...Но я еще успел увидеть самое ужасное: этот неуязвимый незнакомец в зеленом плаще с любопытством посмотрел нам вслед, заулыбался еще шире, а потом начал смеяться. - Ты слышишь, Паллада? Он смеется. - Я почувствовал, что задыхаюсь от гнева. Такого со мной еще не бывало! - Он смеется, как мы сами умели смеяться когда-то давно. - Задумчиво кивнула она. - А знаешь, кажется, я понимаю, почему тебе это так не нравится! Он смеется, как бессмертный, а мы с тобой уже успели забыть, как это бывает... - Но он действительно бессмертный. - Сердито сказал я. - Мы же не смогли его убить. - Наваждение тоже невозможно убить. - Улыбнулась она. - Знаешь, меня до последней минуты грызли сомнения на его счет, поэтому и пришлось затеять всю эту стрельбу. Бессмертному она бы не повредила... но только наваждение могло позволить себе роскошь вообще не обратить внимания на нашу атаку! - Ты хочешь сказать, что он - обыкновенное наваждение? - Недоверчиво переспросил я. - Ну, положим, не обыкновенное. И все же именно наваждение. Жаль, что он не на нашей стороне. Я бы попросила его научить меня так смеяться! Хотя, это не так уж важно... - Я ушам своим не верил: в хрипловатом мужском голосе Афины появились мечтательные интонации, каковых за ней до сих пор не водилось, какой бы облик она не принимала...