Надо сказать, что Меншикова башня или церковь Архангела Гавриила не входила в мои планы, да и сказать честно, я не знал о её существовании. Через Чистые пруды я направлялся на улицу Мясницкую к Чайному дому, который по своей красоте и интерьерам не уступает Елисеевскому магазину что расположен на улице Тверской. Однако, по пути мой взор привлекла возвышающаяся среди прочих зданий башня украшенная подобием папской тиарой и увенчанная крестом. Естественно, пропустить я этот объект не смог. Как оказалось, это довольно известная церковь, которая в народе получила название Меншикова башня и которая была возведёна по инициативе графа Александра Даниловича Меншикова (1673-1729). В 1699 году граф за 2 тысячи рублей приобрёл участок земли расположенный по соседству с Мясницкой улицей, где для него был построен большой и роскошный дом. Уже в те времена рядом с имением находилась каменная церковь названная в честь Архангела Михаила, первое упоминание о которой, как деревянной, относится к 1551 году. Перестроили её в камне в 1657 году. После того как семья Меншикова заселилась в этих краях, церковь стала домовой церковью семьи.

Строительство новой церкви, которую можно увидеть сегодня, но уже в изменённом виде, как утверждается в одном источнике опирающемся на архивные документы и факты, началось в 1701 году и продолжалось до 1707 года по плану и под руководством архитектора И. П. Зарудного. На то время церковь выглядела действительно как высоченная башня, и была абсолютно нетипичной для привычной для России церковной архитектуры.  Это было самое высокое здание Москвы, достигающее 84 метра. Уходящий в небо шпиль был украшен не привычным для церковных построек крестом, а фигурой архангела Михаила, но всё же с крестом в руках. На одном из ярусов башни были установлены часы-куранты, купленные в Лондоне за огромные на то время деньги, которые нам привычнее видеть на европейских ратушах и башнях, но никак на православных церквях. Как и часы Ратуши они каждый час, половину и четверть часов отбивали звон, а к полудня все многочисленные колокола церкви, коих было около пятидесяти, трезвонили аж целых полчаса. Башня со шпилем – это было конечно, нечто! Можно представить какое психологическое воздействие имел вид церкви с её курантами на тогдашнее население Москвы. 



Однако, будучи соратником Петра I-го, Александр Данилович по настоянию царя был призван в новую столицу, которой стал Санкт-Петербург, на должность генерал-губернатора от чего, естественно, Меншиков не отказался. Это случилось в 1710 году, после чего интерес к своим московским архитектурным деяниям у него пропал, как и желание вкладываться в их продолжение. Напрасно архитектор Зарудный пытался достучаться до Александра Даниловича посылая ему в 1721 году сообщение о том, что: «А на церкви не токмо кровля, и шпицер, и два полуглавия по самый осмерик, в котором часы стоят мокротою и ветром зело обило, а ежели не будет починено подмаскою или покрытием железным, то умножится гниль в дереве, ветром, расшатав, уронит. А надобно заранее подкрепить и вычинить и покрыть как шпицер, так и оба полуглавия железом дощатым сибирским». Но А. Д. Меншикова были свои архитектурные планы в Санкт-Петербурге, а московское прошлое его уже не интересовало.



Не нужно, так не нужно, подумали свыше, и… 13 июня 1723 года священник церкви отслужив вечернюю, тут же скончался. На следующий день, когда его тело принесли на отпевание, небо над Москвой заволокло тучами, сверху кто-то начал метать гром и молнии, и одна из молний поразила башню церкви, из-за чего случился пожар. Пожар продолжался часа два, люди пытались спасти церковные ценности, но многие из них погибли под церковными куполами, которые стали валиться с обгоревших перекладин, пробивая своды нижнего этажа церкви. Так наказал господь за пренебрежительное отношение к церкви, но почему-то невинных. Впрочем, и самому Александру Даниловичу досталось. 8 сентября 1727 года Меншиков был обвинен в государственной измене и хищении казны и вместе с семьей сослан в сибирский город Берёзов, а всё имущество Меншикова было конфисковано. Кстати, в церкви Архангела Михаила находилась икона с образом Полоцкой Божьей Матери, которая по предположению была написана самим евангелистом Лукой и которую Меншиков привёз после победного сражения в битве со шведами под польским городом Калиш. Икону вписала и церковный иконостас, при пожаре её сумели спаси, далее икона отправилась Санкт-Петербург, а после того как в 1727 году Александра Даниловича отправили ссылку, она бесследно исчезла.



Теперь вернёмся к церкви. После пожара её более-менее привели в порядок и на протяжении полвека она частично продолжала выполняла свою функцию. А вот реставрация церкви началась только в 1773 г. по инициативе и на средства некоего Гавриила Измайлова жившего на Мясницкой улице. Восстанавливать церковь в первозданном виде он не стал, вместе разрушенных многоярусных башенок, служившими колокольнями и шпиля, был построен завершающий церковь купол в виде барокко, а окна сохранившихся башен заложены кирпичом. На месте погибших скульптур установили вазоны.




Стены храма украсили многочисленной лепниной, среди которой можно было увидеть надписи с изречениями на славянском языке: «Дом Мой — дом молитвы», «Аз есмь путь к истине и живот», «Путь заповедей Твоих текох, егда расширил еси сердце мое» и другими. А также масонские символы и знаки повсюду: под высоким сводом было изображено Всевидящее Око; на южной стене интерьер украшало изображение Святой Чаши; внутри алтаря был изображён орёл, смотрящий на солнце; у жертвенника — лавровое дерево, а справа от него - лилия. И это потому, что Гавриил Измайлов был членом масонской ложе, которая существовала на то время в Москве. Недалеко от церкви Архангела Гавриила, в Кривоколенном переулке, в доме профессора Шварца, проживало около пятидесяти студентов организованной масонами Педагогической семинарии. И неудивительно, что верхние помещения храма, использовались для собраний масонов.



В начале XIX-го века  бывшая усадьба Меншикова была обустроена под городской Почтамт. В ведомство Почтамта и на его финансирование была передана и Меншикова башня, которую так и называли на то время: Гаврииловская церковь при почтамте. На её содержание ведомство выделяло ежегодно по 2600 руб. серебром. Службы в храме проводились только летом, так как внутри не было отопления. В 1806 году по заказу директора почты Ф.П. Ключарева при Гаврииловском храме на линии Телеграфного переулка построили церковь Федора Стратилата, которая использовалась как колокольня. Во время нашествия на Москву наполеоновских войск в 1812 году дом Почтамта и обе ведомственные церкви уцелели и даже не имели никаких повреждений. Сохранилась в целости даже вся церковная утварь.



В 1852 году митрополит Филарет, епископ православной российской церкви, наказал уничтожить масонские знаки расположенные на церковных стенах, однако, из-за отсутствия финансирования, это случилось лишь через 10 лет. А в 1872 году уже Почтамт отказался содержать на своем балансе церковь, после чего она стала приходской. После этого территория вокруг храма стала застраиваться, что и можно видеть сегодня – церковь со всех сторон плотно оккупирована различными зданиями.

В 1928 году, в после революционные годы, работники почтамта с новым мышлением составили обращение в Моссовет с предложением о сносе башни: «Само здание приходит в ветхость и никем не ремонтируется, как исторической ценности не представляет, никто её не осматривает и существованием её не интересуется, а между тем она занимает довольно значительную площадь во дворе Почтамта, которая в связи с механизацией крайне необходима для него. Ввиду сего Почтамт просит Президиум Моссовета о закрытии церкви и о предоставлении помещения для нужд Почтамта и, если возможно, дать разрешение к сносу её». Но этого, к счастью, не произошло. Тем не менее, через два года церковь закрыли и, естественно, богослужения в ней прекратились, а её иконостас был передан в Успенский храм Махачкалы.

В начале Великой Отечественной войны башня пострадала от вражеского налета немецких бомбардировщиков..



А в 1948 году произошло знаменательное событие: состоялся Поместный собор Русской православной церкви, в результате которого было принято решение об открытии при Московском Патриархате Антиохийского подворья для которого были выбраны церкви Архангела Гавриила, и Фёдора Стратилата. Открытие подворья состоялось 17 июля того же года, а через год были завершены восстановительные работы церкви. После уничтожения храма Спаса Преображенского на Преображенской площади в 1964 году, его иконостас перенесли в церковь Архангела Гавриила. И, кстати, храм Спаса Преображенского восстановили в 2015 году.

Когда я посетил эту церковь, она поразила меня своей красотой и обилием украшений. И, естественно, я не мог знать, что прежде она имела совершенно иной внешний вид. Теперь, сравнивая изначальный вид храма и нынешний, всё же вызывает сожаление, что его не восстановили в первозданном виде, что был создан архитектором И. П. Зарудным. Полагаю, на сегодня, это здание того вида было бы эксклюзивным для Москвы.



А уж застройка его плотным кольцом другими зданиями было плохим решением… Нынче  сфотографировать церковь толком невозможно, а ведь в начале прошлого века это не составляло проблемы.



Над главным порталом здания расположен барельеф «Вознесения Христова».



Над боковыми порталами рельефные изображения Архангелов Гавриила и Михаила.



Стены храма богаты украшены лепниной в виде гирлянд, орнаментов. херувимов, различных изречений на картушах и книгах, и многим другим.



Внутри храма не менее интересно, однако, к сожалению, пофотографировать не удалось, так как внутри его было прихожане со своими молитвами, и мне не хотелось их тревожить. Поэтому покажу лишь архивные фото найденные в недрах интернета.
.


Храм находится в двухсот метра от станции метро «Чистые пруды», адрес: Архангельский переулок, дом 15А, строение 9.

Текст, фото - @ SPRATO