Что первое приходит на ум при упоминании здания берлинского Рейхстага? Самые кровопролитные за всю историю человечества войны, имя тирана Адольфа Гитлера и алое знамя, развивающееся над зданием в конце апреля 1945 года, как символ победы над фашистской Германией. Однако Рейхстаг, который дословно переводится, как «здание государственного собрания» – это еще и символ современной Германии, архитектурное сооружение, имеющее свою длинную и непростую историю.

...История этого здания началась еще во времена «железного канцлера» Германской империи Отто фон Бисмарка. А сам германский парламент, или рейхстаг, возник во время мартовской революции 1884 года. Впрочем, такое понятие, как «рейхстаг», существовало в Германии уже в XII веке и означало орган сословного представительства при германском императоре, трансформировавшийся впоследствии сначала в учредительное собрание, затем — в нижнюю палату Северо-Германского союза (1861—1871 годы), а с конца 1871 по 1918-й — в выборный орган, участвующий в законодательстве, принятии бюджета и контроле за исполнительной властью. Во времена Веймарской республики (с 1919 по 1933 год) рейхстаг был нижней палатой парламента.

С 1871-го, после окончательного объединения государства, германский парламент располагался так же, как и нынешний, в Берлине, но только в здании на Лейпцигштрассе.




 

В том же году Бисмарк принял решение о возведении нового здания парламента. Место для строительства было выбрано специально созданной комиссией, постановившей, что быть ему надлежит на территории владений крупного дипломата Дюка Радзинского. Через год был объявлен конкурс на проект здания, в котором приняли участие 103 европейских архитектора. Победителем стал уроженец Санкт-Петербурга, профессор Академии художеств, покинувший Россию в 1861 году и поселившийся в городе Готе, Людвиг Бонштедт. Но строительство было отложено на неопределенное время в связи с тем, что господин Радзинский ни за что не хотел расставаться со своей собственностью, дарованной ему Фридрихом Вильгельмом IV. И даже после смерти несговорчивого дипломата в 1874 году его сын, унаследовавший земли отца, все так же продолжал упорствовать.
 



 

Разрешение было получено лишь 3 года спустя. Но воплощение проекта так и не состоялось. Более того, в 1882 году было решено провести новый конкурс, в состав участников которого могли войти и победители предыдущего, и немецкие архитекторы. Правда, оказалось, что все прежние победители к этому времени уже умерли, и конкурсантами стали только немецкие архитекторы, не включенные в первое состязание.

 



 

Из 189 представленных работ лучшим стал проект Пауля Воллота из Франкфурта. 9 июня 1884 года в основание будущего здания кайзер Вильгельм I заложил первый камень, последние работы были завершены спустя 10 лет.

 




В облике этой постройки не было ничего случайного: все здание целиком, по замыслу архитектора, являлось символом объединенной Германии и торжества кайзеровской империи, его угловые башни подразумевали четыре немецких королевства, а купол должен был олицетворять собой кайзера Вильгельма II как самого влиятельного лица в государстве. Но так как Вильгельм II был убежденным «куполоненавистником», рейхстагский купол пришлось «посвятить» непосредственно немецкому парламенту.

 



  

Это действительно огромное строение, которое символически объединяло государство: четыре угловые башни олицетворяли четыре области Германии, а центральный купол – единство императорской власти. 30 миллионов марок было потрачено на возведение здания и его внутреннюю богатую отделку.

 



1895 год Deutsches Reichstagsge
 

В 1916 году во время Первой Мировой войны на фасаде появилась огромная надпись «Немецкому народу». В 1918 году была провозглашена Веймарская республика и Рейхстаг стал центром ее правления.

 



1895 год

 



 



 

 



 

В ноябре 1918 года в Германии произошла революция. Здание Рейхстага было занято рабочими и крестьянами. Парламентарии, испугавшись, что многочисленные и весьма влиятельные коммунисты провозгласят Германию советской республикой, объявили, что отныне немецкое государство становится буржуазно-демократической республикой. Шли годы. Германия, находясь в водовороте политических событий, стояла на пороге времен III рейха.

 



 

 


Поджог рейхстага, 28 февраля 1933 года
...Вечером 27 февраля 1933 года здание охватил шквал огня. Он распространялся с поразительной быстротой, привлекая внимание сотен людей. Место пожара в скором времени посетили вождь национал-социалистов Адольф Гитлер и главный «пропагандист» наци Йозеф Геббельс, а немного позже появился Герман Геринг, в то время председатель рейхстага и политуполномоченный Гитлера, заявивший, что виновниками пожара являются коммунисты. Первым был арестован подданный Нидерландов Маринус ван дер Люббе, несколько лет тому назад состоявший в компартии. Говорили, что он производил впечатление не вполне нормального человека, сдался без всякого сопротивления и вины своей не отрицал.

А что нам вообще известно о поджоге Рейхстага ?

В тот день, 27 февраля 1933 года, 24-летний голландский коммунист-анархист Маринус ван дер Люббе вошел в историю XX века. Он ночевал в ночлежке для бездомных в Хеннигсдорфе, недалеко от Берлина. Отпущенный дежурным полицейским вахмистром Шмидтом до восьми вечера, Люббе отправился в направлении Берлина...

Он не видел одним глазом и плохо видел другим, путь до города - 20 километров, занял у него много времени. В связи с предстоящими 5 марта 1933 года выборами в германский парламент, рейхстаг, Берлин был весь заклеен предвыборными плакатами национал-социалистической партии Гитлера, а также других партий. За четыре недели до этого Гитлер стал рейхсканцлером и теперь делал ставку на получение для своей партии большинства в рейхстаге.

На Мюллерштрассе Люббе разыскал лавку, торговавшую углем, и купил за 30 пфеннигов четыре пакета растопки с дрожащим пламенем на обертке.

День клонился к вечеру, но было еще светло, и Люббе дождался девяти часов, чтобы пробраться на один из балконов главного корпуса Рейхстага. Разбив стекло двери, он вошел в темный коридор здания и стал разбрасывать подожженные пакеты растопки. В то время, как к Рейхстагу мчались пожарные и полицейские машины, Люббе поджигал портьеры и скатерти; он снял с себя одежду, поджигал ее и, разбрасывая по сторонам, дошел уже до пленарного зала Рейхстага...

Когда полицейские схватили Люббе, он стоял, тяжело дыша, в одних подтяжках на голой груди и с обожженными руками. Своей цели он достиг - центральная часть Рейхстага пылала огромным костром; языки пламени вздымались к стеклянному куполу.

Как попал Маринус ван дер Люббе в Берлин, каковы были мотивы его поступка?

Уже в ходе первых допросов на своем ломаном немецком языке он сразу взял всю вину за пожар на себя одного. Поджог он совершил для того, чтобы поднять рабочих на борьбу против существующего государственного строя. Люббе, каменщик по профессии, принадлежал к небольшой группе голландских коммунистов, которые выступали за диктатуру пролетариата, но не подчинялись дисциплине, царившей в партиях, входивших в Коминтерн.

В 1931 году он вышел из компартии Голландии, ибо хотел активных действий. Начал он с агитации среди безработных текстильщиков в Лейдене. Сам перебирался случайными заработками и небольшой пенсией по инвалидности. Люббе побывал в ряде европейских стран, чтобы посмотреть, как развивается экономический кризис. В феврале 1933 года он направился в Берлин, где бывал и ранее. Его интересовало, «как немецкий пролетариат реагирует на фюрера». По дороге он встречался с ожесточившимися безработными, которые, однако, сами ничего не предпринимали для улучшения своего положения. Убедившись, что немецкие рабочие не собираются выступать, Люббе решился перейти к собственным активным действиям в знак протеста против безработицы. Он пытался поджечь ведомство социальной помощи в берлинском районе Ной-Кельн, Красную ратушу и даже королевский дворец, но безуспешно. Разочарованный неудачами, он решил вернуться на родину в Голландию.

Что заставило Люббе изменить свое решение, когда он отправился в ночлежку в Хеннигсдорфе? По мнению ряда историков, в это время Люббе попадает в поле зрения нацистов, которые решают использовать его как провокатора.

 

 



Речь перед Рейхстагом 30 января 1939 года

 

Горящий Рейхстаг ознаменовал финал Веймарской республики - Германия вступала в «коричневую» полосу нацистского господства. На состоявшихся выборах в рейхстаг партия Гитлера получила уверенное большинство. По всей стране шли аресты коммунистов, социал-демократов, представителей других левых сил. Поджог Рейхстага пришелся Гитлеру и его окружению как по заказу: в нем сразу обвинили коммунистов. В Лейпциге был инсценирован громкий процесс, на котором в роли обвиняемых, наряду с Люббе, предстали один из руководителей Германской компартии председатель фракции коммунистов в Рейхстаге Эрнст Торгляр и три болгарских коммуниста, в том числе будущий генеральный секретарь Коминтерна Георгий Димитров.

Главным обвинителем компартии в Лейпциге выступал председатель рейхстага и прусский министр внутренних дел Герман Геринг. Доказать причастность коммунистов к поджогу Рейхстага нацисты не смогли и были вынуждены освободить Димитрова и его товарищей. Выступления Димитрова на процессе с обличением фашизма обошли тогда весь мир. Люббе же продолжал настаивать на своем единоличном поджоге здания Рейхстага. В декабре 1933 года его приговорили к смертной казни, которая была специально восстановлена в законодательном порядке за поджоги незадолго до вынесения ему приговора.

10 января 1934-го, накануне своего 25-летия, Люббе предстал перед гильотиной. На вопрос прокурора, имеет ли он что-либо заявить, Люббе ответил: «Нет». Тюремный священник слышал, как он сказал еще одно слово: «Наконец-то».

Был ли Маринус ван дер Люббе действительно одиночкой-поджигателем Рейхстага, какие силы стояли за спиной полуслепого голландца? Споры историков об этой крупнейшей политической провокации предвоенного времени не утихают до сих пор. Часть исследователей продолжают считать правдой признания самого Люббе, другие уверены, что он не мог без постороннего влияния и участия совершить такой поджог.

Как всегда, когда речь идет о столь масштабном событии, оно обрастает легендами и мифами, взаимоисключающими заключениями и прямой фальсификацией. Дело о поджоге Рейхстага пополняется все новыми данными и свидетельствами. В последние годы обнаружены неизвестные до этого документы, проливающие новый свет на ряд обстоятельств преступления.

Группа немецких ученых из разных областей науки считает, что их анализ дает основание полагать, что Люббе мог вообще не быть участником поджога или, во всяком случае, действовал не в одиночку. Под сомнение ставятся его высказывания о том, что он сумел за считанные минуты растопкой для угля и собственной пылающей одеждой поджечь многотонное дубовое основание пленарного зала Рейхстага.

Документация по поджогу Рейхстага была после поражения фашистской Германии как трофейное имущество перевезена в Советский Союз. В 1982 году советская сторона передала 50 тысяч страниц этого архива посольству ГДР в Москве. Ознакомление с ним вновь породило противоречивые домыслы. Высказывалось предположение, что поджог осуществила ультраправая организация «Консул», которая в 1922 году совершила убийство тогдашнего министра иностранных дел Вальтера Ратенау. Но более веско прозвучали утверждения о том, что вдохновителями и организаторами поджога были Геббельс и Геринг. Непосредственно же акцию осуществила специальная команда СА. Ее членов выдали за коммунистов, а Люббе сделали орудием. Он был доставлен ими в уже горевший Рейхстаг, а затем он с готовностью взял всю вину на себя. Своих «сообщников» он не выдал, считая их коммунистами.

Один из свидетелей происшествия, работник почты Духштайн, давая показания в полиции, сообщил, что во время нахождения Люббе в Рейхстаге он видел через окно четырех человек в полицейской форме, выходящих из одной из боковых дверей здания.

Имя Геринга фигурирует особенно часто в связи с поджогом Рейхстага не только из-за его активного участия в Лейпцигском процессе. В Берлине было хорошо известно, что Рейхстаг был связан 120-метровым тоннелем, по которому проходили отопительные трубы, с подвалом дворца Геринга. Именно по этому тоннелю поджигатели могли проникнуть в здание Рейхстага. По слухам, ходившим в Берлине, за несколько дней до пожара в Рейхстаге группа СА была вызвана к высокопоставленному фюреру СА Карлу Эрнсту, известному своими садистскими наклонностями. От него группа получила приказ проникнуть в Рейхстаг через тоннель и разлить в здании легковоспламеняющуюся жидкость. «Нам нужен повод, - сказал Эрнст, - чтобы нанести удар по марксистам!»

В дневнике начальника немецкого генерального штаба генерала Гальдера есть одна примечательная запись 1942 года. На ужине в Ставке фюрера в Волчьем логове Геринг воскликнул: «Единственный, кто знает правду о Рейхстаге, это я, ведь именно я его поджег!» (На Нюрнбергском процессе главных военных преступников Геринг это отрицал.)

Примечательно, как быстро воспользовались нацисты фактом поджога Рейхстага для борьбы против своих политических противников. На следующий день после пожара правительство Гитлера издало специальное постановление «О защите народа и государства», позволявшее арестовывать любое лицо без предъявления обвинения, обыскивать квартиры, просматривать почту и прослушивать телефоны. Была введена цензура печати.

До апреля 1934 года в одной только Пруссии было арестовано 25 тысяч человек! В подвалах отрядов СА подвергались избиениям и пыткам все, кто подозревался в оппозиции гитлеровскому режиму. Как выразился берлинский историк Рудольф Хербст, после поджога Рейхстага вплоть до поражения в 1945 году в Германии постоянно существовало чрезвычайное положение.

 

 



 

Само здание не было полностью отремонтировано. Гитлер собирался строить Новый Рейхстаг, символ новой, национал-социалистической Германии, который должен был быть вознестись на почти трехсотметровую высоту, но вскоре началась война, и проект не был осуществлен. Парламент фактически был устранен, а в старом здании Рейхстага происходили пропагандистские собрания. Однако Рейхстаг продолжал оставаться главным символическим центром страны – именно его взятие советскими войсками было финальной точкой Второй Мировой войны. 1 мая 1945 года Рейхстаг был взят штурмом и на его куполе был водружен красный советский флаг, а 9 мая Германия объявила капитуляцию.

 



 

Многие точки над “i” в истории Великой Отечественной уже расставлены. Но белые пятна то и дело дают о себе знать. Они волнуют фронтовиков, не дают покоя военным историкам. Одно из них – Знамя Победы. Действительно ли было все так, как написано в школьных учебниках?

 



 

…30 апреля, сломав сопротивление четырех батальонов фольксштурма и отборной группы СС (900 человек), преодолев железобетонные надолбы, залитые водой противотанковые рвы и проволочные заграждения, части 171-й стрелковой дивизии полковника Негоды и 150-й стрелковой дивизии генерал-майора Шатилова (79-й корпус 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта) почти одновременно ворвались в Рейхстаг. Вскоре на колоннах, на лестницах и балконах, на первом и втором этажах Рейхстага появились красные знамена — от полковых и дивизионных до самодельных.

Через несколько часов в штаб корпуса поступили первые донесения о “водружении Знамени Победы”. Правда, в донесениях — ни слова о куполе Рейхстага. Время водружения — от 13.45 до 14.25. На южной части Рейхстаг Красное знамя водрузили командиры батальонов капитан Неустроев и майор Давыдов, докладывал в 18.00 30 апреля начальник штаба 150-й стрелковой дивизии полковник Дьячков.

Жуков, обобщив многочисленные и довольно противоречивые данные, доложил Сталину, что “части 3-й ударной армии заняли главное здание Рейхстага и в 14.25 30 апреля подняли на нем советский флаг”.

Время и дата получили “официальное” утверждение. Через два дня берлинский гарнизон капитулировал, До окончательной победы оставалось совсем немного. В суматохе и в предчувствии скорого праздника было не до учета знамен. Но примерно через месяц о них опять вспомнили. Дело в том, что Главное политическое управление РККА учредило специальную форму красного знамени и его официальный статус. Именно такое знамя, по мнению главпуровцев, могло считаться символом Победы и должно было участвовать в Параде Победы.

 



 

Рассказывает начальник политотдела 3-й ударной армии полковник (в последующем генерал-лейтенант) Федор Лисицын:

Еще до начала Берлинской операции мы узнали, что некоторые наши соседи распорядились изготовить по одному красному знамени для водружения над Рейхстагом – высшим органом государственной власти фашистской Германии. Я предложил изготовить не одно, а девять знамен – по числу стрелковых дивизий нашей армии. Военный совет одобрил предложение. Я вызвал начальника армейского Дома Красной Армии Г.Голикова: нам выпала высокая честь сшить будущие знамена Победы. Каким материалом располагаем? Решили обойтись без излишеств: шить из обыкновенного кумача, но со строгим соблюдением размеров и формы Государственного флага страны… Женщины взяли ножницы, иголки с нитками, шили и кроили. Слез не скрывали. Пожалуй, в этот момент многие из нас поняли, как близок конец этой бесчеловечной войны. Художник В.Бунтов рисовал в верхнем левом углу, у древка, серп и молот со звездой. Киномеханик С.Габов мастерил древки (в основном, из карнизов для штор) и крепил к ним полотнища.

Одно из этих знамен (красное полотнище размером 188 на 82 см) под номером пять 22 апреля было вручено 150-й стрелковой дивизии. О таком знамени в первых донесениях ничего не говорилось.

Тем не менее, 1 мая на стеклянном куполе Рейхстага на месте бывшего немецкого флага со свастикой развевалось “нужное” знамя под номером пять. Как оно там появилось?

 



 

В начале июня политотдел армии подготовил (за подписью Ф.Лисицына) донесение за номером 0459 на имя начальника политуправления 1 БФ с изложением “последнего решающего удара по немецко-фашистским войскам”. На пяти страницах убористого текста излагалась следующая картина водружения Знамени Победы:

...На рассвете 30 апреля знамя было передано в 756-й стрелковый полк, который наступал на Рейхстаг в первом эшелоне дивизии. А в полку – роте коммуниста старшего сержанта Сьянова из батальона капитана Неустроева. Форсировав Шпрее, воины ворвались в здание МВД (“дом Геббельса”), затем через проломы в стенах и по подземным переходам вышли к Рейхстагу и захватили лестницу главного входа В это время воины 1-й стрелковой роты грузин, беспартийный младший сержант Кантария Мельтон Варламович (Абхазская АССР, г.Ачангери), красноармеец, русский, комсомолец Егоров Михаил Алексеевич (Смоленская обл., Куднянский р-н, Богдановский сельсовет) и заместитель командира батальона по политчасти член ВКП(б), украинец, лейтенант Берест Алексей Прокопьевич (Сумская обл., Ахтырский р-н, Горяйстовский сельсовет) с боем прорвались на купол — самую высокую точку Рейхстага — и в 14.25 водрузили на нем Знамя Победы. В 15 00 капитан Неустроев был назначен комендантом Рейхстага.

Тут же начальник политуправления 1 БФ генерал-лейтенант Галаджев направил в Москву лаконичное донесение, где четко указал, что “водруженцами” Знамени следует считать коммуниста, лейтенанта, украинца Береста А. П.; комсомольца, красноармейца, русского Егорова М. А. и беспартийного, младшего сержанта, грузина Кантария М. В. Официальная версия родилась.



 

В ноябре 1961 года на закрытом совещании в Институте марксизма-ленинизма бывший член военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант К.Телегин с горечью констатировал, что ситуация, связанная со Знаменем Победы, “приняла уродливый характер”. В чем же дело?

Попробуем разобраться, тем более что некоторые документы и свидетельства позволяют это сделать.

Перед тем, как идти в последнюю атаку на Рейхстаг, солдаты разрывали наволочки немецких перин, оконные шторы и все остальное, сделанное из красной ткани. Кому досталось с метр и больше, кому — с носовой платок. С этими “флажками и флагами” они и устремились к Рейхстагу. Солдаты разных полков и даже дивизий ставили свои флажки всюду — в окнах, на колоннах, в центре зала. Соответственно оформлялись и представления на звание Героев за водружение Знамени Победы.

 



 

Это было 30 апреля — штурм, бой, кровь и гибель. А через день — наступила тишина: Берлин капитулировал. В Рейхстаг валом повалил народ — артиллеристы, танкисты, связисты, медики, повара... Приходили пешком, приезжали на лошадях и автомашинах... Всем хотелось посмотреть Рейхстаг, расписаться на его стенах. Многие приносили с собой красные флаги и флажки и укрепляли их по всему зданию, многие фотографировались... Приехали корреспонденты и фоторепортеры. Снимки попадали в газеты, и те, кто позировал, требовали потом себе звания Героя.

 



 

Целый год понадобился для разбирательства политотделу 3-й ударной армии и политуправлению 1-го Белорусского фронта. Только официально и только в первые майские победные дни к званию Героя Советского Союза за водружение Знамени Победы были представлены более ста человек. Со временем цифра увеличивалась. Лишь 8 мая 1946 года появился Указ Президиума Верховного Совета СССР “О присвоении звания Героя Советского Союза офицерскому и сержантскому составу Вооруженных сил СССР, водрузившему Знамя Победы над Рейхстагом в Берлине” — 1. Капитану Давыдову В.И. 2. Сержанту Егорову М.А. 3. Младшему сержанту Кантария М.В. 4. Капитану Неустроеву С.А. 5. Старшему лейтенанту Самсонову Н.Я.

Лейтенант Алексей Прокофьевич Берест также был представлен к званию Героя. Но вместо Золотой Звезды получил орден Красного Знамени. Вычеркнул из списка лично тов. Жуков – не любил политработников.



Все дело в том, что когда М.Егоров и М Кантария, руководимые заместителем командира батальона по политчасти лейтенантом А.Берестом, поднялись на крышу здания Рейхстага, над скульптурной группой “Богиня Победы” они увидели уже развевающееся красное полотнище. Вспоминает Ф.Лисицын: “С самого начала боев за Рейхстаг с воинами штурмовиков капитана С.Неустроева бок о бок сражалась группа капитана В.Макова, которая тоже имела задание водрузить корпусной флаг над зданием фашистского парламента. Эта группа, куда входили разведчики и добровольцы 136-й артбригады старшие сержанты К.Загитов, А.Лисименко, сержанты М.Минин и А.Бобров поздно вечером 30 апреля пробились на крышу Рейхстага и установили там красный флаг в одной из пробоин скульптуры”. В официальном донесении от 3 июня Лисицын группу капитана Макова не упомянул даже вскользь. Может быть, потому, что ее состав был уж очень “однороден”, и никак не вписывался в идеологические параметры нерушимого блока коммунистов и беспартийных и единства наций и народностей великого Советского Союза.

Чтобы разобраться, как получилось, что подвиг отважных воинов оказался в тени, вернемся к трудным дням конца апреля сорок пятого года, когда после тяжелых уличных боев части 3-й ударной армии вышли к реке Шпрее.

Попытка стрелковых батальонов с ходу захватить Рейхстаг к успеху не привела. Войска начали готовиться к новому штурму. 27 апреля в составе 79-го стрелкового корпуса было сформировано две штурмовые группы по 25 человек каждая. Первая группа под руководством капитана В.Макова из артиллеристов 136-й и 86-й артиллерийских бригад, вторая — под руководством майора Бондаря из других артиллерийских частей. Группа капитана Макова действовала в боевых порядках батальона капитана Неустроева, который с утра 30 апреля начал штурмовать Рейхстаг в направлении парадного входа. Весь день продолжались ожесточенные бои с переменным успехом. Рейхстаг не был взят. Но отдельные бойцы все же проникли на первый этаж и вывесили у разбитых окон несколько красных кумачей. Именно они и стали причиной того, что отдельные руководители поспешили сообщить по команде о взятии Рейхстага и водружении над ним в 14.25 “флага Советского Союза”. Через пару часов о долгожданном событии по радио была оповещена вся страна, сообщение было передано и за рубеж.

Фактически же по приказу командира 79-го стрелкового корпуса, артподготовка решающего штурма была начата лишь в 21 час 30 минут, а сам штурм начался в 22 часа по местному времени под покровом темноты. Первые советские подразделения ворвались в Рейхстаг только в 23 часа 30 апреля.

После того, как батальон Неустроева двинулся к парадному входу, четверка из группы капитана Макова, не дожидаясь основных сил, сразу же бросилась вперед по крутым лестницам к куполу Рейхстага. Прокладывая путь гранатами и автоматными очередями, она достигла цели – на фоне огненного зарева была заметна скульптурная композиция “Богини Победы”. На ней, несмотря на беспрерывный огонь советских войск, сержант Минин водрузил Красное Знамя. На полотнище он написал фамилии своих товарищей. Затем капитан Маков в сопровождении Боброва спустился вниз и немедленно доложил по рации командиру корпуса генералу Переверткину о том, что в 22 часа 40 минут его группа первой водрузила Красное Знамя над Рейхстагом.

Командование 136-й артиллерийской бригады 1 мая 1945 года представило к высшей правительственной награде — присвоению звания Героя Советского Союза — капитана В.Н.Макова, старших сержантов Г.К.Загитова, А.Ф.Лисименко, А.П.Боброва, сержанта М.П.Минина. Последовательно 2, 3 и 6 мая командир 79-го стрелкового корпуса, командующий артиллерии 3 УА и командующий 3 УА подтвердили ходатайство о награждении.

И здесь начинается самая некрасивая часть истории. Признать этот факт означало признать преждевременность доклада командования 150-й стрелковой дивизии о взятии Рейхстага. Поэтому подвиг группы капитана Макова предается забвению. И до сих пор правда об тех, кто первыми водрузил Знамя Победы над Рейхстагом стыдливо умалчивается официальными органами, а их героический подвиг по достоинству не оценен. Все усилия восстановить правду ни к чему не привели. Да оно и понятно. В первые годы после войны, когда у руководства страной и Вооруженными Силами стоял И.В.Сталин, любые попытки сказать действительную правду квалифицировалась как ревизия и осквернение святынь.

Кстати, доказать правду было совсем не трудно, так как сохранились документы, в том числе текст доклада командира 150-й стрелковой дивизии генерала Шатилова командиру 79-го стрелкового корпуса о взятии Рейхстага и водружении Красного Знамени. Он не указывает непосредственных исполнителей этого героического подвига. В итоговом донесении штаба 756-го стрелкового полка от 2 мая отмечены 6 воинов, отличившихся при штурме Рейхстага, — капитан Неустроев, лейтенант Печерский, старшие сержанты Сьянов и Талак, младший сержант Глотов и рядовой Кабулов. Как видим, ни М.Егорова, ни М.Кантария среди отмеченных нет. Хотя, судя по всему, воевали они достойно и не случайно 4 мая 1945 года командованием дивизии были представлены к награждению орденом Красного Знамени. И не их вина, что они оказались вовлечены в спектакль, имевший цель скрыть провинность командования.

Характерно, что свидетельства капитана Неустроева были фактически полностью проигнорированы. Он говорил, что в третьем часу ночи 1 мая в Рейхстаг со стороны триумфального входа привели со знаменем М. Егорова и М.Кантария. Впереди шел лейтенант Берест. “Мною была сделана ошибка, что я допустил идти на крышу с Берестом Егорова и Кантария, они в атаку не ходили, Рейхстаг не брали, а вся слава всего батальона досталась им”.

Сами же Егоров и Кантария к их чести понимали всю нелепицу событий. В брошюре “Знамя Победы”, мало известной широкому читателю, они признавали, что знамя № 5 они доставили в Рейхстаг значительно позже других знаменосцев. Но, поскольку это расходилось с официальной версией, на их признание даже не обратили внимания.

В свое время в Институте военной истории МО РФ было проведено исследование архивных документов, относящихся к водружению Знамени Победы. Было установлено, что первой на здание Рейхстага Красное Знамя водрузила группа капитана В.Н.Макова.

Исходя из этого, Институт военной истории МО РФ поддержал ходатайство… о присвоении звания Героя Российской Федерации группе вышеназванных воинов (почти всем – уже посмертно).

А вот еще некоторые малоизвестные страницы той далекой эпопеи. Все они взяты из воспоминаний и переписки реальных участников событий.

“Перед штурмом у меня как командира батальона, – говорил Степан Неустроев, – некоторую тревогу вызывала вторая рота Антонова, недавнего выпускника училища, на войне — без году неделя. Поэтому во главе роты я решил отправить своего замполита лейтенанта Береста, офицера под два метра роста, богатырского сложения и силы. Солдаты уважали замполита не за вдохновенные слова, а за конкретные дела”.

Три атаки на Рейхстаг захлебнулись.

Как рассказывал потом сам Берест, его рота преодолела уже более половины площади, но из-за плотного огня залегла, и он ползком и короткими перебежками вернулся обратно, попросил командование поддержать их артиллерийским огнем и снова двинулся в смертельный путь.

Кто первым ворвался в Рейхстаг? Берест со своей второй ротой и старший сержант Съянов — со своей первой.

Если точнее, первым на ступени Рейхстага вбежал с флагом рядовой Петр Пятницкий. Его ранили, он упал, поднялся, сделал еще несколько шагов к колонне и здесь, на последней ступени Рейхстага,— рухнул. Флаг подхватил и привязал к колонне другой Петр — Щербина, тоже рядовой.

Когда бой завязался в самом Рейхстаге, батальон Неустроева с флангов поддержали батальоны Давыдова и Самсонова.

Как много раз писал в статьях и книгах командир дивизии генерал-майор В. Шатилов, а вслед за ним и многие другие, так что версия эта жила все послевоенные десятилетия,— Егоров и Кантария были в первых рядах атаки. Нет, их не было — ни впереди, ни позади.

Вечером 30 апреля, после боя в Рейхстаге, появился Неустроев. Еще позже, около двенадцати ночи – Зинченко. “Где знамя?” — спросил полковник у комбата. Тот рассказал о погибшем Пятницком, о Щербине, о флаге первой роты в окне. “Я не о том,— резко перебил Зинченко,— где знамя Военного совета под номером пять?”

С. Неустроев вспоминает:

При мне Зинченко позвонил начальнику штаба полка: “Где знамя?”

— “Да, вот здесь, вместе с полковым стоит”.

— “Срочно сюда!”.

Минут через 15 или 20 прибежали со знаменем два солдатика, извините, замухрышки,— маленькие, в телогрейках. Зинченко им: “Наверх, на крышу! Водрузить знамя на самом видном месте. Ушли. Минут через двадцать возвращаются — подавленные, растерянные: “Там темно, у нас нет фонарика… Мы не нашли выход на крышу!”. Зинченко — матом: “Родина ждет! Весь мир ждет! Исторический момент!.. А вы… фонарика нет… выхода не нашли”. Полковник меня обычно Степаном звал, а тутжестко: “Товарищ комбат! Примите все меры к тому, чтобы водрузить знамя немедленно!”.

…К кому обращается комбат? Конечно, к Бересту. Тот берет около десятка автоматчиков Щербины и уходит. Тут же на втором этаже раздались автоматные очереди, разрывы гранат. Завязался бой.

Из воспоминаний Береста: “Из-за артиллерийских обстрелов лестница в отдельных местах была разрушена, мы образовывали живую лестницу”. “Нижним”, как говорят в цирке, был могучий Берест, ему на плечи взбирался один солдат, на него — второй”.

Когда Берест вернулся и доложил, что Знамя Победы установлено на самом видном месте — на бронзовой конной скульптуре на фронтоне главного подъезда, напряжение спало.

С. Неустроев:

Я у Береста спрашиваю: “Не оторвется?” — “Сто лет простоит, мы его, знамя, ремнями к лошади притянули”.— “А солдаты — как?”. Смеется: “Ничего. Я их на крышу за шиворот затащил”. Я только потом, позже, когда увидел, кого представили к герою за водружение, понял, что это были Егоров и Кантария.

На вечное хранение

Водружение Знамени Победы, по Неустроеву, складывается из трех элементов: 1. Ворваться в Рейхстаг. 2. Поднять знамя. 3. Отстоять его. Последнее оказалось едва ли не самым сложным. 1 мая немцы ринулись в контратаку, применили фаустпатроны. Огромный зал Рейхстага, заставленный стеллажами с архивными документами, загорелся. Пожар охватил весь Рейхстаг, люди задыхались, горели заживо. Из подвала Рейхстага выскочили немцы и стали теснить батальон к выходу. Полковник Зинченко, увидев густой черный дым из купола, приказал оставить Рейхстаг и после пожара атаковать заново. Первая же группа солдат, выскочивших из Рейхстага, была скошена ураганным огнем фашистов из Кроль-оперы. Батальон оказался в “мешке”. С огромным трудом удалось загнать немцев в подвал.

В полдень 1 мая фотокорреспондент “Правды” Виктор Темин с борта самолета сфотографировал Знамя Победы – этот снимок обошел газеты и журналы десятков стран мира. “В связи с очень сложной обстановкой нам, к сожалению, удалось всего только раз пролететь вблизи Рейхстага, где развивался красный флаг. Вот так и появился этот единственный снимок”, – вспоминал потом летчик И.Ветшак.

После первомайского последнего жестокого боя и пожара в Рейхстаге все флаги и флажки были сметены, удержалось единственное — Знамя Победы. Действительно — на сто лет.

9 мая во всех частях состоялись митинги, посвященные безоговорочной капитуляции фашистской Германии. На следующий день войска 3-й армии по приказу командования передислоцировались, свой участок, в том числе и район Рейхстага, они передали 5-й ударной армии. При передаче командир 79-го стрелкового корпуса доложил Военному совету 3-й ударной армии о замене Знамени Победы над Рейхстагом “большим алым стягом”. “Знамя, водруженное 30 апреля, я приказал хранить, — писал генерал-майор Переверткин, — … чтобы делегация 1-го Белорусского фронта, 3 Уд. А и 79 ск могла лично вручить это Знамя в Кремле или в другом месте нашему великому вождю, любимому маршалу Иосифу Виссарионовичу Сталину”.

Во избежание путаницы, на знамени № 5 была сделана замысловатая надпись “150 стр. ордена Кутузова II ст. Идрицк. див. 79 с.к. 3 У.А. I БФ”. Расшифровывается она так: “150-я стрелковая ордена Кутузова II степени Идрицкая дивизия 79-го стрелкового корпуса 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта”.

В конце второй декады июня был получен приказ: Знамя Победы, водруженное над Рейхстагом, доставить в Москву с особыми почестями. На берлинском аэродроме собрались Михаил Егоров, Мелитон Кантария, Илья Сьянов, Степан Неустроев и Константин Самсонов. 20 июня после короткого митинга Знамя было вручено старшему сержанту Илье Сьянову. В конце того же дня посланцы 3-й ударной армии прибыли в Москву. После парада Победы на Красной площади Знамя Победы было передано на вечное хранение в Центральный музей Вооруженных Сил СССР.

Где истинное Знамя Победы, которое водрузила на куполе Рейхстага группа Макова, сегодня доподлинно неизвестно.

После капитуляции Германии и краха III рейха Рейхстаг еще долгое время оставался в руинах. Власти никак не могли решить вопрос, стоит его восстанавливать или гораздо целесообразнее снести. Поскольку купол был поврежден еще во время пожара, а воздушными бомбардировками практически разрушен, в 1954 году то, что от него осталось, было взорвано. И только в 1956-м его было решено восстановить.

В начале 60-х, в который уже раз, был объявлен конкурс на лучший проект по восстановлению. Его победителем стал Пауль Баумгартен. Согласно его плану здание было восстановлено и модернизировано. Купол же из-за дороговизны этого предприятия возводить заново не стали. После того как в 1972 году реконструкция была закончена, здание Рейхстага было решено использовать в качестве Немецкого исторического института. В течение последующих 20 лет в нем размещалась выставка под названием «Вопросы немецкой истории».

…Четвертый в истории здания конкурс был объявлен в связи с необходимостью очередной реконструкции. Победителем этого состязания стал британский архитектор Норман Фостер.

Перед началом работ была проведена специальная, не входящая в план реконструкции акция, названная «обертыванием» Рейхстага. В июне 1995-го американский художник болгарского происхождения известный как Христо (настоящее имя Христо Явачев), прославившийся разработанной им техникой эмбаллажа (от франц. emballer — упаковывать), обернул здание Рейхстага фольгированной тканью, превратив его тем самым в произведение современного искусства. Рейхстаг для него — случай особый, «упаковать» его он хотел в течение 20 лет. Так что эта акция, продолжавшаяся всего две недели, была им буквально выстрадана. После ее окончания начались основные работы по реконструкции здания.

Обновленный Рейхстаг был официально открыт 19 апреля 1999 года.

Норман Фостер родился 31 декабря 1935 года в английском городе Манчестер. Закончил сначала Манчестерский университет по специальности архитектура и городское планирование, а затем — Йельский, получив степень магистра архитектуры. Начало его карьеры было очень успешным. Первый же построенный им совместно с Ричардом Роджерсом дом в 1969 году получил премию Королевского института архитекторов.

К 32 годам Фостер создал свою архитектурную фирму и вскоре получил широкую известность, став лидером направления новейшей архитектуры — хай-тека («high tech» — сокращенное от английских «high technology» — высокая технология). Архитектурный хай-тек призван стремиться к эстетическому освоению различных технологических и конструктивных элементов. Фостеру всегда удавалось сочетать в своих проектах и то, и другое. На его счету множество сооружений, получивших мировую известность. Причем Фостеру интересно проектировать здания самого различного назначения, от небольших частных домов до метро, музеев и банков. В 1986 году был возведен Головной офис банковской корпорации Гонконга и Шанхая, в 91-м — Лондонский аэропорт Станстед, в 95-м по его проекту построили метро в испанском городе Бильбао, в 97-м — здание Коммерцбанка во Франкфурте и Конференс Центр и Индастриал Тиатр, в 98-м — Международный аэропорт в Гонконге, в 99-м — Турбоветрогенератор (Wind Turbine Energy Generator) в Германии. Еще задолго до конца века Фостер предлагал проекты двух грандиозных знаковых построек, призванных символизировать уходящее тысячелетие: Башни Тысячелетия — сначала в Токио, а затем, уменьшенную в десять раз, ту же конструкцию — в Лондоне. Эти проекты не нашли своего воплощения, зато настойчивый Фостер добился строительства «Моста Тысячелетия» через Темзу, построенного в 2000 году.

Интересно, что в 1990-м архитектор был посвящен в рыцари самой королевой Елизаветой II, а в 1999-м — удостоен титула лорда.

Изначально проект здания Рейхстага был задуман без купола с огромной плоской крышей, но, в конце концов, Фостер понял, что подобная конструкция будет «занижать» идею, призванную воплотить символ немецкой государственности. Так появился знаменитый фостеровский купол. За проект реконструкции Рейхстага в 1999 году он был удостоен самой престижной «архитектурной» награды — Притцеровской премии, равнозначной Нобелевской (100 тысяч долларов). А благодарная Германия в знак глубочайшего уважения вручила архитектору «Орден за заслуги» — высшую награду в области искусства.

Общая площадь здания германского парламента составляет 61 166 м2, длина — 137,4 м, ширина — 93,9 м, высота — 47 м, здание имеет 6 этажей. 12 бетонных колонн, каждая весом 23 тонны, несут вес его огромного свода.

Купол Рейхстага имеет диаметр 40 м, его высота составляет 23,5 м, вес 1 200 тонн, из них — стальных конструкций 700 тонн. Обзорная площадка, оборудованная на куполе, располагается на высоте 40,7 м. Находясь на ней, можно видеть и круговую панораму Берлина, и все происходящее в зале заседаний.

Две круговые рампы, ведущие к смотровой площадке, закреплены на внутренней поверхности и имеют спиралевидную конструкцию.

Изюминка фостеровского проекта — огромный зеркальный конус, начинающийся в вестибюле пола 1-го этажа и заканчивающийся у основания внутренней полости купола, представляет собой воронкообразную конструкцию диаметром 2,5 м у основания и 16 м — у потолка. Ее вес составляет 300 тонн, для облицовки были использованы 360 зеркал, причем с тем расчетом, чтобы зеркальная поверхность пропускала солнечный свет в зал заседаний только в часы отсутствия в нем парламентариев. Особые фильтры, вмонтированные в полость конуса, должны были способствовать приглушению отраженного от множества зеркал дневного света.

Общая стоимость проекта Фостера составила 600 млн. марок.

Хотя для здания и его реконструкторов акция стала во многом рекламной, Христо осуществлял ее исключительно на собственные средства, причем немалые — воплощение этой идеи обошлось ему в 7 млн. долларов. Под его руководством за 7 дней специально подготовленная бригада из 200 человек «одела» здание в серебристый чехол.

Это своеобычное направление художественного искусства получило название ленд-арт (от английского lend — земля и art — искусство).

Главный его принцип заключается в использовании реального пейзажа, здания или сооружения в качестве объекта художественного переосмысления. Христо Явачев является крупнейшим и авторитетнейшим ленд-мастером, на его счету, помимо Рейхстага, также «упаковки» 11 флоридских островов, части Австралийского побережья, знаменитый парижский мост Пон-Неф, а также отдельные здания в Берне, Чикаго и Сполето. Следуя заведенной традиции, Христо оставляет тот или иной объект обернутым на несколько дней. Рейхстаг простоял в серебристом чехле 14 дней. И уже после проведения этой акции Фостер приступил к модернизации здания и строительству нового купола.

Материалом для чехла Рейхстага стал серебристый полипропилен общей площадью 100 000 м2. Специальная нить, из которой было соткано полотно чехла, имела протяженность 70 546 км. Общий вес готового полотна — 60 500 кг. По задумке Христо, весь чехол должен был состоять из отдельных прямоугольных полотен, всего их было предусмотрено 70, размер каждого составлял 37х40 м. Рейхстаг «упаковывался» в три этапа: первый — раскрой материала, второй — закрепление отдельных полотен на особых платформах, на третьем, заключительном, этапе чехол был постепенно расправлен и опущен сверху вниз. Так как вес готовой «упаковки» составлял более 61 тонны, ее необходимо было закрепить с помощью специальных конструкций — анкеров. На крыше их было установлено 270, а на окнах — 110.

Общая длина всех стыковочных швов «чехла» составила 520 000 м, ниток же было использовано 1 300 км. Все внешние детали здания также были покрыты специально скроенными «чехлами», повторяющими контуры фрагментов декора: — 4 башни и все 16 статуй, украшающих здание, также были «одеты» в специальные «футляры». Готовую «упаковку» Христо решил обвязать голубыми полипропиленовыми тросами диаметром 32 мм и общей длиной 15 600 м

Все мы знаем, что Рейхстаг с водруженным над ним красным знаменем явился для всего мира символом победы над фашизмом, равно как и многочисленные надписи, сделанные советскими воинами на его стенах майскими днями 45-го. Для нас их наличие закономерно и даже законно, а вот о немцах этого не скажешь.

Мало кто знает, что большая их часть была уничтожена уже в 60-е годы во время первой реставрации здания, а вот когда был одобрен проект Фостера по его капитальному реконструированию, вокруг этих «автографов» разгорелись настоящие страсти.

Некоторые парламентарии требовали от архитектора их полного уничтожения, в крайнем случае сокращения площадей с надписями не более чем до 2 квадратных метров. Менее категорически настроенные политические деятели не столь явно обнаруживали свое недовольство, но все равно вряд ли стали бы возражать даже против самых крайних мер.

Поэтому мы должны быть благодарны Норману Фостеру за то уважение, с которым он отнесся к этим реликвиям в процессе реконструкции. Хотя после открытия обновленного здания многие подвергли его позицию остракизму, открыто выражая недовольство тем, что англичанин восстановил и оставил гораздо больше надписей, пренебрежительно называемых «русским граффити», чем оговаривалось ранее.

Оставленная часть надписей сейчас существует на стенах не под музейным стеклом, а так, как и 56 лет назад, — под открытым небом, только для большей сохранности покрытые невидимым защитным слоем. Будем надеяться, что совесть и разум возобладают, и священные для каждого из нас буквы останутся на стенах Рейхстага навсегда.

Егор Земницкий











источники
http://www.orgdosug.ru
http://www.polit.ru
http://www.vokrugsveta.ru
http://mosintour.ru