«Пролитую слезу
из будущего привезу,
вставлю её в колечко.
Будешь гулять одна,
Надевай его на
Безымянный, конечно».

«Ах, у других мужья,
перстеньки из рыжья,
серьги из перламутра.
А у меня – слеза,
Жидкая бирюза,
Просыхает под утро».

«Носи перстенек, пока
виден издалека;
потом другой подберется.
А надоест хранить,
будет что уронить
ночью на дно колодца».
Иосиф Бродский

Я разлюбила его утром, на заре. Изменила своей привычке валяться в кровати до одиннадцати и встала с восходом солнца. Вышла в сад. Небо чуть светлело вдали, даря новый день, новые надежды и новую жизнь. Что-то под лопатками, под сердцем тупо ныло и тянуло вниз. Я долго смотрела на цветущие кусты роз и ни о чем не думала. Ни о чем не думать, поняла я тогда, - огромный труд, почти невозможный. Мысли лезут в голову сами по себе, и невозможно сосредоточиться, скажем, на красоте этого бордового куста.
В голове была суета. Она царила там уже давно, и сегодня желание навести порядок в мыслях было прочным и решительным. Я сошла с крыльца, сбросила с ног босоножки и пошла босиком по мягкой росистой траве. В воздухе немного отдавало ароматом роз и мяты, что росла чуть дальше к забору. Я остановилась, закружилась на поляне и упала в траву. Мысли снова потекли в мою голову…
Я подумала о том, что сейчас почти сбылась моя мечта. Я всегда мечтала пройти по цветущему лугу, по росистой траве за руку с любимым, а потом закружиться на месте и упасть в цветы, наблюдая, как ветер еле слышно колышет тонкие ветви деревьев. И вот я лежу на траве и вижу перед собой бескрайнее небо. Но в душе по-прежнему тяжесть и тягучая тоска.
Любимый? В моей жизни есть человек с таким званием. Я называю его любимым и иногда говорю «люблю». Он звонит раз в неделю и просит встретиться. Наши встречи как близнецы, но я пока помню каждую из них. Воспоминания об этих встречах роятся в моей голове и создают там полный бардак.
Он не звонил, кажется, с прошлой субботы. Мы не виделись с ним уже две недели. Странно, а я даже не обратила на это внимания! У меня не появилось острого желания видеть его или хотя бы слышать, чтобы надышаться его голосом, как кислородом, потом повесить трубку и неделю жить нашим трехминутным разговором или получасовой встречей.
Я ещё раз посмотрела на небо и увидела там большое полупрозрачное облако. «Я давно уже его не люблю», - промелькнуло в голове. Облако словно кивнуло в ответ и поплыло дальше, вновь открывая землю солнечному свету. Ветер пошевелил листву карагачей, и они зашелестели мне в ответ: «Ты давно уже его не любишь… Это привычка, привязанность, инерция…»
Когда-то было замечательное время, мы были счастливы, мы любили, по-настоящему и очень сильно. Я помню и это время, и его счастливые глаза, и свои опьяненные влюбленностью слова… Эти воспоминания не уйдут из моей жизни никогда, но наши встречи-близнецы вдруг как-то моментально стерлись из памяти.
Я встала и побрела в дом. Надо было поделиться с кем-то своим открытием. Я подошла к огромному зеркалу и весело сказала:
-Я не люблю его больше, представляешь! Я так плакала, когда мы ссорились, я так умела любить и быть счастливой, когда он был рядом! Но я не люблю его больше!
Я посмотрела в свои отчего-то совсем не грустные глаза и услышала в них ответ:
-Ты не любишь его, потому что он дал тебе всё. Вспомни себя до встречи с ним. Ты была совсем другая. Ты почти не умела любить, но ждала этой всепоглощающей любви. Он стал твоим первым мужчиной, и теперь ты – взрослая женщина. Теперь ты вольна в своем выборе, вольна в жизни. Он был для тебя только ступенькой, и ты должна, собрав волю в кулак, пойти дальше. Он помог тебе сделать полшага, остальные полшага делай сама.
Я улыбнулась и подошла к столу, на краю которого всё ещё стояла его фотография. Я посмотрела очень внимательно в его глаза:
-Я не буду убирать тебя отсюда. Ты стал моим первым учителем. Ты многому меня научил, спасибо тебе! Сейчас я напишу тебе по е-майлу письмо, где скажу «Прощай!», ты только не проси вернуться, потому что это слишком большое искушение. Я подумаю, что всё будет по-другому, и опять к тебе вернусь. А я хочу жить без тебя.
Я включила компьютер и принялась писать письмо:
«Я не знаю, что тебе сказать, потому что мне кажется, что ничего говорить не надо, но я так не умею и не хочу. Ты много значил в моей жизни, и я была с тобой счастлива. Ты меня очень многому научил, спасибо тебе за это, но теперь я хочу учиться сама. Мир такой огромный, и я хочу остаться с ним наедине. Прощай!»
Потом я собрала вещи и вышла на крыльцо. На улице смеркалось. На часах было десять часов вечера.
На следующее утро я уже летела в самолете, который через два часа благополучно приземлился в городе на Неве. Улочки и мосты, бульвары и площади встречали меня с улыбкой. Они были счастливы, что я приехала сюда одна.
Днем я зашла в интернет-кафе. Смуглый брюнет с голубыми глазами приветливо улыбнулся мне из-за своего столика и предложил угостить меня чашечкой кофе. Я сказала, что, может быть, соглашусь на кофе попозже и открыла новое письмо в почтовом ящике. На экране появился куст бардовых роз и небольшой текст: «Ты можешь мне не верить, но я всё ещё люблю тебя. Запомни мои слова, я всегда буду тебя любить. Ты навсегда останешься моей единственной, моей милой девочкой. Я буду ждать тебя каждый день. Я буду думать каждое утро, что сегодня мы с тобой встретимся и всё будет как всегда…» Это «как всегда» пугало затхлой обыденностью.
-Я вижу, вы заняты! Может, всё же не откажетесь составить мне компанию хотя бы ненадолго? – лучистые голубые глаза весело и игриво подмигнули мне.
«Может, этому смуглому голубоглазому брюнету будет чему меня научить?», - подумала я, пересаживаясь за его столик.

7 августа 2003г.