Я влюбилась в этот город в 13 лет. Проездом видела его с трехлетнего возраста, так как папа сам родом с Украины, то мы путешествовали почти каждое лето, а путь был стандартный Владивосток-Москва…
Почему в 13? Скорее потому, что именно тогда я начала понимать окружающий мир, именно тогда стали появляться предпочтения. До этого святым был взгляд и вкус родителей.
Владивосток казался мне тогда огромным. Родилась я в небольшом городке с 60 тысячами жителей, с непритязательным названием Дальнегорск. Из курса географии 9 класса мы, юные уроженцы этого городка, узнали, что он, почти единственный в своем роде, богат запасами руды, драгметаллов и серы… в прямой зависимости от этих месторождений и находились здесь живущие. Все население было занято работой на рудниках, химическом заводе. Завод вырабатывал серную и борную кислоты, идущие на экспорт в Японию, рудники – руду, только куда девалась руда не припомню, мои родители были, да и есть, тружениками химического завода. Посему я и была в курсе всех производственных проблем, случаев, нововведений…
Так вот, когда я увидела Владивосток тем самым, уже осмысленным взглядом, со всеми его особенностями, плюсами-минусами, я поняла, что буду жить здесь, буду потому, что покорена им… Из-за склонности к экстриму, так получается.
Владивосток – город у моря. Город на горах. Город с хлестким климатом, с бесконечными лестницами, по которым карабкаться в зиму – верх альпинистского искусства, колючими ветрами, освежающими летним зноем, неистощимыми туманами, в контрасте с которыми летнее солнце воспринимается, как дар небес, стаями чаек, вместо привычных воробьев - голубей, живописными мусорными кучами, как автомобильными, так и бытовыми, происходящих, видимо, от засилья рыбацких привычек, моментально приживающихся к мигрирующему населению… и с неизлечимым бездорожьем. Знаю не понаслышке, что граждане страны восходящего солнца, ибн Япония, приезжают на эдакое своеобразное ежегодное авторалли, поймать дозу адреналина, погоняв по местным тротуарам… нет в Японии таких магистралей… А еще это город высокого синего неба, морского бриза, яхт, катеров, катамаранов, прибрежных пляжей и островов, город с изобилием морских продуктов с космическими ценами на них, и не только, вообще с космическими ценами… твердолобым этот город дает зарабатывать деньги, но и просит за удовольствие проживания в нем достойную цену… Дешевкой его вряд ли кто посмеет назвать…
Зимой, если выпал снег, то все, город замер, будто поперхнулся снежной крошкой… школы, детские сады закрываются, вся экономическая инфраструктура бьется в припадке от невозможности продолжать деятельность из-за непроходимости дорог. Лето – пора тайфунов, что ни дождь – то медленное затопление, с горстками обреченных, умудряющихся потонуть в лужах… правда эти лужи правильнее было бы назвать новообразовавшимися прудами (вот радость ихтиологам карпов разводить то, пользуясь случаем!)…
А еще он богат парашютным видом спорта, клубами аквалангистов, кварталами со старинными застройками канувших в лету помещиков и губернаторов, великим множеством биллиардных, кинотеатров, саун, ночных клубов, кафе, казино, безликими новостройками, воткнутыми в покоренные горы, всеми теми составляющими, что делают город – Городом…
Вот такой вот бурдомес я и люблю. Ковыряюсь в нем с толком, с чувством, с душою… и ощущаю себя, как рыбина на нересте в девственно чистых прибрежных водах…

В этом городе чайки заняли все свободные места и вакансии
Сизо-пегих привычных, родных голубей, и увидеть в нем чайку,
Жующую жадно падаль мусорного контейнера
Не изысканнее, но гораздо привычней, родней.

Этот город своими туманами, просыпается юной девушкой,
Обернутой кисеей, и дрожат на мерцающей заводи,
Как ресницы трепещущих век, моря сонного блики рассветные,
Как поверить, что за сто ей с лихвой?

И с волос поминутно смахивая капли утренних слез красавицы,
Утопая по щиколотки в скопившейся их воде,
Я все так же, как прежде, к ней внимательна,
Я ликую, я просто счастлива в ее сто сорока летней среде.

Что это, если не любовь с первого взгляда?
За обладание ею я платить рада,
Пусть не только восторга любовью,
А и всякой Приморской хворью...