатлительных, попрошу не падать в обморок…)
Yurusenai, doozo osakini или «аригато», Сакура…
День у Харуно не задался с самого утра, точнее – с четырёх ночи.
Бедная девушка мучилась от бессонницы. Нет, конечно она не переживала из-за поцелуя Наруто и Карин – ей было плевать на это. Она злилась на себя за то, что снова поссорилась с Узумаки, ведь без блондина она не может видеться с Саске, что радости, естественно, не вызывало.
Пол ночи «розовый слоник» пыталась придумать план примирения с жутко бесящим её голубоглазым.
План был прост, как дважды два: Сакура, с утра пораньше, нагло завалится в дом художника, и, проорав: «Танцуй, Узумаки, ты прощён!», повиснет у него на шее. Нару, конечно, будет бесконечно рад и счастлив. Тут-то Харуно и станет воплощать в реальность уже другой план - план по завоеванию сердца Учихи.
И всё бы хорошо, но…
- Узумаки, я реш… КАКОГОХРЕНА?!?!?!?!?! – противный, режущий уши визг…
Звереющая на глазах Сакура, показалась в дверном проёме и опешила… Картина маслом… Массажным…
Представьте ситуацию: Вы, ничего не подозревая, заходите в комнату парня, а там… а там – тот самый парень, полуголый, лежит на другом, громко стонущем пареньке, и подозрительно на нём ёрзает… Как продвинутым яойщикам, Вам в этой ситуации не покажется ничего дурного, напротив… А вот Сакуре…
- Какого хрена здесь происходит, Узумаки?!?!?! – зарычала Харуно и стала надвигаться на сладкую парочку.
- С…Сакура-ччан… - прозаикался перепуганный блонди, сползая с брю. – Это не то, что ты подумала…
- А ну-ка вали отсюда, грёбаный извращенец!!!!! – Сакура так и светилась злобой, хрустя кулаками.
- Д...да. Я… за аптечкой. – ляпнул Наруто и умчался вниз.
- Саске-кун!!!! – розовый вихрь подлетел к лежащему Учихе.
Саске просто лучился кайфом: обнажённый Наруто скользит по нему горячим торсом, разминая больную спину Учихи. Красота, романтика… и безумное возбуждение, проявляющееся огромной эрекцией, упирающейся в кровать…. Разумеется, когда в комнату влетела злая Сакура, Саске был «очень рад», просто «счастлив».
- Саске-кууун!!! – ещё раз провизжала зеленоглазая. – Что с тобой?! Тебе помочь?!
- Иди к чёрту… - еле слышно прошипел Учиха.
- Что-что? Сейчас… - Харуно обхватила брю за плечи и перевернула его на спину. – Вот так. Что ты гово… ого! – Сакура залилась румянцем.
Черноглазый напрягся, заметив заминку розоволосой и посмотрел туда, куда уставилась Харуно…
- Это не то, что ты подумала.. – поспешно проговорил черноглазый, пытаясь прикрыть внушительную эрекцию одеялом.
Сакура же заинтересовалась ещё больше.
- Это я на тебя так влияю?.. – жаркий шёпот и шаловливые ручки, тянущиеся к одеялу.
- Да как ты… - попытался возразить полудохлый брю.
- Сейчас тебе будет хорошо.. – шёпот ещё жарче, ещё сокровенней.
Руки зеленоглазки оперативно стянули одеяло с Учихи. Саске попытался вырваться, на утренний «экзамен» говорил сам за себя. Сакура тем временем, не видя особого возражения у Саске, ловко стянула боксеры с черноглазого и оценивающе посмотрела на достоинство Учихи.
От такой наглости, у черноглазого просто перехватило дыхание, но… Но когда Харуно «заглотила» его член, брю и вовсе онемел… Озорной язычок и тёплые губки зеленоглазой дарили долгожданные ласки и разрядку. Учиха, как в замедленной съёмке наблюдал за то опускающейся, то поднимающейся розовой головой и тихо постанывал, уже совершенно ничего не соображая…
Пара минут – и Саске с наслаждением кончает…
- Саске… - девушка, одевает на место боксеры и подтягивает к лицу черноглазого. – Я люблю тебя…
Девушка мягко касается губ брюнета и нежно его целует…. Учиха ни-хре-на не соображает, потому что перед глазами совсем не Сакура: перед глазами – Наруто. Сас отвечает на поцелуй – страстно и несдержанно…
- Tadaima**!!! Са… - дверь распахивается и на пороге вырастает блондин…
Учиха вмиг «трезвеет», услышав знакомый голос и отталкивает разомлевшую Сакуру.
- Ты… ты… - на небесно-голубых глазах выступают слёзы. Слёзы ужасной обиды и разочарования: его предали. Его предал самый лучший и близкий друг и любимая девушка. – Убирайтесь!!! – выкрикивает Нару и убегает вниз.
- Ха, ну ничего, - хмыкает довольная девушка. – Чем раньше узнал бы, тем лучше. Да, Саске? – она пытается обнять брюнета.
- Иди к чёрту! – Учиха просто звереет. – Ты воспользовалась моментом. Ты – дрянь!
- С...Саске-кун…
- «Аригато», Сакура.
Черноглазый, забив на боль и усталость, подхватывается с места и, по пути одеваясь, сбегает вниз.
Харуно разочарованно вздыхает, глядя на убегающего Учиху. Мда, план не удался, но зато она их поссорила. И, наверное, поссорила навсегда…
- Нару… - брюнет осторожно подходит к расстроенному другу, сидящему на скамейке в саду. – Нару, я…
- Оставь меня… - столько боли в голосе, столько обиды.
- Нару, это совсем не то…
- Саске. – черноглазый вздрагивает, слыша холодный голос. – Я попросил тебя уйти.
- Наруто! Ты не понял, это…
- Yurusenai, doozo osakini*. – чётко, выговаривая каждую букву.
Блондин поднимается со скамейки и направляется к дому…
Саске обречённо стонет и, обхватив голову руками, садится прямо на землю…
Остаток дня для блондина прошёл как в тумане. Всё валилось из рук и из глаз то и дело катились слёзы. Ему было очень больно, хотя… Хотя Наруто прекрасно понимал, что всё это подстроила Сакура. И если бы Саске оттолкнул Харуно сразу, голубоглазый бы ни за что не выгнал друга, но он отвечал на её поцелуй… И от этого становилось мерзко. Даже не потому, что у Узумаки такая девушка, а потому, что Саске целовался с другой. Глупо, но Нару ревновал Учиху, именно Учиху…
Художник тяжело вздохнул от своих неутешительных мыслей и лёг на диван.
Ему, да и Саске тоже, предстояла целая ночь раздумий и самобичевания. Целая ночь в уже таком непривычном одиночестве.
Глава 12.
Экзамен №6: готовим сами, или Неужели, навсегда?..
Как Саске пережил целый день без Наруто лучше не рассказывать… Лучше не писать, потому что Учиха весь день страдал. Весь день упрекал и осуждал себя. Весь день звонил Узумаки и пытался извиниться. Весь день - ничего кроме «прости» и «скучаю». Но, блонди не брал трубку и сбрасывал вызовы на сотку, а потом и вовсе отключил телефон…
Брюнет не находил себе места… Со стороны, Итачи и Тен, вообще казалось, что черноглазый сошёл с ума…. Поэтому они поднимались к нему в комнату минимум раз в полчаса, потому что боялись, что он что-нибудь с собой сделает…
Саске не знал, что ему делать… Он не мог простить себя, но и не мог поверить, что дружба с голубоглазым чудом закончилась так глупо, прошла, как сказочный сон…
Наруто было не лучше.. Слёзы не сходили с печальных голубых глаз… Он не мог поверить, но и не мог забыть: его предали. Нагло. Жестоко. В его доме. В его комнате. На его кровати. Предали. Больно…
- Итак. – новый экзаменатор выжидающе посмотрел на парней. – Сегодня, как вы помните, шестой экзамен.
Парни кивнули и мельком глянули друг на друга. Взгляды встретились. Нару, фыркнув, поспешно отвернулся, отодвигаясь подальше от Учихи. Саске же только тяжело вздохнул и загрустил ещё сильнее.
- Сегодня будет необычный экзамен. Вы будете работать в паре. – мужчина многозначительно посмотрел на враз побледневших парней. – Экзамен заключается в быстром приготовлении праздничного ужина…
- Мы будем готовить?! – перебил его офигевший брю.
- Да. Пять блюд, плюс правильно заваренный чай. Всё просто, если работать сообща. – экзаменатор внимательно посмотрел на парней и обречённо вздохнул. – Если провалитесь – ещё две ленточки ваши.
- Хай. – промямлил блонди и зашагал за удаляющимся в соседнее помещение мужчиной.
Саске неутешительно присвистнул и тяжело вздохнул. Готовить отото Итачи совершенно не умел – у него дома всегда находились женщины, которые этим занимались. Ну, разве только жутко вредную и находящуюся под запретом Тен пиццу в микроволновке разогреть, а так… А так, черноглазый ничего в кулинарии не смыслил. В отличие от Наруто…
Узумаки любил готовить. Любил жарить, варить, парить, чистить, резать, шпиговать, фаршировать, и ещё кучу всего. Готовка – его конёк, в этой области ему даже его друг Чёджи – шеф-повар в известном ресторане – частенько проигрывал. Поэтому, только придя на «кухню» и взглянув на стол, заваленный продуктами, блонди начал действовать.
Не желая разговаривать с Учихой, Нару бросил на него требовательный взгляд и всучил миску с овощами: раз готовить не умеет, так пусть помоет и почистит.
Помешивая варящиеся соевые бобы для мисо одной рукой, а второй – шинкуя рыбу, голубоглазый поглядывал на пыхтящего над овощами брюнета и непроизвольно вспоминал время, когда они были друзьями, и Нару вечно подкалывал Саске, по поводу его абсолютного неумения приготовить даже самое простое блюдо.
Отколов очередную ленточку, блондин, не оглядываясь пошёл к выходу. Учиха же, невольно задержавшийся в кабинете «босса», ринулся догонять Наруто.
- Наруто, стой! – крикнул Сас в след. – Давай поговорим.
Узумаки резко остановился и, нацепив самый грозный и зловещий взгляд, направился прямо к брюнету. Саске непроизвольно сглотнул, видя надвигающуюся «машину смерти».
Блондин подошел вплотную и выдохнул прямо в лицо черноглазому.
- Нам. Не о чем. Больше. Разваривать. – чётко, зло, выговаривая каждую букву, выделяя каждое слово.
- Нару, я…
- Разговор окончен. – оборвал его блондин и быстро пошёл прочь.
- Я люблю тебя… - прошептал Саске, судорожно вздыхая, пытаясь унять непрошенные слёзы…
- Ну, как у вас с Саске дела? – весело спросил запыхавшийся после танца Сай.
- Что значит «у вас»? – зло, но непонимающе, спросил Нару, пытаясь переорать гремящую на весь клуб музыку.
- Ну, я думал, вы будете встречаться. – недоумённо.
- ЧТО?! – блонди просто взорвался.
- Мальчики, чего не танцуем? – приобняв парней, проворковала подошедшая Ино.
- Не хочется. – буркнул Наруто и, бросив уничтожающий взгляд на Сая, направился к выходу.
- Что-то случилось? – удивилась блондинка, смотря в след художнику.
- Я просто спросил, не начал ли он встречаться с Саске, а он… вот. – бледный загнанно посмотрел на свою девушку.
- Аааа… - грустно протянула Яманако. – Тебя в Токио два дня не было, а эти голубки уже успели поцапаться.
- Да?
- Угу. А всё из-за Харуно-дуры. – девушка тяжело вздохнула и обняла парня. – Представляешь, совратила не соображающего Учиху прямо в комнате Наруто.
- ???
- Слава богу, Нару видел только поцелуй.
- Мда… Ну, я же всегда говорил, что она – шлюшка… - брюнет ухмыльнулся и поцеловал Ино. – Может, поможем парням? А то такими темпами они и дальше будут корчить из себя только друзей, боясь следующего шага.
- М, думаю, не надо. Они сами должны сделать первый шаг.

- Саске! – перешла на крик Тен, колотя в дверь ванной. – Выходи немедленно! Ты сидишь там уже второй час!
- …
- Саске! – зарычал стоящий рядом Итачи. – Вы-хо-ди.
За дверью послышался судорожный всхлип, потом – выключили воду в кране. Щеколда открылась и из ванной вышел зарёванный Саске…
- Саске… Ну ты чего? – нежно прошептала Тен, крепко обнимая брюнета. – Вы помиритесь…
- Нет. – всхлип.
- Помиритесь. – тут же подскочил Итачи и взвалив обессилившего от страданий братика на плечо, потопал в комнату Саске.
А дальше – ещё одна бессонная ночь. У обоих. В непривычном холоде и с самыми мрачными мыслями.
Обоим больно, но – гордость. Но – предательство, недоверие.
Но… неужели, навсегда?..
Глава 13.
Экзамен №7: исповедь, или Друзья навеки, или что-то большее?..
Весь день Саске звонил Узумаки то на сотку, то на домашний, но Нару не брал трубку.
Тын-дын. Смс. От Саске.
«Я знаю, что я последняя сволочь. Даже оправдываться не буду, да и не хочу…
Прости меня. Прошу. Я без тебя не могу…»
Узумаки несколько минут смотрел на текст смс-ки. Потом, вдруг сорвался с места и выбежал из дома.
- Сас… Ну Саске… - кареглазая девушка обнимала абсолютно апатичного брюнета и гладила его по голове. – Вы обязательно помиритесь. Вот увидишь…
- Милая, - к ним подошёл Ита. – Пошли. Ему нужно побыть одному.
Девушка коротко кивнула и, поцеловав Саске в щёку, ушла с Учихой-старшим.
Брюнет совершенно безразлично лежал на диване в холле и пустым взглядом смотрел в потолок. Он предал своего друга, своего братишку, своего любимого. Наруто. Осознание того, что Саске причинил ему боль, заставляло черные глаза слезиться, а сердце биться так, что стучало в ушах. Учиха-младший не знал, что делать: Нару не отвечал на звонки, не брал трубку, а там, в саду и на экзамене, даже слово сказать не дал. Мысль о том, что Сас потерял самого дорого для себя человека из-за глупого наваждения, просто убивала. Изнутри. Рвала сердце и душу на мелкие кусочки…
Неожиданно в дверь постучали. «Неужели Итачи с Тен уже вернулись?» - подумал Саске и поплёлся отпирать дверь…
И какого же было его УДИВЛЕНИЕ\РАДОСТЬ, когда на пороге своего дома, он увидел не надоедливых «родителей», а… Наруто…
- Нару!.. – брюнет начал было оправдываться, но голубоглазый прижал свою ладонь к губам гитариста.
- Молчи. А то я передумаю и снова уйду.
Черноглазый радостно закивал и поспешил затолкать друга в дом.
Блондин разулся, молча прошёл в гостиную и уселся в кресло с ногами. Повисла неловка пауза.
- М…может, чаю? – неуверенно предложил Сас.
Блонди кивнул и устало закрыл глаза.
Учиха быстро умчался на кухню и вернулся в комнату через пару минут, уже с двумя дымящимися кружками.
Брю неуверенно протянул одну из кружек Узумаки. Тот посмотрел сначала на черноглазого, потом на кружку.
- Я и сам не знаю, зачем я здесь. – неожиданно сказал художник.
- Если ты больше не хочешь меня видеть, я пойму. – Учиха опустил глаза.
- Поймёшь. – утвердительный кивок. – Только, разве ты этого хочешь? – брю поднял на Нару такой убитый взгляд, что тот опешил. – Я… тоже этого не хочу…
- Нару…
- Ты сказал, что не сможешь без меня. – Саске слегка покраснел и уверенно кивнул. – Тогда… давай забудем этот случай.
- ???
- Просто забудем. Но, если…
- Нару, я больше не посмею причинить тебе боль… - гитарист крепко обнял голубоглазого. – Ты мне слишком дорог.
- Ты мне тоже очень дорог. – Нару обнял его в ответ. – Я так устал, да и ночью заснуть не смог. – черноглазый горестно кивнул, соглашаясь. - Пошли спать. Завтра экзамен.
- Угу.
Вопроса о том, как же они будут спать, не возникло ни у кого. Парни настолько привыкли просыпаться в одной пастели, что засыпать в разных местах было уже совсем непривычно.
Раздевшись, парни тенью скользнули на кровать Саске, под одеяло и прижались друг к другу.
- Прости меня, Нару. – прошептал Учиха, укутывая друга. – Я тебя очень люблю.
- И я тебя… - сонно прошептал художник и, обняв брюнета, спокойно уснул, согреваясь в объятьях друга, по которым уже успел ужасно соскучить

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Nanra

Totte: cvb

19-05-2010 21:00 (ссылка)

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Nanra

Totte: Чистая Романтика

19-05-2010 20:09 (ссылка)

жжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжжСайт для ГЕЕВ.
Машина медленно подъехала к гаражу. Тихо припорковавшись, я погасил фары и вытащил ключ.
Побив пальцами по рулю только известную мне мелодию, я окинул взглядом парня, который лежал на соседнем сидении. Он спокойно посапывал в подушку, укутавшись в теплый плед на опущенном сидении.
Сейчас мне было так не охото портить такую милую картину, но желание попасть скорее домой губило эту милость.
Правой рукой медленно провожу по коротким мягким волосам, а после спускаюсь все ниже и ниже, доходя до щеки. На левой было три полоски, а на правой только две. Это были худшие моменты в жизни этого парня, потому что эти надрезы он делал только когда всерьез задумывался о самоубийстве.
Прерываюсь от самых страшных воспоминаний, потому что он начинает улыбаться и поворачивать лицо в мою сторону. Его глаза медленно приоткрываются, а лицо приобретает сонный вид.
- Приехали? - спрашивает он, пытаясь понять место, где мы остановились.
- Да, пойдем в дом - снимаю ремень безопастности, пока эта соня потягивается и зевает.
Он убирает плед, а я тем временем открываю дверь автомобиля и выхожу на ружу. Следом за мной выходит еще до конца не размявшийся Наруто.
Я закрываю машину и ставлю ее на сигнализацию, а после мы вместе идем в наш общий загородный дом.
Так полуилось пол месяца назад, что мы с ним продали свои две большие квартиры и купили небольшой загородный дом. От него до наших работ где-то час езды, и то мы в пробках минут двадцать торчим.
Что поделаешь. Зато здесь нас точно не тронут, а это спокойное местечко мне очень даже нравится. А почему не тронут, так это потому, что мы оба работаем в огромных компаниях своих отцов, поэтому все до сих пор думаю, что мы живем на квартирах. Нет, не живем. Мы просто не разглашаем эту информацию о загородном доме.

Открываю входную дверь и вхожу в прихожую. Мой друг закрывает дверь и снимает куртку. Я же, быстро расправившись с одеждой и туфлями, иду на кухню, потому что очень сильно хочу кофе. Что поелаешь, любитель. Без кофе не могу. У меня даже две кофемашины на кухне. Наруто же не против. Кхем... О нем вообще другой разговор, потому что он противоположнось меня. Вечный неугомонный пазитифф. Его и без кофе хорошо прет. Правда, только до 22:00. Потом он просто вырубается, как на пример, сейчас.
Оборачиваюсь на шум и вижу, как это солнечное чудо мирно посапывает на диванчике напротив кухонного стола. Видимо, сил у него хватило только на то, чтобы дойти до дивана.
- Разделся бы - отворачиваюсь и ставлю чайник на плиту - Наруто...
- Хррр...
Ясно. Ладно, пусть спит, а то и так целый день носится по своей компании, как угорелый. А все потому, что он не умеет правильно командовать людьми. Ведет себя с ними всегда так мило, поэтому никогда не переходит на крик. Я же, на оборот, ору на всех, как потерпевший. Меня уже понимают с полу слова.
Ухожу в ванну, переодеваюсь и умываю лицо холодной водой. Она освежает и немного расслабляет, потому что ехать в полной темноте целый час - мучение для глаз. Хоть бы освещение провели, а то так по пьяне забудешь куда ехать и не выйдешь потом.
- Саске!!! - слышу из соседней комнаты голос Наруто.
Захожу на кухню. Окидываю взглядом чайник, который орет и пыхтит, как ненормальный.
- Выруби чайник, а то орет, как потерпевший.
- Это ты орешь сейчас, как потерпевший, бака. Вставай давай - делаю чай сонной личности и наливаю себе кофе.
За это время Наруто уже успевает переодеться и прийти на кухню. Его сонная физиономия меня все еще убивает, но уже не так сильно. Он отпивает горячий чай с кусочком лимона и... Балдеет.
Моя рука уже тянется, как по рефлексу к шкафчику, что стоит позади меня. Достаю от туда коробочку с таблетками и ставлю ее перед Наруто. Он угрюмо смотрит сначала на нее, а после на меня.
- Мне это уже не надо - спокойно говорит он мне и отпивает чай.
- Хочешь чтобы я в тебя их насильно заталкивал? Сказали две недели пить, значит надо пить!
Глупый. Тебе ведь будет только лучше. Я же вижу, что ты еще не отошел до конца от того стресса, что пережил. Запиваешь таблетки и выкидываешь эту упаковку куда подальше, а именно обратно в шкафчик. Точное попадание.
- Ладно, я спать. Спасибо за чай - моешь кружку и уходишь на второй этаж в свою комнату.
В последнее время твое состояние меня убивает, хоть я и не показываю тебе этого. Наруто, что с тобой происходит? Смотрю на чашку, на свое отражение в кофе и прикрываю глаза. Это всегда помогало мне думать...

"Месяц назад"

Я сидел в своей комнате и пытался понять бумажки, которые мне дал Итачи. Он сказал, чтобы я начинал осваивать отцовские дела, так как мы с моим старшим братом были следующими наследниками его огромной фирмы. Мне всего 19, а Итачи уже давно за 20, поэтому пора бы и подучиться.
Мои глаза уже начинали закрываться, потому что время было пол двенадцатого, а завтра еще Институт. Хоть я и никогда не говорил, что школа, колледж и Институт меня достал, но он реально меня ДОСТАЛ! Мне все давалось очень легко. Было слишком скучно, поэтому я постоянно попадал во всякие передряги со своим лучшим другом Наруто. Кстати, наши отцы дружили. Ну и мы не отставали - нашли общий язык. Так что дружим с горшка и до Институтской парты.
Я уже упал на важные бумаги и заснуть мешал мне только свет от лампы, который светил мне прямо в глаза, а еще скрипучая дверь, которая приоткрылась. Я раскрыл глаза и посмотрел в сторону скипучего звука. Мой брат замер в дверях. Его постоянно одинаковое лицо сменилось шоком. Он, будто слепой, дошел до моей постели и долго не мог подобрать слов.
- Итачи? - тихо начал я.
- Мне позвонили... В общем, родители... Они погибли.

С этого дня начался мой настоящий кошмар. Я не знал, что делать, как и Итачи. Наруто постоянно поддерживал меня, и всегда был рядом с нами, пока...
Чеез неделю мне не позвонили из больницы и не сказали, что там лежит Наруто. Я быстро собрался и уехал к нему, забыв про то, что у меня дома проблема.

У главного врача я узнал, что Наруто и его родители попали в афтокатосрофу. Выжил только он. И час назад его только перевели в отдельную палату. Единственный номер, который был кроме родителей и всех прочих друзей - был мой. Поэтому мне и сообщили об этом.
Я зашел к нему и тихо закрыл дверь. Он лежал на кровати и смотрел в потолок. По его щекам текли слезы. Сам он был весь в пластырях и бинтах. Ноги и руки он не сломал. Отделался пару ссадинами а синяками, потому что ехал сзади.
- Наруто - тихо позвал его я, но тот долго не отвечал.
- Саске - я поднял на него глаза.
У него было тоже состояние, что и у меня неделю назад. Я немного отошел, а вот Наруто, похоже, чувствует себя еще хуже. Он всегда был вечным позитивом и все проблемы давались ему слишком тяжело, а я умел трезво оценить ситуацию.
- Я все знаю... Мне очень жаль...
- Саске, я не хочу больше жить - эту фразу я боялся услышать больше всего из его уст.
- Наруто, прекрати! Мы должны с тобой жить, потому что на нас теперь с тобой огромная ответственность - он и я замолчали, а я не хотел забивать его голову, но все же выдал - Итачи посадили за спланирование убийства родителей.
- Но он же не убивал их - оказывается, он еще мог трезво мыслить.
- Нет, это он их убил, спланировав все со своими друзьями.
- Пейном и Кисаме?
- Да... - я замолчал. Нам сейчас было вдвоем плохо. Очень - Слушай, Наруто. Мы выдержим это все. Я тебе обещаю. Только давай без глупостей. Нам 19. Мы многое с тобой можем. Так что все будет хорошо, ты только поправляйся побыстрее.
С того дня я навещал Наруто каждый день, пока его не выписали. Его и список лекарств, которые ему надоело пить уже через неделю. Заталкиваю в него, как могу.

Приоткрываю глаза и смотрю на кофе. Остыло. Ненавижу холодное кофе. Иду и выиваю его в раковину, мою бокал и поднимаюсь в комнату своего друга. У него не горит свет, значит, он спит.
Эти две недели стали для него, как для меня, когда на меня свалилась эта вся гора: арест Итачи, фирма моего отца и отца Наруто, его здоровье и Институт. Конено же, я везде успеть не мог, поэтому мне пришлось выбирать. Выбрал я фирмы, потому что никак не мог их бросить, а заменить меня было не кому, разве что только моему дяде Мадаре. Но с ним у меня были не очень хорошие отношения. С ним мог ладить только Итачи.
Ложусь спать и проваливаюсь сразу же в сон. Странно, но после кофе я всегда хотел спать, а не бодрствовать.

Просыпаюсь рано утром, часиков в пол седьмого. Иду в душ, а после на кухню, из которой уже веит чем-то вкусненьким.
Сажусь тихо на один из стульев и наблюдаю такую картину: Наруто в фартуке стоит у плиты и готовит блинчики, напевая одну из мелодий, что орет у него в плеере. Всегда было инересно, как он слушает музыку через один наушник. В общем, музыка поступала к нему 50 на 50.
- Я тебе не мешаю? - издевательским тоном произношу я, проверяя наличие таблеток.
- О, Саске, ты уже проснулся. А я вот тут колдую.
- Заметил уже - Выпил. Молодец. Выкидываю эту паку куда подальше и беру ноутбук в руки.
- Что в мире нового? Смотрел уже?
- Неа. Я только в контакте сидел и с друзьями переписывался. Кстати, тебе от Сакуры привет.
- Тьфу, Наруто! Просил же не напоминать мне о ней до конца моих дней.
- А что, вы были бы неплохой парой.
- Размечтался! У тебя вон блин сгорает.

Позавтракав, мы быстро собралсь на работу и, сидя в машине, стали продумывать планы на сегодняшний день. Что нам еще делать час в машине???
Было решено порешать все проблемы на работе, а после Наруто заедет ко мне в офис и мы съездим куда-нибудь. В ресторан, например, поужинать. Давненько там не были.
Так оно и случилось.
Мне оставался час до того, как приедет Наруто. Все дела я уже порешал, поэтому заняться мне было нечем. Я сидел и тупо пялился в монитор своего компьютера. Решив посмотреть погоду на завтра, я залез в Интернет и начал читать прогнозы, как вдруг...
Вылезла табличка с надпись "А ты ГЕЙ?". И передо мной открылась прекрасная поза двух парней-извращенцев, хотя второй мне немного напомнил Наруто.
Я, разумеется, зашел и просто опупел от того, чего там начитался и насмотрелся. Да, меня привлекали девушки, но это было мне неизведанное. А я всегда любил все новое. Я засиделся на этом сайте до того, что приехал Наруто, и только когда он открыл дверь, я вылез из компьютера.
С этого момента я больше не мог смотреть на него, как на своего друга...

Вечер мы провели в дорогом ресторане, но были там не долго, потому что Наруто валился с ног после работы, а я еще должен был отвезти нас домой, а дом наш у черта на куличиках. Ехать и ехать до него.
На следующий день я был весь, как на иголках. В прямом смысле этого слова. Этот сайт не давал мне покоя. Я все путал, делал не так и был невнимателен ко всему: с самого утра одел рубашку задом на перед, потом чуть не пролил на себя кипяток, на работе все смешал в одну кучу, а когда оставался один в своем кабинете - постонно заходил на этот сайт. Я сошел с ума - этот вердикт я вывел сам себе.
Время было 18:00, а до Наруто еще два часа. Я поделал все дела, как и обычно, поэтому мысль о том чтобы позвонить одному из друзей Итачи не давала мне покоя.
Не прошло и пяти минут, как моя рука потянулась к своему сотовому. Я нашел этот номер и, затаив дыхание, боялся сказать хоть слово, но выбор был уже сделан, поэтому надо говорить.
- Алло - послышалось с того конца.
- Дейдара, привет. Слушай, а давай через пол часа встретимся в ресторане "Фиеста"? - боюсь услышать слово "нет".
- Я не против, все равно Сасори тут по уши в работе, а мне заняться нечем.
- До встречи.
- Ага.
Откидываю телефон в сторону. Этот Дейдара на три года страше меня, но поведение у него, как у маленького ребенка. Мне иногда даже кажется, что Наруто намного серьезней него.

Сижу в ресторанчике и смотрю в окно. Заказ я давно сделал, но его еще не принесли. Дейдара опаздывает. Это в его репертуаре.
- Привет! - поворачиваю голову и вижу напротив себя растрепанного Дея.
Его желтые волосы были, как и обычно, распущены. Длинная челка спадала на левый глаз, а голубые глаза светились счастьем. Он, как и Наруто, жестокий пазитифф. Я просто окружен пазитивом. Прекрасно...
Официантка принесла две кружки кофе и какую-то закуску в виде бутербродов, а еще несколько пирожных. Дейдара был огромной сладкоежкой, поэтому я заказал ему парочку радости.
- Ты опоздал.
- Я не виноват в том, что пробки огромные! - стал оправдываться он.
- Пробки? - приподнимаю левую бровь.
Офигеть, Сасори опять отнял ключи у него от машины?
- Опять штраф заработал у Сасори? За что на этот раз?
- Чуть не разбил его любимый Поршик - он погрустнел. Видимо, без ссоры здесь не обошлось - Слушай, а зачем ты меня позвал?
Я подавился кофе. Я даже не думал о том, как я буду ему рассказывать то, что я нашарил в Инете, хоть и Дейдара у нас по этой части.
- Саске? - лицо Дея стало заинтересованным - Ты че побледнел весь? Итачи не следит за твоим здоровьем...
- Итачи посадили - перевел тему, блин.
- Что?
- Месяц назад он с Кисаме и Пейном убили наших с Итачи родителей. Вот его и посадили - Странно, я уже не чувствую злости.
- Какой кошмар! Почему раньше не позвонил? Мы бы с Сасори тебе помогли его вытащить.
Сасори у нас лучший адвокат. Вытащит любого. У него есть особенность - играть с людьми, как с куклами. Поэтому, он любого может вытащить. В общем, нашел свое место в жизни.
- Итачи согласился на тюрьму. Я вообще не о нем хотел поговорить - отвожу взгляд в сторону.
- Ты такие новости мне говоришь, что я уже дальше слушать боюсь.
- Мне нужна твоя помощь, потому что я не опытен в этих вещах - я замолчал и посмотрел на Дея.
Он среагировал нормально: посмотрел в окно, отпил кофе и снова посморел на меня.
- Кажется, я понимаю чем ты - я замечаю серьезность в его глазах - И кто же этот счастливчик? - я только хотел открыть рот, но он тут же перебил меня - Нет, не говори, я догадаюсь. Узумаки Наруто?
- Дело даже не в нем. Просто, я, наверняка, сошел с ума.
- Да нет, это нормально. Конечно, я тебе помогу. Вот только мне кажется, что тебе больше понравится заниматься этим с Наруто, чем со мной.
- Дей, я же говорю, что неопытен... Поэтому, не могу так просто кинуться к нему в постель.
- А, ну да. Ты же у нас делаешь все идеально.
- Дейдара... - тяжело выдыхаю.
- Где будем учиться? Только не у меня, а то у нас и так с Сасори натянутые отноешния сейчас. Может не понять...
- Приезжай завтра ко мне в загородный дом к 12 часам - расплачиваюсь за кофе и закуску - Давай я тебя подвезу.
Мы выходим с ним из ресторана и направляемся к моей черной Ауди.

Через сорок минут я уже открываю дверь в свой кабинет. Окидываю взглядом свое рабочее место и вижу, что за компьютером, упулившись в монитор сидит, как на иголках, Наруто. Он пытается быстро что-то выключить, но я не придаю этому значения. Мало ли что он там от меня прячет или же просто выключает. Мне плевать.
- Давно здесь? - единственный волнующий меня вопрос.
- Наверное... Пол часа.
Он не знает сколько он здесь пробыл? Что же он там нашарил такого в Интернете?
- Как прошла встреча? Подписали что-нибудь? - какая к черту встреча? Да и какой идиот будет подписывать что-нибудь в ресторане? Все, к черту поувольняю всю женскую половину, чтобы мозги моему Наруто не пудрили!
- Потом расскажу. Поехали домой,а то я устал сильно.
- Слушай, а ты не заболел? - он подходит ко мне и трогает мой лоб.
Я загораюсь от его прикосновения, мои щеки начинают гореть, а кофе в моем животе начинает переворачиваться и лезть наружу. Чуть ли не отпрыгиаю от него и, хватая ключи от машины, выхожу из кабинета - Жду в машине.
Наруто только пожимает плечами, закрывает кабинет и относит ключ на первый этаж, а после садится в машину и окидывает меня взглядом. Я курю сигарету, при чем очень сильно затягиваясь. До сегодняшнего дня я курил лишь по особым случаям, точнее - когда был переломный момент в моей жизни, а после бросил. Сейчас вот опять... Переломный момент. Черт!

По дороге я пытаюсь вслушаться в то, что говорит мне Наруто, но у меня не получается. Слишком сильно на меня повлиял тот сайт. Два дня себя не узнаю, стал, как самая настоящая истеричка.
Понял лишь то, что Наруто завтра надо отвезти к девяти часам на работу. Он нес еще что-то, но я уже не мог понять. Да и не стал зацикливаться на этом. Довез нас до дома, и не поужинав, ушел спать. Завтра будет тяжелый день.

- Где ты был? - красноволосый мужчина даже не подумал кинуть свой взгляд в сторону желтоволосого.
Он что-то усердно рассматривал в своем ноутбуке. Видимо, какое-то новое дело.
- Да так... Встречался со своим старым знакомым... - парень хотел перевести тему, но удавалось ему это всегда плохо.
- Я его знаю? - Сасори двинул пальцем по колесику, и вордовская страничка перелестнулась.
- Да... Это Учиха Саске.
Левая бровь красноволосого приподнялась вверх. Что этому мелкому Учихе понадобилось от его Дея?
- Представляешь, Итачи отправили за решетку. А так же Пейна и Кисаме за то, что они убили родителей Итачи и Саске.
- Он специально тебя позвал, чтобы обсудить с тобой эту тему? - взгляд Сасори уставился на сидящего напротив него блондина. Тот молча опустил свои голубые глаза в пол, думая, что ответить.
- Да... - неуверенно ответил он.
Дейдара никогда не умел врать, а уж своему любимому тем более. Сасори поднялся со своего стула и подошел к черному кожаному дивану. Он присел на корточки и правой рукой взял лицо блондина, приподняв его так, тобы встретиться с ним взглядом.
- Врешь и не краснеешь - выпустив его лицо, Сасори взял со своего стола пачку сигарет и вытащил из нее одну сигарету. Затянувшись, он сел рядом с Дейдарой.
- Ты все еще дуешься из-за Порше? - спросил Дей, чтобы развеять тишину.
- Да нет...
- А я вот чувствую, что дуешься.
Сасори затянулся и выдохнул дым.
- Я дулся не из-за машины. Я просто был ошарашен тем, что ты чуть не разбился - красноволосый отодвинул прядь волос любимого человека, отрывая тем самым его лицо - Я просто представил себе, что мог тебя тогда потерять.
Голубые глаза встретились с гллазами Сасори. Глаза блондина наполнились слезами. Он уткнулся в плечо Сасори, а тот, приобняв его, стал гладить по волосам.
- Ну, не плачь. Поехали лучше домой.
Дейдара с удовольствием согласился, а Сасори не стал добивать его разговором о том, что же в самом деле хотел от него Учиха Саске.

На следующий день я отвез Наруто на работу, а точнее в кафетерий. Правда я не стал узнавать, что за дела у него там были, потому что все мои мысли были лишь о 12 часах.
Как только я приехал домой, то стал подготавливаться к приезду Дейдары. Для начала застелил кровать, потом сходил в ванну, привел себя в нормальный вид и сходил выпил кофе. Поставив будильник на 18:00, я кинул его на тумбочку и посмотрел в окно.
Белый Порш отсановился рядом с моей черной Ауди, и из него вышел Дей. Его желтые волосы тут же размотал ветер, но он, откинув их рукой назад, закрыл машину и пошел к двери моего дома.
Меня тут же прошибли мурашки от того, что должно произойти. Точнее, я просто представил себе, что должно произойти и чуть с лестницы не упал. Но, дойдя до двери, встретил Дейдару и пригласил его для начала на чай, а потом по ходу решил разобраться что к чему.
- Я вижу, ваши отношения с Сасори улучшились - я кинул взгляд в окно на его машину.
- Ага. Сасори меня простил вчера. Знаешь, эта катастрофа, скажем так, помогла нам сблизиться еще лучше.
- Что бы мне помогло сблизиться с Наруто...
- Да ладно тебе, Саске. Наруто поймет тебя и примет твои чувства.
"А чувства ли это" - пронеслось у меня в голове. После того сайта я вообще голову потерял.
- Ладно, пойдем - Дей отодвинул чашку с практически нетронутым чаем и посмотрел на меня.
Мы поднялись в мою комнату и закрыли дверь, правда я так и не понял от кого или от чего. Все равно в этом доме были только я и он. Хотя... Мне тоже будет так спокойней, хотя нет. Соершенно не спокойней!
Я напрягся и покрылся мурашками от страха. Это был мой первый раз. Не в том смысле, что вобще первый. Я поимел уже много девушек, а вот парней...
Дейдара закрыл занавески, чтобы было темней. Мне вообще сейчас показалось, что он хочет интимной обстановки. Еще бы свечки сюда... И о чем я только думаю.
Он медленно подошел ко мне и взял своей правой рукой мой подбородок. Приподняв его немного, он прильнул к моим губам и облизал их своим языком. Нахлынувшие чувства было просто не описать словами. Страх с приятной волной был очень странным и офигенно приятным. Я уже начал терять голову, что уж говорить о следующих шагах. Мои ноги перестали меня держать, поэтому я начал понемногу отходить назад к своей любимой мягкой постели, но шаги давались мне очень тяжело. Дейдара все понял и, уложив на кровать, лег сверху.
Я приткрыл рот, когда его лицо стало приближаться к моему. Его язык скользнул в мой рот и стал исследовать его. Я стал сходить с ума. Мне не хватало свежего воздуха, я стал задыхаться, перед глазами все стало резко темнеть, а в ушах возник тихий, но постепенно нарастающий, звон. Я пытался сопротивляться этому состоянию, разорвав поцелуй, но не смог. Последнее, что я услышал, так это голос Дейдары. Он кричал мое имя...

Удар. Еще удар. За ним следущий.
Я ничего не понимаю, перед моими глазами белая пелена. Звуки были слышны очень тихо, а тело практически не слушалось.
Через несколько секунд я смог почувствовать боль на своих щеках, а еще через несколько секунд я смог поймать руку Дейдары, когда он замахнулся для очередного удара. Приподняв голову, я старался понять, где я.
- Саске... Ты как?- с ноткой заботы спросил меня блондин.
Я стал переваривать информацию. Я... Кровать... Блондин... Дейдара... Что он тут делает? Я лежу на кровати, а он сидит рядом... Черт.
- Что произошло? - я запутался, честное слово.
- Ты грохнулся в обморок. Может, воды принести?
- Да нет, не надо - я упал обратно на подушку, прикрывая глаза.
- Слушай, может не стоит этого делать, эти знания приходят только от чувств к другому человеку... - он поднялся с кровати и стал подходить к двери.
Я приоткрыл глаза.
- Дей, подожди - он остановился и повернулся в мою сторону - Давай попробуем еще раз.
Блондин знал, что я не остановлюсь, поэтому согласися на мою просьбу. Он медленно подошел ко мне и присел рядом. Я приподнялся и встретился с ним лицом к лицу.
- Ты главное расслабься - прошептал он мне в самое ухо и прикусил до боли мочку моего уха.

- Привет, Наруто! Давно не виделись! - красноволосый присел за столик к блондину.
- Привет, Гаара. Да тут столько произошло за последний месяц, что совсем про всех позабывал. Столько дел было.
- Слышал. Соболезную - Гаара погрустнел, но я решил не зацикливаться снова на этом.
Мне только повод дай погрустить, и Саске снова будет отговаривать меня от самоубийства.
- Слушай, я попросил тебя приехать не потому что хотел поговорить о родителях, а по другому вопросу... - я замялся.
Гаара меня поймет в любом случае, а я все равно не могу это сказать.
- И по какому же?
- Я... В общем, я хочу стать геем - Все. Сказал, молодец.
Поднимаю свои глаза на него, он спокойно смотрит на меня и обдумывает полученную информацию.
- Слушай, я даже не знаю, как реагировать на это - поздравить или же...
- Да нет, я не об этом. Просто, понимаешь, я в компьютере Саске наткнулся на сайт для геев и...
- Хм... К чему ты клонишь?
- В общем, я хочу, чтобы ты со мной переспал.
Гаара отпил чай из кружки и окинул взглядом Наруто. Тот от такого разговора стал красным, как помидор.
- Хорошо... Я сегодня весь день свободен, можем хоть сейчас ко мне поехать.
Я сглотнул слюну и представил, что меня ожидает...

После того, что я сегодня сделал днем, углубился в свои мысли еще больше. Когда я ехал за Наруто, то два раза чуть не попал в аварию. За этот час я выкурил пол пачки сигарет, а когда подъехал к месту встречи, то увидел Наруто, который был в таком же состоянии, что и я. Сначала мне показалось. что он был немного помятый, но расспрашивать его я не стал. Может, у меня вообще уже глюки пошли.
Он сел в машину и, сказав мне привет, отвернулся к окну.
Я прикусил губу, но тронулся с места. Дома выясню, что случилось. Сейчас надо сосредоточиться на дороге.

Всю дорогу мы не проронили ни слова, а приехав домой, я ушел на кухню делать чай и чего-нибудь съестного, потому что о делах лучше всего расспрашивать за тарелкой рамена. Приготовив лапшу, я накрыл на стол, но ни через пять, ни через десять минут Наруто не пришел ужинать.
Сказать, что я забил тревогу, значит, ничего не сказать. Я был просто в ужасе от того, что мой друг отказывается от рамена. Последний раз он так себя вел, когда его жизнь полетела к чертям и он задумался о самоубийстве. Черт!
Я сорвался с места и забежал в его комнату, но там его не оказалось. Пулей залетев в ванную комнату, я нашел его там в лезвием в руках. Быстро среагировав, я ударил его по руке, и лезвие улетело в дальний угол. Наруто стал падать, а я, подхватив его, сел на пол и положил его к себе на колени. Он немного привстал и обнял меня, громко плача в мое плечо. Что произошло такого, что ты снова впал в депрессию?
Через минуты две он оторвался от меня и сидел с опущенной головой, пытаясь восстановить дыхание в норму. Я ждал когда он скажет хоть слово, но он молчал и о чем-то серьезно думал.
- Саске... Прости.
Что, черт возьми, происходит?
Я дрожащими руками взял его лицо и приподнял его. Его глаза были закрыты, рот приоткрыт, а на правой щеке красовалась третья полоска, из которой лилась кровь.
Я, будто сошел с ума от ее вида. Притянул этот "Пазитифф" к себе и слизал алую жидкость, а следом и слезы своего друга. Пока тот прибывал в шоковом состонии, я пробрался языком в его рот и поймал его язык. Наруто понял все без слов и стал отвечать мне. Мы стали узнавать друг друга по-новому. Стали открывать новые стороны друг-друга, которые нам еще не приходилось видеть. Черт, он свел меня с ума, поэтому я пытался подарить ему все свои чувства, что испытывал за всю нашу дружбу.
Оторвался я только тогда, когда нам критически стало не хватать водуха, но я не стал отползать от него. Я притянул его к себе еще ближе и, восстановив немного дыхание, стал посасывать его мочку уха. Блондин положил свои руки на мою спину и стал сжимать мою футболку, приподнимая ее.
Я провел языком от его правого уха до шеи, которая открылась мне на встречу. Краем уха я услышал, как мой партнер стал прерывисто дышать. Меня это завело не на шутку. Я раздвинул его ноги своим коленом и почувствовал, как его член стал постепенно вставать.
Отпустив его из своей мертвой хватки, дал волю рукам и стал задирать его футболку. Спустившись чуть ниже, я стал лизать его пресс, облизывая каждый кубик. Руки стали гладить его талию, а губы и язык уже добрались до его сосков. В ход пошли мои острые зубы. Сейчас я чувствовал себя каким-то зверем, потому что доводил свою жертву до потери сознания.
Руки Наруто стали будто умолять меня освободить его от джинс, которые больно стягивали его член. Он морщился от болезненного состояния, а так же от приятного чувства что стянуло его живот в самом низу.
Я медленно растегнул ширинку на его джинсах и расстегнул пуговицу. Из под его трусов уже торчал орган, говорящий о его страсти. Я даже уже забыл о том, что имел такой же орган, как и у него, и его боль в самом низу меня не беспокоила. Я хотел сейчас только одного - сделать приятное своему, не понятно когда ставшему, любимомму человеку. Испытывает ли он такие же чувства ко мне я не знал, но мне было все равно. Я не отступлю.
Голова Наруто металась из стороны в сторону. Он был словно в бреду, а когда я лизнул его набухший член, то он вообще сошел с ума.
Долго мучить я его не стал, поэтому, сразу же взял его член в свой рот на всю длину и стал сначала медленно, а затем быстро сосать. В этот момент я ничего не слышал и не видел, мне было лишь необходимо то, чтобы он кончил.
И это произошло через пол минуты. Я сглотнул его сладкую сперму и приоткрыл глаза. Наруто лежал без сил, его волосы были мокрыми и прилипшими к лицу. Из его щеки шла кровь, но уже не так сильно.
Я лег рядом и уставился в потолок. Ужасная боль неуовлетворенности мучила меня внизу, но мне было не до нее. Я прикрыл глаза, и стал слушать, как, по-моему мнению, Наруто будет уходить или покрывать меня матом. Но, вместо этого, я услышал то, к чему даже был немного не готов.
- Саске... Возьми меня полностью. Прошу тебя.
Мои глаза стали, как два блюдца. Может, у меня уже глюки?
- Саске, ты уснул?
- Нет... - я приоткрыл глаза и увидел перед собой лицо Наруто.
Я взрогнул, хоть и вида не подал. Он больше ничего не сказал, только стал быстро расправляться с моей одеждой, а я начал ему помогать.
Мои руки уже во всю блуждали по его спине, а его по моей. Его правая рука оторвалась и дотянулась до его джинс. Не знаю, зачем они были ему нужны, но через пару секунд, понял.
В моей руке оказался тюбик со смазкой, и я стал подгатавливать нас. Смазав пальцы тем, что было в тюбике, я уложил его на пол и оказался сверху.
Посмотрев на его лицо и закрытые глаза, я сделал вывод, что он уже знает что будет дальше. Только вот от кого?
Он сам раздвинул ноги и мой палец проник в его горячее отверстие. Когда я добавил к нему еще и второй, а затем третий, то понял, что напарник уже растянут. При чем, очень хорошо растянут.
Удивило меня не только это. Его лицо исказила ужасная боль, когда мои три пальца растягивали его отверстие. У меня сложилось такое впечатление, что его кто-то уже поимел. При чем очень даже хорошо поимел.
Черт. Боюсь даже делать следующие действия, потому что не могу смотреть на его боль.
- Войди в меня, ну же, Саске...
Я повиновался его словам, правда делал все это очень осторожно и очень медленно. Войдя в него полностью, я остановился, давая время привыкнуть.
Наруто лишь немного шипел, а в его глазах блестели слезы.
Я слизал его слезы и кровь, которая уже немного высохла, а после его кивка стал по нарастанию в темпе двигаться в нем.
Его шипение постепенно перешло во стоны. Я же уже не мог терпеть, и после его слов "Я сейчас кончу", выкрикнул его имя и кончил один в один вместе с ним.
Вход моего члена в его отверстие оказался для него куда приятней, чем выход. Он извивался в моих руках, и я, резко выйдя, упал рядом с ним. Наруто старался восстановить свое дыхание, и я тоже. Смотря в потолок уже второй раз, я прикрыл глаза и только сейчас задумался над тем, что наделал.
Прошла минута, две. Я расслабился, но тут же понял где мы.
Приподнявшись на локтях, я посмотрел на Наруто. Тот смотрел куда-то под раковину и думал о чем-то своем.
Без лишних слов я взял его на руки и отнес в свою спальню. Идти в его мне было не очень охото, да и моя была ближе, поэтому я накрыл его одеялом и лег рядом. Закрыв глаза, я хотел уже было провалиться в царсво Морфея, но не тут-то было.
- Саске...
- Ммм... - сил отвечать у меня никаких не было.
- Я люблю тебя.
- Я тебя тоже люблю, Наруто.
- Нет - он повернулся ко мне и заставил открыть глаза - Я люблю тебя, понимаешь? Люблю так, что не жалею о том что произошло в ванне.
- Наруто... - черт, даже спать перехотелось - Я тоже тебя люблю до чертиков. И то, что произошло в ванне...
- Я рад, что наша любовь взаимна - он уткнулся мне в плечо.
- Я тоже, тоже очень рад - приобняв его, мы провалились в царство Морфея.

Проснулся я очень поздно. Я, наверное, впервые проснулся в час дня.
Прозевавшись, сначала не мог понять ничего - где я и что упирается мне в бок, свернувшись калачиком.
Немного подумав, я заметил желтые волосы. Балин...
Растолкав желтоволосое чудо, я услышал нотки нытья в его голосе.
- Наруто, черт возьми.
- Саске, имей совесть! Дай поспать!
- Я ее потерял, когда с тобой начал дружить - я толкнул его в бок чуть сльней - Да проснись ты!
Его глаза приоткрылись, и он сонным взглядом посмотрел на меня.
- Ты хоть что-нибудь помнишь?
Он долго молчал, а после улыбнувшись, сказал:
- Я вроде не пил, чтобы ничего не помнить.
Черт, я думал, что обойдется. Мои размышления прервал его поцелуй. Настойчивый и страстный.
- Я люблю тебя, Наруто.
- И я тебя тоже люблю, Саске.
Я пытался приподнять его немного, но лучше бы я этого не делал. Он оторвался и зашипел.
- Наруто? Ты в порядке?
- Все болит. Не могу даже пошевелиться...
Странно было то, что я делал вроде все осторожно, точно так же, как и действовал Дейдара со мной, но Наруто все равно выглядит так, будто его порвали и не раз. Что-то тут было не так.
- Я отнесу тебя в ванную - я медленно взял его на руки, чтобы причинить ему меньше боли.
Посадив его в ванну, я дал ему в руки душ, а сам направися в душевую кабинку.
Быстро вымовшись, я оделся и кинув взгляд на Наруто, который лежал в ванне и боролся с болью, ушел на кухню.
Там меня встретил наш не съеденный ужин. Я поставил его на разогрев в микроволновку, а когда он разогрелся, то на кухню зашел Наруто. Поставив чайник, я присел напротив него.
- Слушай, ты мне ничего не хочешь сказать? - поинтересовался я, смотря на то, как мой друг смотрит пустым взглядом в тарелку с его любимым блюдом.
- Саске... Прости...
Если мне не изменяет память, то вчера вечером он говорил мне тоже самое.
- А за что мне тебя прощать? Это вроде я должен просить у тебя прощение...
- Нет, просто, пока тебя не было на рабочем месте, залез в твой компьютер.
Моя бровь поползла вверх. Хм, ну и что здесь такого?
- И... В общем, каким-то образом попал на сайт.
- Что за сайт? - с интересом спросил я, хотя знал к чему он клонит.
- Он для... для геев.
- И что? - я даже вилку положил от его интонации.
- Просто после того, что я там увидел, не мог смотреть на тебя больше, как на друга.
- Хм...
Он повернулся ко мне и заглянул в мои глаза.
- В общем, вчера я позвонил Гааре и переспал с ним - на одном дыхании протораторил он.
Так вот почему у него такое состояние убитое. Гаара, значит. Нашел к кому в койку прыгать. Он же по тебе с ума сходит. И я, дурак, куда смотрел.
- В общем, я не знаю, как ты на это отреагируешь, но когда мы переспали с Гаарой, то мне эта задумка ужасно не понравилась, но когда я переспал с тобой, то еще пол ночи заснуть не мог, потому что совершенно запутался. Но сейчас я точно уверен в том, что поступил себя не правильно, когда позвонил Гааре. Мне надо было тебе сразу все сказать.
- Черт, Наруто, прекрати! - я подошел к нему и пересадил его на рядом стоящий диван - Я тоже был не уверен в том, что поступаю правильно после того сайта, и поэтому попросил Дейдару переспать с ним.
- Получается, что мы квиты...
- Получается, что да. Вот черт, мы реально сошли с тобой с ума.
- Знаешь, мне кажется, что на этот сдвиг повлияли наши с тобой проблемы.
- Мне тоже так кажется, но я все равно люблю тебя, несмотря на то, что произошло вчера у Гаары.
- И я тебя тоже люблю, Наруто - мы страстно поцеловались и продолжили есть, с улыбкой разговаривая о том, как этот сайт повлиял на нас обоих.

Весь этот день Наруто всего трясло, не понятно от чего и все тело ужасно ломило. Я уложил его спать в его комнату, а сам позвонил Дейдаре, намереваясь встретиться с ним в том же ресторане.
Через полтора часа я был уже на месте. И на этот раз, опоздал я, но Дей мне этого не подметил.
- Привет - начал я, присаживаясь к нему напротив.
- Привет. Как Наруто?
- Как раз об этом я и хотел с обой поговорить...
Изложив ему всю судь дела, мы приняли решение съездить к этому Гааре домой. Я ездил с Наруто к нему много раз, поэтому точно знал, где он живет, но когда мы приехали к нему, то он долго не открывал дверь, пока...
- Вы к Гааре? - спросила нас какая-то старушка, проходившая мимо.
- Да, а вы не знаете где он? - поинтересовался Дейдара.
- Он вчера покончил жизнь самоубийством, спрыгнув с нашего дома. Сегодня всем подъездом утром хоронили. Такой паренек был хороший.
Меня будто вером холодной воды окатили. Я не мог поверить, что Гаара мог так поступить. Наруто этого не переживет...
Из раздумий меня вывел Дейдара.
- Саске, твою дивизию - он потряс меня за плечи.
- У меня не было никогда дивизии.
- Очнулся, наконец. Я тебя уже минуты три зову!
- Все нормально. Поехали отсюда.

Дейдара посоветовал мне ничего не говорить Наруто, пока не будет подходящего момента. Я согласился, и когда приехал домой, то Наруто сказал, что ненавидит Гаару. Я не стал ему ничего говорить, потому что просто не мог или не хотел видеть в его руках снова то лезвие, которое валялось сейчас в углу ванной.

Прошла неделя. Наруто снова носился, как угорелый по своей фирме. Номер Гаары он сам удалил из своего списка. Мы же стали с ним настоящими геями, потому что уже и минуты друг без друга прожить не могли.
Тот сайт я удалил из своего списка всех сайтов, да и забыл уже про него, потому что с этой любовью к Наруто не успевал уже и делать все дела по работе за один день, откладывая их на потом, да на потом. Но, все же, я безумно рад этому сайту, что помог нам сблизиться с Наруто еще ближе, чем просто дружба...

The end

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Nanra

Totte: Чистая Романтика

19-05-2010 19:46 (ссылка)

Сладость запретов…
Мой день начинается в четыре пятьдесят семь утра, когда я, легко поцеловав на прощанье пухленькие губки моего сладко спящего Безумия, по балкону пробираюсь в свою комнату. Я успеваю забраться под одеяло и закрыть глаза, прежде чем в спальню зайдёт отец, чтобы разбудить меня на тренировку... Голова отваливается, спать хочется ужасно, потому что моё Безумие долго не хотел выпускать меня из жарких объятий. А ещё мне приходится пользоваться тональным кремом, чтобы, не дай Ками, родители не заподозрили ничего неладного, заметив метки засосов, оставленных моим не в меру пылким любовником…
И, не смотря на это, я, наверное, самый счастливый человек на свете. Ведь у меня есть Он. Мой маленький лучик света. Моя страсть и моя безмятежность. Моя сила и моя слабость. Мой глупый, но такой очаровательный маленький брат. Мой Саске…
Я даже не помню, когда всё это началось. Возможно, на вечеринке у Наруто, когда пьяный Нейджи, проиграв спор, во всех красках начал описывать достоинства моего глупого братишки, а Саске жутко краснел и пулялся Чидори… А, может, когда родители решили сделать в комнате отото ремонт, и переселили его ко мне. Или, вероятно, когда я ненароком увидел этого обнаженного бестию в ванной…
Или раньше? Много раньше? В те далёкие детские годы, когда я, шестилетний мальчуган, увидел маленькое красное орущее чудо, завёрнутое в пелёнки. Когда этот малюсенький комочек открыл свои большие чернильные глазёнки и с жутко серьёзным видом посмотрел на меня. Когда он странно вякнул и неумело улыбнулся, слегка приподнимая уголки пухленьких губок. Но эта скупая улыбка была такой нежной, такой солнечной, такой согревающей… Да… наверное, я полюбил Его именно тогда…
После тренировки я иду в душ. В особо удачные дни мне даже счастливится встретить в ванной Саске. Тогда мы, мигом «прочувствовав» расположение чакры родителей - чтобы не засекли, долго целуемся. По утрам отото целуется особенно нежно и страстно. Саске приподнимается на цыпочках – я выше его – и игриво касается уголка губ. Потом он прикусывает мою нижнюю губу и, обвив мою шею руками, углубляет поцелуй. Его язычок ловкий и горячий. Губы по вкусу напоминают молочный шоколад, или данго. А я очень люблю сладкое… А Безумие очень любит, когда я глажу его по спине, слегка царапая нежную кожу. Порой, мы слишком увлекаемся и забываем обо всём на свете, потеряв из виду местоположение родителей. Поэтому, услышав шаги на лестнице, мы моментально отрываемся друг от друга и сбегаем кто куда: я – в душ, умыться и, заодно, снять напряжение, а Сас – в свою комнату, или на кухню... В такие, особо удачные дни, мой отото идёт на самые разнообразные ухищрения, чтобы скрыть свою эрекцию за столом.
Сколько себя помню, мне никогда никто не нравился. Мне были все безразличны. Да и как могут привлекать тупые страшные крикливые девушки, или озабоченные волосатые парни? Мне была противна даже сама мысль, что они будут касаться меня, целовать, заниматься со мной сексом. Фу! Меня передёргивало от любого незначительного контакта с любым другим человеком, даже с родителями. С любым. Но не с Саске.
Отото всегда был рядом. Шумный, любознательный, надоедливый. Но Он был. У меня никогда не было ощущения какой-то неприязни к Нему. С Саске я всегда мог быть самим собой. Да, мы, как и все обычные братья, дрались, орали друг на друга, ссорились. Я обламывал Его с тренировками, щёлкая пальцами по лбу… Но неприязни не было. Только лёгкость. И привязанность… Которая немного позже переросла в дикую, необузданную, крепкую, трепетную и нежную любовь.
Можете поверить на слово: сидеть за кухонным столом и не пожирать сидящее напротив меня Безумие глазами, мысленно раздевая – очень, чертовски сложно. Просто безумно сложно, особенно если этот самый бестия невинно хлопает ресницами и кавайно краснеет, отвечая на вопросы наивной Микото о своей личной жизни. В такие минуты я особенно ненавижу Фугаку, мать, клан, общество, планету в целом за то, что любовь между братьями, видите ли, недопустима и аморальна.
А Саске всегда чувствует моё настроение. Он-то, можно сказать, и спасает наших родителей от неминуемой смерти от рук их собственного дико возбуждённого старшего сына. Моё Безумие мило улыбается, глядя мне прямо в глаза, и… говорит какую-нибудь глупость не в тему, или переводит дурацкий разговор с матерью в другое русло. Фугаку на это только фыркает, а мать недоумённо пожимает плечами и уходит мыть посуду.
Наверное, Саске понял, что мы любим друг друга раньше, чем я. Когда Безумие был чуть старше шестнадцати лет, Он начал уделять мне повышенное внимание. Мы часами сидели в моей комнате и болтали, или просто молчали. Саске, как бешенный, бросался мне на шею после миссий и крепко, подолгу обнимал, пока Фугаку уже не начинал бурчать себе что-то под нос. По утрам, пока я тренировался, Он приносил мне в комнату моё любимое данго, даже если на завтрак Микото готовила совсем другое блюдо. А ещё Саске постоянно просил разрешение расчесать мои волосы. Это позже Он сказал, что ему безумно приятно прикасаться к моим чёрным прядям, а тогда - я злился и выгонял Его из комнаты. Безумие только грустно улыбался и легонько чмокал меня в щёку на ночь…
А потом Он не вернулся с миссии S-класса… Его принесли спустя несколько дней – раненого, истощённого, еле живого... Тогда я впервые понял, насколько мне дорог мой отото, как я не хочу Его потерять, как я… люблю Его… Цунаде-сама пыхтела над Ним три дня. Три дня я не спал, не ел, подпирал стенки у двери в реанимационную и притирал дырки в полу от нервного хождения туда-сюда… Микото и Фугаку только растерянно хлопали меня по плечу и переодически приходили в госпиталь осведомиться о состоянии сына. А через три дня Хокаге вышла из Его палаты и сказала… что Саске хочет видеть меня. По-моему, я сбил с ног бедную старушку… Он был таким бледным, что, казалось, сливался с белой простыней. А я подбежал к Нему и начал целовать. Лоб, щёки, нос, шея, губы… А Безумие только устало улыбался и обнимал меня…
После завтрака у нас с отото есть только пятнадцать минут. Пятнадцать жарких минут в захламлённой кладовой на втором этаже, пока родители собираются в резиденцию. Четверть часа диких, страстных поцелуев. Девятьсот секунд яростных засосов на шее и взаимного петтинга. Пятьдесят четыре тысячи миллисекунд Его тёплых рук и нежных губ на моём теле. И это ТАК мало, что хочется выть от несправедливости…
Наверное, Ками-сама всё-таки существует. И, порой, он даже слышит наши просьбы и молитвы…. Потому что в редкие до неприличия, но такие замечательно-удачные дни, Цунаде-сама с пьяной улыбочкой говорит нам с отото, что миссий ни для меня, ни для Саске пока нет… В такие слишком редкие, но замечательно-удачные дни, мы с Безумием от всей души благодарим того самого, возможно существующего Ками-саму, за то что родились шиноби и можем моментально перемещаться в пространстве, просто сложив печати…
Нам всегда нравилось целоваться… И не нужны были какие-то объяснения и причины: мы просто целовались и забывали обо всём, на несколько минут отключаясь от внешнего мира…
Первый поцелуй «случился» всё в том же госпитале на пятый день после операции. В Его палате было до жути тихо и скучно-бело. Саске был на интенсивной терапии, когда я пришёл Его навестить. Я лёг на Его кровать и, обняв жёсткую подушку, просто лежал, вдыхая Его запах. Запах чёрного крепкого кофе и тонкий аромат кедровых орешков. Это было удивительно и непривычно, но, в то же время обидно и как-то возмутительно. Возмутительно оттого, что я до сих пор не знал, как чудесно пахнет моё Безумие. Во мне вдруг проснулось пугающее чувство ревности – к врачу, к медсёстрам, к этой койке, к подушке, даже к больничной робе, в которую был одет Он – ко всему, что чувствовало Его запах всё это время… Саске зашёл в палату как раз в том момент, когда я, в порыве ярости, пытался разодрать подушку кунаем. Он подскочил ко мне и обнял со спины, крепко прижав к себе… На миг, потеряв нить реальности, я развернулся к Его испуганному лицу и, глядя прямо в чернильные омуты глаз, прикоснулся к Его мягким губам… Безумие удивлённо дёрнулся и опустил руки. Я уже собирался отстраниться, когда Его длинные тёплые пальцы зарылись в мои волосы и притянули ближе, предлагая углубить поцелуй…

Одновременно появиться в облачке чакры в гостиной дома и почти двадцать минут слушать нудные речи и наставления Фугаку и Микото – это жестоко… Это ужасно жестоко – забирать у нас с отото ЦЕЛЫХ двадцать минут страсти и безумия. Бесконечные двадцать минут нежности и любви… Порой, пока мать и отец в сотый раз рассказывают нам, что лежит в холодильнике, и объясняют, что нужно разогреть, если проголодаемся, Безумие не выдерживает и, аккуратно прильнув ко мне бочком, поглаживает моё бедро. В такие «поры» сдерживать себя от того, чтоб просто не повалить Саске здесь же на пушистый ковёр и «наказать» при всех, – вершина мастерства… Особенно, если шаловливая рука отото «случайно прошествует» чуть дальше – на ягодицы…
Наверное, это уже традиция – в один голос считать до пяти, после того как Микото и Фугаку скроются за поворотом улицы. И, хотя руки уже давно раздевают Безумие, а по телу прокатывается приятная дрожь от прикосновений ладоней маленького бестии, - глаза всё ещё напряжённо всматриваются в безмолвные улочки, а голос автоматически произносит: раз… два… три… четыре… пять! Захлопнуть дверь. Затолкать Безумие в прихожую. Сорвать с Него футболку. Пройти дальше – в гостиную. Впиться поцелуем в пухлые сладкие губы, попутно расстёгивая ширинки на брюках Саске и на своих. Лестница на второй этаж. Поставить засос на нежной коже, одновременно чуть не запнувшись о собственные сползающие штаны. Вновь поцеловать желанные губки, подхватив отото за упругую попку и почувствовать сильные ноги, «оплетающие» талию. Пинком открывающаяся дверь в комнату Саске – она ближе. Опрокинуть ценную ношу на заправленную постель и навалиться сверху, не прекращая поцелуев.
Наш первый раз был бешеный, мучительно-медленный и… незабываемый… Просто однажды мы особенно сильно почувствовали, что нам мало одних только поцелуев… Дома не было родителей, а мы сидели в моей комнате и смотрели какой-то фильм. Вернее не смотрели, а изредка, прерывая от недостатка кислорода поцелуи, отвлекались на кино, …
Нам обоим было очень страшно – первый раз у обоих, тем более, у парней… Я отвлекал Саске от боли как мог: целовал, лизал, ласкал, мял, массажировал, гладил, кусал… А Ему всё равно было больно. Прозрачные слёзы катились из прекрасных чернильных глаз, а прокушенные губы кровоточили. Но Он не позволял мне останавливаться, только подбадривал хриплым низким от возбуждения голосом… Безумие тогда сказал, что слишком любит меня, чтобы обращать внимание на какую-то боль…
Таким был наш первый раз: неумелый, тягучий, рваный, с привкусом железа и соли…
Пока я, целуя шею бестии, растягиваю его упругое колечко мышц, Саске покусывает губы и тихо стонет. Эти хриплые стоны и заводят меня больше всего… Хочется резко прекратить все эти муки подготовки и ворваться в тело Безумия рваными толчками, заполняя до упора, до предела возможности. Хочется срывать с пухлых губ вскрики удовольствия и ловить ртом вздохи и стоны. Хочется ощущать мучительно-сладкую боль впивающихся в спину и царапающих ногтей… Хочется любить Его и чувствовать Его любовь…
Аккуратно вытаскиваю пальцы и ввожу напряжённый, сочащийся смазкой член в растянутую заветную дырочку…
С Саске всегда как в первый раз… Так же узко, так же горячо, так же восхитительно тесно… Но каждый раз – по-новому. И пусть даже поза одна и та же: ощущения каждый раз, с каждым толчком, с каждым поцелуем, с каждой царапиной на разодранной спине – разные… Но всегда такие же мучительно-сладкие. Такие же безумно-восхитительные. Такие же тягуче-приятные… Насытиться Безумием просто невозможно… Его хочется всегда и везде. И каждый раз всё больше. Дольше…
Это как наркотик… Даже сильнее… Остановиться невозможно, нереально… Затягивает… Окунает… Обволакивает… И, хотя воздуха в лёгких уже нет, ты всё идёшь к Нему, к цели, не желая останавливаться, прерывать эту страсть ни на секунду…
Чувствовать, как моя плоть скользит, погружается в бархатистое тесное пространство и не задыхаться, не стонать при этом от наслаждения, кусая и целуя нежные мраморные плечи – нереально… Это как части одного целого… Так и надо… Ведь когда в голове взрываются снаряды, когда шея горит от поцелуев, когда спина зудит от царапин, когда в ушах стоит только Его стон, а в глазах – только Его лицо – сдержать правдивую, страстную, безумную потребность кричать от неимоверного, дикого наслаждения Быть в Нём – невозможно. Просто невозможно. Ведь это не просто сумасшедший секс – это секс с Ним. Это не просто животная страсть – это страсть с Ним. Это ведь не просто проявление любви – это проявление любви к Нему. К моему Безумию. К моему Саске…
Наверное это аморально, дико, неправильно, безнравственно… но… Как же сдержаться, когда Он, кончая, выкрикивает в душный от жара тел, влажный от пота воздух моё имя? Как удержаться, когда я, чувствуя, как плоть пульсирует и извергается в храм моего самого любимого, самого дорогого человека, готов взлететь, улететь в небо, в космос… Как можно отказаться от этого нежного, исступленного поцелуя? От крепких рук Безумия? От влажного, теплого тела в моих объятьях? От мягких ладоней, пропускающих мои длинные чёрные пряди через длинные пальцы? От пушистых ресниц, щекочущих шею и щёки? От частого жаркого дыхания в ухо? От этой нежной, трогательной, почти детской улыбки на сладких пухленьких губках?
Возможно это противоречит морали, это противоестественно и ошибочно… но… противостоять этой страсти мы не можем, да и не хотим…
Да и как же можно желать отказаться от любви?
Как же можно отказаться от страсти?
Возможно, всё это ложно…
…но…
Мы уже никогда не сможем побороть это страшное, нерушимое, но такое притягательное чувство: нарушать закон…
…постигать, наслаждаться этой желанной жгучей сладостью запретов.

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

Nanra

Totte: Чистая Романтика

19-05-2010 19:15 (ссылка)

Станцуй для меня.
Глава 1.
Начало.
- А сейчас для вас танцует… Кьюби!!! – зал визжит и громко хлопает.
Шум постепенно стихает, на сцене гаснет свет, начинается тихая, грустная мелодия.
Медленно выплываю из-за кулис – по залу проносится тихий восторженный вздох.
Мягко ступаю босыми ногами по паркету, покачивая бёдрами, и внезапно, одним махом оказываюсь у шеста.
I'm so tired of being here
Suppressed by all of my childish fears…
Кручусь вокруг шеста и медленно сползаю на пол.
Знакомая сцена. Знакомые зрители. Знакомая, любимая песня.
Плавным взмахом руки скидываю чёрную шляпу и бросаю куда-то в зал.
Всё льётся своим чередом. И мне уже кажется, что так было и будет всегда…
Обхватываю шест ногами и медленно, словно сливаясь с ним, скольжу вверх.
Но так не было! Всё было по-другому!
Рывком развязываю галстук и, несколько раз взмахнув им над собой, отправляю вслед за шляпой.
Когда-то всё было по-другому. Я был самым лучшим танцором балета.
Напрыгиваю на шест, обхватив ногами, и, крутясь, съезжаю вниз.
Когда-то я танцевал в балете. На огромной сцене, перед огромной публикой…
Медленно поднимаюсь с пола и, сексуально покачивая бёдрами, выхожу на середину сцены.
Я был лучшим, но однажды всё изменилось. Я неудачно сломал ступню… Итог – неправильно сросшаяся кость и пинок под зад из большого балета…
Ласкаю свою грудь руками, взъерошиваю светлые волосы. Одной рукой начинаю расстёгивать пиджак.
Конец карьеры. Цунаде – врач, которая меня оперировала, была в стельку пьяной. Вот так, из-за долбанного саке полетела к чертям вся моя жизнь.
Плавно, не до конца, стягиваю пиджак с плеч и подхожу к краю сцены, чтоб наиболее удачливые смогли снять его и «пощупать» меня.
В театре, кажется, огорчился только мой лучший друг – Гаара.
Бросаю несколько протянутых купюр на сцену и продолжаю движение.
Остальные были довольны: и парни – я танцевал лучше всех, и поэтому всегда получал главные роли,, и девушки – я иногда заменял даже их.
Расстёгиваю несколько верхних пуговиц на рубашки, остальное – рву. Кто-то в зале падает в обморок. Обворожительно, смущённо улыбаюсь. Ещё одна пострадавшая.
А потом я попал на улицу – оказалось квартира, машина и всё, что мне покупали за время работы, принадлежит не мне.
Медленно расстёгиваю ремень и вытаскиваю его из брюк. Играю им, потом выбрасываю за кулисы и вновь ласкаю ужё голую грудь руками.
Меня выбросили на улицу как надоевшего котёнка. Первое время я ютился у Гаары, но потом его отправили в тур, и я вновь остался без крова.
Подбегаю к шесту и кручусь на нём. Соскальзывая на пол, делаю шпагат. Поклонницы взвывают.
Бредя однажды по улице – голодный и замёрзший, я встретил Сая. Это он привёл меня сюда.
Медленно встаю, попутно расстёгивая ширинку. Стягиваю брюки и пуляю в зал.
В первое время моя челюсть то и дело падала на пол. Но потом я свыкся, и меня стали выпускать на сцену. Я стал любимчиком толпы – в мужском стриптизе мало таких красивых и гибких юношей.
Глажу грудь и ласкаю соски. Стекаю на пол и, уже лёжа, не прекращаю соблазняющих движений.
Первое время было тяжело освоиться, но потом – привык. Всё-таки, это тоже танцы…
Музыка заканчивается. Встаю и тону в аплодисментах и гомоне толпы. Пробегаю глазами по залу… Настроение резко портится – опять этот незнакомец здесь. Быстро беру себя в руки, и, улыбаясь фанаткам, выхватываю несколько купюр и скрываюсь за кулисами.
Знакомый короткий темный коридорчик. Парочка дверей. И вот моя гримёрка. Открываю дверь и сажусь в кресло перед зеркалом.
- Наруто!!! – в комнату влетает вихрь.
- Конохомару, сколько раз я тебе говорил: не кричи. И не носись по клубу!
- Нару!!! Ты сегодня был просто великолепен! – мальчишка просто светится. – Вот, держи! – протягивает стопку денег. – Сегодня удачный день: девятьсот басков!
- Мда, но пятьсот из них пойдут Орычу, как владельцу клуба. – отсчитываю деньги. – Держи – порадуешь деда Сарутоби. – протягиваю двести долларов.
- Спасибо, ниичан! Слушай, а тот парень опять здесь. Может всё-таки станцуешь для него – он и отстанет…
– Ой, Кону, какой же ты наивный. Сам посуди: кто станет платить тысячу долларов за простой танец. У нас больше трёх сотен никто не получает. Ладно, беги уже. Мне одеться надо.
Мальчик чмокает в щёку и уносится из комнаты.
Ну, всё – теперь можно и собой заняться… Успеваю натянуть только треники, когда в гримёрку врывается Орыч.
- О, Наруто-кун! Сегодня всё было просто супер. – лезет обниматься.
- Да-да, Орочимару-сама, - вырываюсь и протягиваю купюры. – Вот – это ваше.
- О, хороший день сегодня, да, Наруто-кун. – моментально сцапывает деньги. - Знаете, а тот молодой человек сегодня опять пришёл…
- Да, я видел.
- Так вот, он опять просит приватный танец.
- Я же говорил: я не танцую приватные танцы, ОСОБЕННО парням. Может он вообще урод какой-то? – босс хочет что-то возразить, но я прерываю его. – Нет! Ни за тысячу, ни за две. Танцевать для него я не-бу-ду…
- Пять тысяч - тебе, три – боссу. – оборачиваюсь на незнакомый голос… и тону в чёрном омуте антрацитовых глаз…
Не грусти, СаскЭ.
- Пять тысяч - тебе, три – боссу. – оборачиваюсь на незнакомый голос… и тону в чёрном омуте антрацитовых глаз…
Никогда не думал, что в мире есть такие красивые люди… Бледное мраморное лицо создаёт вызывающий контраст с чернильными неровными прядками волос, глубокие чёрные глаза обрамлены густыми чёрными ресничками, аккуратненький носик и…
- КАКОГО ХРЕНА ВЫ ДЕЛАЕТЕ У МЕНЯ В ГРИМЁРКЕ??? –взбесившись от наглой ухмылки на, казалось бы, прелестном личике, выкрикнул я.
- Повторяю ещё раз для особо «одарённых» эрудицией: я плачу пять штук тебе, три – боссу – за приватный танец в твоём исполнении.
Задумываюсь. Пять тысяч – нешуточные деньги, с их помощью я могу решить кучу своих проблем и помочь Кону с дедом… Ну нет!
- По-твоему, я полный идиот?! Да какой придурок станет платить за обычный танец такие деньги?! Небось, сменил ориентацию, потому что на девок не встаёт, и теперь недотрах мучает? – моя презрительная ухмылка постепенно перерастает в широкую радостную, глядя на меняющееся в цвете и форме (хм… а такое реально?..) лицо брюнета.
Брюнет безмолвно, словно рыба на песке, раскрывает и закрывает рот и хлопает чёрными глазьями.
- С чего ты взял, уссуротонкачи? – красавчик натягивает фирменную ухмылочку. – С сексом у меня полный порядок, а вот ты, – он оценивающе меня оглядел. – достаточно сексуально смотришься… когда танцуешь. – ухмылка стала ещё противней.
- ДА ТЫ!!! КАК ТЫ МЕНЯ НАЗВАЛ?!?!?! ДОБЕ!!! – бросаюсь на уже бесящего меня парня с кулаками.
Впиваюсь в торчащую шевелюру и, пиная, затаскиваю на зеркало. Раз. Два. Почки, дыхалка, уже не очаровательный нос. Только замахиваюсь на дурманящий чёрный омут, как…
- НАРУТО!!! – в гримёрку влетает брюнетистый вихрь и сбивает охающего в сторонке Орыча.
Тот, потеряв равновесие, падает на меня. Я – на жертву разбоя… В оглушительной тишине раздаётся: «Ччччмок!».
В ещё более страшной тишине раздаётся страстный шёпот Саске:
- А ты классно целуешься…
Сначала я, в культурном шоке, с широко распахнутыми зенками, стою как последний даун посреди комнаты, потом…
- АХ ТЫ ИЗВРАЩЕНЕЦ ГРЯЗНЫЙ!!! – и сразу два чёрных омута помещаются в фиолетовые рамочки фингалов…
- Наруто-ниичан, деду плохо… - неуверенно начинает Конохомару, пытаясь разрядить обстановку.
- Да, Кону. Уже иду. А ты, - киваю в сторону ошарашенного таким поведением брюнета. – Найди себе любую шлюшку и трахни, раз невтерпёж. Не грусти, СаскЭ!
С довольной улыбкой беру мальчугана-вихря за руку и выхожу из комнаты. Некоторое время идём тихо.
- Нару, - тихо начинает Конохомару. – Зря ты это сделал…
- Сделал что?
- Ну, избил того парня. Я слышал разговор Сая и какой-то девушки: они сказали, что он крутой перец, глава какой-то огромной кампании…
- Ну и пусть сидит в своей кампании, а не лезет сюда. Так ему и надо, добе!.. А чего ты летел-то так?
- А, просто увидел здесь бывшего учителя – Ируку с каким-то мужчиной и решил потрещать с тобой.
- Ясно… А что дед?
- Да, всё путём. Не парься. Просто надо же было тебя как-то спасать. – улыбается. – Ну всё, пошли покажу Ируку! - киваю и мы убегаем в зал.
В это же время в гримёрке Наруто.
- Саске-сан. Может, нужен лёд? – Орочимару уже несколько минут нарезает круги вокруг брюнета и донимает вопросами. – Не волнуйтесь, Наруто я сегодня же уволю!
- Не надо! – черноглазый угрожающе зыркает на Орыча. – Пусть работает. Но если он не согласится танцевать, я сам его «уволю»…
Вариант знакомства №2.
Неделя пролетела быстро… Я даже не успел глазом моргнуть, как настала пятница…
Долгожданная пятница, долгожданный выходной в стрипбаре… Долгожданная свобода от обязательств, надоедливых поклонниц и похотливых поклонников…
Сегодня Сай обещал отвезти меня на какую-то тусовку. Он сказал, будет круто и весело.
Иду по узким улочкам кварталов, думая о том, как проведу вечер, как…
- МАТЬТВОЮКУДАПРЁШЬ?!
Резко «выпрыгиваю» из мыслей и тупо смотрю на шикарный бэнтли, который только что чуть меня не сбил…
- САМ-ТОКУДАПРЁШЬДОБЕ?! – легонько пинаю бампер и, даже не посмотрев на водителя, сворачиваю в нужный переулок.
Ну всё – настроение испорчено окончательно…
- Стой! – оборачиваюсь на голос и… вижу своего самого бешенного поклонника… Саске.
- Ну и что тебе от меня нужно? Ты что, следишь за мной? – говорю ровным и спокойным тоном. Брюнет изумлённо поднимает бровь.
- С чего ты взял? – недоумение в глазах. – По-моему, это ты по сторонам не смотришь, а не я. Это случайность…
- Вот и выяснили. – резко обрываю. – Если это всё, то мне пора. Пока.
- Стой! Нам надо поговорить!
- Это тебе надо – не мне.
- Послушай, всего один танец. Я не буду приставать, я даже могу за стеклом сидеть, чтоб тебе спокойней было…
- Зачем тебе это нужно? – не могу понять, что он хочет.
- … Я и сам не знаю… просто я хочу, чтобы ты станцевал для меня.
- Пять штук? – кивает. – И никаких приставаний? – кивок. – Просто танец?
- Да.
- … Хорошо…
- Согласен?!
- Ммм… да. Когда придёшь?
- У тебя сегодня выходной? – киваю. – Тогда завтра. Ты куда? Тебя подбросить?
- Сейчас – в Центр, потом – не знаю, Сай обещал что-нибудь придумать.
- Отлично, пошли.
Хочу ещё что-то возразить, но меня крепко хватают за руку и волокут к машине. Сажусь на переднее сидение и открываю верхний бардачок с зеркалом… На колени падают фотографии… мои фотографии… Ещё с «прошлой жизни», когда я был в балете.
Недоумённо перебираю фотки, как вдруг, залезший в салон Саске выхватывает их у меня из рук.
- Так ты мой поклонник? – спрашиваю прямо в лицо, лукаво улыбнувшись.
- Можно и так сказать… но то, как ты танцуешь сейчас, меня устраивает больше…
- Теме!
- Добе!
- Бака.
- Уссуротонкачи.
Обмен колкостями состоялся, и черноглазый завёл мотор. Лицо Саске сразу стало серьёзным и сосредоточенным.
Краем глаза наблюдаю за его чёткими действиями. Да… он красив, как… чёрти что. Совершенство… Такие как он, обычно работают моделями и их фотки вечно красуются на первых страницах известных журналов. Интересно, почему он предпочёл славу фотомодели копошению в скучных бумажках?..
- Саске…
- Нэ?
- Ты где работаешь? – спрашиваю просто так.
- Я глава крупной кампании.
- И как?
- Что «как»?
- Ну, тебе нравится твоя работа?
- А тебе твоя?
- Эй!
- Вот и ты не спрашивай…
Насупливаюсь и недовольно фыркаю. Какой же он теме! Неужели не может нормально ответить!
Замечаю, что брюнет легонько улыбается. Да, улыбка ему явно к лицу…
- Чё лыбу тянешь? – глядя на Саске, упорно пытающегося понять, что я сказал, становится жутко смешно.
- Эм… в смысле? – всё-таки не допёр. Маменькин сынок!
- Говорю, чего улыбаешься?
- Аааа. Просто… - странно смотрит прямо в глаза. – Ты такой милый, когда дуешься…
- Не смешно! – снова фыркаю, но потом сразу же одергиваю себя: ещё изнасилует нафиг, раз я такой кавайный…
Остальную дорогу молчали, как рыбы: я планировал вечер, а Саске витал в облаках.
Попрощавшись, я выхожу из машины и иду к уже ждущему меня Саю. Тот как-то странно смотрит сначала на меня, затем на машину, потом незаметно улыбается и идёт мне навстречу.
- Хороший выбор.
- Ты о чём? – непонимающе смотрю на него.
- Учиха Саске – хороший выбор. Тем более, что вы бок о бок проведёте этот вечер…
- ЧТО?!
- Мы едем на тусу, которую организовал он…
Потанцуем?
- Мы едем на тусу, которую организовал он…
Эти слова на меня подействовали как ушат с холодной водой.
- ЧТО?!
- Что слышал, добе. – раздался голос Саске за спиной. – Так что давайте – прыгайте в машину, я вас довезу.
- Ок, Саске-кун. – радостно проговорил Сай, залезая в салон.
- Я не поеду с этим теме. – упрямо говорю я, презрительно фыркнув и встав в позу а-ля руки-в-боки.
- А тебя никто и не спрашивает! – черноглазый хватает меня за шкирку и запихивает в машину. – Я же не позволю своему кумиру добираться на общественном транспорте!
Скучную дорогу «скрашивает» болтовня Сая и безуспешные попытки Учихи заговорить со мной. Я же, тщательно изображаю «обиженную и надутую звезду», которую только что похитили.
До места, благо, мы добрались довольно быстро. Саске выходит из машины и, открыв дверцу с моей стороны, подаёт мне руку. Фыркаю и отталкиваю протянутую ладонь. Вылезаю из бэнтли и еле успеваю подхватить падающую челюсть – ТАКОГО особняка я ещё не видел. Огромный трёхэтажный дворец, огороженный высоким резным, но на сигнализации, забором. Шикарный дизайн, огромный сад и бассейн. Party проводится на открытом воздухе.
Народу, не смотря на мои опасения, не много – семь друзей Учихи и его брат Итачи. Публика приличная и не «задравшая нос». Всё как у людей – мангал, шашлыки, пиво, музыка и толпа девушек.
Спустя пару часов я, уже совсем опьяневший, отхожу в сторону от развратных девушек и выпивших парней и сажусь на скамью под дубом. Закрываю глаза и глубоко вдыхаю чистый свежий воздух. Так хорошо. Чувствую, что кто-то подходит, но глаза открывать совсем лень. К тому же, наверняка это Сай…
- Потанцуем, Наруто? – слышу вкрадчивый шёпот Саске и, вздрогнув, открываю глаза.
Картина не утешающая: абсолютно бухой Учиха, с ещё более растрёпанной причёской и полу-безумным взглядом, сидит напротив меня на корточках и яростно пытается не упасть.
Немного подумав, киваю – гулять так гулять! Саске встаёт (со второй попытки) и, протянув мне руку, улыбается почему-то нежной улыбкой. Хватаюсь за протянутую ладонь и поднимаюсь со скамьи. Чувствую, что от прикосновения, по телу проходит «электрический заряд». Как в тумане, сильнее сжимаю руку Саске и чувствую, как тот обнимает меня за талию. Сопротивляться его действиям не могу, да и не хочется…
Мы молча идём куда-то в глубь сада и я начинаю улавливать какие-то приятные звуки. Проходим дальше, и я вижу уютную беседку и, стоящий в ней, музыкальный центр, играющий спокойную тихую мелодии.
Руки Саске поворачивают меня к нему лицом и обнимают за талию, притягивая ближе. Мы начинаем двигаться в такт музыке. Я закрываю глаза и сильнее прижимаюсь к Учихе. С ним так хорошо, так надёжно, так… приятно… Бессознательно обвиваю его шею руками и мягко целую сладкие губы. Саске отвечает на поцелуй – нежно, трепетно, любяще… Так приятно, так хорошо, так сладко. Как в сказке. Чувствую, как его язычок ласкает мои губы, и приоткрываю рот, запуская желанного «гостя» в рот. Нежно играя язычком с языком Саске, продвигаюсь в ротик брюнета. Обследую его рот, в то время как руки уже во всю гладят спину и зад Учихи, впрочем, черноглазый тоже не мешкает…
Чувствую, как чужие руки тянуться к ширинке и вмиг трезвею. Прерываю поцелуй и, вырвавшись из жарких объятий, срываюсь в сторону выхода.
Что же я наделал?.. Неужели я настолько пьян? Или… мне хотелось этого?..
Ну, была не была…
Бегу по саду по направлению к танцующей толпе. Глазами нахожу Сая и вытаскиваю из объятий какой-то барышни.
- Мы уезжаем. – сказал, как обрезал.
Хватаю пьянь за шкирку и волоку к выходу, попутно набирая номер службы такси.
- Наруто! – вздрагиваю от голоса Саске, как от шокера.
Ускоряю шаг и, выйдя за ограду, уже просто мчусь к проезжей части, чтобы поскорей уехать отсюда.
Шаги сзади приближаются, и вот уже сильные руки брюнета обхватывают меня за талию и прижимают к горячему телу.
- Не уезжай… - жаркий шёпот на ушко, от которого приятно потянуло в паху.
- Нет! – вскрикиваю, чтобы сбросить наваждение. – Нам пора.
- Наруто… - на выдохе. – Не бросай меня…
- Саске, НАМ ПОРА! – резко вырываюсь и направляюсь к подъехавшему такси. – Пока.
- Наруто! – хватает за руку. – Я вас сам отвезу.
- Ты? – смеюсь. – Да ты на ногах не стоишь, а я ещё жить хочу! Пока, СаскЭ!
- Нару…
Запихиваю находящегося в уже полной отключке Сая в машину и сажусь на переднее сидение. Краем глаза замечаю расстроенного Учиху, медленно оседающего прямо на землю. Сердце болезненно сжимается, глядя на такого беззащитного и поникшего брюнета… Нет! Возвращаться я не буду! Не хватало его ещё и пожалеть…
БЗЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫНЬ!!!!!
Ксо, как я ненавижу свой будильник! Резко открываю глаза и сбрасываю «агрегат» с тумбочки. От грохота упавшего «будильщика» болезненно жмурюсь и вновь закрываю глаза. Как же хреново… Сколько мы вчера выпили? Ничерта не помню…
Помню, как отвёз Сая домой, потом запихнул его в квартиру на диван. Потом поехал к себе и… пропасть…
Ксо, больше никогда не буду так нажираться!
- Нару, ты живой? – шепот на уровне груди.
Подпрыгиваю на кровати от неожиданности и стукаюсь и так чугунной головой об спинку кровати.
- Ксо…
- Живой. – утвердительный кивок. – Ты, кстати, на работу опаздываешь.
- Ксо! – видимо, меня сегодня заело.
Подрываюсь с пастели, придерживая отваливающуюся голову, и ползу в ванную, оставив нагло улыбающегося Конохомару наедине с моей незаправленной кроватью – пускай отрабатывает то, что не разбудил меня раньше сломанного будильника.
Холодный душ и убойная смесь «кофе+гвоздика+перец+мята» – лучшее средство от похмелья. Поспешно одеваюсь и выскакиваю из дома.
Устало плюхаюсь на стул и кидаю глупый блокнотик для заказов на столик. Работать официантом в стрипбаре – всё равно что на панели стоять: кроме тебя самого, похотливые клиенты ничего не заказывают. Бросаю взгляд на часы: восемь вечера. День пролетел как один миг, ноги буквально отваливаются, а ещё танцевать… Ксо! Мне же ещё сегодня Саске танцевать! Ну какой чёрт меня дёрнул согласиться?! «Его зовут Пять Штук и Симпатичный Брюнет» - услужливо подсказала очнувшаяся совесть. Досадливо сплёвываю и, встав, направляюсь к себе в гримёрку. И всё-таки работать на двух на работах, но в одном заведении – удобно.
Вечер шёл своим чередом: выступление - деньги – гримёрка – делёж заработка. Казалось бы, следующим в списке должен был быть «долгожданный и заслуженный отдых», но… Но! Пришёл Саске…
Смотреть ему в глаза после вчерашнего «происшествия» в саду совершенно не хочется. Танцевать – тем более… Но! Но брюнет настроен решительно, аргументируя тем, что я обещал.
Обещания я всегда выполняю, поэтому приходится согласиться…
Ну, была не была…
How many times have you told me you love her
As many times as I've wanted to tell you the truth
How long have I stood here beside you
I live through you
You looked through me
Ooh, Solitude,
Still with me is only you
Ooh, Solitude,
I can't stay away from you…
Тихая, завораживающая мелодия, плавные движения. Глаза закрыты, я окунаюсь в песню, отдавая танцу всего себя…
Изредка, приоткрыв глаза, со скептической усмешкой наблюдаю за ловящим каждое движение и пожирающим мой каждый жест Учихой. Он, кажется, не дышит, с приоткрытым ртом смотрит на меня, периодически восторженно охая.
Почему-то от этого становится как-то приятно…
Заканчиваю танец и, подобрав свои вещи, выхожу из комнаты, бросив на прощанье: «Подбери челюсть и отдай деньги боссу».
Брюнет вздрагивает и неожиданно подскакивает ко мне. Нежно, но крепко обнимает и прижимает к себе.
- Ты же обещал. – Саске шарахается от моих слов, как от привидения.
- Я… я не могу без тебя… - шепчет, обнимая снова. – Позволь мне быть рядом…
Хочу уже что-то возразить, как губы Учихи накрывают мои в нежном, трепетном, невинном поцелуе. Голова начинает кружиться, вены в висках бешено пульсируют, ноги подгибаются от необыкновенного чувства удовольствия и желания. Подаюсь вперёд и страстно впиваюсь в губы черноглазого…
Похоже, я тоже уже не могу без него…
Я тебя люблю…
Похоже, я тоже уже не могу без него…
Резко распахиваю глаза, осознав пришедшую мне в голову мысль, и вырываюсь из объятий.
- Я подумаю… - шепчу я и ухожу.
Я ухожу не от Саске. Я ухожу не от желанных губ и объятий. Я бегу от себя. Я бегу от своего безумного и неправильного желания продолжить…
Выхожу из клуба через чёрный ход. Прошло уже полчаса с момента нашей с Саске «встречи», но я всё равно боюсь, что он не уехал и сейчас будет меня преследовать.
Тихонько крадусь по переулку и… замираю… Потому что машина Учихи стоит всего в паре шагов. Глубоко вдыхаю и уже хочу пойти обратно, как вдруг замечаю в машине брюнета, скрюченного в непонятной позе.
Опасаясь собственных предположений, подбегаю к машине и открываю дверцу… На переднем сидении сидит брюнет с порезанными венами…
- Саске!!!
- Саске!!! – кидаюсь к черноглазому. – Саске, Саске – шепчу как в бреду. – Саске, что же ты наделал? Ками-сама!
- Нару… я ведь так тебя люблю… - с трудом выговаривает брюнет и снова отключается.
Пару мгновений нахожусь в ступоре, потом резко, одним движением, снимаю с себя футболку и рву её на лоскуты. Перевязываю запястья Саске и перетаскиваю его на пассажирское сидение. Залажу в машину и завожу мотор. Придётся вести его к себе – у нас в стране с самоубийцами долго не церемонятся…
Промыв, как положено, раны и перебинтовав порезы, укладываю Учиху на кровать. Крови он потерял мало – я вовремя его нашёл. Благо, ни Конохомару, ни деда дома нет – они уехали на несколько недель.
Аккуратно стягиваю с него ботинки и рубашку. Собираюсь уже уходить, как вдруг брюнет хватает меня за руку.
- Не уходи… - шепчет Учиха и умоляюще смотрит на меня.
- Ладно, горе-суицидник, посижу с тобой немного… - присаживаюсь на постель. – Эм… может, расскажешь мне, почему ты… ну…
- Я тебя люблю.
- Ч-что, прости?
- Я тебя люблю, а ты меня – нет. – горестно вздыхает. – Я без тебя не могу. Я… уже давно тебя полюбил, ещё когда ты… в балете танцевал. – удивлённо гляжу на него. – Два года назад, мой брат притащил меня в балет. Ты тогда Ромео играл… танцевал... Как только я тебя увидел… в общем… Ты мне сразу понравился. С тех пор я не пропускал ни одной постановки с твоим участием. А потом… ты сломал ногу и пропал… Я тебя повсюду искал, всех расспрашивал, но никто ничего не знал… Как-то раз я с друзьями забрёл в стрипбар… и увидел там тебя… Ты был божественен. Такой красивый и непорочный, несмотря на сложившуюся ситуацию… Я стал приходить в этот клуб каждый раз, когда ты выступал… Твои танцы… Ты сам стал моим смыслом жизни… Ты – моя жизнь… А когда ты меня оттолкнул, я…
- Саске… - тихий шёпот и нежное касание кончиками пальцев алебастровой щеки. – Я… я тебя тоже люблю… Прости меня… Я … я сам не знаю, что на меня нашло…
Мягко касаюсь доверчивых и желанных губ своими и нежно обнимаю Учиху. Брюнет углубляет поцелуй и поваливает меня на пастель.
Игривые ласки сладких губ и язычка сводят с ума. Чуткие пальцы нежно перебирают мои золотистые локоны и поглаживают кожу шеи и лица…
Внезапно, ласки становятся более настойчивыми и Саске наваливает на меня сверху.
- Саске. – пытаюсь выбраться из-под брюнета. – Перестань. – удивление в чернильных глазах. – Слушай, как бы я тебе не относился, ложиться под тебя я не собираюсь!
Брюнет сначала удивляется. Потом – усмехается. Потом - … возобновляет поцелуи и ласки.
- Саске!
- Нару… - жаркий, сводящий с ума шёпот в районе шеи. – С чего ты взял… - страстный поцелуй. – Что ты… - поцелуй. – Будешь снизу… - резвые пальчики забираются под мою кофту и начинают поглаживать грудь и живот.
- В смысле?!
- Нааару… - черноглазый целует шею. – Я хочу, чтобы ТЫ взял меня… Чтобы ТЫ был во мне… Только для меня…
Страстный шёпот сводит с ума, а смысл сказанных слов – и вовсе отшибает рассудок…
Мягко переворачиваю Саске на спину и начинаю покрывать мускулистую грудь и торс брюнета поцелуями. Ласкаю язычком соски, от чего Учиха немного выгибается и сладко постанывает. Нежно покусываю шею, ключицы и кадык черноглазого под аккомпанемент его стонов, пока руки расстёгивают ремень и ширинку брюк Учихи.
Руки Саске стягивают с меня кофту, пока я справляюсь с его штанами. Общими усилиями стаскиваем мои треники и вновь оказываемся в объятьях друг друга.
Нежно, но страстно целую низ живота брюнета и стягиваю с Учихи боксеры. Осторожно раздвигаю его ноги и, немного поласкав член черноглазого и смочив пальцы слюной, начинаю искать «ту самую» дырочку. Найдя, подтягиваюсь у губам Саске и целую его, пока мои пальцы массируют и слегка надавливают на анус.
Надавливаю чуть сильнее и проталкиваю один палец внутрь. Саске недовольно стонет и пытается отодвинуться.
- Мне прекратить?
- Н-нееет… - стон на выдохе, окончательно срывающий крышу.
Проталкиваю ещё один палец и начинаю растягивать брюнета. Учиха сдавленно постанывает и смешно пыхтит. Пытаюсь успокоить его поцелуем. Саске буквально впивается в мои губы, и я совсем теряю голову и самоконтроль.
Подтягиваюсь выше и надавливаю на анус черноглазого сочащейся головкой члена. Подаюсь вперёд и наполовину вхожу в брюнета. Саске вскрикивает и из его глаз начинают градом катиться слёзы… Эти слёзы буквально отрезвляют меня и я осторожно выхожу из тела Учихи.
- Нару… продолжай… Если тебе нравится, я могу потерпеть…
- Я люблю тебя, Саске… - нежно целую и укрываю нас обоих одеялом. – И я не хочу больше причинять тебе боль… Лучше, давай подождём, пока ты не будешь готов… - целую снова и, прижав к себе желанное тело, устало закрываю глаза и проваливаюсь в сон…
И что теперь?..
Открываю правый глаз... Открываю левый глаз… Открываю… кхм... что бы ещё открыть… В смысле.. поднимаю голову… Тут же плюхаюсь обратно на мягкую подушку – рядом пусто…
Неужели, он ушёл. Или вообще - приснилось?..
Непонятный шум на кухне и запах крепкого кофе говорит об обратном.
Тихонечко встаю и направляюсь в сторону источника звука…
На кухне, спиной к двери, в боксерах и моей огромной футболке, стоит Учиха Саске, собственной наглой персоной, разливает кофе по чашечкам и укладывает бутерброды на небольшой поднос.
- Завтрак в пастель отменяется… - шепчу я, обнимая брюнета за талию.
Он вздрагивает от неожиданности и случайно обжигает пальцы пролитым кофе. Поворачиваю к себе лицом и нежно целую заспанную моську. Игриво ласкаю его язычок и, взяв его повреждённую руку в свою, облизываю обожжённые пальчики. Саске мягко улыбается и начинает целовать мою шею.
Сдавленно охаю и сметаю со столика весь завтрак. Обхватываю его попу и сажаю на освободившуюся поверхность стола. Черноглазый явно не против, потому что его ноги тут же обвивают мои бёдра.
Оставляю пальцы брюнета в покое и впиваюсь в его губы страстным поцелуем. Вчерашняя неудовлетворённость говорит сама за себя. Стону сквозь поцелуи, чувствуя, как его шаловливые ручки поглаживают мою восставшую плоть сквозь ткань боксеров.
Сдавленно охаю и, оторвавшись от сладких губ, рывком стягиваю футболку с распластанного на столе тела.
Тут же откидываю абсолютно ненужную часть гардероба в глубь комнаты и начинаю покрывать шею брюнета жаркими поцелуями.
- Доброе утро… - совсем некстати заметил Саске, но его шёпот ещё больше заводит меня.
- Доброе… - хриплый от возбуждения голос.
Безудержно и неистово ласкаю идеальное белоснежное тело языком и губами, оставляя то тут, то там красные отметины пламенных засосов.
Брюнет довольно и безумно сексуально постанывает, от чего желание обладать им становится просто неизбежным.
Сегодня всё будет немного по-другому. Сначала я должен доставить удовольствие ему, чтобы потом было не так больно…
Прокладываю влажную дорожку поцелуев ниже к животу и стягиваю боксеры.
Брюнет громко стонет, когда моя рука обхватывает его плоть. Вскоре, к руке присоединяется и рот. Целую головку члена и «заглатываю» плоть целиком. Дикий, полный удовольствия стон говорит об успешности моего «плана».
Пальцы брюнета «вплетаются» в мои волосы и руки задают темп движения рта.
Вверх-вниз, вверх-вниз… Усердно работаю губами и языком, срывая с губ Саске стоны удовольствия. Руки тоже не мешкают – массируют член брюнета у основания и поглаживают его попу.
Не отвлекаясь от процесса, протягиваю руку к шкафчику (ну хоть какой-то плюс в том, что кухня малюсенькая) и беру бутылочку с оливковым маслом. Не смазка, конечно, но лучше уж что-то, чем совсем ничего.
Чувствую, что Учиха близок к концу, и начинаю «трудиться» ещё усердней. Пару мгновений бешеных ласк губами, рукой и языком, и Саске кончает, громко застонав.
Сглатываю «сок» брюнета и подтягиваюсь к пухленьким и покрасневшим от укусов и страстных поцелуев губам. Нежно целую, приглушая стон и сбитое дыхание.
Руки уже во всю откручивают крышечку с бутылки и смазывают мои пальцы и член. Массирующими движениями проникаю одним пальцем в брюнета и пытаюсь нащупать «то самое».
Протяжный стон брюнета даёт понять, что простата найдена. Поглаживаю чувствительную точку и ввожу ещё два хорошо смазанных пальца. Стон становится громче, но я тут же начинаю «зацеловывать» Саске, чтоб он отвлёкся от неприятных ощущений.
Медленно растягиваю черноглазого. Вынимаю пальцы и касаюсь головкой члена смазанного «отверстия».
Саске дико стонет, и, не имея больше никакого терпения, сам пытается насадиться на мой член.
В голове – ядерный взрыв, оттого, что стоны Учихи не болезненные, а довольные и жаждущие.
Медленно вхожу и дико стону от накатившего чувства. Учиха подо мной стонет в унисон и впивается в мои губы требовательным поцелуем.
Осторожно двигаюсь в безумно желанном теле, постепенно ускоряя темп. Стоны постепенно превращаются в крики. Крики удовольствия. Удовольствия даже не от самого процесса, а оттого, что делаю это с любимым человеком.
Хриплые стоны оргазма и раскрасневшиеся, влажные от пота тела, слившиеся в бешеном танце страсти.
Несколько минут рваного темпа, и мы кончаем одновременно,
Сдавленно дышу и поваливаюсь на довольного и уставшего брюнета.
Полежав пару мгновений, легко целую его в губы и встаю.
Подхватываю на руки любимое тело и иду в душ. О Ками-сама! Как же я его люблю…
Тёплые струйки воды бегут по нашим телам, смывая пот и усталость.
Невесомые поцелуи и нежные касания. Прижимаюсь к Саске всем телом, не желая отпускать чудесное чувство обладания этим божественно красивым и таким любимым человеком…
- I tried to kill the pain. But only brought more… - звонок из глубины квартиры.
- Это мой… - шепчет Учиха, целуя, и, взяв полотенце, выходит из ванной.
Ну вот! Весь кайф обломали!
Вылезаю из ванной и обматываюсь полотенцем. Иду в спальню.
- Да… хорошо.. – Саске разговаривает с кем-то по телефону. – Да… сейчас буду… Пока.
- Кто звонил? – спрашиваю, облокачиваясь на дверной косяк.
- Это с работы. Нужно срочно подписать какие-то бумаги. – тяжело вздыхает и подходит ко мне.
- И что теперь?.. Не уходи… – обвиваю шею брюнета руками и целую в сладкие губки.
- Я должен, Нару… - шепчет, отрываясь от губ. – Я скоро приеду.
Киваю. Учиха скачет по квартире в поисках вещей, быстро одевается и, чмокнув на прощание, выходит из дома.
В абсолютной тишине хлопает входная дверь.
Стекаю вниз по стеночке и обхватываю голову руками.
- И что теперь?.. – задаю вопрос в пустоту…
Сегодня всё для тебя, Саске...
Две недели пролетели, как сон… Сказочный и волшебный… Неземной и притягательный… Приятный и желанный…
Кошмарный и ужасающий…
Утром – вылезти из жарких объятий и тёплой пастели, наспех позавтракать и умчаться на работу.
В обед – вырваться из душного клуба, примчаться в ближайший дом, на съёмную квартиру, по дороге перекусить. Завалиться на хату, где уже поджидает похотливый любовник… Освободиться через полтора часа. Молниеносно собраться и пулей долететь до клуба. Пятнадцать минут выслушивать лекции, по поводу опозданий. Приступить к работе.
Вечером – танец перед безумной и пьяной толпой, зарплата. Меня нагло закидывают на плечо, потом – в машину. По дороге к квартире – моей или его – раздеваемся. Секс. Секс. Секс….
Ночь – секс, секс, секс… мне продолжать?.. Ах да, ещё пара часов сна.
Две недели бешеного, одуряющего ритма, бесконечной спешки и обязанностей. Две недели надоевшей, вы*бывающей работы. Две недели всепоглощающего, нереального счастья. Счастья с любимым человеком… Но… всё не так безоблачно… его работа. Его дурацкая работа… Ему могут позвонить даже во время секса и срочно вызвать.. И он идёт.
Сегодня суббота и Саске обещал пораньше освободиться. Но я знаю – у него совещание, а значит ждать нужно долго…
Спускаюсь со сцены и иду в гримёрку. На сердце от чего-то грустно… Наверное, я просто привык, что Учиха каждый день приходил, не то что теперь… У него вечно работа, постоянные совещания и конференции. Обидно.. но так надо… Я знаю – так надо… Надо… но не хочу признавать, не хочу мириться, не хочу вечно ждать и строить нелепые планы… Мы всего две недели вместе. А у меня уже в печёнках сидит его долбанная работа… Надоело…
Доехал до дома на такси – как и думал: он не заехал. Что ж, сегодня я накажу его за это…
На ватных ногах доползаю до квартиры. Пусто. Холодно. Одиноко. Без него…
В полной темноте наливаю чай и сажусь на кресло. Жду. Верю. Придёт. Обещал…
Скрежет ключа в замочной скважине. Скрип двери. Срываюсь с кресла. Висну на брюнете.
- Прости, Нару… - поцелуй. – Было… - поцелуй. – Много ра… Аххх…
Целую во все открытые части тела. Выгибается от моих ласк.
Тяну за галстук в комнату. Черноглазый нежно целует, попутно расстёгивая на мне рубашку.
Хаотичные, несогласованные движения рук – и мы оба свободны от оков одежды. Валю на кровать и начинаю покрывать тело жаркими поцелуями. Сегодня никаких засосов. Сегодня буду предельно нежен и ласков.
Сегодня… наша последняя ночь… А значит, ему можно всё…
Ласкаю каждый миллиметр белоснежной гладкой кожи. Тихие, чувственные стоны брюнета возбуждают и дарят наслаждение.
- Сааске… - шепчу, притягиваясь к лицу. – сегодня... можешь… сделать это…
- Нару?
- Я хочу… чтобы….
Понимает без слов. Страстно целует и меняет нас местами.
Наваливается сверху всем телом и впивается поцелуем в шею. Всё равно. Засосы исчезнут уже к утру.
Громко стону, подбадривая Учиху, и глажу его по спине, изредка «выпуская коготки» от безумного удовольствия.
Чувствую, как он начинает беспокоиться. Понимаю и нашариваю на тумбочке какой-то крем. Сегодня всё для тебя, Саске…
Благодарно целует и начинает намазывать свои пальцы и плоть.
Сквозь нежные ласки шеи и сосков, чувствую холодное прикосновение пальцев к своей попе. Приподнимаюсь, позволяя проникнуть….
Больновато. Второй палец. Дискомфорт. Ощущения не из приятных… но терпимо. Третий палец. Корчусь от неприятных ощущений. Саске случайно задевает простату, и я выгибаюсь в сладкой судороге.
Растягивает. Терплю. Учиха же терпел. Немного шевелю попой и впиваюсь в губы. Надоело ждать.
Саске вытаскивает пальцы и входит сам. Его возбуждение говорит за себя – движения резкие и судорожные.
Больно, но потом сразу же становится невыносимо приятно. Кричу в унисон с ним. Дыхание сбивается и пульс уже просто бьёт по ушам. Наш пульс. Так хорошо.
Входит… Болезненное, необычно приятное ощущение наполненности. Выходит… Сладко, безумно хорошо, слишком…
Десять минут тяжёлого сопения, общих стонов, скрипа кровати и полярных ощущений. Саске обхватывает мой член рукой и двигает ею в такт своим движениям. Мучительное удовольствие. Воздуха не хватает. Впиваюсь ногтями в нежную кожу спины и ловлю губами стон.
Раз… ещё… мммм… кончаем почти одновременно. Чувствую, как сперма Учихи вытекает прямо из зада и непроизвольно дёргаюсь…
- Люблю тебя… - тихий шёпот.
- Я знаю… - целую в ответ. – И я тебя…
Заключаю брюнета в объятия и устало закрываю глаза. Но Саске почему-то не спешит засыпать.
- Нару…
- А….
- Почему… ты сегодня мне позволил?..
Ксо. Это плохо, что он сейчас это спросил…
- Я тебя люблю…
Чувствую, как он улыбается и облегчённо выдыхаю. Вечер спасён…
Такой любимый, такой родной...
Рассвет подкрался незаметно, мягко ступая тёплыми лапками света по пастели.
Просыпаюсь, хотя, можно сказать: открываю глаза, потому что ночью заснуть так и не смог. В темноте, в гулкой тишине, нарушаемой только его дыханием, я до боли и ряби в глазах всматривался в такие знакомые и родные черты лица. На душе и сейчас скребут кошки – не хочу его терять, но… так будет лучше, и в первую очередь, ему.
Вздрагиваю, когда Саске неожиданно открывает свои чернильные очи.
- Доброе утро… - такой знакомый голос, такая знакомая фраза, которую Учиха каждое утро повторяет мне сонным голосом, после чего нежно целует.
Углубляю легкий поцелуй, пытаясь хоть ещё ненадолго продлить время до расставания. «Не хочу отпускать» стучит в голове, как отбойный молоток. Сжимаю брюнета в объятьях, до боли в руках, до судороги в пальцах. Не хочу отпускать… Сам не замечаю, как из глаз начинают капать слёзы.
- Ты чего, Нару? – обеспокоенный, такой любимый голос. – Что случилось?
- Я не хочу тебя отпускать… - шепчу, всхлипывая.
- Но я ведь здесь, я никуда не ухожу. – удивление.
- Мы… должны расстаться… - сам не понимаю, зачем говорю: всё должно было быть по-тихому.
- Зачем? – полное непонимание и требовательный взгляд.
- Нам обоим будет лучше. У тебя не будет проблем на работе, из-за меня и моих капризов, а я не буду страдать, вечно ожидая тебя с твоей долбаной работы.
- Что за глупости?!
- Сас, я так больше не могу. Ты вечно срываешься на всякие совещания, допоздна просиживаешь на конференциях. А твои друзья? Они ведь смеются над тобой, видя как ты со мной цацкаешься. Я тебе не пара, и ты это знаешь.
- Что за бред? – черноглазый просто взрывается. – Если это из-за работы – я уйду. Хочешь?
- Нет. У тебя своя жизнь, у меня – своя. Я не хочу,, чтобы из-за меня ты рушил свою судьбу.
- Без тебя, мне жизнь - не жизнь! Я уйду из фирмы. Мне уже и самому надоела. Отдам свою долю брату.
- Это глупо.
- Нет. Мы уедем куда-нибудь за город, и ты забудешь свой клуб, как страшный сон.
- Меня никто не отпустит.
- Мы сбежим.
- Зачем тебе это?
- Не мне – нам.
Саске, чмокнув меня, поднялся с пастели, показывая этим, что разговор окончен. Тяжело вздыхаю, глядя на одевающегося брюнета. Глупый. Так надо.
Так надо… Потому что два дня назад мне позвонил его брат и доходчиво объяснил, что если мы не расстанемся, Итачи скажет своим ребятам убить Саске… Он может: я слышал в своих кругах, что таким образом он вырезал всю свою семью…
Уже целых две недели я не видел Саске… Честно говоря, чувствую себя последним наркоманом, у которого забрали дозу и теперь началась ломка… Даже дышать больно…
После того самого разговора я быстро собрал все свои немногочисленные пожитки, уволился из клуба и уехал на другой конец Токио. В принципе, разницы особой нет: такая же малюсенькая квартирка, такой же неблагополучный райончик, та же работа стриптизёром, но уже в другом клубе… Казалось бы, живи – наслаждайся, но… Без наркотика плохо… Здесь меня Учиха не найдёт…
Изящный выпад, невидимое движение руки, и шёлк рубашки скользит по загорелой груди. Когда-то, это он снимал с меня её… Нет, даже не снимал – срывал в порыве страсти…
Медленно провожу рукой по обнажившемуся торсу и прикрываю глаза, пытаясь вспомнить его прикосновения…
Взъерошиваю волосы на макушке и резко прыгаю на шест, обвивая его ногами. Когда-то, я прыгал в его объятия, когда-то, я обнимал его…
Кручусь на шесте, встряхивая золотистой гривой волос. Когда-то, он запутывался пальцами в это золото, предназначенное только ему…
Плавно оседаю на пол и начинаю нарочито медленно и эротично расстёгивать ремень, одной рукой лаская свою грудь и пресс. Когда-то он терял терпение от этой возбуждающей игры и сам бросался расстёгивать злополучный ремень…
Осторожно встаю с пола с, сексуально покачивая бёдрами, двигаюсь к середине сцены. Провожу пальцами сначала по векам, щекам, потом – по приоткрытым губам, обвожу линию подбородка и соскальзываю пальцами к ключицам, проводя по контуру, спускаюсь к соскам. Когда-то, это он проделывал этот же путь горячим языком и губами…
Завороженный вздох публики перекрывает плавную мелодию песни, когда мои пальцы подбираются к брюкам и проскальзывают под пояс.
Oh you don’t have to ask me, you know you’re all that I live for
You know I’d die just to hold you, stay with you
Somehow I’ll show you that you are my night sky
I’ve always been right behind you…
Грустная. Моя любимая, но слушать больно… Печально улыбаюсь публике и расстёгиваю ширинку. Зал охает и ближе придвигается к сцене. Когда-то, только он смотрел на меня. Когда-то, только ему было позволено всё…
Эротично стягиваю брюки и плавно провожу ладонями по телу – от самых ступней, до шеи. Когда-то, он был везде, повсюду…. Он был всем для меня…
Резко поднимаю голову, взметнув золотой каскад волос. Продвигаюсь к шесту и закидываю на него одну ногу. Подпрыгиваю и снова начинаю крутиться вокруг него. Сползаю на пол, под заключительные аккорды песни…
Пару мгновений сижу на полу не двигаясь, пока зрители, не осознав происходящее, не начинают хлопать, свистеть и кидать на сцену деньги.
Поднимаюсь. Поднимаю пару крупных купюр и улыбаюсь всему залу, скользя взглядом по каждому…
Замираю в немом шоке, встретившись с чернильной бездной любимых глаз…
Начало конца...
Поднимаюсь. Поднимаю пару крупных купюр и улыбаюсь всему залу, скользя взглядом по каждому…
Замираю в немом шоке, встретившись с чернильной бездной любимых глаз…
Быстро встряхиваю головой, пытаясь отогнать робость, и почти убегаю со сцены.
Ками-сама! Что же делать?! Он здесь…
Бегу по коридору и влетаю в свою гримёрку, заперев дверь на ключ. Облегчённо вздыхаю и оборачиваюсь…
Из-за ширмы с костюмами выходит Саске…
Он идеален: чёрный костюм с небрежно расстёгнутой рубашкой, обворожительное лицо со счастливой полуулыбкой на притягательных губах. На душе сразу становиться как-то хорошо и спокойно: он всегда улыбается только для меня. Значит ещё любит…
- Зачем ты сбежал? – бархатный голос вырывает из приятных мыслей. – Я целых две недели тебя искал.
- Прости. Так надо. – опускаю глаза в пол и иду к креслу.
- Как «так»? – Учиха начинает нервничать. – Я люблю тебя! Зачем нужно всё это? Это глупо!
- Это не глупо. – вздыхаю, сажусь на кресло подобрав под себя ноги. – Так лучше, в первую очередь для тебя.
- Кто сказал тебе такую глупость? Я сам знаю, что лучше для меня!
- Не спорь. Просто так надо.
- Ты разлюбил меня?
- Нет.
- Тогда…
- Саске! – резко обрываю. – Так надо. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось! – вырывается помимо воли.
- Что случилось? – непонимающе смотрит.
- Не важно…
- Нет, важно! – грозно смотрит. – Это же меня касается!
Как отбойный молоток, в голове стучит разговор с Итачи.
«- А тебе что, так важно, с кем встречается твой брат? – ехидно спрашиваю, выслушав его угрозы о том, что нам с Саске лучше расстаться.
- Ты что, не понимаешь? – нагло. Властно. – Если так будет продолжаться дальше, Саске захочет бросить бизнес.
- Так тебе же лучше будет! – удивлённо восклицаю. – Вся доля достанется тебе!
- Если бы, – кажется, ударил кулаком по столу. – Этот бизнес достался нам от отца. Завещание составлено так, что если брат уйдёт из компании, то бизнес останется не мне, а нашему главному конкуренту Хьюге.
- Но… - пытаюсь переварить информацию. – Если Саске умрёт, то….
- То бизнес будет моим. Я не хочу его смерти. Но угроза потерять всё меня не устраивает больше, – немею от шока. - Так что – сам думай.»
- Наруто, ответь мне! – из воспоминаний вырывает злой голос Учихи.
- Я не обязан тебе ничего говорить. – мне показалось, или он удивился? – И вообще, почему это я должен быть с тобой?! – говорить больно. Очень. Но… так надо.
- Ч-что?
- Я не клялся тебе в вечной любви. – больно. – Мы просто… - зажмуриваюсь и до крови впиваюсь ногтями в ладони. – Мы просто хорошо потрахались и всё. Это была всего лишь игра. - прокусываю губу, чтобы не зарыдать от обиды. – Просто секс. – запрокидываю голову, чтобы унять непрошенные слёзы. Хорошо что в помещении темно. – Слышишь! – лучше бы я умер. – Я… - со всей дури вмазываю кулаком по стене. – Я… - пинаю кресло. – Я … тебя… не… люблю…
Всё…
Страшно поднимать глаза. Страшно смотреть на него. Страшно, оттого, что сказал. Страшно… что поверит…
- Это… - пытается собрать мысли. – Правда?.. – и такая надежда на отрицательный ответ в чернильных омутах.
«НЕТ-НЕТ-НЕТ-НЕТ-НЕТ!!!!!!!!»
- Да. Это правда.
Отворачиваюсь и сильно кусаю запястье. Больно. Так больно… Только не руке – душе…
Слышу судорожный всхлип со стороны Саске.
- Ты лжёшь. – слова режут, как катана.
«ДА!!!»
- Нет.
Утирает слёзы.
- Это неправда. – в голосе боль и обида.
«ДА!!!»
- Нет. Правда.
Осторожно подходит ближе.
- Ты же говорил… что мой… - обречённо.
«Твой. Я и сейчас твой! Весь. Без остатка. Только твой. Просто… я хочу, чтобы ты жил…»
- Врал.
Опускается на колени рядом с креслом.
- Ты меня… не любишь?.. – в его голосе – смерть.
«Люблю…»
- Да… не люблю..
«Люблю. Больше жизни. Больше мира. Слишком сильно… Почему всё так вышло? Люблю тебя…»
- Пошли со мной. – решительно поднимается и тянет за руку.
- Ты не понял? Всё кончено! – так больно. Ну зачем он это делает? Мне ведь и так непросто…
- Пошли. – тихо. Нежно. Просящее. Не могу противиться.
Накидываю протянутую куртку и покорно шагаю за ним.
Идём по тёмным коридорам в абсолютном молчании. Что я делаю? Что мы творим?
- Куда ты меня ведёшь. – почти безразлично. Так хочу его обнять. А рука Саске такая тёплая. Зачем мучает?..
Выходим на улицу, к стоянке.
- Мы едем домой. – уверенно. Почти грозно.
- Зачем. Мы всё уже выяснили. – Ками-сама, что он творит? Я не могу так.
- Я тебе не верю. – с этими словами обрывается моя жизнь. Вся уверенность и решимость испаряются.
Так люблю тебя, Саске…
Поддаюсь какому-то отчаянному порыву. Люблю-люблю-люблю… Шепчу словно в бреду всякие глупости и страстно целую.
Мой. Никому не отдам. Только мой. Я – твой…
- Я тебя предупреждал. – холодный, презрительный, надменный голос.
Резко прерываю поцелуй и оборачиваюсь…
Итачи. А дуло пистолета направленно прямо на Саске.
Молниеносная реакция, и пуля, как при замедленной съёмке пронзает мою грудь. Где-то в области сердца. Больно.
- Я тебя люблю… - шепчу Учихе, сползая на асфальт. – Прости меня… - не слышу, что он кричит. Я должен сказать ему… - Ты не должен уходить из бизнеса… Ради меня… Прошу… Обещай мне…
- Нарууу!!!!! – яростный крик Саске.
И пустота.
Темнота.
Боли уже нет.
Люблю тебя.
Саске…
Вместо эпилога.
- Конохомару, блин! Хватит меня дубасить по груди! Ты же знаешь – больно!
Мальчик обиженно, но счастливо фыркает.
- Не злись, Ру. Всё время забываю о твоем ранении, – улыбается и протягивает коктейль. – Освежись.
Стукаю его по макушке и пробую напиток. Манго. Мой любимый.
- Кону, а что там дед? – вытягиваюсь на лежаке, подставляя спину горячим лучам солнца.
- Да, что с ним станется… - вечный разговор. Никогда не жалуется.
Слушаю в пол уха, блаженно прикрыв голубые глаза. Морской бриз приятно увлажняет и скользит по загорелой коже, теребя золотистые волосы.
Хорошо что переехали сюда. Подальше от Токио. Подальше от прошлой жизни и проблем.
Беру в руки толстенный модный журнал. На первой полосе – он. Учиха Саске. Самый красивый и выгодный жених. Самый безразличный мужчина в мире. Самый успешный бизнесмен Токио. Единственный владелец крупной корпорации после самоубийства брата.
И как старые чёрно-белые фотографии, в голове всплывают отрывки злополучного разговора из «прошлой» жизни:
«- А если он не захочет меня отпускать? Ты же сам его знаешь.
- Я всё обдумал. Мы инсценируем твою смерть…»
- А что, Нару, – задумчиво пробормотал Конохомару. – Учиха же сейчас свободен…
…
To be continued…
Сиквел к «Станцуй для меня», или «Начать сначала»…
Гул аэропортов. Не люблю, когда людно.
- Кону! Давай, помогай с сумками! – протягиваю одну из авосек уже повзрослевшему пареньку-брюнету.
Ну, здравствуй, Токио. Опять.
Снова знакомый аэропорт. Знакомый воздух…
Кто-то тронул за плечо. Оборачиваюсь… Чёрные глаза. Чёрные волосы. Бледная кожа. Знакомая полуулыбка на знакомом лице…
- Сай??? Ты… я… - я в растерянности, ведь для всех них, я – мёртв.
- Ну, не удивляйся ты так, - улыбается и забирает одну из сумок. – Я всегда знал, что ты жив. Да ещё и Конохомару позвонил недавно, - как в доказательство его слов, рядом «возникает» Кону и забирает у меня ещё одну сумку.
Улыбаюсь, как придурок, и плетусь за Саем. Всё-таки, как здорово встретить старого приятеля.
У входа в аэропорт стоит машина Сая. Такая же, как и пять лет назад.
- Ты всё никак не купишь новую тачку? – спрашиваю, запихивая сумки в багажник.
- Всё времени нет, - пожимает плечами. – Да и, ты же знаешь, как она мне дорога.
Улыбаюсь и, забравшись в салон, снова крепко обнимаю Сая.
- Ты не представляешь, как я скучал! – стискиваю посильнее.
- Я тоже… Только из-за этого, меня назвали сумасшедшим, - смеётся.
- ???
- Я всегда… чувствовал, что ли, что ты жив. А мне не верили. Твоё «убийство» по всем каналам показывали.
- А с Итачи что? – спрашиваю через некоторое время.
- Несчастный случай. Он упал с балкона.
- Но в газетах писали, что это суицид!
- Там не ясно ничего, - тормозит на красный. – Тем более из-за того, что рядом стоял Саске.
Меня передёргивает. Сай понимающе умолкает.
Но... Саске же не мог убить Итачи! Или мог?..
- Как я понимаю, жить тебе здесь пока негде? – заинтересованно спрашивает Сай.
- Ну… да… - сконфуженно отвечаю. И правда – совсем не задумывался!
- Ну, чего ты? – дружеский толчок в плечо. – У меня, конечно, поживёте. И возражения не принимаются! – быстро добавляет он, заметив моё замешательство.
Квартиру Сай всё-таки поменял. Достаточно большие комнаты, много удобной мебели и его картины на всех стенах. Сай – художник, в прошлом – очень известный. Его «наебали» так же, как и меня, в своё время, с балетом.
- Ты ведь хочешь его увидеть, - неожиданно говорит Сай, когда мы пьём чай.
- Кого «его»? – делаю вид, что не понимаю, о ком он.
- Не ломай комедию – я прекрасно тебя знаю, и сразу вижу, когда ты врёшь, - морщится бледный. – Учиху.
- С… с чего ты взял? – сердце бьётся, как у сумасшедшего.
- Я знаю, - пожимает плечами. – У вас ведь и правда, любовь была. Настоящая.
Молчу. Ну, что на это ответить? Я любил Саске. Но… для него я мёртв, а значит, эта история уже давно дописана.
- Я мёртв, забыл? – устало закрываю глаза.
- Он тоже не верит.
- ЧТО?
- О, Ками-сама, - закатывает глаза. – Ты телик смотришь? Газеты читаешь?
- А что там?
- А то! Да он тебя по всем кабакам, по всем барам ищет, - наливает ещё чаю. – Объявления в газетах, по телевиденью… Правда, его якобы-невеста всё время пытается запихнуть его за это в дурку.
- Невеста???
- Эй, не кипятись, - улыбается, глядя на то, как я взбесился. – Это она так думает. А Саске везде открыто отвечает, что жениться на ней не собирается.
Пытаюсь переварить полученную информацию. Саске меня ищет. Он не верит, что я мёртв. Получается, что он и правда двинулся. Или… или просто слишком сильно любит… Мда, Итачи, заварили мы кашу…
- И что я должен делать? – спрашиваю, после нескольких минут молчания.
- Ну, в первую очередь – сходить в душ. Во вторую – выспаться хорошенько… А дальше – завтра подумаем, - улыбается и суёт мне в руки чистое полотенце.
- А он точно здесь будет? – мнусь у входа в шикарный клуб.
- Точно-точно, - Сай заталкивает меня в здание. – Ты главное не бойся. Он тебя сам найдёт.
- Как? – непонимающе смотрю на друга.
- А ты просто начни танцевать, - лукаво улыбается и проталкивает меня через толпу танцующих в vip-зал.
В vip-е намного спокойней. Народу поменьше и музыка потише.
Пытаюсь усесться в дальний угол, но Сай тут же хватает меня за руку и вытаскивает на середину танцпола.
- Просто двигайся и ни о чём не думай, - улыбается и тоже начинает танцевать.
Время летит незаметно, особенно после трёх мною выпитых коктейлей. Мы с Саем уже зажигаем в середине круга, а люди откровенно пялятся на наши эротичные и ритмичные движения.
Танец – это моё. Я, как и Сай, полностью отдаю себя музыке и тело движется уже само по себе, вырисовываю в воздухе чудные картинки. Как и всегда, танцую с закрытыми глазами. Я полностью поглощен песней.
Неожиданно, Сай дёргает меня за руку и поворачивает к двери…
Смоляные растрёпанные волосы, мраморная кожа, чернильные глаза…
Моментально вырываюсь и убегаю в туалет.
Сердце колотит по ушам, оглушая. Руки трясутся. По спине катятся холодные капельки пота. Он здесь…
- Ты чего сбежал, дурень? – в помещение вваливается взволнованный Сай.
- Я… кажется, я ещё не готов к этой встрече… - бессильно сползаю на пол.
- Наруто! Ксо, балбес! Ну ты балбес! – врубает холодную воду и брызгает в меня. – Его же сейчас точно в психушку упрячут!
- Что?
- О, Ками-сама! Он видел тебя, понимаешь! И сейчас, ищет по всему клубу! Это же уже галюны!
- Ксо…
- И я об этом! – берёт меня за руки и поднимает. – Давай, дуй в зал и поговори с ним. Раньше надо было думать!
Осторожно выхожу из туалета и пробираюсь через толпу. В другом конце зала замечаю абсолютно нереальную картину: Сакура – розоволосая зеленоглазая балерина, с которой я раньше танцевал на одной сцене – мёртвой хваткой вцепилась в руку Саске и тащит его к выходу. Учиха же вырывается и что-то кричит ей.
Резко «газую» и через пару секунд оказываюсь у парочки.
Сакура, заметив меня, вмиг зеленеет и «теряет челюсть», а Саске… Саске смотрит мне прямо в глаза и улыбается…
- Я всегда знал, что жив… - шепчет он и обнимает меня.
Крепкие, жаркие объятья и страстный поцелуй изголодавшихся любовников на глазах у всего зала.
Так тепло… так приятно… так хорошо… Просто теряю голову от одуряющего и такого знакомого чувства – находиться рядом с ним. Рядом с Саске…
Разрываем поцелуй, наверное, только через час, хотя, может, это было всего мгновенье?
Не обращая внимания на чьи-то крики и возражения, Саске твёрдой походкой тащит меня за собой. Держит за руку так крепко, словно боится, что я снова уйду. Глупый…
Почти выбегаем из клуба и мигом садимся в чёрный D`ablo – его новую машину – и жмём на газ до упора, оставив галдящую толпу позади.
Нам не нужны слова… Томные вздохи, жаркие стоны, страстные поцелуи – они скажут лучше любых признаний и объяснений…
Подъезжаем к уже знакомому особняку за городом, буквально вываливаемся из машины и, чуть не забыв запереть машину, вновь кидаемся в объятья друг друга. Сладкие поцелуи знакомых нежных губ. Беспорядочные ласки рук. Он – опять мой. Весь. Я – его. Снова. Без остатка…
Из-за страсти и желания, обуздавших нас, к двери дома подходим полуголые. Саске яростно пытается одновременно отпереть дверь и поставить засос на моей шее…
Как в каком-то тумане, уже голые, буквально доползаем до дивана в холле. Губы уже просто горят от несдержанных поцелуев, а руки трясутся, как в лихорадке. Словно у наркоманов, которым на пике ломки дали дозу…
Поваливаю брюнета на диван и ложусь сверху. Красные засосы на алебастровой коже смотрятся безумно возбуждающе и как-то гармонично. Мои засосы.
Захватываю в плен губ сосок черноглазого. Томно стонет и трётся членом о мой член. Сам не сдерживаю стон и резко сползаю вниз. Провожу языком по всей длине его фаллоса. Посасываю головку и неожиданно «заглатываю» член полностью. Резко отстраняюсь, под недовольный стон Саске. Учиха прекрасен: растрёпанный, возбужденный, глаза блестят, губы припухли, капельки пота катятся по идеальной коже. Снова начинаю сосать член, изредка слегка прикусывая нежную кожу.
Саске стонет и извивается от ласк… Похоже, у него, как и у меня, не было секса все эти пять лет… Почти яростно работаю языком и губами. Когда Учиха уже на пределе – прикусываю головку и тут же глотаю кисло-сладкие брызги спермы.
Смазываю оставшимся «соком» пальцы и колечко мышц. Подтягиваюсь к раскрасневшемуся от пережитого лицу и нежно целую любимые губки, пока пальцы по очереди проникают в отверстие. Почти не дёргается и я, через несколько минут, решаюсь ввести изнывающий в предвкушении член.
Саске с почти звериным стоном подаётся бёдрами вперёд, глубже насаживаясь на мой член. Окончательно теряю терпение и начинаю мощно двигать бёдрами, до упора всаживая пенис в упругую попку.
В голове творится какой-то кавардак. Губы беспорядочно целуют мраморную кожу. Плечи саднят от впившихся в них ногтей Учихи. Перед глазами – пелена страсти, а ушах – только Его стоны. Такие жаркие. Такие страстные. Такие возбуждающие. Такие жаждущие. Такие долгожданные…
Кончаю в Саске, протяжно застонав и валюсь на диван рядом в ним. Тяжело дышим и мимолётно целуем друг друга.
Учиха резко наваливается на меня и раздвигает мои ноги. Что ж, я не против. Совсем не против…
Обвиваю ногами его талию и впиваюсь поцелуем в губы. Он осторожно вводит влажные от слюны пальцы в мой анус. Слегка кривлюсь и недовольно ёрзаю. Всё-таки, у меня был всего один раз, притом пять лет назад. Скольжу пальцами по его гладкой спине и спускаюсь ниже. Сжимаю ягодицы. Сас неожиданно подаётся вперёд и упирается головкой члена в мой сфинктер.
Стону в тон ему и подаюсь бёдрами навстречу. Из глаз брызгают слёзы, но, несмотря на боль, мне просто дико хорошо…
Саске двигается во мне… От этой мысли сводит пальцы, нарушается дыхание и бешенный стук сердца бьёт по ушам… Саске двигается во мне… А в голове – ураган. Ураган из несвязных слов и стонов…. Глубже… быстрее… больше… сильнее… ещё… ммм… ещё… ещё… ещё…
Тяжело дышим и неотрывно целуемся. Саске крепко обнимает меня за талию, прижимая к себе. Вкус его губ сводит меня с ума, его запах заполнил все лёгкие, весь воздух, всё сознание… Дышу им, целую, ласкаю, не в силах остановиться и насытиться гладкой алебастровой кожей и сладкими нежными губами. Никогда раньше не замечал… Его губы… Они со вкусом шоколадного счастья…
- И откуда ты узнал весь наш план? – ошарашено спрашиваю, после услышанного мной рассказа Саске.
- Итачи мне всё сам рассказал… Глядя на то, как я убиваюсь… - Учиха как-то грустно и недовольно одновременно зыркнул на мня и глотнул ещё чая. – Хм, сам удивляюсь: и почему его не посадили?
Повисло неловкое молчание. Итачи всё рассказал! От этой мысли почему-то стало не по себе.
- Милый, - Саске мягко улыбнулся и взял меня за руку. – Я нисколько на тебя не сержусь. Ведь всё это в прошлом, - брюнет сел ко мне на колени. – У нас впереди теперь целая жизнь.
Саске нежно поцеловал меня начал медленно раздеваться.
- А что же Сакура? – спросил я, лукаво посмотрев из-под чёлки.
- Кто? – не понял сразу черноглазый искуситель, оторвавшись от моей шеи.
- Твоя невеста, - пропел я и спихнул Учиху на пол.
- Нару, - Саске серьёзно посмотрел мне прямо в глаза. – Ты – моя невеста, - Учиха заржал, как конь и стащил меня на пол рядом с собой. – Я ведь люблю тебя.
- Я тоже тебя люблю…
В этот день мы так и не выпустили друг друга из жарких и страстных объятий… И на следующий тоже. И на следующий…
***
- Наару… - жаркий шёпот на ушко. – Наарууу….
- Ну чего? – сонно открываю глаза и смотрю сначала в чернильные глаза, потом – на часы, потом – в наглые глаза наглого будильщика, сидящего на коленях перед кроватью.
- Ты на часы смотрел?! – отклоняюсь от поцелуя. – Только одиннадцать!
- Ну-ну… - Саске поворачивает к себе и сладко целует. – У меня для тебя сюрприз!
- Да? – удивлённо смотрю на появившуюся неоткуда маленькую красную коробочку. – И что там?
- Открой, - улыбается.
С интересом открываю коробочку и застываю… На красном бархате лежат два золотых обручальных кольца…
- Эт-то ч-что? – заикаюсь, изумленно глядя то на кольца, то на Учиху.
- Я делаю тебе предложение руки и сердца, - пожимает плечами и легко целует в губы. – Ты выйдешь за меня?
Пульс резко сбивается, становится трудно дышать.
- Ты сдурел, Учиха? Кто нас поженит?
- Не волнуйся, я уже обо всём договорился, - улыбается и снова целует.
- То есть, ты не сомневался, что я соглашусь?! – буквально взрываюсь. – А как на нас люди смотреть будут?!
- Нару, солнышко, успокойся, - Саске заметно пугается моего поведения.
- Ксо, Саске, ты точно спятил! – срываюсь с пастели и быстро одеваюсь. – Это же.. это же… Ксо!
Выбегаю из дома и несусь прочь…
Эпилог.
- Киоки! Эй, Киоки! – хорошенькая блондиночка толкает свою подружку-шатенку и показывает взглядом куда-то в сторону. – Смотри, какой симпатичный парень! И питается как – одни овощи!
Шатенка щурится и внимательно рассматривает высокого загорелого голубоглазого блондина. Цепкий взгляд останавливается на руке.
- Ты что, не видишь? – шипит подруга. – Он женат.
- Ой, и вправду… - сразу же поникла блондиночка. – С…Са-ске… - пытается прочитать надпись на кольце. - Саске? Странное имя для девушки.
Неожиданно блондин поворачивается в сторону выхода и недовольно складывает руки на груди.
- Саске! Если ты будешь тащить свою задницу такими темпами, то я выкину нафиг все твои помидоры и куплю свой любимый рамен!
Девушки заинтересованно смотрят в ту же сторону, что и голубоглазый парень и… замирают…
- Нару, пока мы женаты, ты не будешь питаться всякой гадостью! – шипит красивый черноглазый брюнет блондину прямо в ухо и зло вырывает авоськи из его рук.
На секунду, на пальце брюнета проблёскивает обручальное колечко. «Наруто» - гласит надпись…
***
- Вот тебе и девушка… - ошарашено шепчет блондинка, глядя на счастливую целующуюся парочку.
The End!!!

Перейти к комментарию С цитатой В цитатник

LiveInternetLiveInternet

-Музыка

-Поиск по дневнику

-Подписка по e-mail

-Постоянные читатели

-Статистика