Отрывками пробежали чувства прошлого. Слова... Слова так навели тоску. Еврейские надгробья окружали пол вечера. И снова слова, незначащие ничего, падали в сугробы и в руки. Это мёртвый день. Он забыл. Вкус пишущей ручки слегка отдаётся вкусом крови. А сердце всё не остановится....
Есть ли предел нервам? В противном случае у меня их не останется.
Бесполезная и прошлая легенда.
Я хочу дежа вю.