"Кранты"
Яшка Казанова

несказанных нежностей тромбофлембит
мне вылечит женшина в белой сорочке.
не врач, но в попытках целебно любить
даст фору врачам, экстрасенсам... короче -
я помню твой запах и угол плеча
пока. поправимо. залижет, загладит.
не врач, я бы вряд ли бежала к врачам
по осени. строгие стройные грани
стакана, как грации. танго. сюжет
донельзя убог. это даже приятно.
я помню твой голос невнятно, уже
замазана ранка, поставлен на якорь
бумажный корабль. и дым из трубы
коптит мне ресницы.
особая пытка -
так просто лечиться любовью любых,
столь неприхотливых к еде и напиткам.


"сон в 635"

Я напою тебе все колыбельные,
Я напою тебя собственной влагою.

Тоненький мальчик в повязке набедренной
Грезит тяжелыми латами.
Робко алеющий под куртизанками -
Пламя мужчины живее, чем адово.
Ломаный мальчик, мечтающий: завтра бы
Стать гладиатором.

Я дорисую тебя до излучины.
Я дорискую добраться до истины.

Ангеломальчик. Повадки изучены,
Жестикуляция искренна.
Как объяснить ему соль тавромахии?
Как обласкать, не касаясь заветного?
Стройный подросток с улыбкой романтика,
С детски-припухшими веками.

Я добегу до тебя через минное
Я доползу до тебя по пшеничному

Собранный мальчик, точеней змеиного
Жало тугого мизинчика.
Боль достижений сравнима с истерикой
После оргазма. Как спешно и солчнечно
Бодрое утро несется из телека
В новеньких белых кроссовочках...

гу гы


Остываю, оставаясь для тебя нелепым спазмом,
Как предродовым, но это уничтожит анальгетик.
Мы с тобой насочиняли десять тысяч теплых сказок,
Десять тысяч дивных сказок, детских сказок для бездетных.
Мы с тобой нарисовали восемь глобусов Испаний,
Двадцать глобусов Шотландий на пергаментной странице.
Мы с тобой топтали небо босиком и засыпали,
Нагулявшись до мозолей розоватых круглолицых.
Не связав друг друга кровью, не убив друг друга кухней,
Остываем, оставаясь фотоснимками в блокнотах.
Так проходит третье лето. В рыжий выгорели кудри
Узколобого мальчишки. Гугенота.

влюбовь

глаза разбиваются о весеннее
и пляшут джигу в прозрачном мареве.
мартовской кошкой вопит о семени
каждая жила природы-матери.

мне пьяно от жидкого электричества
твоих недомолвок... а воздух бешено
терзает ноздрю, и хочется стричь его
косички тяжелые. русо-бежевый

солнца обрывок на подоконнике
кромсают, как хлеб, сослуживцы... кажется
никто не наестся, случатся колики
от перееданья весны. для каждого

лекарством - любовные перепалочки:
паленым пахнуть - не то, что жареным!
и под руку бродят по марту парочки,
и топчут март, и по-женски мне жаль его...