Ты участлив, но отнюдь не счастлив,
Уточняя, как мои сердечные дела,
Я участлива, но отнюдь не счастлива,
Усмехаюсь крикам чаек, да, дела…
Ты меня на руки – и под небо,
Тебе хочется разнять горизонталь,
Тонкие перила еле держат…
Ноги бедра обняли… смеемся в даль.
Чуть неловко мне от вольности сюжета,
Ты стараешься неловкость оттенить
Вольностью народного куплета…
Как мы можем так с тобой дружить?
Ты участлив, но отнюдь не счастлив…
Мне не вспомнить, отчего я не смогла
Полюбить тебя, что ж, видно к воле-воля,
К горю слабость, а к судьбе – судьба…
Но бродить с тобой под сводом неба,
Корчить рожицы под строгий объектив,
Попирая шутками приметы, это больше,
Чем любовный негатив. Тот, что после станет
Просто – фото, чтоб напомнить,
Что тогда-то вот и с тем, связывало что-то,
Это что-то было до предательств и измен.
А с тобою нас венчает небо, сплав по рекам,
Парашютов купола, и в зените солнца
Звучность смеха, в нем участлив ты,
И так несчастна я.
В наших встречах мы о том не помним,
В наших встречах мы с тобой живем,
Тем, что навсегда с тобой запомним,
Бирюзовым, скоротечным днем.


Это после прогулки написалось... ;\