На юге мы оба раскрепостились и стали сами собой. Он — обычным натуралом, я — обычным пидором. Он любит выпить, я ненавижу пьяных. Мне наплевать на мнение окружающих, он боится, как бы кто чего не подумал… В результате уже со второго дня мы вызывали друг у друга только раздражение.
Так думал я сначала.
Теперь немного остыл, и мне хочется думать, что он такой же, как я.
Давно-давно, еще в школе и немного после, я хотел всем угодить. Я был домашним мальчиком дома и уличным мальчишкой на улице. Я любил музыку в музыкальной школе и предавал ее с друзьями. Потом я понял, что так нельзя, и стал везде одним и тем же.
D. — заботливая нянька для своих малолетних племянников, нежный любовник для девушек, на работе умный и опытный инженер, терпеливый ко всем капризам пользователей, мягкий, отзывчивый, всегда улыбающийся… Таким я его видел обычно здесь, на работе, таким он мне понравился. Не было ли это мимикрией?
Вопрос только — носил ли он в Адлере одну из масок или был настоящим?