История про психа. Недописанна, но все же может вызвать интерес )

*

Белые стены…белый потолок…белый пол…белая постель…белые халаты…все было абсолютно БЕЛЫМ…

За окном тоже все было белым. БиДжей даже начал думать, что он ослеп. Но когда он увидел машину просто нереально красивого синего цвета, то убедился в обратном, и успокоился. В этой машине обычно возили всякую ерунду типа разных тряпок. А вот в красной машине возили еду. Хотя еда была настоящим дерьмом, ее присутствие очень радовало. Но лучшей машиной была желтая машина – в ней возили таблетки. Жаль только, что приезжала она раз в месяц. И каждый месяц этот день становился настоящим праздником.

БиДжей отвернулся от  окна и уныло уставился на стены. Какая жалость, что мелки у него уже отобрали…теперь ему нечем рисовать свои сны. А сны часто бывали такими интересными, что не нарисовать их казалось просто преступлением. БиДжей очень любил спать, хотя спал довольно редко. Особенно много получалось спать, когда приезжала желтая машина. Тогда ему снились САМЫЕ интересные сны.

Спокойствие начинало надоедать, а буянить было в лом. Скоро должны были принести еды. Би уже слышались шаги торопящейся санитарки. Но внезапно что-то его насторожило. Шаги были какими-то странными. Словно у санитарки было четыре ноги. Впрочем, это мог быть просто глюк слуха. Глюки слуха БиДжей не любил. Они были глупыми и неинтересными. Он любил глюки зрения и сны. Особенно сны.

Дверь в палату отворилась и вошла санитарка. Би обрадовался, но тут же отпрянул в угол – во-первых, у санитарки не было еды, во-вторых, за ней вошел кто-то еще. Кто-то ОЧЕНЬ странный и незнакомый.

- Доброе утро, лохматик! – ласково сказала санитарка. – Смотри, кого я тебе привела!

Санитарку звали Луиза и она очень любила БиДжея. Она всегда относилась к нему с нежностью. Он был ее любимым подопечным. За это Би ее тоже очень любил. А еще за то, что она приносила еду.

Рядом с санитаркой стоял кто-то странный. От него хорошо пахло и смотреть на него было приятно. Би почесал затылок. Он не испытывал доверия к этому кому-то, но он его не боялся.

- Как его зовут, мисисс Рейз? – спросил этот кто-то.

- Зовите его лохматик, он это очень любит. А имени у него нет. В документах написано Джон Сэйфер, но он на это имя не реагирует. У вас еда, попробуйте его покормить. В общем, занимайтесь! Я пошла.

Луиза закрыла за собой дверь, и БиДжей остался наедине с незнакомым существом. Голос этого кого-то оказался очень приятным, и Би ловил себя на том, что наслаждается его звучанием.

- Ну, здравствую, лохматик. Как тебя зовут? – незнакомый кто-то сел на кровать, соседнюю с кроватью БиДжея.

Би недоверчиво смотрел в глаза незнакомому существу.

- Я Синди. Синди Ливз.

БиДжей понял, что существо того же пола, что и Луиза. Это немного напрягало, но в целом было неплохо. Он оторвал взгляд от глаз незнакомки и принялся разглядывать ее. На Синди был отвратительный белый халат, который Би сразу захотелось сорвать и выбросить – так они его достали. Ее темно-каштановые волосы падали на плечи – это очень нравилось Би, особенно цвет. В руках Синди была тарелка с едой. Это очень бесило Би, он был голоден, но сказать не мог. Он не любил говорить. Это причиняло ему неудобство. К тому же говорить обычно было не с кем. А когда он начинал говорить с собой или с глюками зрения, приходили бяки и заставляли его замолчать. Почему-то им это казалось ненормальным, а вот для Би это было в порядке вещей. Раньше.

- Ты голодный? На, поешь, – Синди сделала так, как часто делала Луиза, когда называла БиДжея лохматиком – она растянула рот без помощи пальцев и сделала очень добрые немного прищуренные глаза. Би так не умел и даже не знал, как это называется.

Синди поставила перед БиДжеем тарелку и отошла немного, чтобы не мешать ему. Би осторожно подполз к тарелке и начал есть. Еда была дрянью, но Би нравился процесс – берешь в руку, рассматриваешь, кладешь в рот, перед этим можно еще и понюхать, потом жуешь, потом три варианта – можно проглотить(БиДжей называл это «сунуть дальше»), можно положить обратно в миску, а можно разбросать по палате и размазать по стенам. Третий вариант был его любимым, но делал он так нечасто, потому что его переставали кормить, когда он так делал.

Поев немного, Би уставился на Синди. Та немного задумалась и затем достала что-то из кармана. Она поднесла это к лицу и долго смотрела на это. Потом подошла к окну, продолжая смотреть на загадочный предмет. БиДжей невольно подполз поближе, ему было очень интересно. Синди отвлеклась от предмета и удивленно взглянула на БиДжея. Затем она снова растянула губы без пальцев и сказала:

- Хочешь посмотреть?

Она протянула предмет Би. Но он не брал его из ее рук. Тогда Синди положила предмет на пол и отошла. Би быстро схватил предмет, обнюхал и уставился  на него. Увиденное поразило его. У предмета были глаза! Зеленые, яркие и живые. Довольно красные в уголках и окруженные темными воспаленными веками с черными ресницами. БиДжей поднес предмет совсем близко к лицу. Потом положил его на пол и уставился на Синди.

- Если хочешь, я могу тебе его подарить. А вообще, мне уже пора. Завтра я снова приду, хорошо? До свидания, лохматик! – Синди на последок еще раз растянула рот и ушла.

Би остался один. Он снова схватил предмет и начал вертеть его в руках. Вскоре обнаружилось, что у предмета есть не только глаза, но много чего еще. Рот, например. Би даже пытался его накормить, но как только он подносил еду, рот куда-то исчезал. Зато предмет показывал еду. В конце концов, БиДжей успокоился, поняв, что предмет не голоден и еда у него есть.

Би решил показать предмету окно. За окном уже много чего происходило. Би опасался, что предмет чего-нибудь не поймет, поэтому решился с ним поговорить.

- Окно. Это интересно. Но не всегда. А сейчас интересно. Машина. Черная. Не знаю. Желтая – знаю, но ее нет сейчас. И не скоро. Джек. Охранник. Неинтересно. Не люблю. Глупый и сильный. Плохо. Джек – плохо. Никогда не играй сильно. Джек придет. И станет больно. Очень. А это Сем. Повар. Еда. Хорошо. Но невкусно. Он никогда не приходит. Не знаю. Но еду люблю. Она бывает интересная. Скучно. Окно надоело, да?

Би подошел к кровати и сел на нее. Предмет он положил рядом. И продолжил разговор.

- Кровать. Мягко. Тепло. Скучно. Но сны. Это очень хорошо. Но редко. А ты? Видишь сны? Молчишь. Не любишь разговаривать? Я тоже. Потому что бяки. Они злые. А глюки? Видишь? – он залез рукой под подушку. – Вот. Есть. Нашел. Таблетки. Старые. Но можно. Глюки будут. А еще сны. Но необязательно. Хочешь? Я буду. И тебе на. Пока!

БиДжей съел таблетку и отрубился.

 

*

Синди нехотя захлопнула книгу и посмотрела на часы. Пора за работу.

Улица встретила ее снегом, который за ночь успел размножиться. Она думала о Джоне «лохматике» и надеялась, что сегодня он согласится с ней поговорить. Она работала чем-то вроде психотерапевта в частной организации, исследующей типы человеческого сумасшествия. Синди нравилось общаться с психами, многие из них после длительного общения начинали казаться нормальными, хоть и довольно странными, людьми. А этот лохматик чем-то зацепил ее. Что-то было в нем необычное. Первое впечатление сложилось хорошее. Парень казался очень замкнутым и запуганным. Но она верила, что он раскроется. Со временем. А еще ей было безумно интересно, что же он сделал с ее зеркалом.

Ее встретила Луиза.

- Здравствуйте, мисс Ливз. Палату помните? Я сейчас вас проводить не могу, извините…

- Ничего, я сама найду! – улыбнулась Синди.

Она нашла палату в два счета. Приоткрыв дверь, она осторожно заглянула внутрь. Увиденное приятно удивило ее. Лохматик лежал на кровати, радом лежало зеркало, заботливо накрытое одеялом. Видно было, что лохматик вот-вот проснется. Ему явно что-то снилось – он вздрагивал, вертелся и хмурился. Синди подошла совсем близко, и тут он резко раскрыл глаза. Синди немного отпрянула и улыбнулась. Улыбка вышла немного нервной, но лохматику она явно пришлась по душе. Он изучающе смотрел на Синди. Потом потянулся и резко вскочил.

- Привет! Как спалось? Снилось что-нибудь?

БиДжей напрягся. Ему действительно снился сон, а сны были его слабостью. И эта Синди Ливз спросила о сне. Он не хотел с ней говорить, но раз она спросила про сон, выбора не оставалось. Нарисовать сон он уже не мог, а рассказать очень хотелось.

- Сон. Интересно. Красиво. Синий верх. – Би указал на небо за окном. – Синий низ, – он указал на землю. – Между - все красное. Долго. Очень долго. Красиво. Шум. Мягкий. Приятно. Долго. Люблю сны.

Синди стояла просто в шоке. «Он заговорил! Какое счастье! На второй день!» - думала она. Вообще, большинство психов говорили с ней с начала знакомства.

Би внезапно вспомнил про странный предмет. Он уставился на него. Тот лежал на подушке. Не двигался. БиДжей осторожно потрогал его, пытаясь разбудить. Он делал это так забавно, что Синди рассмеялась. Ее смех немного напугал Би.

- Что ты делаешь? – поинтересовалась Синди.

- Спит? – спросил Би. – Мы разговаривали. Молчит. Не любит говорить. Я тоже. Бяки и больно. Плохо.

- Кто спит? – не поняла Синди.

- Он! – БиДжей ткнул зеркало.

- Это зеркало. Оно не живое.

- А глаза? Они живые! Зеленые! Люблю зеленый. Люблю цвета.

- Это твои глаза. Просто зеркало их отражает.

- Оно их видит?

- Ну…да.

- Я вижу. Оно видит. Я вижу, что оно видит? – Би перевел дыхание. Он редко говорил предложениями, содержащими больше трех слов.

- Можно сказать и так.

- Мои глаза? Зеленые?

- Да, и очень красивые. Не болят? Уж очень они у тебя красные и воспаленные.

- Болят. Не очень.

- А как тебя зовут?

- Лохматик. Луиза зовет. Сволочь. Бяки зовут. Тварь. Джек зовет. Джек – плохо. Он знает! – БиДжей указал на зеркало.

- А сам себя ты как зовешь?

- Би. БиДжей. Мое имя.

- Странное имя. Сам придумал?

- Нет. Кто-то. Давно. Не помню, – вздохнул Би.

Синди попросила БиДжея рассказать о себе, но ему надоело говорить. Он подошел к окну. Синди задумалась. Надо было что-то делать. Она решила проанализировать то, что говорил БиДжей. «Странное имя, словно сокращение. Интересно, что он подразумевает под словом сон? Странно он говорит. Отрывчатыми фразами. Наверно, он не привык говорить. Бедняга» - думала она.

- БиДжей? Что ты там видишь? – спросила она.

- Лохматик. Так лучше, – тихо сказал Би. – Я жду. Желтая машина. Таблетки. Сны. Приятно.

- Так сложно тебя понять. Желтая машина из твоего сна?

- Нет. С улицы. Не знаю откуда. Приедет. Не скоро. Везет таблетки. Ем их. Вижу сны. Много. Красиво. Иногда страшно. Но интересно. Люблю. Очень! – в глазах Би сверкнул странный огонек одержимости. Это немного испугало Синди.

- А что еще ты любишь?

- Луизу. Хорошая. Еду. Но не есть. Играть люблю.

- А как ты играешь?

- Нет еды. Не могу играть. Потом.

-Хорошо, значит, ты играешь с едой? – улыбнулась Синди. – А еще что любишь?

- Глюки. Как сны. Но не так красиво. Люблю рисовать.

- Ты рисуешь? – изумилась Синди.

- Теперь нет. Забрали мелки, – грустно ответил БиДжей.

- А что ты рисовал?

- Сны. Все свои сны.

- С тобой очень интересно. Скоро тебе принесут еду. А я еще приду, только вечером. Ты будешь меня ждать?

- Я буду здесь. Заберешь его? – БиДжей указал на зеркало.

- Нет, ему нравится с тобой. Поговори с ним, ему ведь тоже одиноко. Жди меня!

Синди ушла. Она не знала, что будет лохматик Би делать дальше. Но ей казалось, что он будет рассказывать свои сны зеркалу. А сама она тем временем отправилась в магазин. Сначала в школьный магазин. Там она купила цветные мелки. Хотела уйти, но, немного поразмышляв, купила еще и краски, а потом и фломастеры, и карандаши, и ватман и напоследок еще и пластилин. После этого она отправилась в супермаркет, где купила свежих фруктов и овощей. Заодно Синди купила пакетик молока и шоколадку. И вместе со всем этим добром отправилась в психушку. Ее встретила изумленная Луиза.

- Мисс Ливз, куда вы все это тащите?!!

- Луиза, зовите меня просто Синди. Все это я тащу к Би!

- К кому?

- К лохматику.

- Но…зачем?!!!

- Хочу наладить с ним контакт. А потом мне нужно с тобой поговорить.

- Удачи вам, мисс…то есть, Синди!

 

*

БиДжей сидел на кровати и думал о том, как же было бы хорошо сейчас нажраться таблеток и заснуть. Но с другой стороны он очень ждал Синди. Ему было интересно с ней. Хотя пока он к ней не привык. Она была чем-то очень новым и непонятным. Но с ней можно было говорить. Она не ругала. А еще на нее было очень приятно смотреть.

Би потянулся к своему новому другу, которого Синди называла зеркало.

- Мои глаза. Ты видишь, да? Красивые глаза. Синди сказала. Любишь Синди?

Зеркало не отвечало.

- Я не знаю. Синди неплохая. Но не знаю. Мало. Ее мало. Луизы много. И я знаю. Она хорошая. Луиза долго. Синди – нет.

В дверь постучали. Би повернулся на звук. Вошла Синди.

- Скучал?

- Я ждал. Мы разговаривали.

- О чем же?

- О тебе. О глазах. Он любит тебя?

- Ну, наверно. – Синди было сложно ответить на этот вопрос.

 Она села на край кровати и положила рядом сумки.

- Смотри-ка, что я тебе принесла!

 Она достала еду. БиДжей удивленно разглядывал яблоки, груши, бананы, апельсины и прочую вкуснятину.

- Что это? – наконец спросил он.

- Еда.

- Непохоже. И пахнет хорошо!

- Это свежая и вкусная еда. Тут таким не кормят! Попробуй!

Видя, что лохматику сложно смириться с тем, что такое можно есть, она взяла яблоко и откусила. Он последовал наконец ее примеру и тоже откусил яблоко. Синди посмотрела в его глаза. Ярко-зеленые воспаленные глаза казались сейчас абсолютно безумными. Очевидно, Би был просто шокирован новым вкусом и новыми ощущениями.

- Ну, как? – с улыбкой спросила Синди.

БиДжей откусил еще. Он жадно нюхал яблоко, этот запах был для него очень необычным и новым. Он не мог говорить, потому что был слишком удивлен. Вскоре он сидел и жалел о том, что яблоко кончилось.

- Зеленый мячик. Очень вкусно! Хорошо. Очень! – благодарно проговорил он.

- Зеленый мячик называется яблоко. Яблоки – это вкусно и полезно! Все остальное тоже можно есть. Это груша, а это банан. Его нужно чистить – вот так. Все это тоже очень вкусно, не хочешь попробовать.

- Потом. А еще что? – выжидающе спросил БиДжей.

- Думаю, тебе это очень понравится. – Синди хитро прищурилась.

Затем она взяла вторую сумку и высыпала ее содержимое на кровать.

Если до этого Би был в шоке, то теперь он и вовсе сошел с ума, не смотря на то, что уже был психом. Он прыгал вокруг кучи разноцветных красок и мелков, он хватал их и разбрасывал по палате, устраивая нечто похожее на салют. Синди просто сидела и смотрела на него. Через некоторое время он успокоился и взял мелки. Для начала Би обнюхал их. Потом погладил кончиками пальцев. А потом схватил оттенки синего и огненного и подошел к стене. Синди с интересом наблюдала за ним. БиДжей размашисто рисовал что-то на стене. Из-за его спины было плохо видно. Наконец он отшел и сказал:

- Мой сон. Красиво? Плохо нарисовал. Мог лучше. Во сне было лучше.

Синди с удивлением осознала, что на стене красуется потрясающая картина изображающая закат. Уходящее солнце золотит морские волны и четко выделяет силуэты чаек. Небо залито огнем. В картине была какая-то странная реалистичность. Словно это была фотография не очень хорошего качества.

- Нет, ты не прав, лохматик! ОЧЕНЬ красиво! Просто удивительно! А ты и раньше рисовал?

- Да. Много. Все было разрисовано. Я рисовал сны. Иногда глюки. Но сны лучше.

- А что было потом? Почему сейчас рисунков нет?

- Их убили. Бяки. Злые. Плохие. Не люблю бяков! – со злостью сказал БиДжей.

Синди сочувственно посмотрела на него. Она представила, сколько сил и эмоций БиДжей вложил в рисование, сколько удовольствия оно ему приносило, а потом все его рисунки безжалостно смыли. Наверно, он очень расстроился.

- Нарисуешь еще что-нибудь? – предложила она.

- Нет. Их снова убьют, – хмуро ответил Би и подошел к окну.

Синди покачала головой. Очевидно, теперь рисунки приносили бедняге столько же удовольствия, сколько и боли. Она решила как-то отвлечь лохматика от грустных мыслей.

- Не волнуйся, их больше не убьют. Я попрошу их оставить рисунки. Обещаю!

После этих слов она ушла. Би еще долго сидел около окна. Потом он подошел к зеркалу и посмотрел в собственные глаза.

- Синди хорошая. Очень. Верю ей.

 

*

Синди отыскала Луизу.

- Луиза, мне нужно с тобой поговорить.

- О чем, мисс Ливз?

- О лохматике. Он зовет себя БиДжей. Я хочу, чтобы его перестали бить и пугать!

- Но это делают с каждым пациентом. До того, как его хорошенько не встряхнули, он был довольно буйным психом.

- Мне все равно! Еще я требую, чтобы у него не отнимали мелки и краски, ему нужно рисовать!

- Хорошо.

- И не корми его больничной едой. Ведь это сущая дрянь! Я сама буду кормить его.

- Вы пробовали это сделать? Это же бесполезно! Он не принимает того, к чему не привык!

- Я уже покормила его. Он с удовольствием ел! Надеюсь, мои просьбы не останутся без внимания.

После этого Синди покинула клинику. Что-то в этом психе зацепило ее. Что-то необычное, то, чего не было в других. Но она не могла понять, что именно.

Тем временем БиДжей сидел на кровати. Он разглядывал краски и мелки и прочую ерунду, принесенную Синди. Наличие стольких ярких цветов действовало на него получше всяких таблеток. Он кайфовал, смотря на это цветное безобразие. Он умел и любил различать цвета. За время пребывания в больнице ему настолько осточертели эти однообразные оттенки белого и серого, что любой новый цвет казался просто подарком. Когда ему надоело разглядывать цвета, он взял яблоко и откусил. Сегодня он получил немыслимое количество новых ярких эмоций, и это ему адски нравилось. 

На улице шел снег, хлопья красиво и плавно спускались с неба. Но снег был белым, и это не нравилось БиДжею. Ему хотелось раскрасить снег в разные цвета, чтобы он радовал, а не вызывал отвращение.

- Противный снег, да? – спросил он у зеркала. – Синди хорошая! Вкусная еда! Очень! Давай порисуем? Я нарисую то, что ты видишь!

Через некоторое время на стене рядом с закатом красовались большие воспаленные зеленые глаза. Надо сказать, что рисовал Би превосходно. У него определенно был талант, потому что получалось просто невообразимо похоже. Он отошел и скептически посмотрел на свое творение. И снова остался недоволен.

- Надо больше снов! Тогда не будет белых стен!  Они противные! Не люблю белый! – жаловался он зеркалу.

Внезапно вошла Луиза. Она удивленно посмотрела на разноцветную груду всячины на кровати, потом на стену, а потом и на БиДжея.

- Здравствуй, лохматик, как ты?

- Хорошо! Смотри, Луиза, я снова рисую! – воскликнул Би, тыча пальцев в стнеку.

Луиза побледнела и чуть не грохнулась в обморок. Дело в том, что раньше Би НИКОГДА не говорил при ней. Она вообще думала, что он не умеет говорить.

- Это мой сон. Красивый, да? Но нарисован плохо…а это его глаза. То есть мои. Не знаю. Но красиво!

- Это зеркало? – пролепетала Луиза.

- Да. Так сказала Синди. Синди хорошая! И она… - Би запнулся и закашлялся.

- Что такое, лохматик? – испугалась Луиза.

- Устал! – хрипло проговорил БиДжей. Действительно, так много он давно не говорил.

- Отдохни. Я тебя еще проведаю! Завтра. А сейчас пора спать! До свидания!

Би посмотрел в окно. Сейчас там было очень темно, небо было черным, белая луна освещала снег, который от этого казался еще белее. Внезапно Би вспомнил Синди. Точнее, ее лицо. Оно так ясно появилось перед глазами, что БиДжей даже подумал, что она снова пришла. Потом он понял, что это очередной глюк. «Какой хороший глюк!» - довольно подумал он.

Он долго наблюдал свой новый глюк, а потом взял мелки и нарисовал его на стекле. Подумав немного, он даже подписал его. Теперь смотреть на белый снег было приятнее, потому что рядом была такая яркая цветная Синди. Би зевнул и решил прилечь.

- Сегодня был большой день. Много всего случилось. Редко такое бывает, – тихо, почти шепотом говорил он зеркалу, которое лежало рядом, на подушке. Он еще долго рассказывал ему свои впечатления, пока не уснул.

А в это время в доме у Синди разгорался скандал.

- Зачем ты ходишь в эту психушку? Неужели нельзя найти нормальную работу? Синди, ты потратила сегодня кучу денег! Какого черта?

- Крейг, это для работы!

- Работа должна приносить деньги, а не забирать их! А ты пока не принесла в наш дом ни цента!

- Если я добьюсь успеха с этим больным и выясню природу его заболевания, то мне заплатят за труды. Причем немало, Крейг!

- А если не добьешься? Что тогда? Будем жить нищими и тратить последние деньги на этих твоих психов!

- Знаешь, я работаю не только из-за денег! Мне интересна моя работа!

- Да ты просто не понимаешь, что она абсолютно бесполезна! Ты абсолютно бесполезна, Синди! АБСОЛЮТНО!

- ИДИ ТЫ К ЧЕРТУ! – заорала Синди, с трудом сдерживая слезы.

Она вышла из комнаты, оглушительно хлопнув дверью. Злость и слезы душили ее. Как, как он мог так сказать? Она пошла в ванную и там зарыдала, сев на пол. Так плохо ей давно не было.

 Крейг был ее мужем. Будущим. Пока они только неофициально жили вместе и надеялись создать хорошую семью. Однако в последнее время они все больше ссорились. Правда, они почти сразу мирились, но сам факт ссоры сильно давил на Синди. Ее бесило то, что Крейг не ценит ее ни на грош. Его эгоизм выводил ее из себя. Часто ей хотелось сбежать из дома на работу, потому что даже с психами было комфортнее. Они хотя бы не разводили беседы на тему «я пашу как лошадь, а ты только тратишь мои деньги!». Или «я такой трудолюбивый, через месяц зарплата плюс премия, я снова сделал то-то и то-то, за это меня решили повысить через год! Учись, любимая!». Все эти разговоры Крейга типа «я самый-самый, а тебе еще расти и расти» ужасно действовали ей на нервы.

Всхлипывая, Синди поднялась и посмотрела на себя в зеркало. Собственный вид заставил ее улыбнуться. Тушь забавно размазалась по векам, и Синди выглядела, словно какая-нибудь рок-звезда, не слишком экономно расходующая подводку для глаз. Потом она включила магнитофон и душ. По радио крутили песню Эшли Симпсон “Pieces of me”. Синди танцевала под струями воды и подпевала молодой певице. Не то, чтобы ей сильно нравилась песня, но почему-то хотелось петь. Вот глупость! Ночь на дворе, а она поет, танцуя под душем! Синди весело рассмеялась.

Внезапно песня прекратилась и началась другая. Синди удивилась странному звучанию вокала и музыки. «Словно и не люди поют!» - мелькнуло у нее в мыслях. Когда песня кончилась, голос диджея весело объявил:

- Только что вы слышали песню the Network. Надеюсь, все остались в живых! А теперь у нас реклама!

Синди выключила радио и пошла спать на диване, потому что не хотела видеть Крейга.

Но почему-то не спалось. Странная песня группы the Network не выходила из головы, сколько Синди не пыталась ее оттуда выгнать. Тогда она взяла свой плеер и тоже включила радио. На ее несчастье, ей тут же попалась именно эта песня именно этой группы. С досадой она отпихнула от себя плеер и включила телевизор. Там по каналу VH1 шел клип. Тоже довольно странный, зато голос и музыка в нем были вполне нормальные. Это был клип Basket Case группы Green Day.

- Отлично, – вздохнула Синди. – Похоже, мне придется в пять утра идти на работу! Все равно больше делать нечего!

Она быстро оделась, схватила плеер и пошла гулять по снежным улицам.

Больше странная песня ей не попадалась. Все бы ничего, но Синди осознанно искала ее. Она упорно переключала станции радио, надеясь, что хоть где-то крутят этих the Network. Но ей не везло. Так она гуляла до восьми утра, пока не пришла пора идти на работу.

Длинные белые коридоры психушки гостеприимно встретили ее запахами лекарств и воплями больных. Она уверенно шла к палате БиДжея. Хотя, это только самой Синди казалось, что уверенно. Все остальные видели замерзшую девушку, которая забыла о косметике и прическе. В голове все еще сидела песня the Network. Синди вошла в палату. Би уже не спал, он рисовал. Синди попыталась улыбнуться и шагнула на встречу, но внезапно у нее закружилась голова, и мир перевернулся. Она бессильно упала на пол.

 

*

БиДжей проснулся рано утром, потому что увидел сон. Этот сон был очень странным и непонятным, поэтому Би сразу захотелось его нарисовать, пока он его не забыл. Однако это оказалось не так-то легко.

Он обрадовался, когда вошла Синди, потому что ему хотелось рассказать ей свой сон. Би подошел к кровати, чтобы отложить мелки, но внезапно услышал сзади звук падения. В испуге он повернулся и увидел, что Синди лежит на полу. Он осторожно подошел к ней.

- Синди? – позвал он. Но она не ответила.

То, что Синди лежит на холодном полу без движения, очень беспокоило БиДжея. Он не знал, что делать. «Пол холодный и твердый. Надо положить ее на мягкую и теплую кровать!» - подумал он.

Поднять Синди стоило ему больших усилий – от больничной еды и наркоманской дряни, которой часто кормили вместо лекарств, Би был очень слаб. Но он все же дотащил Синди до кровати. «Теперь что?» - спрашивал он сам у себя. Синди была очень бледной и холодной. Это пугало БиДжея. Внезапно он осознал, что помочь может только один человек – Луиза! Но как же он ее позовет? Ведь дверь…

Би обернулся и обнаружил, что дверь осталась открытой! Синди не успела ее закрыть! Он мигом оказался в коридоре. «И тут все белое!» - мелькнуло в голове. БиДжей побежал по узким больничным коридорам. На него тупо пялились другие психи. Одна тетка даже предложила потанцевать, но Би только отмахнулся. Внезапно он увидел Луизу. Она стояла рядом с поваром и о чем-то болтала. Обрадованный БиДжей кинулся к ней, но дорогу преградил…о, нет! Да, именно Джек! Би испуганно отступил назад. Джек отлично знал его, а он отлично знал Джека, но нельзя сказать, что они были хорошими приятелями. Джек ненавидел Би гораздо больше остальных пациентов. Ответ на вопрос «почему» покрыт мраком тайны.

- Что ты ТУТ делаешь, ТВАРЬ?!! – взревел охранник. Би попытался проскочить мимо верзилы Джека, но тот крепко схватил его за руку. Так крепко, что перехватило дыхание.

- КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ТУТ ШЛЯЕШЬСЯ?!!!! – заорал Джек прямо в ухо Би.

Возможно, Джек и вовсе убил бы его, но вовремя подоспела Луиза.

- Мистер Льюис, почему вы орете на пациента? – спросила она, не заметив, что этим пациентом является ее любимый подопечный.

- Это ваш? – с презрением глядя на Би, спросил Джек.

- Ой, это же лохматик! Какой ужас, как он тут оказался?

- Как вы его назвали? Какой лох?

- Мистер Льюис, могли бы быть повежливее! – рассердилась Луиза. – А теперь отпустите его, я отведу его в палату.

- А как он тут оказался-то?

- Не имею ни малейшего понятия. Но обещаю выяснить и доложить начальству.

Луиза схватила Би за руку, отчего тот едва не взвыл, и потащила в палату.

- Как ты открыл дверь, лохматик? И зачем? О Боже, что ты сделал с мисс Ливз?!!

- Она упала! А я положил ее на постель. А то замерзент на полу! – объяснил Би.

Луиза побежала за нашатырем, предупредив Би, чтобы он больше не выходил. В общем, могла бы и не предупреждать, после такой теплой встречи с Джеком Би больше не хотел испытывать судьбу. Он посмотрел на свою руку. Кожа на том месте, где Джек схватил его, была красной и горела. Вся рука просто отваливалась и жутко ныла. Би прижал ее к себе и подошел к Синди. Она все также лежала, бледная и недвижимая.

Вскоре прибежала Луиза с кусочком ваты, от которого жутко воняло. Би поморщился и отошел подальше, чтобы запах не был таким резким. Луиза сунула вонючую вату прямо в нос Синди, от чего та закашлялась и открыла глаза. Би обрадовано посмотрел на нее.

- Мисс Ливз, как вы? – обеспокоено спросила Луиза.

- Все в порядке… - Синди попыталась подняться, но не смогла.

- Что с вами случилось?

- Не знаю. Наверно, я переутомилась. Но уже все хорошо.

- Вы такая бледная. Сейчас я принесу вам чай.

Луиза ушла. Би неуверенно подошел к Синди.

- Тебе плохо? – тихо спросил он.

- Нет. Мне хорошо, не волнуйся!

- Я вижу. Тебе плохо. Ты не спала, да? Ты уставшая. И голодная. Поешь. Яблоки – это вкусно и полезно!

- Спасибо! – Синди улыбнулась, осознав, что  такую же фразу про яблоки она сама говорила ему накануне.

- Надеюсь, тебе станет лучше, – сказал БиДжей.

Он присел возле кровати и облокотился на ее край локтями. Синди подумала, что все это выглядит, словно она болеет в больнице, а Би – ее парень, который пришел ее проведать и принес фруктов. От этой, в общем-то, глупой мысли она улыбнулась еще раз.

Пришла Луиза и остановилась в дверях. Она посмотрела на эту милую сцену. Сейчас лохматик Би совсем не казался психом, а мисс Синди Ливз не выглядела серьезной бизнес-вумен, как прежде. «Они же просто созданы друг для друга!» - подумала Луиза.

Она поставила чай на столик возле кровати.

- Спасибо, Луиза! – воскликнула Синди, отрывая взгляд от глаз БиДжея.

- Пожалуйста, мисс Ливз. Я, пожалуй, оставлю вас наедине. – Луиза деликатно улыбнулась.

- Луиза! – нахмурилась Синди. – Между нами ничего нет! Он мой пациент! Вот и все!

- Хорошо, хорошо! – Луиза закрыла за собой дверь.

Синди взглянула на Би. Но тот отвернулся.

- Что такое? – удивилась она.

- Я тебе безразличен, да?

- Нет! Ты…ты мой друг, лохматик. Прости. Ой, а что это? – воскликнула Синди, посмотрев на стекло окна.

- Это ты. Вчера я хотел тебя увидеть, но ты уже ушла. Тогда я нарисовал тебя.

- Красиво, – похвалила Синди. Ее поразило, с какой легкостью и прямолинейностью Би выражает свои чувства, и как тонко он чувствует чувства других.

Вообще многое в нем ее поражало. Он не был обычным психом, параноиком или шизиком, как все, с кем она работала раньше. Нет, напротив, он был нормальным. Только грустным и безнадежным.

Внезапно на улице раздался гудок. Би подскочил к окну. Он долго смотрел на улицу, а когда вновь взглянул на Синди, его взгляд сиял. В глазах читалась какое-то ненормальное счастье. Синди даже немного испугалась.

- Машина! Желтая! Таблетки! Дождались! СНЫ!!! СНЫ!!!! – орал БиДжей как ненормальный.

Он радостно прыгал, разбрасывая мелки и краски по палате. Синди в шоке поняла, что слишком поторопилась с выводами и, возможно, Би все-таки не такой уж нормальный.

- А что за таблетки? Ты уверен, что стоит их есть? – осторожно спосила она.

- Синди, - Би посмотрел на нее безумными глазами, – ты что? Конечно!!! Они же дают сны! Много красивых снов! Бывают страшные, но интересно! И приятно. Хорошо.

- Извини, лохматик, я ненадолго уйду, нужно найти Луизу! – торопливо сказала Синди.

- Она сейчас придет. Она таблетки носит вместе с Задницей.

- С КЕМ?

Тут открылась дверь, и в палату вошли трое – Луиза, охранник Джек и еще какая-то женщина, которую Синди видела впервые.

- Вот он, наш лохматик! – проворковала Луиза.

- Да, вот он, наша сволочь! – прорычал Джек.

- Ах, вот он…она…оно…они…ну, не важно! – мило хихикнула женщина. Она тут же кокетливо улыбнулась Джеку и стала поправлять юбку на…ну, в общем, на заднице. Делала это она довольно долго, постоянно приговаривая что-то про замечательную форму. Только тогда Синди поняла, почему Би так назвал эту женщину. Потом она взглянула на БиДжея.

Тот жался в угол палаты. Наверно, он боялся Джека.