а начало здесь (вместе со ссылками на видео)

О фильме "Васька" (по материалам http://www.novayagazeta.ru/arts/71365.html)

О фильме "Пять углов Довлатова" (по материалам http://www.novayagazeta.ru/arts/71365.html)

Авторы и режиссеры: Аза Бабаян и Вадим Дубнов
Операторы: Антон Веселов, Евгений Садыков, Николай Шарубин, Алексей Зыков, Владимир Крымов, Борис Кольцов, Денис Асланов
Продюсеры: Аза Бабаян и Вадим Дубнов
Производство: Аза Бабаян и Вадим Дубнов при поддержке министерства культуры Армении, Армения, 2015.
52 мин.

Трудно не согласиться с заявленным в самом начале фильма: «Какое было бы счастье, если бы Довлатов стал ворчливым армянским стариком…», дожил бы до нынешних дней, когда в баре можно заказать коктейль «Довлатов», на городских стенах увидеть граффити-портреты. Он узнал бы, что не только армяне, но и настороженные соседи-эстонцы почитают его как «настоящего русского вне идеологии». Авторы фильма отправляются в путешествие вслед за Довлатовым: из Питера через Коми, Таллин до Нью-Йорка. В путевом дневнике — размышления о компромиссах и нонконформизме. Об отсутствии ненависти к режиму. О мечте издать книгу. Ту самую, ради которой шел на компромиссы, собственной судьбой поверяя пушкинское «литература выше нравственности», книгу с уже сложившимся стилем: документальность, воссозданная художественными средствами. Те самые «Пять углов. Записки горожанина», набор которых был рассыпан в таллинской типографии.

Ему нравилась характеристика, данная американским художником В. Бахчаняном: еврей Довлатов армянского розлива. Изданные в США книги чудом попадали в СССР, передавались из рук в руки. Довлатов постепенно становился самым читаемым, культовым писателем. Когда об этом ему рассказала фотограф Нина Аловерт, Довлатов с грустью в голосе произнес: «Поздно...» 

О фильме говорим с его режиссерами Азой Бабаян и Вадимом Дубновым

— О Довлатове много говорят и снимают, в чем особенность вашего подхода?

Вадим Дубнов. Наш фильм — попытка осмыслить феномены русского писателя и советского писателя, взаимопроникновение и одновременность этих феноменов. Мне кажется, что Довлатов в этом плане — почти идеальный способ всесторонне исследовать все соотношения и составляющие этого уникального явления.

Аза Бабаян. У нас не биографический фильм, а попытка осмыслить эпоху и Довлатова в эпохе. Мы попытались не давать оценок ни творчеству писателя, которого, конечно же, очень любим, ни открывать какие-то завесы его личной жизни, о которой и без нас слишком много всего написано и снято. У нас широкая география съемок и много персонажей, как родных и друзей Довлатова, так и тех, кто к нему имеет опосредованное отношение.

— Вас вдохновили армянские корни Довлатова?

Вадим Дубнов. Нет, ни в коей мере. Мне кажется, что тот самый феномен русского писателя, которым любой ценой хотел быть Довлатов, состоит, в частности, и в его наднациональности и вненациональности, которую и исповедовал наш герой.

Аза Бабаян. О его армянских корнях я серьезно задумалась во время съемок. Довлатов больше, чем просто русский писатель с армянскими и еврейскими корнями, в моем представлении. Уверена, что масштаб его личности еще не вполне понят. Впрочем, в нашем фильме есть и критика Довлатова. Со стороны Дмитрия Быкова, например.

— Что для вас самих в его судьбе открылось во время работы над фильмом?

Аза Бабаян. Масштаб дарования. И еще мы, по-крайней мере — я, открыли для себя Довлатова как человека, так ни разу и не переступилвшего черту, которая отделяет порядочного человека от приспособленца, скажем так. Хотя в его эпоху быть конъюнктурным конформистом было модно и в Ленинграде (даже учитывая всю андеграундность творческой тусовки города), и в Америке, где во главу угла ставилась критика советской жизни. И хотя главные герои прозы Довлатова — простые люди, «обыватели», как говорит Быков, — рассказы писателя намного глубже, чем просто грустная история немного смешных людей абсурдного государства.

Вадим Дубнов. Недосказанность. В самом широком смысле — она, может быть, ключ к пониманию Довлатова. Она удивительным образом пронизывает как творчество Довлатова, сам его жанр, так и саму его жизнь, которая тоже воплощение какой-то незавершенности, отсутствия окончательных и банальных ответов.

О фильме "Мужской выбор" (по материалам http://www.novayagazeta.ru/arts/71365.html)

Автор и режиссер: Елена Демидова
Оператор: Алексей Стрелов Иван Финогеев Елена Демидова
Звукорежиссер: Rune Hansen
Дистрибьютор: Reflexion Films
Продюсер: Влад Кеткович, Karl Emil Rikardsen, Pertti Veijalainen
Производство: НО «Фонд этногеографических исследований» (в копродукции с Relation04Media (Норвегия) и Illume Fims (Финляндия)), 2014.
61 мин.

Из аннотация: три истории о мужчинах, которые добывают газ на полуострове Ямал. Чтобы содержать свои семьи, они вынуждены надолго их оставлять. И однажды приходится решать — стоят ли заработанные деньги тех проблем, которые возникают. Каждый из них делает свой выбор

Юный помощник бурильщика, молодой успешный начальник котельной и пожилой сантехник. Для всех них работа в «Газпроме» — единственная возможность заработать достойные деньги, поскольку в их родных городах хорошо оплачиваемой работы попросту нет.

Работа на краю света. Зима — более 260 дней в году и даже местные жители (ненцы) на зиму откочевывают из этих мест на юг. Морозы, метели, сильнейшие ветра и постоянная разлука с близкими. Стоят ли заработанные деньги тех проблем, которые возникают в семьях?

Нескончаемая темнота и умопомрачительные вспышки космических пейзажей, продуваемых ледяными ветрами. Это художественное кино, в котором проза сплавлена с суровой поэзией, а рифмы замерзают на 57-ми градусном морозе. 

Разговор с режиссером Еленой Демидовой о фильме

— Как возникла тема фильма, и не пугало ли вас само слово «Газпром»?

— Однажды когда я снимала один из своих предыдущих фильмов, мне пришлось проехать в поезде от Уренгоя до Адлера, и когда я в Уренгое вошла в вагон — там были одни мужчины! Оказалось, это были вахтовики, которые ехали с газпромовских месторождений на Ямале. Одни выходили раньше, другие позже, но как выяснилось из разговоров, таким вахтовым методом зарабатывают на жизнь огромное количество мужчин в нечерноземных областях. Там, где дома практически нет хорошо оплачиваемой работы. И мне стало интересно, почему один человек остается дома, пьет и сетует на жизнь, а другой поднимается и едет на Север (собственно говоря в стране два места где можно заработать хорошие деньги — это Север и Москва, и во многих местах до семидесяти процентов населения вынуждены жить вахтой). В результате да, эти люди зарабатывают деньги, и не пьют, потому что на Севере реально сухой закон, а дома им некогда — они приезжают с деньгами, они их куда-то вкладывают — что-то покупают, что-то ремонтируют, они мужчины, они главы семей… И казалось бы, все хорошо, но на самом деле, этот выбор, он приносит и проблемы — семьи по сути живут порознь, и они часто рушатся, и мальчишки растут без отцов, и вообще возникает много проблем. Это тот выбор, который они вынуждены делать, а потом снова и снова… И так всю жизнь. Мне интересно было с помощью кино все это исследовать. Интересно было даже не столько про социальное, сколько про мужчин, про мужское в этих жестких социальных условиях. Про выбор. А когда я встретила все-таки своей самого младшего героя — еще и про взросление.

А «Газпром» здесь для меня собственно не играл никакой роли — это могла быть и другая какая-то компания, нефтяная например. Впрочем, выбор все равно невелик — весь наш север — это «Газпром» плюс несколько больших нефтяных компаний. Ну а поскольку те первые встреченные мной в поезде мужики ехали с газовых месторождений, то я и поехала к газу, а не к нефти.

— Про ваших героев несколько слов. Их портрет честен и нелицеприятен. Как складывались ваши отношения?

— Правда, как оказалось, пробиться к ним трудно, на месторождения Газпрома не попадешь без разрешения Газпрома. Это были долгие разговоры и убеждения. Мы с продюсером ходили в газпромовскую башню с полным ощущением, что это башня Саурона из властелина колец — так там у них все сложно, и все на каком-то другом языке человеческого взаимодействия. Но мы их убедили-победили и однажды я все-таки обнаружила себя летящей в вертолете над тундрой

— И как ваши герои восприняли фильм?

— Они посмотрели фильм, сами себе не понравились, и вообще они ожидали, что как во всех северных фильмах они там будут в основном красиво и героически работать, а тут вдруг увидели свою обычную жизнь, и себя со стороны… Ну в общем, был момент некоторого неприятия. Но странным образом, кино понравилось их женам, и мужики сказали: ну ладно, пусть будет. Точнее, женам кино не то, чтобы понравилось, на самом деле им было, как они признались, тяжело смотреть. Младшая барышня говорит, что плакала. Но они сказали, что только через кино увидели как там мужикам тяжело, и свое ожидание и тоску опять почувствовали. А то, что мужики там иногда не очень хороши, ну так это правда, и типа пусть им станет стыдно!

Отношения складывались, как всегда с героями кино складывается — ты просто входишь в их жизнь, становишься ее частью, рассказываешь им и про свои дела, привозишь детям гостинцы. Входишь в их проблемы и вместе с ними думаешь, ты в конце концов вместе с ними работаешь те же двенадцать часов на морозе, едешь через полстраны и так далее. А иначе, мне кажется, вообще настоящее кино не снимешь. Кино — это всегда существенный кусок жизни, который вы проживаете вместе…

О фильме "Цурцула" (по материалам http://www.novayagazeta.ru/arts/71365.html)

О фильме "Ройзман. Невыдуманное." (по материалам http://www.novayagazeta.ru/arts/71365.html)

Автор сценария и режиссер: Дарья Иванкова

Оператор: Иван Соловьев

Продюсер: Дарья Иванкова

Производство: ВГИК, Россия, 2015.

34 мин.

Действие небольшого киноэссе разворачивается на фоне ноябрьских событий 2014 года. Когда под вопросом был диплом о высшем образовании мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана. Как же получилось, что человек, который большую часть своей жизни считал себя поэтом, стал мэром полуторамиллионного города?

В его стихах о белой предрассветной тиши есть строчки: «Хочешь, не хочешь — вокруг никого.
 / Да ты не понял — не здесь, а везде.
 / Кроме тебя. И тебя одного. / 
И твоего отраженья в воде».

В этом фильме мы видим другого, непривычнолго Ройзмана. Политика, не отказавшегося в угоду подлого времени от себя, от рифмы. Но до стихов ли сегодня?

Была анонимка, спланированный донос. Сегодня это дело обыденное. Наживное. В Кировском районном суде он должен доказывать, что не верблюд, что учился, что у него настоящий диплом. Что напрасно его мучают проверками и перепроверками, забирающими силы и время. Но и убедившись в подлинности диплома, Ройзмана «подозревают». Неуемные. Допросили уже больше 60 человек. Проницатиельные. Нашли неточность в дате одного зачета. Теперь хотят его диплом «отменить», Но значитлеьно трудней «отменить» самого Ройзмана. поэта и политика.

Разговор с Дарьей Иванковой о фильме

— После 1 курса мастера дали нам задание снять фильм-портрет, раскрыть человека при помощи интервью. Ройзмана я знала как основателя фонда «Город без наркотиков». Для меня это человек, который родился, как и я, на Уралмаше, учился, как и я, в УрГУ. И еще я знала, что он писал стихи. Отправной точкой для меня стала встреча с преподавателем, у которого я раньше училась. Он мне рассказал, что в университете некоторых педагогов вызывают в прокуратуру и что у Ройзмана хотят отнять диплом. В этот момент меня поразил масштаб противников, которые в своей борьбе дошли уже до такой мелочности как аннулирование диплома. Тогда и появилась мысль сделать о нем фильм. Стало интересно познакомиться с человеком, у которого столько недоброжелателей и бывших друзей.

— Чем Ройзман вас удивил?

— Он интересен своей противоречивостью. При всей своей бесконфликтности все время находится в конфликте. Поражает невероятным запасом терпения, щедростью и беззлобностью. Тем, что умеет прощать непростительные вещи. Или умело делает вид, что закрыл глаза. Это мое первое впечатление. Из 14 дней, что я была в Екатеринбурге, снимали мы только 5. Поэтому мне сложно о нем судить. Я до сих пор не знаю своего героя. Ройзман не романтик. Романтик, в моем понимании, отчасти мечтатель, отчасти максималист, вызывающий любовь и сострадание. Некий трагичный герой, который, в силу своей исключительности, обречен на гибель.

— Как к Ройзману относятся простые горожане?

Я, когда готовилась к съемкам, разговаривала со многими жителями города, чтобы вывести хотя бы какую-то среднюю оценку деятельности Ройзмана на посту мэра. Такого столкновения различных мнений и отсутствие однозначности я ни разу в жизни не встречала. Для молодого поколения он авторитет, self-made man, грубо говоря. Пенсионеры относятся с недоверием. Для некоторых из них он неотделим от криминала и повинен в вопросах ЖКХ. Самое главное, его все равно любят за обаяние и то, что он наш уральский человек-бренд.

— Вы уже показывали ваш фильм что говорят и о чем спрашивают зрители?

Публично фильм был показан только на Артдокфесте. К сожалению, в программе не было предусмотрено ни вступительное слово, ни последующее обсуждение. Конечно, мне бы было интересно послушать непредвзятое мнение москвичей. До этого фильм видел только узкий круг знакомых, которые лично или косвенно знакомы с Ройзманом. У женщин герой вызывает восхищение и сопереживание. Мужчинам не хватало отрицательной стороны личности. Но передо мной не стояла цель унижать или оскорблять героя. Режиссер должен уважать человека, о котором снимает фильм, и пытаться понять его. Споткнуться он может и без тебя.