В Калининградской области довольно много древних замков, вот только те, что не превратились в руины, лишь единицы. Самый ближайший к Калининграду сохранившийся замок – это замок Нойхаузен, что расположен в городке Гурьевск.

Однако, нынче, слово «замок» звучит гораздо более величественно, чем выглядит сам объект имеющий свою историю аж с конца XIII-го века. Когда идёшь по направлению к нему, то трудно угадать в том, что видишь на пути, имеющее какое-то отношение к замку, но это он и есть.



Как утверждается, в конце 1290-х годах на месте нынешнего замка по указу епископа Кристиана фон Мульхаузена было построено первое деревянно-земляное укрепление. Принадлежал замок не Тевтонскому ордену, а Земландскому соборному капитулу основанному в 1285 году на землях Земландии, и которому в 1294 году была выделена часть епископских владений на этой территории. Земландия или Самбия так назывался когда-то полуостров в нынешней Калининградской области на котором расположены самые популярные приморские курорты – Зеленоградск, Светлогорск, Янтарный.

Границу церковных владений от Тевтонского ордена определял протекавший вдоль замка ручей.



Во второй половине XIV-го века укрепление было перестроено из камня и кирпича. С того времени сохранилась северная часть замка, где в подвалах можно увидеть типичные для того времени готические своды. Здесь размещались хозяйственные помещения - кухня, пекарня, пивоварня, кладовые и конюшни.



В те времена замок, как и положено, был обнесён крепостной стеной вокруг которой был прорыт ров в который поступала воды из ручья. Остатки рва можно увидеть и сегодня рядом с башней замка.



Как полагается, к воротам замка через ров вёл разводной мост. Судя по найденной каменной кладке в непосредственной близости у воротом замка, она могла иметь отношение к опорам того моста.



После того, как в ручье была образована запруда, рядом с образовавшимся прудом в конце XIV-го века построили мельницу, которая, увы, не сохранилась (она была уничтожена в годы Второй Мировой войны авиабомбой). В этот же период была построена и церковь, которая можно увидеть до сих пор. После этого ручей и пруд получили своё название Мюлен-Флюс, что означает Мельничный. Однако, эти строения, построенные за ручьём, на то время принадлежали, как понимаю, Тевтонскому ордену.



После церковной реформации 1525 года и образования герцогства Пруссия замок перешел в собственность Альбрехта Бранденбургского – последнего великого магистра Тевтонского ордена и первого герцога Пруссии. При герцоге замок был основательно перестроен и расширен, и стал использоваться как загородная резиденция используемая для охоты и развлечений.

После смерти своей жены Доротеи Датской в 1547 году, герцог Альбрехт решил жениться второй раз на Анне Марии Брауншвегской, которая приходилась герцогу Альбрехту двоюродной внучкой по материнской линии и двоюродной правнучкой по отцовской линии. Церемония бракосочетания состоялась 16 февраля 1550 года в замковой церкви Кёнигсберга. Замок Нойхаузен был отписан супруге в качестве пожизненной ренты.

Анна Мария поселилась в замке и в в 1553 году, здесь же родила сына названного Альбрехтом Фридрихом. Наверное, результат родственного кровосмешения стал причиной того, что ребёнок отставал в развитии от своих сверстников, а после 20 лет и вовсе утратил свою дееспособность. Впрочем, и сама герцогиня также страдала тяжелым психическим расстройством. Она умерла 20 марта 1568 года в замке Нойхайзен от чумы спустя несколько часов после того, как умер её супруг в соседнем замке Тапиау. Оба они были захоронены в Кафедральном соборе Кёнигсберга.

Нашёл интересную информацию, связанную как с замком, так и выше озвученными персонажами, и не мог пропустить её мимо.

В конце правления герцога Альбрехта в замке Нойхаузен произошли события, связанные с заговором фаворита герцога Пауля Скалиха, известного европейского алхимика. До приезда в Пруссию в неполные тридцать лет он успел стать доктором теологии при университете в Болонье, побыть капелланом при дворе императора Фердинанда I, написать три книги об оккультизме и добиться благосклонности большинства европейских монархов. И герцог Альбрехт не стал исключением – Скалих буквально очаровал его. Ходили слухи, что тут не обошлось без наложения чар и прочего колдовства. Но все же, Скалих, как сказали бы в наши дни, был просто-напросто хорошим психологом. И умело играл на чувствительных струнах отягощенной пороками герцогской души.

Существует предание, что именно Пауль Скалих избавил Альбрехта от присущей многим правителям-реформаторам вредной привычки – пьянства. При помощи странного медальона, вроде бы, сохранившегося до наших дней. На одной стороне его выгравирована надпись «Параграф 11», что у средневековых мистиков означало безумие. На другой изображен кот с головой черта, сидящий на бочке, возле которой лежат два человека. Герцог и впрямь перестал пить «горькую» из особо крупной посуды, однако все реже бывал замечен и возле церковной чаши со святой водой.

Поползли нехорошие слухи о колдовстве, творившемся в стенах Нойхаузена, и целых легионах разнообразной нечисти, которой Скалих якобы наводнил окрестности. Не меньше беспокойства окружающим доставлял и единственный сын герцога – душевнобольной Альбрехт Фридрих.

По причине своего умственного расстройства наследник герцогского титула был отстранен от реальной власти и тратил уйму свободного времени, охотясь на зайцев в фамильных владениях. И все бы ничего, да только другим объектом охоты Альбрехта Фридриха были молоденькие сельские девушки, которым он, как многие утверждали, перерезал горло. Так Нойхаузен приобрел зловещую, истинно «готическую» репутацию. Впрочем, такие легенды ходят почти о каждом замке в Европе – любители пощекотать нервы были и будут всегда.

Так или иначе, психически ненормальный Альбрехт Фридрих не испытывал сыновней привязанности и уж подавно не внушал гордости своему отцу. Нерастраченная отеческая любовь престарелого герцога изливалась на «молодого, да раннего» авантюриста Скалиха, чем тот и не замедлил воспользоваться. Возможно, именно он поддерживал слухи о кровожадности герцогского отпрыска, стремясь отдалить правителя от семьи и полностью подчинить его своей воле.

Во многом Пауль Скалих действительно преуспел. Герцог пожаловал ему родовой титул и замок в Кройцбурге (ныне поселок Славское). Не имея систематического образования, этот экстравагантный мистик читал лекции студентам Кёнигсбергского университета – знаменитой Альбертины. Также ему принадлежит астрологический прогноз будущего Пруссии аж на тысячу лет (вот только Россия в этом своде пророчеств почему-то не упоминается вовсе).

Ради своих оккультных исследований знаменитый маг и чародей выписывал под гарантии казны векселя на огромные суммы. Деньги, якобы потраченные на магические опыты, исчезали и впрямь как по волшебству. Это стало причиной глубочайшего экономического и политического кризиса в молодом герцогстве.

Интриган по своей природе, Скалих активно стравливал сподвижников герцога между собой, стремясь добраться до самых вершин государственной власти. За что и поплатился – терпению «сильных мира сего» наступил конец. Будучи обвиненным в колдовстве, Скалих укрылся в замке Нойхаузен, где всегда мог рассчитывать на хороший прием. Вскоре пришлось бежать и оттуда, но даже из своего бегства ловкий мистификатор сумел сделать легенду.

По одной, самой правдоподобный из версий, Скалих покинул замок, спрятавшись под сиденьем кареты одного из своих приятелей. Но многие намекают на некий потайной ход, ведущий из замковых подземелий. Существует и вовсе фантастическое, но вполне соответствующее духу времени предположение, что чародей улетел, воспользовавшись «крылатым плащом».

Чтобы покинуть этот период и двинуться дальше, хочется отметить что в Википедии упомянуто, что при Альбрехте Бранденбургском при замковых угодьях был обустроен зоосад в 2 кв. км в котором животные жили на воле. Трудно поверить в то, что это можно было назвать зоосадом, а вот разведение животных для более удачной охоты, учитывая что резиденция этой роли и служила, мне кажется, более правдоподобно. Зоопарк в Нойхаузене действительно был, но это произошло значительно позднее, но об этом попозже.



Расположенный в богатой охотничьей зоне замок Нойхаузен стал излюбленной резиденцией имевшего страсть к охоте герцога Пруссии Георга Вильгельма, особенно после того, как он в 1638 году вместе со всем своим двором перебрался в Кёнигсберг. Не особо заботясь о делах государственных, он превратил Нойхаузен в место для развлечений, где курфюрст часто пировал со своими приятелями после охоты. Широкую известность в тогдашней Пруссии, а впоследствии и во всей Германии, имела уникальная замковая серебряная посуда, пивная и винная, в виде охотничьих атрибутов — пороховниц и мушкетов с многочисленными чеканными охотничьими гербами, знаками и эмблемами. Она была подарена обитателям замка в 1627 году Георгом Вильгельмом на вечное пользование. Существовала традиция: каждому почётному посетителю из этой посуды наливали определённую дозу пива и вина, а затем в хмельном состоянии он должен был написать в альбоме свою фамилию и сочинить стих. Хроника гласит, что не всем это удавалось. Впоследствии эта посуда и альбом стали ценными экспонатами берлинской художественной галереи и музея династии Гогенцоллернов.

Георг Вильгельм умер после продолжительной болезни в возрасте 45 лет 1 декабря 1640 года, и тоже был похоронен в Кафедральном соборе Кёнигсберга. Его единственный сын и наследник Фридрих Вильгельм первые годы своего правления посвятил тому, чтобы разобраться с тяжёлым наследием правления отца, с чем, впрочем, он справился успешно. Замок Нойхаузен стал и его охотничьей резиденцией.

Далее, жизнь замка пополнилась бюрократическими структурами, ибо в 1770 году часть его помещений заняло управление государственными землями и судебное ведомство.

В 1814 году король Фридрих Вильгельм III-й подарил Нойхаузен графу Фридриху Вильгельму Бюлову фон Денневицу за заслуги в сражениях с армией Наполеона. Граф стал тройным «спасителем Берлина», поскольку защищал город в битвах при Луккау, Гросберене и Денневитце. В ходе войны с Наполеоном 10 прусских батальонов под командованием фон Бюлова разбили 47 батальонов французов!

Жизнь замка изменилась во второй половине XIX-го века, когда наследники графа в 1842 году продали владения графу Люнкеру. Замок был частично перестроен, в нём появились элементы неоготики, утратившие свою функциональность валы и рвы ликвидировали, замковый парк облагородили и засадили редкими для этих мест кустарниками и деревьями.




С восточной стороны в древние времена располагался донжон - башня охранявшая подъезд к замку. Когда она утратила свою оборонительную необходимость её разобрали и превратили то ли в террасу, то ли в оранжерею.



Вход в башню замурован.



С восточной стороны замок защищался мощной стеной, которая была перестроена в ещё одни въездные ворота в неоготическом стиле.



Нынче это выглядит так.



Вполне вероятно, что именно в этот период и появилось в замковых угодьях некое подобие зоопарка где животные содержались в вольерах.

Далее владельцы замка менялись.

К 1889 году от Королевских ворот Кёнигсберга к Нойхаузену и далее была проложена узкоколейная железная дорога, станция с названием «Нойхаузен—Зоотиргартен» расположилась недалеко от замка, и это упростило посещение Нойхаузена. В 1990 году замок попал в распоряжении генерал-ландшафт-директора Бона. Не знаю, что это за звание такое, но так утверждается в Векипедии. Так вот, этот замечательный человек открыл как замковый парк, так и залы замка для посещения и осмотра его достопримечательностей.



Нойхаузен стал популярным место прогулок и отдыха у кёнигсбержцев, здесь можно было прогуляться по замковому парку, посетить как замковые помещения, так и зоопарк, отобедать и выпить кружку пива в знаменитом трактире «Айхенкруг», который разместился в бывшей мельнице, утратившей своё предназначение почти два века ранее. Ещё в 1714 году этот трактир посетил сам король Фридрих Вильгельм I-й, который отметился в книге почётный гостей со словами «Виват Пруссия!».



С этого времени и появляются фотографии вида замка. А вот его ранние виды не были мною найдены ни в каком варианте, словно этого замка вовсе не существовало. И это очень даже удивительно, ибо практически у каждого замка есть своё прошлое в рисунках, гравюрах или картинах. У замка Нойсхаузена всё это по какой-то причине отсутствует, по крайней мере, на просторах интернета я найти ничего не смог.





В 1920 году в западном флигеле замка произошёл мощный взрыв, причины которого непонятны. Глобальные разрушения западной части замка прервали экскурсии. Восстанавливать прежнее строение не стали, а построили что попроще. Как можно увидеть на фотографии с воздуха, сейчас там расположены ангары для машин. Когда-то в этой части располагалась замковая часовня.

Во время Второй Мировой войны и продвижения советских войск к Кёнигсбергу в замке засели фашисты, в ходе боёв, он уцелел, но был частично разрушен. Как видно, третий этаж южной части замка на сегодня отсутствует.



А так это когда-то выглядело.



Какое-то время замок был, так сказать, беспризорным, а в середине 50-х годов весь комплекс отдали для нужд Гурьевского СМУ треста «Совхозводстрой».

Надо сказать, что в моё посещение замок представляет собой довольно печальное зрелище - всё сильно запущено и захламлено. Однако,есть обнадёживающая информация - совместно с Европейским фондом охраны памятников старины была подготовлена концепция по возрождению «Замково-паркового ансамбля «Нойхаузен». Что ж, будем надеяться и ждать, вдруг и правда местные достопримечательности начнут возрождаться, как то было сделано в своё время в Польше. 

Ну, и позитивная новость на сегодня.  Строительную компанию из замковой территории выселили года полтора назад, а весь комплекс подвергся глобальной реконструкции, но уже без спонсорства Европы, которая, явно, лишилась рассудка. Идут интенсивные работы за ходом которых можно следить на странице этого замка в контакте  - https://vk.com/castleneuhausen

P.S. На сегодняшний день замок отреставрирован, и его можно посетить.

Фото (не архивные) - @ SPRATO
Текст и подборка части текста - @ SPRATO