Протодиакон Андрей Кураев:
Одно из главных чудес в церковной истории состоит именно в этом: во времена, когда не было централизованных церковных структур, когда Церковь была гонима, когда не было возможности гласного сопоставления и обсуждения, не было богословской или иной гуманитарной науки – христианские общины, разбросанные по всему земному шару, от Эфиопии до Британии, от Германии до Индии – эти разрозненные христианские общины делают абсолютно одинаковый выбор книг.
Из множества текстов – мы сегодня знаем чуть ли не до сотни по крайней мере имен разных апокрифов, имевших хождение во II – III веках, – именно тогда Церковь совершенно четко отбирает себе только четыре Евангелия.
Брешет Дэн Браун, что якобы выбор произошел в IV веке при императоре Константине, на первом Вселенском соборе. Нет, выбор был сделан гораздо раньше. Мы это видим хотя бы по тому, что и как цитируют церковные авторы.
Я уж не говорю про Мораториев кодекс – в Сирии найден текст конца II века, который содержит список новозаветных книг, авторитетных для Церкви.
Возьмем Оригена – очень вольномыслящий христианский мыслитель, но и он отличает канонические книги от апокрифов.
Интуиция, духовный опыт христиан в разных точках мира независимо друг от друга распознал, где доброкачественный хлеб, а где подделка с плесенью.