Истома…какой день… будто несколько лет вплелись в его кружево.
Почаще, побольше? Всегда импровизации удаются лучше, чем заготовки сценариев.
В середине города есть гора. Она заметна при фотосъемке, но в суете праздных будней ее не замечают. Вот на нее то мы и сподвигнулись взобраться с единомышленником.
День начался с рассвета. Два часа практических занятий на учебной машине- пункт номер один, после, по плану, я поехала к месту встречи. От напряжения непривычки этого непостижимого сцепления, которое я все время отпускаю раньше, чем требуется, что приводит, к, гм, неврастении инструктора, у меня дрожали колени… солнце зализало лучами ранки самолюбия, к приезду на место я уже могла внятно улыбаться… а мозги адекватно мыслить. Видимо сказалось нервное напряжение последней рабочей недели: я умножала 12 на 160 минут 15, чтобы рассчитаться за учебную езду… промямлила инструктору по завершении: «На меня сейчас нельзя обижаться, сами видите»… он согласился, что налицо признаки переутомления…
В общем, день, своей полной весенней восхитительностью поправил ум, прибавил сил и я была готова к дальнейшему употреблению меня матерью-жизнью…
Оказалось, что Фуникулер не работает…пришлось преодолеть первую гору этого дня… влезла, оказалось, что на 40 минут раньше назначенной встречи. забралась на перила видовой площадки, достала тетрадь, писала стихи… это уже не лечится, носить с собой бумагу и ручку всегда….
Павел, как всегда, явился секунда в секунду. Уважительная способность… я вне работы могу так расслабиться, что опоздания приравниваются не к минутам, а к суткам. Хорошо, что не к годам… да…
И мы пошли. Это было – волшебно. Лес в прожилках первой зелени,. Золотые глазки подснежников, запах жирной и прелой земли, то, чего мы лишены, бродя по бетонным покровам города… до щипания в глазах хотелось снять обувь и распластать незащищенную стопу по этому месиву из почвы, сухой травы, пыли, листьев, веток.
И вот – вершина. Воздух медовый. Квадрат скал… каркас треугольного сооружения и стальных прутьев на нем. И город, обнаженный на три четверти своего тела. Мы стояли, открв рты, два Колумба 21 века. … даже подумать было нельзя, что будет такой вид. Он снимал город, меня на его фоне, а я звала ручных голубей, кормила их припасенным хлебом (привычка, идя в лес, брать хлеб)… это ощущение неописуемо. Потом мы с изумлением искали в этом макете известные здания, хохотали в теплое небо, от восторга, видимости, размеров…
Вторая гора легла чуть ниже. Открытием для меня стал крест, из латуни, метров 10 высотой, водруженный на ее макушке. Церковь Христа… и молящиеся, у подножия… мы прокрались мимо, я пресекла порыв Павла подойти, сказав, что туристы в церковь не ходят… мы расположились чуть ниже, на пятачке скал…
Впитывали умиротворение места, оглядывали два района, не видимых с точки обзора прежней горы. И говорили… о жизни, о любви, о мечте, …
Мы будем снимать фильм. О городе, который мы любим. Эта идея возникла у меня тогда, когда я полюбила… и все не давала покоя. Но чтобы ее осуществить, нужен единомышленник. Кто лучше смог бы справиться, как не Павел? Он так же безумен, как и я, в движении по лесам-озерам, прыжкам в небо… обсудили идею, составили сюжет, бюджет… будет фильм. Все существо поет от этой мысли!
Спускаясь с горы, решили перекусить и двигать в залив Петра Великого… на самую высокую точку, откуда обозреваемы острова…
Кобальтовое море в мозаике расколотых льдин. Мне так хотелось тыкать в них пальцем, забавляясь, представляя, что эта синь у моих ног, вода в тазу… искрящаяся, зеркальная, дурманящая первозданностью. Уходить не хотелось. Хотелось кричать от восторга… раскинула руки и выплеснула радость!
Брели назад, задумчивые, будто узревшие пост Бога.
Город. Смог. Мусор. Ржавое море. Нескончаемые следы цивилизации…
Повысить настроение решили мороженным.

Но все же - тело поет. Душа живет.