- Кто вы?
- Аннета Эклунд. А ты - Ральф Хилтч, глава отдела королевского разведывательного агентства на Лалонде. Мне следовало догадаться, что за нашими головами пошлют тебя. Ты неплохо потрудился до сих пор.
- Хватит болтовни. Чего ты хочешь?
- С философской точки зрения - жить вечно. А с практической - чтобы ты отозвал полицейских и морпехов, которые окружают этот город и еще три, которые мы захватили. Немедленно.
- Нет.
- Смотрю, ты уже научился не угрожать зря. "Нет, а то...", "Нет, и ты об этом пожалеешь!" Это хорошо. В конце концов, чем ты можешь мне угрожать?
- Ноль-тау.
Аннета Эклунд задумалась, потом ответила:
- Да. Возможно. Признаюсь, это может нас испугать. Но это уже не конец. Уже - нет. Если мы уйдем из захваченных тел, чтобы избежать ноль-тау, мы все равно в силах вернуться. По планетам Конфедерации уже идет несколько миллионов одержимых. Через неделю их будут сотни миллионов, еще через пару дней - миллиарды. Мне всегда будет открыт путь обратно. Покуда остается в живых хоть одно людское тело, мои товарищи могут воскресить меня. Теперь понимаешь?
- Я понимаю, что угроза ноль-тау действует. Мы рассуем вас по камерам и будем засовывать, пока не упихнем последнего. Это ты понимаешь?
- Извини, Ральф, но я уже говорила - не тебе угрожать нам. Ты еще не понял почему? Не догадался, почему победа будет на моей стороне? Потому что ты рано или поздно присоединишься к нам. Ты умрешь, Ральф. Сегодня. Завтра. Через год. Если повезет - через пятьдесят лет. Когда - неважно. Это энтропия, судьба, закон природы. Смерть, а не любовь, побеждает все. И когда ты умрешь, ты окажешься в бездне. Вот тогда мы станем братьями и сестрами и объединимся против живущих в страстном желании жизни!
- Нет!
- Не болтай о том, чего не изведал.
- Я тебе не верю. Бог не настолько жесток. В смерти есть больше, чем пустота, которую нашли вы.
- Дурак, - горько расхохоталась одержимая. - Безмозглый дурак.
- Но я - живой дурак. И со мной тебе придется иметь дело здесь и сейчас.
- Нет такой штуки, как Бог, Ральф. Только люди настолько глупы, чтобы верить. Не заметил? Никто из обнаруженных нами ксеноков не нуждается в том, чтобы прикрывать собственные страхи и слабости обещанием загробных блаженств, причитающихся каждому усопшему. О нет, Ральф, Бог - это слово, придуманное дикарями для описания квантовой космологии. Вселенная - сугубо естественное творение, крайне агрессивно настроенное к жизни. И сейчас мы получили шанс покинуть ее, шанс спасти. Тебе не остановить нас, Ральф.
- Я смогу. И остановлю.
- Прости, Ральф, но твоя нерушимая вера в человечество остается твоей основной слабостью, и ее ты разделяешь с большей частью верующего населения королевства. А мы намерены этим воспользоваться. То, что я сейчас скажу, покажется тебе бесчеловечным, но ты все равно не считаешь меня более человеческим существом. Как я говорила, мертвые не могут потерпеть поражения в этой войне - вам нечем подчинить нас. Нам бессмысленно угрожать, нас нельзя принудить или уговорить. Подобно смерти, мы - абсолютный враг.
- Что ты хочешь сказать?
- Я говорю с властями планеты, с княгиней Салдана?
- Да, она в он-лайне.
- Хорошо. Тогда я скажу вот что: этой ночью вы едва не истребили нас, и если так пойдет и дальше, погибнет огромное количество людей. Такой исход и нам не на руку. Поэтому я предлагаю перемирие. Мы оставим себе Мортонридж, и я клянусь, что никто из нас не покинет его. Если вы мне не верите - полагаю, доверие с вашей стороны отсутствует напрочь, - вы можете установить блокаду перешейка.
- Нет, - датавизировала княгиня Кирстен.
- Королевство не бросает своих подданных на растерзание, - ответил Ральф вслух. - Это вы могли бы уже усвоить.
- Мы признаем мощь королевства, - ответила Аннета Эклунд. - Поэтому мы и предлагаем мир. Исход борьбы между нами и живущими решится не здесь. Слишком равны наши силы. Однако не все миры Конфедерации столь развиты и хорошо управляемы, как Омбей. - Она закрыла глаза и подняла голову, слепо взирая в небо. - Там, вдали, решаются сейчас наши судьбы, и не нами. Мы знаем, что победа будет за нами, - так же, как ваша обманчивая вера уверяет вас, что верх одержат живущие.
- И вы предлагаете пересидеть войну по окопам?
- Именно.
- Мне даже не надо связываться с советом безопасности, чтобы узнать их мнение. Мы не дальний окоп, мы - линия фронта, здесь проходит основная схватка. Если мы покажем, что вас можно остановить, изгнать из захваченных тел, иные миры поверят в свои силы.
- Понимаю, - грустно промолвила Аннета Эклунд. - Княгиня Салдана, я пыталась воззвать к вашему рассудку, теперь, боюсь, придется применить средство покрепче.
- Ральф, наши спутниковые сенсоры снова заработали, - сообщила Дебора Анвин. - Внизу движение... Господи, они кишат в домах, Ральф, уноси ноги оттуда, скорей! Беги!
Но агент не сдвинулся с места. Он понимал, что одержательница не угрожает ему лично. Это должна быть демонстрация силы - та, которую он предвидел и которой боялся.
- Нанести лазерный удар? - датавизировал адмирал Фарквар.
- Пока нет, сэр.
Усиленные сетчатки видели, как вдоль всей улицы распахиваются двери домов, как выбегают на мостовые люди.
По невидимому сигналу Эклунд одержимые начали выводить заложников. Иллюзорные тела, в которые они облеклись, были карнавально-красочными, и не без умысла. Полководцы древних эпох соседствовали с зачумленными монстрами и некромантическими полубогами - обретшие плоть вымыслы, призванные подчеркнуть неизмеримую бездну между одержимыми и их перепуганными пленниками.
Рядом с каждым ожившим кошмаром брел один из выживших и не одержанных обитателей Экснолла. Как их пленитсли, они представляли собой пеструю компанию - молодые и старые, женщины и мужчины, в ночных сорочках, пижамах, наброшенных на плечи рубашках, вовсе нагие. Самые упорные сопротивлялись, но большинство давно было запугано до безъязычия. Непокорных одержимые сдерживали без труда - энергистические способности придавали им силу механоидов. Плакали от ужаса дети, попавшие в мертвую хватку твердокаменных рук и когтей. Морщились в потаенном гневе мужчины. По ушам Ральфа била симфония рыданий и беспомощных криков.
- Какого черта вы творите?! - гаркнул он на Эклунд, обводя руками ужасающий парад. - Ради всего святого, они страдают!
- Это не все, - бесстрастно промолвила Аннета Эклунд. - Скажи своим людям, чтобы глянули на берег озера Оцуо, в четырех километрах на юго-запад от города. Там находится домик на колесах одного из жителей Экснолла.
- Погоди, Ральф, - датавизировала Дебора Анвин. - Сканируем: да, точно, брошенная машина. Зарегистрирована на имя Хэнли Новелла, работника завода удобрений в промышленном пригороде Экснолла.
- Ладно, - проговорил Ральф, - машина там. А теперь прикажи своим отпустить заложников.
- Нет, Ральф, - проговорила Аннета Эклунд. - Они их не отпустят. Я пытаюсь объяснить тебе, что мы уже вышли за пределы города. Я могла узнать, где находится машина, только если сама послала туда водителя. И она была не одна, и это не единственный город в нашей власти. Мы избежали цепкой хватки ваших солдат, Ральф. Я хорошо организовала четыре городка, которые проехал автобус; этой ночью, пока вы гонялись за одержимыми в Пасто, мы были очень заняты. Мои последователи рассеялись по всему полуострову - пешком, верхом, на велосипедах, на машинах с ручным управлением. Даже я не знаю, где находится каждый из них. Оцепление городов бесполезно. Теперь, если вы хотите остановить наше распространение, вам придется отсечь Мортонридж от континента.
- Нет проблем.
- Безусловно. Но этой земли вам у нас не отнять. Сейчас - нет. Вы и этот городок отнять не сможете, не пойдя на геноцид. Ты уже видел, на что способен, защищаясь, каждый из нас. А теперь представь себе эту разрушительную мощь, обращенную на разрушение. Взорванные районные термоядерные станции, испепеленные больницы, ясли, обрушивающиеся детям на головы. До сих пор мы никого не убили, но если захотим, если вы не оставите нам иного выбора - планета пострадает очень сильно.
- Чудовище!
- И я это сделаю, Ральф. Это будет мой второй приказ моим соратникам. А первым приказом будет убить каждого неодержанного в Экснолле. Их убьют у тебя на глазах, Ральф, на этой самой улице. Мы будем разбивать им черепа, ломать шеи, душить, вспарывать животы и бросать их, истекающих кровью.
- Я тебе не верю.
- Нет, Ральф, ты не хочешь верить. Большая разница, - голос ее звучал насмешливо-ласково. - Ну что нам терять? Все, кого ты видишь, так или иначе присоединятся к нам. Это я и пытаюсь тебе втолковать. Или их тела будут одержаны, или они умрут и станут одерживать других. Пожалуйста, Ральф. Не позволяй себе и другим страдать из-за твоих дурацких убеждений. Победа будет за нами.
Ральфу хотелось убить се. Страх и омерзение вызывал у него ее голосок, беззаботно болтающий о массовой бойне, но он понимал, что она не блефует. Основной человеческий инстинкт - уничтожить, сокрушить противника одним ударом - готов был возобладать. Нейросети пришлось замедлить его пульс. Рука дернулась, готовая выхватить из кобуры пистолет.
"Но я не могу. Не могу убить ее. Не могу покончить со всем этим единственным варварством, к которому мы так часто прибегали. Господи Боже мой, она уже мертва".
Аннета Эклунд заметила его неосторожное движение. Усмехнувшись, она поманила пальцем одного из своих сородичей.
Ральф молча наблюдал, как вперед выходит мумия в полицейской фуражке. Девчонке, которую тварь сжимала в объятьях, было не больше пятнадцати. На ней не было ничего, кроме длинной малиновой футболки. Босые ноги были исцарапаны и покрыты грязью. Видно было, что девочка долго плакала, но сейчас слезы иссякли, и она могла только беззвучно всхлипывать.
- Симпатичная девочка, - проговорила Аннета Эклунд. - Славное тело, хотя и молодое. Но это можно изменить. Видишь ли, если ты решишь расстрелять тело Анжелины Галлахер, следующей я одержу эту девочку. Мой коллега переломает ей все кости, изнасилует, сдерет кожу с лица, причинит ей такую боль, что она с самим Люцифером пойдет на мировую, лишь бы избавиться от нее. Но Люцифер не ответит ей из ада. Только я. Я вернусь снова. А мы с тобой придем к тому же, с чего начали, только тело Галлахер будет мертво. Поблагодарит она тебя за это, как думаешь, Ральф?
Только нейронный оверрайд не позволил Ральфу оторвать одержательнице голову.
- Что ей сказать? - датавизировал он совету безопасности.
- Не думаю, что у нас есть выбор, - ответила княгиня Кирстен. - Я не могу позволить, чтобы тысячи моих подданных убили у меня на глазах.
- Если мы уйдем, их одержат, - предупредил Ральф. - Эклунд сделает все, о чем говорила, и с этой девочкой, и с остальными. Не только здесь - по всему Мортонриджу.
- Знаю. Но мне приходится думать о большинстве. Если одержимые прошли через кордон, мы уже потеряли Мортонридж. Я не могу потерять и Ксингу.
- На Мортонридже живут два миллиона человек!
- Мне это известно. Но, одержанные, они будут все еще живы. Думаю, эта женщина, Эклунд, права. Проблема одержания решится не здесь. - Короткая пауза. - Надо сокращать потери, Ральф. Скажите ей, что она получит Мортонридж. Пока.