Я не знала войны, повезло мне родиться позднее.
Только деда ни разу не видела в жизни своей,
Я без деда росла, без него становилась взрослее,
Но его не хватало, наверное, в жизни моей.
Мне его не хватало, и часто смотрела на письма,
Те, что бабушке с фронта с оказией он присылал,
В их хранении, может, и не было здравого смысла,
Только дедушка этого так никогда не узнал.
Приближается май, снова праздновать будем победу,
Вспоминать о друзьях, кто не дожил до радостных дней,
Будем снова вести с ними, павшими в битвах, беседу
Вспоминая те дни и так рано ушедших друзей.
Будем всё вспоминать, как сражались, и не отступали,
Как отчизну свою сохранили, врагу не отдав,
Как за счастье людей незнакомых совсем погибали,
Не успев дописать, не сказав, ничего не узнав...
Письма с фронта, наверно, у каждого в доме хранятся,
Их так трудно читать, и порою за давностью лет,
Эти письма родным лишь ночами тревожными снятся,
Оставляя в душе у нас яркий негаснущий свет.
В этих письмах война, свист от пуль, боль и грохот снарядов,
Эти письма, порою, так трудно, до боли читать.
Только письма с фронтов от родных нам хранить, всё же надо,
Для того хоть, чтоб сильными, как и они в жизни стать.
Письма с фронта, пропитаны гарью, и болью, и кровью,
В них вся горькая правда о том, как жилось на войне,
Эти письма не часто читаем сегодня с тобою,
Может быть, оттого мне сегодня больнее вдвойне.
Эти письма хранятся у нас возле самого сердца,
Не в шкафах, не на полках, а именно в нашей душе,
И от боли от этой порой просто некуда деться,
Потому, что все письма мы знаем на память уже.
© Copyright: Ирина Расшивалова |
|
Когда-то Питер и Эйнсли были безумно увлечены друг другом, но теперь, прожив вместе полтора десятка лет и родив троих детей, остыли и превратились в равнодушных соседей. Да, любовь вроде бы никуда не делась, а вот страсть ушла. Оживить прежние чувства не помогают ни романтические ужины при свечах, ни сеансы психотерапии, и тогда Эйнсли отваживается на радикальные меры: они с Питером заключают соглашение, которое позволяет им заводить знакомства на стороне. И по мере того, как супруги раздвигают границы обмана, искушений и подозрений, каждый начинает задаваться вопросом: а не наступит ли «пока смерть не разлучит нас» гораздо раньше, чем предполагалось? 
В летнюю ночь 1829 года в старинном особняке на побережье Корнуолла умирает леди Таверн - хозяйка поместья. 
