Оригинал сообщения
Комментарии:

Необходимо осознать валютную политику как важнейший элемент экономической политики современного государства 

Источник: расчеты ИКСИ по данным Банка России и Росстата

Поставленные задачи по модернизации и изменению структуры российской экономики требуют кардинального пересмотра целей валютной политики России. Частный капитал, как главный субъект модернизации, фокусируется на анализе потенциальных рынков для своего приложения. И валютная политика государства очень часто является решающим аргументом при принятии решения об инвестировании. Ведь величина курса национальной валюты может оказаться наиболее реальным инструментом поддержки и защиты рынка производимой продукции.Отказ от регулирования валютного курса провоцирует рост импорта за счет снижения спроса на продукцию внутренних производителей.

С 1999 по 2008 год рост объемов импорта оказался в 3 раза больше, чем рост промышленного производства, продукции сельского хозяйства и ВВП (рис. 1). Одновременно рост реального курса рубля к доллару опережал рост производительности, который определяет адаптационные возможности экономики в условиях роста курса рубля и ухудшения конкурентоспособности внутренних производителей. В 2003–2008 годах реальное увеличение курса рубля часто значительно превышало рост производительности (в отдельные периоды в три и более раз) (рис. 2), тем самым оказывая сильный негативный эффект на внутренне-ориентированные отрасли, которые столкнулись с резким усилением конкуренции со стороны импорта.  

Источник: расчеты ИКСИ по данным Банка России и Росстата

В 2010 году в российской экономике снова наблюдается ускоренный рост импорта, опережающий темпы роста и внутреннего производства, и потребления (рассчитанного как разница между суммой объема ВВП и импорта за вычетом экспорта). Так, при нулевом росте объема внутреннего потребления в I квартале 2010 года по сравнению с I кварталом 2009 года объем импорта за этот же период вырос на 11% (рис. 3). В значительной степени опережающий рост импорта является следствием политики Банка России, который отказывается принимать активное участие в процессе регулирования валютного курса. В результате объем импорта во II квартале 2010 года вырос на 33,1% по отношению к соответствующему периоду 2009 года, в то время как объем промышленного производства – лишь на 10,9%, а реальный ВВП – на 5,2% (рис. 4).

Источник: расчеты ИКСИ по данным Банка России и Росстата

Если провести сравнение со II кварталом докризисного, 2007 года, то объем импорта ко II кварталу 2010 года не только восстановился, но и вырос на 10,8%, в то время как объем промышленного производства не сумел даже восстановиться (–0,1%).Завышенный курс рубля снижает конкурентоспособность российских товаров на внешних рынках.  

Снижение конкурентоспособности вследствие роста курса рубля особенно справедливо для продукции российского машиностроения, доля которой на внешних рынках неуклонно снижается (рис. 5). При этом в результате роста курса рубля относительно других валют происходит постоянный рост цен на российскую продукцию. Так, на белорусском рынке в 2002 году цены на товары российского экспорта были в среднем на 5% ниже по сравнению со средними ценами импорта машиностроительной продукции из других стран, а в 2008 году этот разрыв сократился практически до нуля (до 0,5%) (рис. 6). Аналогичная ситуация отмечается на Украине: в 2008 году средние цены российской продукции сравнялись со средними ценами поставок из других стран, в то время как в 2002 году российские цены были ниже на 16%. Средние цены поставок российской машиностроительной продукции в Казахстан в 2008 году на 8% превысили средние цены казахстанского импорта.

Источник: расчеты ИКСИ по данным Банка России и Росстата

Рост курса рубля осложняет положение отечественных сельхозтоваропроизводителей, конкурирующих с импортом.Эта проблема особенно актуальна для тех видов продукции, по которым Россия в интересах обеспечения продовольственной безопасности добивается импортозамещения на внутреннем рынке (например, производство говядины). Снижение валютного курса рубля могло бы не только способствовать расширению внутреннего производства и потребления, но и стимулировать экспорт российской сельхозпродукции. Так, важной задачей в следующем году станет восстановление позиций России как крупного экспортера пшеницы и подсолнечника, а также продвижение на внешний рынок животноводческой продукции, внутренние потребности в которой практически удовлетворены (например, мясо птицы, свинина).

Источник: расчеты ИКСИ по данным UN Comtrade

Более того, снижение курса рубля может стать практически единственным способом защиты российских сельхозпроизводителей от конкуренции с зарубежными производителями. Так, в рамках переговоров о вступлении в ВТО 27 сентября министр сельского хозяйства Елена Скрынник заявила, что Россия не будет увеличивать господдержку агропромышленного сектора, в 2013–2017 годах сократит ее более чем в два раза – с 9 млрд. долл. до 4,4 млрд. долл. в год, а также будет соответствовать требованиям ВТО в части отказа от использования экспортных субсидий. 

Рост курса рубля ведет к значительному сокращению объема нефтегазовых доходов бюджета и росту его дефицита.Нефтегазовые доходы федерального бюджета «привязаны» к мировым ценам на энергоносители и курсу рубля к доллару. Повышение курса рубля ведет к сокращению доходной базы бюджета за счет снижения поступлений по НДПИ и экспортным пошлинам

Источник: расчеты ИКСИ по данным UN Comtrade

и соответствующему увеличению его дефицита. Так, при росте номинального курса рубля в 2011 году только на 1 рубль за 1 долл. по сравнению с прогнозными 30,5 руб. за 1 долл. недополученные доходы федерального бюджета за год составят 132,0 млрд. руб. (табл. 1). Для сравнения, эта сумма сопоставима с объемом запланированного бюджетного финансирования в 2011 году по разделам «Охрана окружающей среды», «Физкультура и спорт» и «Культура и кинематография» вместе взятым (141,1 млрд. руб.).

Таблица 1. Сокращение нефтегазовых доходов бюджета при росте курса рубля к доллару по сравнению с курсом, предусмотренным Прогнозом социально-экономического развития Российской Федерации на 2011 г. и плановый период 2012 и 2013 гг., млрд. руб.
	Экспортная пошлина на сырую нефть	Экспортная пошлина на нефте- продукты	Экспортная пошлина на природный газ	НДПИ на нефть	Всего потери доходов бюджета
2011 г. (с прогнозных 30,5 руб. за 1 долл. до 29,5 руб. за 1 долл.)	–60,8	–19,4	–11,6	–40,2	–132,0
2012 г. (с прогнозных 30,7 руб. за 1 долл. до 29,7 руб. за 1 долл.)	–63,4	–21,3	–12,6	–44,0	–141,3
2013 г. (с прогнозных 31,0 руб. за 1 долл. до 30,0 руб. за 1 долл.)	–63,9	–22,5	–15,1	–46,8	–148,3
Источник: расчеты ИКСИ на основе данных МЭР

Рост курса рубля может привести к провоцированию необходимости снижения ставок экспортных пошлин и ставок НДПИ и соответственно снижению доходов федерального бюджета. 

Рост курса рубля приводит к снижению рублевого эквивалента выручки от экспорта компаний, занимающихся добычей энергоресурсов, в то время как издержки производства и капитальные затраты номинированы в рублях. В таких условиях компании будут вынуждены сокращать капитальные затраты, что, в свою очередь, приведет к снижению объемов добычи и экспорта. В результате для сохранения объемов добычи может потребоваться пересмотр ставок экспортных пошлин на нефть, нефтепродукты, природный газ и/или снижение уровня индексации ставки НДПИ на добычу нефти и природного газа. 

В этом случае в 2011–2013 годах произойдет снижение заложенных в федеральный бюджет нефтегазовых доходов. Так, при снижении в 2011 году ставки экспортной пошлины на сырую нефть на 1 долл. за баррель доходы федерального бюджета сократятся на 66,5 млрд. руб. 

Рост курса рубля способствует притоку спекулятивного иностранного капитала на российский финансовый рынок и росту подверженности ситуации на рынке внешним шокам. 

Одним из важных последствий роста курса рубля к доллару является фактическое стимулирование международных финансовых спекуляций. При наличии пассивов в долларах появляется возможность получения дохода просто от инвестиций в рубль (даже без использования других финансовых инструментов), что только усиливает давление на рубль в сторону дальнейшего повышения его курса. Использование финансовых инструментов, номинированных в рублях (в частности, государственных облигаций), позволяет увеличить эту доходность. В результате как у иностранных, так и у российских участников финансового рынка снижаются стимулы для инвестиций в реальный сектор. 

Вложения в рубль при наличии пассивов в долларах США в течение 1999–2008 годов могли принести до 9,3% годовых за год, что значительно выше ставок по привлечению займов в долларах на международном финансовом рынке. 

При этом ситуация усугубляется планами российского правительства по увеличению государственных заимствований на внутреннем рынке. Проектом федерального бюджета на 2011 год и на период 2012–2013 годов предусмотрено, что верхний предел внутреннего государственного долга (за исключением государственных гарантий) по сравнению с 2010 годом в 2011-м вырастет на 38,9%, в 2012-м – на 91,2%, в 2013-м – в 2,43 раза. Более того, Алексей Кудрин заявил, что в случае выгодной конъюнктуры заимствований на внутреннем рынке Минфин откажется от привлечения части запланированных бюджетом внешних заимствований в пользу внутренних. Нарастание в 2011–2013 годах объема внутренних заимствований повысит уровень внутреннего долга (государственные ценные бумаги) до 11,5% ВВП (в конце 1997 года внутренний долг составлял 15,5% ВВП). 

Одновременное повышение курса рубля и рост объема государственных заимствований на внутреннем рынке создадут, как уже было сказано, благоприятные условия для притока на российский рынок иностранного спекулятивного капитала, который в первую очередь будет инвестирован в государственные ценные бумаги. В результате значительно вырастет степень зависимости российского финансового рынка от конъюнктуры мировых финансовых рынков и других факторов, влияющих на поведение спекулятивного капитала. Соответственно многократно повысится вероятность быстрого ухода с рынка держателей крупных пакетов государственных ценных бумаг и массового выхода спекулятивного капитала на валютный рынок. Если это произойдет, то правительство и Банк России либо будут вынуждены использовать значительную часть золотовалютных резервов для стабилизации курса национальной валюты, либо согласиться на «обвальное» падение курса рубля. 

Рост курса рубля может привести к сокращению числа рабочих мест и снижению заработной платы. 

Утрата ценовой конкурентоспособности отечественной продукции перед нарастающим импортом заставляет предприятия искать способы сокращения издержек. Наиболее распространенным выходом в такой ситуации является сокращение занятости и/или снижение заработной платы, что неизбежно влечет за собой тяжелые социальные последствия, особенно в моногородах. Согласно конъюнктурному опросу российской промышленности, проведенному ИЭП в августе 2010 года, этой осенью предприятия ожидают нулевых темпов роста спроса на свою продукцию, тогда как в I квартале 2010 года предприятия имели оптимистичные ожидания относительно восстановления продаж. В связи с этим планы изменения занятости на сентябрь-октябрь у предприятий снизились до нулевого уровня (годового минимума) – промышленность предполагает свернуть набор персонала. В условиях стагнации рост курса рубля может стать дополнительным фактором, способствующим ухудшению положения отечественных предприятий и сокращения занятости. 

Ряд зарубежных стран уже начали «войну» конкурентных девальваций для того, чтобы защитить местных производителей. Регулирование валютного курса теперь является необходимостью. 

В настоящее время мировая экономика вступает в новую эпоху «конкурентных девальваций», когда монетарные власти развитых и развивающихся стран принимают самое активное участие в процессе установления «правильного», отвечающего национальным интересам уровня валютного курса. Такая политика является своего рода ответом на проведение США и рядом других стран политики «количественного ослабления», когда центральные банки значительно расширяют предложение национальной валюты. В результате, как заявил министр финансов Бразилии Гуидо Мантега, «валютная война развязана». По его словам, «мы попали в разгар валютной войны, идущей за общее ослабление валют. Это угрожает нам, потому что снижает нашу конкурентоспособность». 

К настоящему моменту валютные интервенции провели центральные банки Швейцарии, Японии, Южной Кореи и Тайваня. Япония провела первые валютные интервенции за последние шесть лет. В то же время власти Китая давно уже действуют в этом направлении, последовательно проводя политику по защите курса своей валюты. Кроме того, по сообщениям СМИ, правительственные источники Сингапура и Колумбии также заявили о том, что не допустят роста курса своих валют. 

В этих условиях продолжение Банком России политики свободного курса рубля является прямым ударом по российским производителям, заведомо ухудшающим их положение на мировом рынке. 

Меры государственной политики Японии по противодействию росту курса национальной валюты и снижению ценовой конкурентоспособности национальных производителей. 

Текущая экономическая ситуация в Японии 

Восстановительный рост японской экономики после падения в 2008–2009 годах оказался непродолжительным. Уже во II квартале 2010 года темпы роста ВВП Японии существенно замедлились. 

Снижение темпов роста экономики связано с постепенным снижением эффективности программ стимулирования внутреннего спроса, которые были реализованы японскими компаниями и государством в 2009 году, а также с замедлением темпов роста внешнего спроса и прежде всего со стороны Китая, на долю которого приходится около 20% японского экспорта. 

Проблема сокращения спроса со стороны основных торговых партнеров Японии усугубляется высоким курсом национальной валюты. В условиях финансово-экономического кризиса японская иена рассматривалась инвесторами в качестве «надежной гавани» в случае избавления от активов, номинированных в долларах США и/или евро. Падению ряда иностранных валют по отношению к иене способствовало проведение в США и ряде других стран политики «количественного ослабления», в то время как Банк Японии от ее проведения отказался. 

Стратегия «бегства» из доллара и евро и инвестирования в иену использовалась не только частными инвесторами, но и государственными. По данным Министерства финансов Японии, только в мае 2010 года объем покупки Китаем японских государственных облигаций составил 8,3 млрд. долл., что практически в три раза превышает рекордный объем покупок, сделанных Китаем в течение всего 2005 года. 

В результате реальный эффективный курс японской валюты с начала 2008 года вырос на 21%, что является самым высоким показателем среди всех основных экономик мира, а курс иены относительно доллара в начале сентября достиг максимальной отметки за последние 15 лет (83 иены за доллар США). 

Высокий курс иены наносит значительный ущерб предприятиям-экспортерам. Так, по оценкам компании Toyota, увеличение курса относительно доллара США на 

1 иену снижает годовую операционную прибыль компании на 30 млрд. иен (около 360 млн. долл. по текущему курсу). Японские автокомпании постепенно переносят производства автомобилей из Японии (прежде всего в США и страны Азии), и высокий курс иены только ускорит этот процесс. 

Согласно опубликованным в конце августа 2010 года результатам опроса, проведенного Министерством экономики, торговли и промышленности Японии, 65% японских компаний ожидают сокращения прибыли и 40% из них планируют перенос производства в другие страны в случае сохранения курса на уровне 85 иен за 1 долл. При этом в случае сохранения текущего курса в течение 6 месяцев снижения прибыли ожидают 72% предприятий. Полученные результаты более чем в четыре раза превышают показатели опроса мая 2010 года, когда курс составлял 90 иен за 1 долл., и только 14% предприятий отмечали негативное воздействие курса иены на прибыль. 

Проведение интервенций в Японии в сентябре 2010 года. 

С целью сдерживания роста курса иены Министерство финансов Японии совместно с Банком Японии 15 сентября провели первую валютную интервенцию с 2004 года. 

По сообщениям СМИ, размер интервенции, направленной на продажу национальной валюты, превысил 2 трлн. иен. Последний раз столь масштабные интервенции в течение одного дня были произведены 12 лет назад (10 апреля 1998 года), тогда объем продаж национальной валюты в обмен на доллары США составил 2,6 трлн. иен. В 1999–2004 годах Минфином и Банком Японии было проведено 146 интервенций, но их объем не превышал 1,6 трлн. иен в день, а средний размер интервенции в этот период составлял 277 млрд. иен. 

Валютные интервенции, проведенные 15 сентября, привели к снижению курса иены: в течение дня курс японской валюты снизился на 2,6%. 

При помощи валютных интервенций Банк Японии одновременно может решать сразу несколько задач: влиять на курс национальной валюты и предоставлять ликвидность для банков (так как при интервенции происходит продажа иен в обмен на доллары). Таким образом, проведение валютных интервенций фактически ничем не отличается от политики ряда центральных банков по выкупу государственных ценных бумаг, которая активно применялась в условиях кризиса для расширения ликвидности банковской системы. 

Стоит также отметить, что с аналогичной проблемой «бегства» из активов, номинированных в евро, и резкого роста спроса на швейцарский франк столкнулся в 2009 году Центральный банк Швейцарии, который был вынужден провести валютные интервенции для ограничения роста курса национальной валюты. 

Валютная политика Китая до и после мирового кризиса. 

Власти Китая не хотят повторять ошибку Японии, допустившей значительный рост курса иены в середине 1980-х годов. Тогда власти США активно призывали Японию (точно так же, как сейчас и Китай) отказаться от регулирования валютного курса и увеличить курс иены относительно доллара США. В результате за два года курс иены вырос с 240 иен/долл. до 160 иен/долл., а темпы экономического роста Японии резко замедлились. В ответ власти Японии были вынуждены прибегнуть к снижению процентных ставок и наращиванию государственных расходов для стимулирования экономики. Однако такая политика привела только к образованию пузыря на рынке недвижимости, обрушение которого спровоцировало стагнацию в японской экономике на долгие годы (продолжается до сих пор). Таким образом, рост курса национальной валюты способен подорвать долгосрочное экономическое развитие страны. 

Власти Китая на протяжении последних лет проводят активное регулирование валютного курса, несмотря на противодействие со стороны развитых стран (прежде всего США).  

В 2005 году на фоне активного роста мировой экономики и спроса на китайские товары власти Китая допустили ослабление валютной политики. Однако с наступлением мирового финансово-экономического кризиса в 2008 году Народный банк Китая вернулся к регулированию валютного курса. 

18 июня 2010 года Народный банк КНР объявил об изменении валютной политики. Согласно заявлению, опубликованному на сайте банка, на фоне восстановления мировой экономики и необходимости обеспечения стабильных темпов роста экономики Китая «желательно продолжить реформу валютной политики и увеличить гибкость валютного курса». Однако на практике никакого существенного изменения курса не произошло. 

В настоящее время спор между Китаем и США по поводу проводимой курсовой политики существенно обострился.

В первой половине 2010 года США избегали открытой конфронтации с Китаем по вопросам валютной политики. В частности, сначала была перенесена публикация традиционного отчета Казначейства о состоянии мировой экономики, в котором публикуется официальная оценка валютной политики стран – торговых партнеров США, а затем отчет был опубликован без упоминаний о том, что Китай манипулирует валютным курсом. Однако во второй половине 2010 года, когда восстановление американской экономики замедлилось при сохранении высокого уровня безработицы, критика валютной политики Китая со стороны США резко усилилась. Константин Ремчуков Независимая газета

Я сейчас нахожусь: Israel
Мой настрой: Good
Я слушаю: Radio

LIci WP