Иногда моё сердце сжимает щемящая грусть из-за того, что я не имею возможности увековечить некоторые картины, которые подстерегают меня на моем жизненном пути. Фотоаппарат не всегда под рукой, а даже если и под рукой, то не всегда удобно лезть к человеку в лицо с объективом.

Вот, например, однажды мы с друзьями шли по Лондону и увидели в подземном переходе бомжа. Свежая румяная благоухающая дама лет 60 возлежала на мягком матрасе, устланном кипельно белыми простынями, укрытая красочным чистейшим ватным одеялом, вся такая нарядная, в руках со свежим французский маникюром сжимала дымящуюся чашечку кофе. Мы впечатлились и кинулись ее фотографировать. Она сначала возмутилась бесцеремонным вторжением в ее частную жизнь, но потом, когда мы извинились и объяснили свои мотивы, сменила гнев на милость и потребовала компенсации за фотосессию, размером в один фунт стерлингов. Улыбалась и махала нам наманикюренной рукой из-под перин.

И вот сегодняшний день был богат на картины.

Дождливое осеннее утро подарило мне женщину в туалетной будке. Видели синие пластиковые туалетные будки - для общественного пользования в местах скопления народа? Обычно при них бывают женщины (операторы общественных туалетов), которые собирают деньги на поддержание чистоты. Вот такой оператор меня и поджидал. Она была женщиной крупной, корпулентной, как говорят немцы. Она сидела в синей будке, как сова в дупле, заполняя все ее пространство, как будто будка была ей обрамлением, как будто ее туда долго втискивали, еле-еле втулющили, и так оставили. Она, кажется, была завернута в клетчатый плед и утеплена большим мягким рыхло вязанным беретом. Сидела так себе в дупле и бесстрастно взирала оттуда на бегущую мимо жизнь. А ноги ее прятались в белой коробке с большой ярко-черной лаконичной надписью GLAMOUR.

Вторая картина современной жизни ожидала меня в Гранд Отеле Марриотт. Возле гардероба там есть хорошо оборудованное место чистильщика обуви. Красивые солидные дяди очень любят перед конференциями и обедами, сдав пальто, сесть на высокое мягкое кресло, закурить сигару, взять в руки деловую газету розового цвета, и отдаться неге, пока потомственный чистильщик со вкусом, с чувством, с толком, с расстановкой наяривает их штиблеты. В общем, потомственный чистильщик был сегодня негром. Это ж надо было найти в небогатой на представителей черной расы Москве негра, который будет чистить ботинки гостям Марриотта. А все для чего? Для того, чтобы гости себя почувствовали настоящими Мистерами Твистерами!

Вмонтировать себе, что ли, в левый глаз скрытую камеру?...