В колонках играет - Кино печальВосьмидесятые годы в СССР стали для молодежи «временем Кино». Виктор Цой был кумиром поколения. Да и сейчас его ставят в один ряд с Джоном Ленноном, Владимиром Высоцким, Фредди Меркьюри. Сегодня лидеру легендарной группы исполнилось бы 45 лет.
Мама Виктора часто говорила, что гордится происхождением сына. «Я читала, что смешение далеких кровей часто рождает талантливых людей. Сын у нас — метис: я — русская, коренная ленинградка, муж — кореец, родом из Казахстана. У Вити с детства проявлялись различные художественные наклонности. Он хорошо рисовал, лепил».
В младших классах Виктор ходил в изостудию, потом в художественную школу. Музыка, как и рисование, была одним из его постоянных увлечений. Первую гитару родители подарили ему в пятом классе. А в восьмом вместе с Максимом Пашковым он уже организовал группу с экзотическим названием «Палата №б». После школы Виктор решил продолжить художественное образование и поступил в Серовское училище на оформительское отделение. Но шрифты и плакаты были ему в тягость. Гораздо большее удовлетворение приносило увлечение музыкой.
«В Серовке мы смогли играть так, как нам хотелось, — вспоминает Пашков. — В Серовке нашли и барабанщика — Толика Смирнова, он по тем временам считался одним из лучших. Вообще мы для нашего возраста играли очень неплохо, поскольку все время занимались только этим. На вечерах исполняли какие-то классические вещи, свою музыку. Что-то сочинял я, что-то — вдвоем с Витей».
Но тогда о Цое, кроме его близких друзей, никто не знал. В официальных кругах рок считался полузапретным, и когда Виктора и его товарищей отчисляли из училища «за неуспеваемость», увлечение роком было «отягчающим обстоятельством».
«Однако Витя всегда был очень скромен в прическах и проявлениях, — говорит Максим Пашков. — Он был гораздо консервативнее всей остальной компании. Наверно, это шло от какой- то его внутренней застенчивости. Потом из этого он выработал ту интеллигентность поведения на сцене, которая так отличала его от большинства ленинградских рокеров».
Это очень меткое наблюдение. О скромности и застенчивости Цоя говорят все, кто его знал. Эти положительные качества в какой-то степени мешали ему реализоваться. Его нужно было тормошить, одобрять, говорить, что он может сделать нечто значительное. Сначала его ободряла мама, потом друзья, еще позже — жена Марианна — женщина, которой было суждено сыграть в его судьбе весьма значительную роль.
Они познакомились на одной из вечеринок у друзей. «Где-то в гостях у Вити в руках оказалась гитара. Помню, я испугалась — мне уже приходилось выслушивать сочинения моих разнообразных знакомых. Ничего, кроме тихого ужаса, я при этом не испытывала. Но Витю, после того как он исполнял свои песни, захотелось попросить спеть еще…»
Наряду со всеми своими прочими заслугами и талантами Виктор, как выяснилось, был ещё и очень талантливым писателем. Цой очень смущался, предлагая на суд товарищей свои творения. Одной из самых знаменитых первых его песен стала «Мои друзья». «Мы в 81-м чувствовали эту безысходность, может быть, не верили в нее, но чувствовали. И Цой спел об этом — это была первая песня про нас, первый серьезный взгляд на нашу жизнь. Это было грустно ровно настолько, насколько это было грустно в жизни».
Чаще всего они собирались на квартире у Андрея Панова, который жил по соседству с Цоем у парка Победы. Увлечение музыкой сопровождалось сухим вином, которое непременно разогревали в духовке для увеличения градуса. «Наша жизнь в то время представляла собой постоянные поиски какого-то праздника», — говорит Максим Пашков.
Может быть, ничего сверхъестественного в песнях «Кино» и не было, но в ней было другое, самое главное: искренность. «Нам за честность могут простить практически все, и недостаточно профессиональную игру, и даже недостаточно профессиональные стихи. Но когда пропадает честность — уже ничего не прощают». Эти слова однажды были сказаны Цоем.
24 июня 1990 года в Лужниках в Москве состоялся последний концерт группы «Кино». 62 тысячи человек приветствовали Цоя и его товарищей стоя и пели вместе с ним. Был устроен специальный салют и зажжен олимпийский факел. Ликующие на трибунах стадиона зрители не могли предположить, что видят Цоя в последний раз.
В середине лета Виктор забрал сына Сашу и уехал на два месяца отдыхать под Юрмалу. В последние годы это его излюбленное место: море, лес, рыбалка. В 12 час. 28 мин. 15 августа 1990 г. Виктора Цоя не стало. «Столкновение автомобиля „Москвич- 2141“ темно-синего цвета с рейсовым автобусом „Икарус-280“ на 35-м километре трассы Спока — Талси. Автомобиль двигался по трассе со скоростью не менее 130 км/час, водитель Цой Виктор Робертович не справился с управлением. Смерть В. Р. Цоя наступила мгновенно, водитель автобуса не пострадал…», — записано в милицейском протоколе. Люди, близко знавшие Цоя, вспоминают, что накануне этого дня их посещали дурные сны, мучили предчувствия.
Виктор Цой был абсолютно трезв накануне гибели. Анализ клеток мозга свидетельствует о том, что он уснул за рулем, вероятно, от переутомления. Марианна думает иначе. «Витя шел по жизни на мягких кошачьих лапах, — пишет она, — был крайне осторожен. Я думаю, что он просто увлекся движением — бывает такая эйфория. Ездил он на ста пятидесяти. Элементарная автомобильная катастрофа».
Никакие связи не помогли тогда достать билеты до Ленинграда. Две ночи поклонники поминали кумира. Тихо под гитару пели его песни, плакали. В Ленсовете было получено разрешение на захоронение на одном из лучших кладбищ города. Нашли место — почти, как у Высоцкого. Чтобы к могиле был открыт доступ большого количества людей. Всю ночь под питерским небом звучали его песни. За 28 лет он успел написать их более трехсот. Ленинград прощался с Цоем.
Именем Виктора Цоя не назвали улицу или город — он не такого «типа» личность, но свой переулок у него есть, в Москве на Старом Арбате. Стена, исписанная словами «Виктор, ты Бог» и «Цой жив» оживает два раза в год, 21 июня, в день рождения и 15 августа, в день смерти.
В Петроградском районе Петербурга существует Клуб-музей Виктора Цоя — «Котельная Камчатка», где Виктор Цой числился штатным кочегаром. Он открылся в конце 2003 года. Теперь в бывшей котельной на месте котла расположена небольшая сцена, а в фондах музея хранятся гитара Цоя, афиши, фотографии, пластинки, билеты с концертов группы «Кино». В Петербурге «Камчатка» считается одним из традиционных мест паломничества «киноманов».
Здание, в котором он находится, собираются реконструировать. «Когда я увидела тревожные сообщения в прессе о том, что легендарная „Камчатка“ может быть уничтожена, я решила лично разобраться в ситуации. Целое поколение людей любили Виктора Цоя. Его любят не только в Петербурге, его любят в России. Его жизнь — короткий яркий фильм. Он взлетел как комета и угас, к сожалению, так рано. „Камчатка“ — культовое место, ценность которого безусловна, и его надо сохранить», — сказала губернатор Петербурга Валентина Матвиенко.
