Как дочь Крона и Реи, Деметра была сестрой Посейдона, Зевса и Аида. В ее владении находилась земля, и ее имя означало "Мать-Земля". Она не терпела Аида, была равнодушна к Посейдону, но с почтением относилась к Зевсу, оплодотворявшему ее небесной влагой. Рассказывали, что одно время Деметра была замужем за критским богом земледелия Иасионом и от этого брачного союза, заключенного на трижды вспахан-ном поле, родился Плутос, дарующий людям обилие хлеба и других плодов земли. ( В более поздних легендах Плутос был отождествлен с Аидом и стал восприниматься как обладатель несметных подземных кладовых, полных золота, серебра, драгоценных камней и как воплощение богатства.) Но истинную радость материнства принес Деметре Зевс. У них родилась прекрасная Персефона, в которой Деметра не чаяла души. Персефона была нежной дочерью и так же, как мать, любила все, что производит земля.
Однажды, удалившись от Деметры, Персефона собирала цветы на весеннем лугу. Ее привлекало видом и запахом каждое растение, и она не могла нарадоваться их свежести и разнообразию. Неожиданно взгляд девушки упал на прекрасный цветок, не похожий на знакомые и любимые ею фиалки, розы, лилии. От одного мощного стебля выходило сто головок, пылающих неуга-симым огнем. Исходившее от них благоухание было таким могучим, что казалось, будто оно наполнило все небо, землю и соленые воды моря. Даже Гелиос придержал на мгновение колесницу, чтобы вобрать в грудь божественный аромат.
Обеими руками стала срывать удивленная и обрадованная девушка цветок за цветком, не замечая, что рядом с нею оседает почва и образуется зияющий провал. Оттуда, на колеснице, запряженной угольно-черными конями, вылетел сын Кроноса, владыка подземного мира, бог с множеством имен. Он подхватил деву. И тотчас же колесница опустилась и над нею сомкнулась земля.
Персефона едва успела вскрикнуть, призывая на помощь отца. Но победный вопль Аида, ликовавшего, что уносит драгоценную добычу, заглушил слабый девичий голосок. Ахнули от этого крика подземная бездна, моря и вершины гор. Услышала его и Деметра. Рванулась она на луг, где оставила дочь. Девушки нигде не было. Распрямились помятые ею цветы. Загудели над ними пчелы и осы. Ничто не напоминало о случившемся.
Безмерное горе пронзило сердце матери. Сорвала она со своих волос цвета спелого колоса венок, накинула темный плат, набросила на плечи длинный черный хитон и устремилась по суше и морю на поиски родного птенца. Ни боги, ни люди, ни птицы небесные ничем не могли ей помочь. Девять дней ме-талась повсюду несчастная мать. Она обходила леса, спускалась в овраги, с двумя факелами в руках обшаривала пещеры. Ни разу за все время не присела отдохнуть, не омыла разгоряченного лица, не вкусила божественной амброзии, не выпила нектара. И только поняв, что самой ей ничего не узнать, поднялась она на небо, чтобы обратиться с мольбой к Гелиосу:
- Ты, пронизывающий своими лучами землю и море, сжалься надо мной и скажи, кто из богов или смертных похитил мое дитя?
- Это твой брат Аид унес ее к себе!-отозвался Гелиос, не останавливая коней.
Опустилась Деметра на землю, даже не взглянув в сторону Олимпа. "Не иначе,- думала она,- Зевс уступил Аиду свою дочь, не подумав обо мне. И никто из богов не защитил ее!"
Изменив внешность, побрела она, безутешная, по земле. Оказавшись в Аттике, у родника, где элевсинские девушки черпали кувшинами воду, Деметра бессильно опустилась на камень,- впоследствии его назовут "камнем скорби". Здесь ее, всю в слезах, увидели дочери элевсинского царя. Проникшись сочувствием к незнакомке, они участливо спросили:
- Кто ты и в чем твоё горе?
Не открылась богиня, сказала, будто она родом с Крита и была похищена разбойниками, от которых ей удалось скрыться. Спросила она девушек, нет ли поблизости дома, где бы ей дали кров и где бы она могла ухаживать за ребенком или исполнять другую, работу, приличествующую ее возрасту.
Девушки отвели незнакомку в дом своего отца Келея. Переходя через порог мегарона, Деметра задела головой притолоку двери, и по дому распростра-нилось сияние. Увидела это царица, сидевшая у столба, подпирающего кровлю, с младенцем на руках. Она сразу поняла, что не простую смертную привели дочери. Поклонившись чужестранке, она предложила ей свое кресло. Но Деметра отказалась, пристроившись на деревянном сиденье у края стола, продолжала предаваться печали. Не коснулась она ни еды, ни вина, поставленных перед нею, и сидела безучастная ко всему. Лишь острая шутка одной из служанок. Ямбы, вызвала на лице богини невольную улыбку. (По имени этой служанки получил название стихотворный размер ямб, которым греки писали те стихи, которые хотели приблизить к разговорной речи.)
Такой добротой осветилось измученное лицо незнакомки, что передала ей царица своего ребенка и попросила взять на себя заботу о нем. И отдала богиня сыну царицы всю материнскую любовь. Она прижимала его к груди, согревала своим божественным дыханием, натирала амброзией. Ночью, когда царский дом затихал, погружаясь в сон, богиня заворачивала младенца в пеленки и клала в пылающую печь.
Младенец за несколько ночей вырос как за год, взгляд его стал осмыслен-ным, и заговорил он, на удивление всем, как взрослый. Захотела царица узнать, как было достигнуто это чудо. Незаметно она проникла в детскую и, увидев ребенка в огне, закричала.
- Что ты делаешь! Отдай мне сына.
Деметра вынула ребенка из печи и, положив его на землю, сказала:
- Возьми! Вам, людям, неведомо, где добро, где зло. Если бы не твоя глупость, я бы вернула его тебе бессмертным.
При этих словах весь дом наполнился ароматом зерна и запахом спелых плодов. Перед царской четой вместо жалкой нищенки предстала величествен-ная и прекрасная богиня.
- Деметра!- в один голос вскрикнули родители и упали перед богиней на колени.
- Да, я Деметра, дарующая радость бессмертным и смертным!- подтвердила богиня.-Пусть ваш народ воздвигнет мне в городе великий храм, а за городской стеной, у колодца, где я встретила дев, поставит алтарь. Я же научу вас священным обычаям, чтобы вы и те, кто будет за вами, прославляли меня и мои дары.
А на земле, с тех пор как Деметра отправилась на поиски Персефоны, прекратились рождение и рост. Напрасно земледельцы шли за волами, бросая зерна в иссохшую землю. Ни одно из них не взошло. Стоны умирающих от голода и болезней доносились до Олимпа. Перестали дымиться алтари. Никто не приносил жертв богам, обитающим в олимпийских чертогах. Тогда отправил 3евс вестника на поиски Деметры. Тот отыскал ее во вновь сооруженном элевсинском храме, сидящей одиноко в своем черном одеянии, и пригласил на Олимп. Не тронулась она со своего места, ничего не видя и не слыша. Зевс отправил в Элевсин за Деметрой других богов и богинь. Они, явившись, сулили ей почести, обещали богатые дары, но не шелохнулась Деметра.
Тогда Зевс послал вестника за Персефоной. Аид не посмел отказать брату. Но, отпуская супругу, он дал ей проглотить несколько зернышек священного граната. Поэтому Персефона должна была каждый год возвращаться к мужу на три зимних месяца.
Когда Персефона появилась перед матерью, Деметра вышла из оцепенения, скинула траурное одеяние, украсила прекрасную голову венком из ва-сильков. Заключив дочь в объятия, она не расставалась с нею до тех пор, пока поднявшиеся на стеблях колосья не вскинули пригоршни зерен, жертвенную дань небу, дающему свет и тепло. Вместе с зернами, роняемыми на землюи погребаемыми ею, уходила от матери Персефона, чтобы вернуться к ней вместе с зеленью первых всходов ячменя, пшеницы и овса.
Благодарная людям за сочувствие, которым ее окружили в доме царя Элевсина, богиня решила обучить их искусству земледелия. Она поручила Триптолему, брату девушек, введших ее в царский дом, рассеять свое божественное зерно по всем землям, чтобы оно повсюду стало главной пищей человека. Для этого она вручила юноше двух крылатых быков и колесницу с плугом. Объезжая весь мир, Триптолем вспахивал целину и засевал борозды зернами Деметры.
Радовались смертные новой сытной пище, которая привязала их к земле и позволяла делать запасы на зимнее время. Они с ликованием славили богиню и ее драгоценные дары. Некоторые же сами захотели попробовать засевать землю. Когда, утомившись после дневного труда, сеятель уснул, один из царей Пелопоннеса запряг драконов и взобрался на колесницу. Разъяренные этой наглостью драконы сбросили его на землю, и он разбился.
Бывало и другое. Где-то между Истром (Дунаем) и Тирасом (Днестром) вольно бродили по ковыльным степям вместе со своими стадами дикие геты. Видя, как чужеземец терзает медью их пастбища, они подняли вопль. Взялся царь гетов за лук и меткой стрелой поразил одного из драконов. Он уже натянул тетиву, чтобы убить Триптолема, как появилась Деметра. Лишив неразумного варвара жизни, она перенесла его и убитого дракона на небесный свод. И появились там созвездия Стрельца и Дракона. Триптолему же Деметра дала другого дракона, чтобы он продолжил свой труд сеятеля и кормильца.
Вскоре оказался Триптолем во владениях скифского царя Липка. Встретил он пришельца распростертыми объятьями, постелил мягкое ложе. Когда же Триптолем уснул, царь подкрался к нему с кинжалом и уже занес его над головой спящего. Но тотчас же пальцы его превратились в острые когти, туловище уменьшилось, покрылось пестрой шкурой, над верхней губой выросли кисточки усов. Так, по воле Деметры, царь, преступивший законы гостеприимства, был превращен в рысь и удален из мира людей. С тех пор этот зверь, обозленный на всех, живет в непроходимых чащах, прячется в ветвях деревьев, чтобы иногда броситься на шею охотнику, или лесорубу.
Памятником страданий Деметры и радости ее встреч с дочерью стал храм в Элевсине. На протяжении девяти, дней месяца, соответствующего нашему сентябрю, на священной территории храма совершались инсценировки мифа о Деметре и Персефоне. Участники процессии переживали скорбь материнской утраты и радость обретения дочери, возвращенной к жизни в верхнем мире на большую часть года. О том, как в точности совершалась церемония, неизвестно. За разглашение тайны виновный, подвергался смерти или изгнанию. Участники таинства (мистерии) были уверены, что воспроизведение "стра-стей" Деметры обеспечивает возвращение Персефоны, а следовательно, и уро-жая, даруемого кормилицей-землей.