«Грузия в любом случае выиграет этот конфликт. — Обещала писатель-фантаст Юлия Латынина. — По одной простой причине: у Грузии в нём есть ясная стратегическая цель. У российских силовиков такой цели не оказалось. Более того, выяснилось, что вся эта публика, которая горазда банкротить заводы и кошмарить бизнес, — в столкновении с настоящей армией драпает без оглядки и всё, что может, — это жаловаться в ООН. При столкновении российских силовиков с грузинскими войсками получилось то же, что у арабов с Израилем… Наши силовики полагали, что войну выигрывает тот, кто больше врёт. Саакашвили полагал, что войну выигрывает тот, кто её выигрывает». («О насильственном банкротстве» ОАО «Южная Осетия», «Ежедельный журнал», 8 августа 2008 г.).



«Пока у нас в России неспешно разглагольствовали о необходимости военной реформы, о модернизации Вооруженных сил, об «инновационной армии» — Клялся специалист по молекулярной биологии Павел Фельгенгауэр. — в Грузии создали с нуля вооруженные силы нового образца… Саакашвили сумел создать в сжатые сроки хоть небольшую, но самую качественную армию на постсоветском пространстве. В современной Грузии никто, даже наиболее дружественно настроенные к России люди, не готов отдать Абхазию и Южную Осетию без боя. В случае вооруженного конфликта грузинские солдаты и резервисты-добровольцы будут воевать за освобождение родного края и возвращение сотен тысяч беженцев, ощущая поддержку всего народа». («В Грузии есть кому воевать. И чем воевать», «Независимое военное обозрение», 25 июля 2008 г.).



«Грузия дает сегодня всем урок патриотизма, показывает, как надо любить свою страну! — Давал зуб актёр и доверенное лицо Саакашвили на президентских выборах Станислав Садальский (вор карманник Кирпич из фильма «Место встречи изменить нельзя»). — Пока хоть один грузин жив, он будет биться за Абхазию, потому что это грузинская территория». («Столица С», 18 августа 2008 г.)

 

Финал известен. Через пять дней боёв, «самая качественная армия на постсоветском пространстве» побросала оружие и прытко разбежалась. В качестве трофеев российские войска захватили 65 танков, около 100 самоходных орудий, боевых машин пехоты и бронетранспортёров, десятки орудий, миномётов и ракетных установок, свыше 4000 винтовок и пулемётов, и огромное количество военного снаряжения.



Тбилисским стратегам было особенно обидно, что за исключением некоторого преимущества РФ в авиации, силы противников оказались примерно равными. От России воевали до десятка батальонов 19 ой и 42 ой мотострелковых, и 76 ой воздушно десантной дивизий, усиленные артиллерией и немногочисленные подразделения спецназа. От Южной Осетии и Абхазии — также отдельные подразделения, примерно равные двум полкам. Им противостояли три грузинские бригады, прошедшие переподготовку по американской программе GSSOP (Georgia Sustainment and Stability Operations Program), обученный израильскими и американскими инструкторами спецназ, артиллерийская бригада, и несколько ещё не прошедших переподготовку частей, включая территориальные формирования грузинских анклавов в Южной Осетии.



Ни по бронетехнике, ни по артиллерии российская армия перевеса не имела. Наоборот грузинские батареи были завязана на американскую спутниковую навигационную систему GPS, а наши так и не получила коммуникаторы аналогичной российской системы ГЛОНАСС. Грузинские танки Т-72 SIM-1 превосходили российские как по системам связи и целеуказания, так и по бронезащите. Снаряжены гвардейцы Саакашвили оказались тоже куда лучше, но никакая техника не поможет, если те, кто ей владеют, не хотят всерьёз воевать.



Поневоле вспомнилась история, случившаяся при дубляже первой серии фантастического боевика «Звездные войны» Помните, в начале фильма два благородных рыцаря-джедая рубят врагов лазерными мечами, потом главный говорит что то типа: «Нам тут делать нечего — уходим!», и оба сваливают? — рассказывала мне режиссёр русской озвучки «Звёздных войн» Мария Соловцова. Так в оригинале фраза звучала: «Силы равные — бежим!» Я как услышала, чуть не упала. Переспрашиваю у американцев — оказывается, всё так и есть. Мол, раз силы равные, то нечего на рожон лезть, а лучше удрать, потом вызвать авиацию, ну и так далее, смотрите новости из Ирака. Пришлось объяснить, что в России представления о героизме другие, и, увидев подобных персонажей, наш зритель просто сбежит из зала».



В реале сбежала воспитанная по американским программам грузинская армия, а великий стратег Фельгенгауэр объяснил её драп стратегическими замыслами президента. По его словам «Михаил Саакашвили принял решение спасти свою армию, которой в противном случае грозило уничтожение, и сконцентрировать её около Тбилиси. Президент сохранил своих людей, потому что люди — главное в армии. Он применил тактику Кутузова». («Liberation», 19 августа 2008 г.)



Михаил Николозович, как реинкарнация Михаила Илларионовича — это сильно! Но один такой президент уже известен, только правил он не в Грузии, а в Египте, и продул войну не за пять дней, а за шесть. Тогда и родился анекдот: «Великий русский полководец Кутузов заманил французов в Москву, дождался зимы и победил. Великий советский полководец Жуков заманил немцев под Москву, дождался зимы и победил. Великий египетский полководец Насер заманил евреев к Суэцкому каналу и тоже ждёт зимы».



БЕГСТВО, КОТОРОГО НЕ БЫЛО



Фельгенгауэру не впервой попадать пальцем в небо. Если верить его прогнозу вывешенному 26 июля 2005 года на сайте Московского Еврейского общинного центра, у нас уже давно должна победить «оранжевая» революция. «Нынешний режим обречен, у него нет альтернативы. — Вещал Павел Евгеньевич с видом ветхозаветного пророка. — Так называемую «точку невозврата» мы уже перешли, и назад пути нет. Но и впереди его не видно. Осталось где то около двух лет, а там один Бог знает. Единственный выход для Путина — это сделать то, что сделал Ельцин в 1996 году. А именно: резко сменить окружение, поменять политику, разбить оппозиционный блок. Например: выпустить Ходорковского и сделать его министром финансов, или Явлинского — премьер-министром».



Прошло три года. Путин до сих пор у власти, Ходорковскому только что отказали в условно-досрочном освобождении, Явлинский уже не вождь даже собственной партии, а Фельгенгауэру остаётся утешаться, что его предсказания давно забыты. Но одно дело плюхнуться в собственную лужу через три года после её сотворения, а совсем другое — через три дня! И духовный потомок кадета Биглера придумал хитрый ход. Мол, под напором многократно превосходящих сил противника доблестные грузинские войска в полном порядке отошли на заранее подготовленные позиции. Зато до этого грузинская армия «молниеносным разгромом осетин подняла свой престиж в обществе». («Новая Газета», 14 августа 2008 г.).



В том же духе высказывалась и Латынина, сообщившая что президент Южной Осетии Эдуард Кокойты сразу после начала обстрела, позабыв о своих избирателях сбежал в Абхазию, а юго-осетинская армия разбежалась. Парадоксально, но правоту демтусовки вроде бы подтверждали и пресс-релизы министерства обороны. В них юго-осетинские формирования вообще отсутствовали, а российские войска уже к утру 9 августа «полностью освободили Цхинвали» и деблокировали осаждённый грузинами военный городок российского миротворческого батальона. Однако, 10 августа минобороны поведало, что «на сегодня большая часть Цхинвали контролируется миротворческими силами» и стало понятно, лапшу на уши нам вешает не только бесноватый Михо.



К счастью, вскоре появилась информация от участников боёв, и всё встало на свои места. «До Цхинвала добирались двое суток». — Рассказывал раненный на подступах к столице Южной Осетии младший сержант Александр Плотников. («Комсомольская правда», 17 августа 2008 г.) «Мы сумели продержаться около полутора суток. — Сообщил в интервью сайту life.ru командир миротворческого батальона Герой России Константин Тимерман. — Когда казармы сгорели, не было места для укрытия и ведения боя. Я решил, что надо уводить ребят. Если бы мы остались там ещё хоть два часа, мало бы кто выжил». Поскольку боевые действия начались в 23 часа 30 минут 7 августа, ещё днём 9 го российских войск в Цхинвале не было. Появились они там в ночь с 9 го на 10 е, а до того всю тяжесть боёв вынесли на себе бойцы юго-осетинского миротворческого батальона, ополченцы и переброшенный из Джавы юго-осетинский спецназ. Ни в какую Абхазию Эдуард Кокойты не бежал, а двое суток носился между Цхинвалом и Джавой собирая, вооружая и направляя в бой людей. Грузины дважды занимали большую часть города, откатывались назад, обрабатывали кварталы артиллерией и снова шли на штурм.



«Этот расстрел я не забуду никогда, да и российские коллеги, лежавшие рядом, тоже. — Вспоминал корреспондент украинского телеканала «Интер» Руслан Ярмолюк. — Спасли ополченцы, принявшие бой на улице и подбившие из РПГ два танка. Один взорвался сразу, другой взлетел из за боекомплекта. Маленького роста, с двумя фугасами за спиной и «Калашниковым» наперевес, он назвался Николаем. «Били по ним из «шмелей» и гранатометов», — говорит солдат, подбивший первый танк. — «Как такое могло случиться? Ведь здесь простые люди, — не унимается он. — Давайте как мужчины выйдем на позиции и будем сражаться каждый за свою Родину. А дети здесь причём?» Грузинские танкисты, успевшие выскочить из объятого пламенем танка, не успевают убежать. Их прикладами добивают до смерти ополченцы, на глазах которых эти танкисты расстреляли «Жигули» с семьей и двумя маленькими детьми. На соседней улице вовсю идёт бой. Там три танка бьют по школе, в которой забаррикадировались юго-осетинские солдаты. Две машины подбивают, третья вместе с грузинской пехотой отходит». («Телекритика» 14 августа 2008 г.)



Расположенный в долине между высотами Цхинвал почти невозможно оборонять. К тому же юго-осетинское командование, проявив, увы, традиционную для здешних мест беспечность. Вопреки слухам оно ещё за неделю до начала боевых действий начало эвакуацию гражданского населения, прежде всего детей, но не позаботилось о противотанковых заграждениях и минах. Не были заранее переброшены к Цхинвалу и подкрепления, но тут виновато скорее российское руководство. Хотя Саакашвили открыто перебрасывал на позиции танки и артиллерию, Россия считала необходимым скурпулёзно соблюдать Дагомысское соглашение подписанное 24 июня 1992 года Ельциным и Шеварднадзе. Соглашение и принятые позже документы, ограничивали военное присутствие в районе конфликта легковооружёнными миротворцами.



Просчёты Москвы и Цхинвала помогло исправить грузинское командование. Повторив российские ошибки при первом штурме Грозного, и позабыв советы израильских соплеменников, министр обороны Грузии Давид Кезерешвили пустил в город бронетехнику едва ли не колоннами и её стали успешно жечь, причем в боях участвовало практически все оставшиеся в Цхинвале руководители республики. Побывавший в городе редактор сайта «АПН Северо-Запад» Андрей Дмитриев, чьи фотографии мы публикуем в этом номере, не услышал в адрес Эдуарда Кокойты и его команды упрёков по части личной храбрости.



Да и было бы странно ожидать другого. Надо совершенно не представлять характера местного населения, чтобы представить их терпящими на высоких государственных постах трусов. Простят многое, но только не это. Кокойты и выбран то был президентом на первый срок, поскольку оказался единственным комсомольским руководителем Южной Осетии не сбежавшим во время грузинского вторжения 1991 года, а дравшегося вместе со всеми. Совсем недавно та же Латынина отзывалась о нём с восхищением: «Помимо безусловной личной храбрости (президент Кокойты сам воевал, и неплохо воевал, не только в 1992 м, но и в 2004 м), Кокойты отличается от своего предшественника еще одной важной вещью: он платит зарплаты и строит дороги». («Оттаявшая вона», «Новая Газета», 30 октября 2006 г.)



Цхинвал продержался двое суток, полностью взять его грузины так и не сумели, а в ночь с 9 го на 10 е оккупанты оставили город, в который вступили российские войска. Однако их продвижение разворачивалось далеко не так красиво, как хотелось.



ГЛАДКО БЫЛО НА БУМАГЕ



«Слухи о том, что, скоро будет война, стали ходить в полку в начале августа. Никто официально об этом не говорил. — Вспоминал в госпитале младший сержант Плотников. — Но мы все поняли, когда две роты нашего полка переправили в горы, недалеко от Цхинвала. А 8 августа в три часа утра подъем по тревоге.



Сказали, что грузины стреляют по нашим миротворцам. Мы сразу в танки попрыгали и поехали». («Комсомольская правда», 17 августа 2008 г.) Эвакуация из Цхинвала гражданского населения, наличие на границе Северной и Южной Осетий заранее сосредоточенных российских войск, и быстрое выдвижение их к Джаве свидетельствует о том, что войну ждали.



Но когда она началась, многое пошло наперекосяк. Вопреки гладким пресс релизам армейского начальства, значительная часть посланных в бой солдат оказалась необстрелянными срочниками, часть которых искренне считала, что собирается на учения. Современной техники, которую так любят демонстрировать в рекламных видеороликах, почти не было. Новые ударные вертолёты Ми-28 и Ка-50 отсутствовали напрочь, часть танковых подразделений шла в бой на допотопных Т-55, а солдаты за отсутствием боевых машин пехоты иногда садились на почти незащищённые тягачи МТЛБ или вовсе на «Камазы». Слабость систем корректировки артиллерийского огня не позволяла эффективно бороться с постоянно перемещающимися грузинскими батареями. На Присских высотах и в селе Никози войскам приходилось штурмовать неподавленную оборону противника, неся напрасные потери.



Кстати относительно потерь до сих пор возникают вопросы. По свидетельству, корреспондента «Комсомольской правды» Александра Коца из 30 боевых машин пехоты, 3 х бронетранспортёров и 2 х танков сводной батальонной группы с которой командующий 58 ой армией Анатолий Хрулёв пошёл деблокировать Цхинвал (Остальной технике не хватило бензина!) после боя севернее города осталось только 5 БМП и один БТР. («Я был на этой войне всего 24 часа», «Комсомольская правда», 21 августа 2008 г.) Отряд, в котором воевал Александр Плотников, лишился 12 и танков из 17 и. Столкнись идущие без охранения колонны не с грузинами, а с чеченцами, пожечь могли всех.



Учитывая, что Коц и Плотников, рассказавшие об этих боях были ранены, как и сам Хрулёв, официальные данные о 64 погибших солдатах и офицерах российской армии вызывают большие сомнения. Тем более, что 15 человек потеряли миротворцы, не менее 6 х погибло под Никози, имелись потери среди экипажей сбитых самолётов, да и штурм окружающих Цхинвал высот обошёлся не без «двухсотых».



Правда, даже потерпев неудачу, передовые части 58 ой армии сделали своё дело. Увидев российские войска, грузины запаниковали, а когда подошедшие подкрепления начали планомерно зачищать окружающие Цхинвал высоты при поддержке артиллерии и авиации, армия Саакашвили начала просто разбегаться, бросая целёхонькие танки и самоходки. Упорное сопротивление отдельных групп, типа гарнизона Никози уже ничего не решало, а тут ещё и рухнул миф о безоговорочной поддержке Саакашвили всем западным сообществом.



СТРАШНАЯ МЕСТЬ САРКОЗИ



Атакуя Цхинвал, Грузия действовала точно по образцу Хорватии, уничтожившей отделившуюся от этой страны республику Сербская Краина. Получив от НАТО гарантии невмешательства в случае быстрого успеха, хорватская армия 4 августа 1995 года начало операцию «Буря», и за трое суток зачистило Краину от сербского населения. Контролируемые лидером Югославии Слободаном Милошевичем офицеры республики оставили свои войска без горючего и боеприпасов, и потому их сопротивление оказалось чрезвычайно слабым.



Саакашвили считал, что как и президент Хорватии Франьо Туджман, будет поддержан всем Северо-Атлантическом блоком, а Путин и Медведев, поведут себя подобно Милошевичу. Только этим и можно объяснить отсутствие каких либо попыток овладеть Рокским тоннелем — единственной коммуникацией связывающей Южную Осетию с Россией. Закупорив его, грузины не давали гражданскому населению уйти на север, что могло привести к гибели уже не нескольких сотен, а десятков тысяч людей изрядно подорвав репутацию тбилисского фюрера.



Тоннель остался цел, а Россия хоть и не без проволочек начала воевать всерьёз. Саакашвили запаниковал и тут его ждал второй неприятный сюрприз. Выяснилось, что ряд стран Евросоюза прежде всего Франция не слишком жаждут его поддержать. Под их давлением заявление НАТО по ситуации в регионе получилось совершенно беззубым и никаких реальных санкций против России не последовало. Оказалось, что у европейцев к тбилисскому фюреру накопился изрядный счёт. Рассчитывая на безоговорочную поддержку Вашингтона, бАтоно Михо порой вёл себя с представителями Франции и некоторых других стран, так же нагло, как и с русскими.



Например, решила министр иностранных дел Грузии и гражданка Франции Саломе Зурибишвили провернуть бизнес на покупке Батумского порта. Привлекла людей, типа известного международного гешефтмахера и почётного консула бывшей французской колонии Кот-д’Ивуара Эрмиле Тортладзе и дело уже было на мази, но тут вмешался Казахстан. Президент Назарбаев, за спиной которого скрывались американские инвесторы, не желавшие, чтобы порт ушёл к французам, предложили заплатить больше, и Саакашвили отдал порт казахам. Мало того, по слухам, он так и не вернул полученный аванс, а когда Зурибишвили и Тортладзе возмутились, решил дело административным путём. Прекрасную франко-грузинку выкинули из правительства, а консула свободных негров упекли за решётку, пришив торговлю наркотиками!



В 2004 году Саакашвили точно так же кинул Кремль. Мамой клялся, что если Россия поможет ему сожрать лидера Аджарии Аслана Абашидзе, то инвестициям в Батум будет дан зелёный свет, но все вложенные российским бизнесом деньги пропали. Французы думали, что Михо только с русскими такой, но он и их наколол. В Париже обиделись и затаили хамство, оказавшееся для Москвы приятным сюрпризом.



Европейцы по прежнему требуют соблюдения территориальной целостности Грузии, но предпочитают видеть в тбилисском вигваме другого вождя, Зурибишвили клеймит Саакашвили, и пытается его подсидеть, а Путин с Медведевым получили неплохие шансы воспользоваться разногласиями внутри Северо-Атлантического них на это пороху, мы скоро узнаем.