Не пугаться. Я подумала, что если каждый пост сравнить с ребенком, то это едва ли не самый тяжелый случай. Пока я обдумывала его, прошло уже три недели, писаться он будет трудно, и если уж я начну, то, поверьте, остановлюсь не скоро. А раз уж меня никто не читает, то пишу я для двух человек. Так что, усаживайтесь поудобнее, а еще лучше, заварите себе чаю (или что вы там любите пить) сядьте в лучшую позу (или распечатайте и читайте в кресле или кровати) поскольку текст будет длинный и очень насыщенный.
Предисловие.
Как бы тяжело мне не жилось эти дни, как бы долго я не становилась пустышкой, сколько бы времени мне не было весело, я все равно вас вспоминала. Безусловно, всегда находились причины, чтобы не писать пост, не отвечать на смски или звонки. Потрепала я вам нервы порядочно и основательно, многие (не будем показывать пальцем) наверняка решили, что я как Маша, не в обиду сказано, но я все же вернулась. Вернулась, чтобы покаяться. Или просто поговорить. Слушайте, что со мной происходило.
Глава первая. В которой Настя познакомилась с Бутылкой.
Итак, начался новый учебный год. Я снова чувствовала себя ничтожеством, иногда менее, иногда более паршивым. Приходилось учиться, что для меня было смерти подобно. Большие задания, много теории. Мы с подругой Аней выпили разок немного. Четверг это был. Пришел ее парень (учился с нами в школе), Саня зовут, потом его друг Тарас (вы их быстро запомните). Было весело и прикольно. Сразу же забыли, и об учебе и об ответственности и о проблемах. Тогда нас вшторило от одного Вертолета (8,9% алк.; 0,5 литра). После этого даже крылатая фраза появилась: «Ну, что, подруга, поhelicopterим?» (HELICOPTER – англ. Вертолет). Короче так день-другой, стало мало. Дошли до того, что в понедельник (!) решили напиться. Ушли в лес вчетвером. Медочек (Аня) выпила 1 Вертолет и 1 Ягуар и скурила 1 сигарету. Я все тоже + еще 3 сигареты. Парни по 0.33 пива (смешно, да?). Я с трудом вспоминаю, как мы дошли до Лисенкиного двора, но то, что мы там были, я помню, поскольку, я отчетливо помню что блевала (уж извините, что так прямо, но как есть, все я) под окнами жилого дома этим Ягуаром. Пареньки проводили нас до одной из остановки, а потом (кто смотрел «Реквием по мечте» заметят интересную фразу): «Видишь меня? Слышишь меня?» - спросил Саня. «Мммммооооу….» - просипела я. «Ну и хорошо. Мы пошли» - Похлопал по голове Медочка Тарас. И да. Они оставили нас на морозе, на остановке, почти ночью одних пьяных. Жопа.
Сидели мы так минут сорок. Периодически разговаривали о паршивости данной ситуации, о том, что дома нас уже ждут. Какие мысли меня одолевали в тот момент… Страшно подумать, ведь я на самом деле думала, что мне придется ночевать на остановке с Медочком на плече (стоит заметить, что ее состояние было хуже чем мое, ведь ее не рвало и весит она килограмм на 10 меньше, чем я).
- Это что такое? Девочки, как не стыдно – услышала я знакомый голос, а потом просто не поверила своим глазам. Передо мной стояла Таня, наша практикантка, которая преподавала у нас год назад. Поняв, что мы просто в гАвнищу, девушка повела нас в кинотеатр, который был ближайшим местом с кафе. Посадила на мягкие диваны, купила нам по одному самому большому и крепкому кофе, которые только возможно, позвонила подруге, которая принеслась через пять минут и стала допрашивать, нахрена мы, блин, столько выпили. С Медочком все было просто – забыться, об учебе не думать. Со мной, как всегда хуже. На пьяную голову из меня полилось. Я начала рассказывать про Андрея. И говорила, говорила, говорила… И про самоубийство и про мысли, про… Вас. Медочек смотрела на меня с ужасом. Тани (обе они Тани) – с непониманием. Потом мне чистили мозги, что, мол, нельзя жизнь губить из-за уродов всякий, рассказывали десятки похожих историй, и, непременно, с хорошим и счастливым финалом… Распрощались мы подругами, домой я пришла и сразу в душ, так что меня не запалили и я зареклась тогда столько пить. Особенно с парнями.
Глава вторя. В которой Настя узнала другую сторону дискотек и себя.
Жизнь нормализовалась и три недели я жила в туманчике. Плохо помню, что происходило, что с кем. Собирались все пойти на дискотеку. 18 или 19 октября, точно не помню… Я тоже купила билет. А 14 октября умерла моя любимая бабушка. Хотя я всегда звала ее только по имени. Рема. Ее даже назвали в честь основателя Рима – Ромуальда. Красиво, правда? В общем я ругала себя, на похоронах рыдала так, что с трудом помню что и как. Вот как сейчас подступает. На дискотеку я ехала с твердым намерением не пить и не ширяться (в кармане у меня лежал пакетик нацвая). Было тухло, музыка отстойная, и вообще погано. Через полчаса Медочек уговорила меня закинуться. (Нацвай… хм… помесь гашеной извести, куриного говна и чего-то там еще. Можно считать легким наркотиком. Закладывается за нижнюю губу (чтобы быстрее всасывалось и не чувствовалось вкуса.) Зашли мы в дальнюю кабинку. Я знала, что если она первая это сделает, то я не смогу. Положила себе на ладонь, отвернулась, закинула, поправила. Если честно, то я помню последующие сорок минут досконально, а следующие три часа подробно. Медочек была второй, закинуть у нее получилось хуже, и доза была больше, но мы не думали об этом. Мы вышли, сели за столик. Разговаривать было невозможно. Как мне рассказали потом, нацвай сначала резко разъедает десну и слизистую губы, а потом давление взлетает как дрожжевое тесто на батарее.
А теперь как помню это я.
Губу драло нереально. Я немного терпела, а потом меня повело. Резко стало холодно, на секунду, потом начало сводить все тело, будто расползается что-то. Как хурма, сильно вяжущее, только по мышцам. Бросило в жар, а потом снова свело. Все это за секунды. Я думала, что упаду со стула, хотя попа так отяжелела, что я готова была лопнуть. Медочек в ужасе забила руками по столу, но из-за музыки этого было не слышно. Она убежала в туалет, причем ровно, как нормальный, вменяемый человек. Я пошла за ней, но мне казалось, что я иду по Юпитеру, что меня сильно тянет к земле и мотает, чтобы не вызвать подозрений я сделала вид, что поправляю прическу у зеркала. На меня смотрело обычное отражение, но каждое прикосновение отдавалось в голове как звук удара кувалдой по наковальне. Короче, сорок минут меня блевало вместе с Медочком, мы что-то говорили, но не слышали друг друга, к нам забегали девчонки, думали, что мы перепили. Самое страшное, что все это время сохранялось ясность сознания. Я все прекрасно понимала, и мне было страшно, но тело было почти безконтрольным. Потом я догадалась промыть рот, Мед попросила воды и оставить ее одну, умылась, купила Меду воды и пошла на танцпол. Тут меня так колбасило, что я танцевала полчаса не прерываясь ни на минуту. И я увидела Андрея. С Олей, теперь его девушкой. Они лизались у моего лица. И знаете что? Ничего. Я отвернулась и меня покалбасило снова. Он еще повертелся и ушел. Я потанцевала на сцене вместе с ребятами. Рядом был Андрей и мне хочелось продлить этот момент. Потом я проведала вторую наркоманку. Медочку полегчало немного, мы покалбасились вместе.
Следующий день пролетел как в тумане, но у меня не выходила из головы Оля. И нацвай.
Мне легче было застрелиться, чем думать о том, что могло бы не случиться всего этого.
А потом как-то резко началось.
Я пишу пока. А вы об это подумайте. И да. Мне стыдно
