Ростислав Ищенко

В последнее время получаю в личку много сообщений в стиле “все пропало”, “Путин всех сдал”, “Донбасс слился”, “Госдеп всех переиграл”. Отвечаю всем пишущим одновременно, поскольку не могу тратить время на каждого.

Я не астролог, не гадалка и не оракул. Я привык оперировать фактами. Что говорят факты?

Во-первых, если бы у американцев на Украине все было бы в ажуре, они бы не разжигали гражданскую войну. Было бы эффективнее использовать целостную и единую Украину, как таран против России. Американцы гражданскую войну разжигают. Значит, не рассчитывают сохранить Украину ни единой, ни целостной. Румыния и Венгрия в открытую, а Польша пока молчком начали присматриваться к некогда утраченным в пользу Украины территориям.

Ведущие политики ЕС неофициально (но так, чтобы это стало достоянием общественности) говорят о неизбежности распада Украины и о готовности ЕС гарантировать ее западные (только западные) области. Легко понять, кому предлагается гарантировать остальное. Победа хунты, между тем, предполагает сохранение территориальной целостности. Значит, на победу хунты ЕС не рассчитывает. В Вашингтоне и Брюсселе, что хуже нас оценивают ситуацию, у них информации меньше? Не думаю.

Во-вторых, за четырнадцать с половиной лет, в течение которых Путин находится у власти, я (и по-моему не только я, но и многие отечественные и зарубежные наблюдатели) выделил его следующие черты:

1. Он ничего не делает спонтанно. Все его шаги взаимосвязаны и просчитаны. Бывает, что и на годы вперед. Это не значит, что Путин и его команда не допускают ошибок, но они их допускают значительно меньше, чем их оппоненты (и их ошибки не являются стратегическими), а на войне, в политике и в шахматах, как правило, выигрывает тот, кто допускает меньшее количество ошибок и чьи ошибки не носят катастрофического характера.

2. Путин намертво связал свою политическую и личную судьбу с возрождением величия России. По характеру он человек, который может гнуться, отступать, никогда не сдается и никогда не упускает из виду свою стратегическую цель. Если Путин сражается под Сталинградом, это не значит, что он не вступит в Берлин.

3. Всем понятно, что потеря Украины будет означать достаточно быструю дестабилизацию также и России, с высоким шансом перерастания в катастрофически быстрый распад государства. Думаю, что-то, что ясно всем, тем более ясно Путину.

4. Никогда без российской поддержки (не только моральной) восстание на Донбассе не случилось бы и не приобрело бы столь всеобъемлющий характер. То, что доказательств такой поддержки нет, не значит, что ее не было, просто люди умеют работать.

5. После того, как Крым был присоединен к России, присоединение Юго-Востока или создание там российского протектората стало военно-политической неизбежностью. Военной потому, что в силу своего географического положения и ландшафта, Крым абсолютно незащитим без контроля материка. Для того, чтобы просто контролировать пригодное для десантирования крупных сил на всем своем протяжении побережье, в Крыму необходимо сосредоточить явно избыточные силы (не менее ста тысяч человек). И это все равно не поможет.

Только в двадцатом веке Крым четырежды захватывался в сжатые сроки и меньшими, либо равными по численности войсками. В 1920 году Фрунзе сбросил в море 120 тысячную армию Врангеля. В 1941 году Манштейн разгромил в Крыму группировку советских войск, насчитывавшую от 200 до 350 (по разным данным) тыс. чел. в 1942 году тот же Манштейн, сражаясь на два фронта, разгромил Крымский фронт на Керченском полуострове и Приморскую армию в Севастополе. Общая численность разгромленных им войск – свыше полумиллиона человек. Но до этого немцы не смогли предотвратить проведение Керченско-феодосийской десантной операции, объединения плацдармов и создания Крымского фронта. Между тем, упомянутый разгром Манштейном значительно превосходящей его количественно и качественно (по военной технике) группировки советских войск, в условиях необходимости сражаться на два фронта, свидетельствует о том, что это был военный талант первого порядка. И даже он не смог предотвратить свободного десантирования крупных сил в Крыму.

Наконец, в 1944 году 17-я немецкая армия общей численностью 170-200 тыс. чел., до этого практически год успешно оборонявшаяся от многократно превосходивших ее по численности советских войск на Кубани, была молниеносно разгромлена в Крыму равными силами Красной Армии сразу же после того, как советские войска заняли Северную Таврию.

Политическая неизбежность деструкции украинского государства связана с тем, что ни один киевский режим не признает потери Крыма. Значит с международно-юридической точки зрения позиция России останется уязвимой в исторической перспективе (у Японии куда меньше оснований претендовать на Южно-Курильскую гряду, а сколько с ней проблем!). А вот в случае исчезновения современного украинского государства совершенно неважно, будут ли на его месте российские провинции, подмандатные территории России и ЕС или какие-то новые государственные образования – в любом случае все это будет создано уже в новой политической реальности (с российским Крымом) и вынуждено будет эту реальность признавать. Это означает, что неизбежен не только контроль над Юго-Востоком, но и поход на Киев (иначе хунту не прогнать).

6. США пытались заставить Россию принять непосредственное участие в военном конфликте на территории Украины. Цель – вбить клин между Россией и ЕС. Можно было, конечно, плюнуть на это и все равно послать войска, но геополитические издержки были бы крайне высоки. Путин принял решение добиваться своих целей в ходе гражданской войны на Украине. С точки зрения интересов граждан Украины (моих в том числе) это крайне неприятное решение. С точки зрения государственных интересов России – логичное. Кроме того, оно находится в русле традиционной политики Путина – он никогда не принимает решений, просчитанных оппонентами. Его характеризует неожиданность политических ходов. Самые крупные современные политики и самые талантливые эксперты не берутся предсказывать ходы Путина.

7. В свете сказанного, при всем уважении к лидерам сопротивления Донбасса, я сомневаюсь, что Путин не предусмотрел дублирующих механизмов, в случае неожиданного изменения позиции Губарева, Стрелкова (еще кого-то) или, например, гибели кого-то из них или их соратников или даже их всех. Судьба сверхдержавы, результат ее многолетней политики, не может зависеть от одного человека или группы людей. Результат такой операции, как сейчас проводится на Юго-Востоке, должен быть многократно гарантирован. Слишком высоки ставки. Здесь нет места случайностям и импровизациям. Поэтому Донбасс не может "слиться", пока так не решит Путин, а Путину пока явно нет смысла принимать такое решение.

8. Переговоры с Киевом, Брюсселем и Вашингтоном о мирном урегулировании не исключены, но пока они не готовы дать России то, что ей нужно, да и не могут (как Турчинов согласится с потерей Крыма, федерализацией, двуязычием, нейтральным статусом и т.д.? его же собственные боевики убьют.) Между тем, газовый вопрос надо решить до августа, иначе Европа зимой может столкнуться с экономическим и политическим кризисом, который ЕС уже не переживет. России же ЕС нужен не в качестве охваченных гражданской войной развалин (как сейчас Украина), а в качестве партнера. Поэтому очень высока вероятность военного решения украинского кризиса путем наступления на Киев армии Юго-Востока. Если Киев будет взят, то надо полагать, что Брюссель и Вашингтон будут вполне договороспособны по вопросу проведения на Украине демаркационной линии, разделяющей зоны ответственности России и ЕС (именно ЕС, а не США и НАТО) по украинско-польской границе 1939 года. В таком случае суверенное украинское государство достаточно быстро прекратит и свое формальное существование. В случае развития событий по любому другому сценарию (например, хунте удалось удержать Киев) ликвидация украинской государственности затянется на более длительный период, ЕС может столкнуться с серьезными проблемами и даже потерять Балканы, но Украина все равно будет ликвидирована, поскольку существовать она может только за счет внешнего финансирования, а сейчас дешевле будет забыть о существующем украинском долге, в связи с исчезновением должника, чем давать в долг дальше.

9. Патриотический подъем в России и моментальный взлет рейтингов Путина, как ответ на эффективную политику на украинском направлении сменятся разочарованием, раздражением и отказом в доверии, в случае, если Путин пойдет на неоправданные уступки. Поскольку же до сих пор вся вертикаль власти в России и вся российская стабильность держатся только на авторитете Путина, утрата Путиным авторитета будет иметь катастрофические последствия не только для него, но и для страны. Следовательно, он не может выйти из украинского кризиса по-иному, кроме как явным победителем.

Вот, собственно, все соображения и наблюдения, внушающие мне оптимизм, по вопросу стратегического разрешения украинского кризиса, но заставляющие предполагать, что крови прольется еще много и убеждать коллег быть осторожными, по возможности не лезть на рожон, особенно в городах абсолютно подконтрольных хунте (как, например, Киев). А лучше вообще, по возможности, искать более спокойные места. В условиях геополитического противостояния сверхдержав, герой-одиночка ничего не меняет. Даже во время Великой Отечественной войны подполье только там действовало эффективно, где оно было связано с Москвой и получало централизованные инструкции.

Еще раз повторю, я не предсказатель, могу и ошибиться, но пока развитие событий укладывается в логику вышеописанных процессов и соображений. Все остальное – эмоции, вызванные тем, что все хотят победить малой кровью, на чужой территории и еще вчера, но, к сожалению, не всегда так получается. Враг-то нападает только тогда, когда он считает, что достаточно подготовился, чтобы гарантированно победить, что он сильнее.

И еще одно, не надо думать, что победа предопределена. Враг тоже хочет и может победить. Если бы наше преимущество было очевидно, он бы не напал. Поэтому Путин может совершать не только заранее просчитанные, но и вынужденные маневры. Мы с Вами не являемся людьми, которым он доверяет свои тайны, так что и адекватно оценивать его действия и побудительные мотивы не можем.

Я знаю двух полководцев в истории человечества, никогда не терпевших поражений – два Александра: Македонский и Суворов. Путин может стать третьим (к тому же выигрывающим войны в соответствии с максимой Сунь Цзы: “Лучшая война та, которая не началась”). А может и не стать. Даже у Бонапарта было не только Бородино (которое бонапартисты до сих пор считают его победой), но и Ватерлоо, которое даже они признают поражением абсолютным и катастрофическим. Так что будем надеяться на лучшее и стараться помочь Путину. Кто бы и как бы к нему не относился, сегодня мы объективно в одном окопе. И, кстати, из всех теоретически возможных (известных мне) Верховных Главнокомандующих он – наилучший.

Благодарю за внимание и больше данную тему не обсуждаю – времени нет. Вернуться к ней возможно, если в общем раскладе политических сил и в ходе событий произойдут такие изменения, которые потребуют вписать в схему новые факты и согласовать их с уже имеющимися.

Источник