Иггдрасиль - ось жизни древних народов

 

(Мифы и магия индоевропейцев, вып 8. -М.: Менеджер, 1999) 

 

Высокий ствол и ветви древа Иггдрасиль осеняют миры нордической традиции. Профессор Реджи Бойер использовал имя Иггдрасиль как название своего труда, посвященного религии древних скандинавов. “Немногие образы, - пишет он, - обладают значимостью, сравнимой со значимостью образа великого древа Иггдрасиль, Мирового Древа древних скандинавов”[1]. В другой работе он же высказывает мнение, что Иггдрасиль, - это “краеугольный камень (...), наиболее, вне всякого сомнения, грандиозная, наиболее величественная идея нордической мифологии”. 

 

Однако все культуры мира проникнуты этим “грандиозным” образом Древа - жизненной силы Мироздания. Как показал Мирча Элиаде, в самом сердце мировых религий и мифологий неизбежно возникает образ космической оси, жизненно важный для всех традиций символ средоточия, равновесия и гармонии. Именно это понятие заложено в ведическом термине rta, “порядок”, “которым определяются как организация Мироздания, движение звезд, смена времен года и лет, так и взаимоотношения между людьми и богами и, наконец, взаимоотношения самих людей”[2]. Это rta передает понятие колеса, центра колеса. Именно от него в итоге произошли слова rite (“ритуал”) и art (“искусство”) - два понятия, обозначающие способы организации, упорядочения мира, гармонизации, позволяющих противостоять хаосу и разрушению. 

 

В различных традициях Древо является наиболее распространенным символом оси Мироздания; иногда с ним соперничает гора (впрочем, одно не исключает другого, как явствует из параллели Иггдрасиль/Хименбьорг (гора-обитель Хеймдалля, Стража Богов.) 

 

С точки зрения сугубо практической Древо является отражением позвоночного столба человека. Согласно одному из любимых изречений Поля-Жоржа Сансонетти, именно по “позвоночности”, по способности держаться прямо узнают человека Золотого Века, личность, которая несет в себе частицу изначальной гармонии и равновесия. 

 

Естественно, в рамках данной работы мы можем лишь прикоснуться к этим основополагающим идеям нордической традиции. 

 

Древо и Север 

 

В сущности, весь дух северных народов проникнут образом дерева. Идея дерева вообще и гигантского дерева, в частности, широко представлена в сакральных текстах Севера. “Если ты посадил дерево, построил дом и вырастил дитя, ты правильно прожил жизнь”, - гласит немецкая поговорка. Это народное изречение подчеркивает значение дерева в массовом сознании североевропейских народов. Топонимика также служит свидетельством того, сколь сильно почитаемы деревья на Севере. Множество населенных пунктов носят названия, так или иначе связанные с понятием дерева. 

 

Тацит считал лес природной обителью богов (Die Gewalten (нем.) - “Силы”, это название происходит от Wald - “лес”). В рамках этнического пространства, где новейшая, романская концепция храма не была по-настоящему распространена, жертвенные деревья служили естественным прибежищем культов и культовых собраний. “Речь, естественно, не шла о приношениях камням, деревьям и источникам, поясняет Р.Дероле, не камень, дерево, источник как таковые являлись объектами поклонения. Поклонение это было обращено к могущественному божеству, которое в них “присутствовало” определенным образом”[3]. При завоевании нордических языческих стран наипервейшей задачей христиан, обнаруживших отсутствие традиционных храмов, стало уничтожение этих деревьев и рощ, которые, по их представлениям, составляли сущность язычества. И христиане принялись ожесточенно уничтожать зеленых гигантов. “Религия, зародившаяся на Востоке под сенью пальм, на Западе проявила себя уничтожением деревьев; монахи, святые, миссионеры рубили их беспощадно”[4]. 

 

Многочисленные церковные соборы прилагали исключительные усилия, дабы искоренить поклонения деревьям и рощам. Жизнеописания святых имеются в изобилии. Они повествуют о “деяниях святых миссионеров”, которые отправились обращать народы Галлии, Британских островов или Германии, придавая первостепенное значение среди прочих своих подвигов уничтожению боготворимых деревьев, вина которых в их глазах была заключена в том, что они внушают окрестному населению почтение куда большее, чем часовня новоявленных святых. Для св. Мартина в Галлии и св. Бонифация в Германии дело уничтожения деревьев воистину превратилось в профессию. 

 

Впрочем, точно также действовал Цезарь в дохристианские еще времена, только по соображениям скорее практическим (рентабельности пространства), чем культурным (искоренение друидизма). Кельты также утверждали о существовании тесной связи между человеком и деревом. Каждая из их священных кельтских букв (огамов) носила имя дерева. 

 

Современной цивилизации удалось сохранить и даже воссоздать воспоминание об этом культе дерева, например, через обычай украшения новогодней елки, в дни зимнего солнцестояния символизирующей вечное возвращение Солнца. 

 

Имена Иггдрасиля 

 

Что известно в точности об Иггдрасиле? 

 

Эддические тексты изобилуют намеками на Иггдрасиль. Наш основной источник информации об Иггдрасиле - это “Речи Гримнира”, одна из песен Старшей Эдды. 

 

Остановимся ненадолго на именах Иггдрасиля и их этимологии. Хотя, по мнению Ж.Дюмезиля, “этимология не проливает света на скандинавскую мифологию”[5], сегодня, напротив, представляется, что именно из этимологии мы можем почерпнуть множество важнейших деталей, проливающих свет на германскую духовность. 

 

Наиболее распространено мнение, что дословно Иггдрасиль означает “Скакун Игга”, однако Ф.-К.Дилльман добавляет, что это имя может быть с равным успехом истолковано как “лошадь страха” = “виселица”, ведь на Севере виселицу часто называли “лошадью повешенных”. Имя Игг означает “Грозный”, это не кто иной как Один. Иначе говоря, мы можем сразу отметить корреляцию между деревом и лошадью. В дальнейшем нам представится возможность вернуться к этому моменту, когда речь пойдет о северном шаманизме. 

 

В текстах можно встретить разные имена Древа и многочисленные связанные с ним кеннинги (поэтические метафоры). Главные имена, под которыми, как считается, фигурирует Иггдрасиль - это Mjцtvidr - “Дерево-мерка”[6]; Loeradr/Lerath - “Тот, кто дает приют”[7]; Hoddmimir - “Сокровище Мимира” и Mimameidr - “Опора Мимира”. 

 

Ясень... 

 

Как следует из эддических текстов, речь якобы идет о ясене. Согласно Найджелу Пеннику, это дерево традиционно “для гадания и волшебства, ибо почки его имеют форму полумесяца, указывая на его связь с [...] лунной богини Мани”. В северной Европе древесину ясеня широко использовали для изготовления оружия и орудий, особенно - имевших магическое предназначение. Считалось, что ясень служит хорошим проводником магической силы. Гунгнир, копье Одина, представляло собою ясеневый кол, символизирующий “мобильную версию” космической оси Иггдрасиль. Согласно все тому же Пеннику, ясень служит могущественной защитой от любых вредоносных воздействий. Пенник приводит множество заимствованных из традиционных европейских суеверий или фольклора примеров, где ясень используется в магических целях. 

 

... или тис? 

 

Хотя из текстов нам известно, что Иггдрасиль является ясенем, некоторые могут задаться вопросом, не идет ли речь, скорее, о тисе или даже дубе? Так, у профессора Яна де Ври возник вопрос, почему бы наряду с распространенным в одних районах (Исландия и Норвегия) представлением об Иггдрасиле как о ясене, в других (Дания и Швеция)[8]. не бытовать представлению о нем как о тисе. Предварительно он напомнил, что священное дерево святилища Уппсалы (Швеция), вечнозеленое и приносящее плоды, обладающие целебными свойствами, было, вероятно, тисом. 

 

В одном из эддических текстов говорится, что ягоды Иггдрасиля приносили облегчение при болях в период женских недомоганий. А ведь ясень не приносит ягод, в отличие от тиса, плоды которого якобы обладают важными целебными свойствами, излечивающими женские недомогания и облегчающими беременность. Не следует забывать и о том, что в древнескандинавском языке тис иногда назывался barraskr, то есть “ясень с иголками 

 

Ниже мы поговорим о химических, особенно галлюциногенных, свойствах тиса. Пока же отметим, что свойства эти также могут служить одним из аргументов в пользу идентичности Иггдрасиля тису. 

 

Что касается отождествления Мирового древа с дубом, в защиту этой версии также имеются доводы, особенно в пределах континентальных германских территорий. Встречаются изображения священного дерева в виде дуба, посвященного Тору и символизирующего воинскую доблесть, стойкость, мужество и верность. В “Саге о Волсунгах” дуб, возвышающийся посреди зала, поддерживает своими ветвями королевский дворец. Известно также множество священных дубов, которые буквально усеивали древнегерманские земли. Первое место среди них занимал посвященный Донару-Тору дуб Фулды, срубленный Бонифацием в 725 г., что должно было символизировать искоренение духа язычества. 

 

Как бы то ни было, относительно бесполезно и смешно искать среди земной растительность абсолютный аналог подобной символической космической структуры. 

 

Три корня 

 

Иггдрасиль опирается на три корня. Согласно Младшей Эдде Снорри Стурлуссона, один из корней уходит к асам, второй - к инеистым великанам, третий - в Нифльхейм (Niflheim - “Мир тумана”). Однако в “Речах Гримнира” Старшей Эдды говорится не о Нифльхейме, а о Хель[9], и не о богах, а о роде человеческом. Кроме того, возле каждого из корней течет по источнику; каждый источник в той или иной мере является источником мудрости и познания. Корень, уходящий к гигантам, скрывает источник Мимира (“Память”). Возле корня, ведущего к богам (или людям), находится источник Урд (“То, что свершилось”). Под третьим корнем - корнем Нифльхейма (или Хель) скрывается источник Хвергельмир (“Кипящий котел” или “Источник, который звенит”), где варится питье богов. Поскольку вначале было не три норны (сестры Рока - Урд, Верданди и Скульд), а одна-единственная, то и источник вначале должен был быть только один. 

 

... флора... 

 

Иггдрасиль-дерево имеет замечательное строение. На его листьях записаны судьбы людей. Из них сочится роса, разумно описанная Дилльманом как “медвяная роса”[10], вещество, напоминающее священный напиток богов. “Прорицание вёльвы” сообщает нам, что эта роса происходит от “грязи”, которой забрызгано дерево. В отличие от других комментаторов, которые сочли в данном случае неуместным переводить древнеисландское aurr как “грязь” (склоняясь к более благородным жидкостям), Ф.Кс.Дилльман указывает, что подобные гипотезы “не принимают во внимание ни лечебных свойств, присущих земле, ни, в особенности, существования многочисленных мифов о происхождении меда - “этой прекрасной субстанции, в которой на самом деле есть частицы небесной грязи”. 

 

Ягоды Иггдрасиля обладают неким свойством, которое помогает женщинам разрешиться от бремени, что говорит в пользу отождествления Иггдрасиля с тисом. В этом случае стоит воскресить в памяти свойства тиса. Эдред Торссон отмечает, что тис “содержит алкалоид, оказывающий токсическое воздействие на центральную нервную систему. Правильно приготовленный, он действует как мощный галлюциноген. Профессор медицины Куковка из университета в Грайце (Германия) обнаружил, что в жару тис выделяет газообразный токсин, который, накопляясь в тени дерева, может вызвать галлюцинации у человека, расположившегося под сенью его ветвей”[11]. Этот аспект окажется важным, когда мы перейдем к рассмотрению проблемы шаманизма. 

 

... фауна... 

 

Вокруг дерева обретаются странные представители фауны. Сегодня понимание их символики в значительной мере утрачено, тем более, что некоторые концепции, традиции или мифы наложились друг на друга, и нам не остается ничего иного как подсчитывать варианты их толкований. 

 

У его подножия Иггдрасиля обитает дракон Ниддхёгг; в переводе Р.Бойера это имя означает “Тот, кто наносит жестокие удары” (с кратким “i”) или “Тот, кто разит темно [исподтишка, незаметно? - пер.]” (с “i” долгим); Ф.Кс.Дилльман предлагает вариант “Тот, кто повергает вниз” или, соответственно, “Тот, кто родит свирепо”. 

 

Однако дракон-змей не всегда имеет негативное значение, и его символизм носит двойственный характер. Он служит и олицетворением той необузданной силы, той жизненной энергии, которая - при умении владеть ею - может служить развитию. В качестве стража золота (Фафнира) он являет собою препятствие, допустимое и необходимое для того, чтобы, превзойдя себя, достичь света[12]. Во многих традициях, в том числе и североевропейских, дракон олицетворяет собою величие, легитимность и священность королевской власти (например, алый и белый драконы англов, драконы из эпопеи о Мерлине, и ПенДрагон, отец Артура...). Сам Один, собираясь завладеть священным медом, превращается в змея, чтобы проникнуть в сердце горы (а, едва завладев питьем и выпив его, будто случайно превращается в орла, чтобы ускользнуть)[13]. 

 

Считается, что ясень обращает в бегство змей, оказывая на них своего рода магическое воздействие. Не символ ли это высвобождения скрытых возможностей духа и разума, - высвобождения, способствующего гармоничному перерождению темной души рептилии в душу сияющую, стремящуюся ввысь, воплощением которой станут считать орла или сокола? 

 

Наконец, змея повсеместно ассоциируется с образом женщины и плодородия, и, таким образом, неразрывно связана с источниками жизни. Так и Ниддхёгг возлежит возле Хвегельмира - источника животворных вод всех миров. 

 

В образе Древа обнаруживается классическая символика, включающая орла-небо на вершине и змея-землю у подножия. Орел, сидящий на вершине дерева, служит символом души или шаманской птицы, готовой улететь навстречу Пробуждению. Логично, что, будучи воплощением высшего духовного принципа, орел, царь птиц, занимает наивысшее положение в этой структуре. Во многих традициях он заменяет собою солнце. 

 

Сокол (или ястреб) Ведрфельнир (“Полинявший от ненастий”), пребывающий меж глаз орла, может воскресить в памяти Жgishjamr, “Шлем ужаса” - символический нордический эквивалент третьего глаза[14]. Ведрфельнир - это еще и своего рода память о воплощениях существа, ставшая неотъемлемой составной частью “пробужденного” орла. 

 

Белка Рататоск (“Зуб грызуна” или “Грызозуб”) снует вверх-вниз, перенося вести между орлом и драконом, головой и телом. Здесь содержится намек на то, что разум и тело могут быть размещены в одной плоскости и нейтрализовывать (подавлять) друг друга. 

 

Как утверждает Эдред Торссон, “было бы ошибкой отделять дискуссию о “душе” от дискуссии о “теле” [...] Они связаны наитеснейшим образом, однако парадокс заключается в том, что в рунической практике они могут быть сознательно отделены одно от другого”[15]. Белка символизирует нейтрализацию двух противоборствующих сил - “пожирателей трупов” Хресвельга (орла) и Нидхёгга (дракона), что подобно изображению кадуцея: две змеи, обвившиеся вокруг одной оси. 

 

Небезынтересно отметить, что на вершине изображены еще и олени, которые, как орел, поедают змей. 

 

Действительно, четверо оленей ощипывают листья дерева. Их зовут Даин (“Тот, кто мертв”), Двалин (“Тот, кто замешкался), Дунейр (“Тот, чьи уши покрыты пухом”?) и Дуратрор (перевод неясен). По крайней мере, первый и второй из них носят те же имена, что и гномы[16]. Не может ли быть, что таким образом эти животные служат отсылкой к четырем карликам, символизирующим стороны света: Nordri (Север), Vestri (Запад), Sudri (Юг) и Austri (Восток)[17]? 

 

... и девять миров. 

 

Священные тексты сообщают нам, что вокруг Иггдрасиля, мультиверсальной нордической системы, расположены девять миров: 

 

Помню девять миров, 

 

и девять корней, 

 

и древо предела, 

 

еще не проросшее. 

 

            (“Прорицание вёльвы”, 2)[18] 

 

Три мира четко охарактеризованы: Утгард (“Внешний мир”), Мидгард (“Срединный мир”) и Асгард (“Мир асов”). Действительно, согласно традиции, центральное космическое древо служит опорой трем мирам. Однако в классическом варианте каждый из этих трех миров представлен треугольником. Таким образом, - девять - суммарное число трех миров, с точностью переданное символом Валькнут (“Узел убитых”, символ Одина). 

 

Подробное описание системы, состоящей из девяти миров, не вступает в противоречие с обычным упоминанием о трех мирах, но усиливает шаманский аспект, о чем в дальнейшем мы скажем подробнее. Элиаде, впрочем, замечает, что “в мифологиях стран Центральной и Средней Азии [т.е. там, где шаманизм широко распространен], его [космического древа] семь или девять ветвей символизируют семь или девять небесных уровней, иначе говоря, семь небес”[19]. 

 

Как бы то ни было, интерпретаторы затратили немалые усилия, чтобы дать этим девяти мирам имена, выискивая их, одно за другим, по всем текстам. Ныне чаще всего придерживаются следующей структуры. 

 

Мидгард - “Срединный Мир”, мир людей - расположен в центре системы; затем следуют восемь попарно противостоящих миров. На севере находится Нифльхейм, “Мир Туманов”; на юге - Муспелльсхейм (“Мир Огня”); на востоке - Ётунхейм (“Мир Инеистых Великанов”); на западе - Ванахейм (“Мир Божественных Ванов”). Наверху и внизу вдоль центральной вертикальной оси располагаются остальные миры. Точно под Мидгардом находится Свартальфхейм (“Мир Темных Эльфов”), еще ниже - Хель. Над Мидгардом расположен парный Свартальфхейму мир Льоссальфхейм (“Мир Светлых Эльфов”), и, наконец, на самом верху - Асгард, столь же сияющий, сколь сумрачен Хель. 

 

Как подчеркивает Эдред Торссон, центральную “горизонтальную” плоскость, в которой расположены Муспелльсхейм, Нифльхейм, Ванахейм, Ётунхейм и Мидгард, следовало бы рассматривать как слегка наклонную, где Нифльхейм находится несколько ниже, а Муспелльсхейм - несколько выше остальных миров. “Нам известно, что эта концепция - древняя, - пишет Торссон, - поскольку из лингвистики следует, что изначальным значением слова-корня *ner, лежащего в основе nord, было “под” [...]. Вертикальная опора (ось) определяет противостояние сознательного и бессознательного, света и тьмы, тогда как в горизонтальной плоскости осуществляется противостояние между электрическими разрушительными энергиями огня и магнитными созидательными энергиями льда. Горизонталь - это энергия, и это план “физической энергии”; вертикаль - это психическая модель сознания и бытия”[20]. 

 

Все эти миры связаны между собой неким общим путем, который позволяет путешествовать по мирам и носит имя Биврёст. (“Цветная Дорога” или “Дрожащая Дорога”). Биврёст - это небесная радуга, охраняемая Хеймдаллем... Жан де Ври называет ее его “дорогой душ”. 

 

Нумерологически девять - это число Абсолюта, символ завершенности. Возможно ли представить, что на севере существовала традиция, подобно орфической, признававшая тройное триединство принципов, представляющих девять символических аспектов Мироздания: Ночь, Небо, Время; затем Эфир, Свет, Звезды; наконец, Солнце, Луну, Природу? 

 

Древо Жизни... 

 

Иггдрасиль, Древо Жизни, имеет девять миров. Однако “девять” - это и число вечной жизни, вечного возобновления. Образ Иггдрасиля свидетельствует о постоянном круговороте, о непрестанном его разрушении и возрождении. Его листва служит пищей для оленя Эйктюрнира, с чьих рогов стекают все воды сущие, питая источник Хвергельмир, который, в свою очередь, поит древо... Иггдрасиль, Древо Жизни, символизирует неодолимую силу Жизни. Он и дает приют умершим, и возрождает к существованию с помощью своих ягод. 

 

Здесь можно поразмыслить о “двойнике” древа Иггдрасиль в необъятной Долине Чудес, что окружает гору Бего - возвышающуюся возле ущелья Танд гору, ассоциируемую с Тором (благодаря тому, что она наполнена железом, которое регулярно притягивает к ней молнии). Это место представляет собою одно из самых древних в мире святилищ, возраст которого - по меньшей мере, 4000 лет. Там, в долине Фонтан-альб, в направлении, перпендикулярном маленькому ручейку, возвышается Древо Жизни, вызывая, пишет Эмилия Массон, мысль о “внезапном его появлении, едва схлынули бурлящие воды. Эта картина, простая и одновременно исполненная волнующей красоты, концентрирует в себе все разнообразие индоевропейских верований, связанных с древом жизни”[21]. 

 

Древо возвышающееся, древо-фаллос, символ отца, и одновременно дуплистое, населенное множеством существ, символ матери, Иггдрасиль поистине есть отображение первоначального гермафродита, гиганта Имира, из тела которого, убив его, Один и его братья Вили и Ве создали мультиверсум во всей его красоте. 

 

... и мировая ось 

 

Мирча Элиаде считал Иггдрасиль “деревом в высшей степени космическим”. Когда настанет конец света, и мир, содрогнувшись, рухнет, Древо вздрогнет, но не упадет. Он же доказал на множестве примеров, что ни одна религия не могла обойтись без концепции Центра Мира[22]. “Изучая мифы и легенды, имеющие отношение к Древу Жизни, мы - отмечает он, - постоянно наталкиваемся на идею, согласно которой подразумевалось, что Древо, находясь в центре Мироздания, связывает Земли и Преисподнюю”. 

 

“В одной средневековой германской загадке, - пишет еще М.Элиаде, - идет речь о некоем дереве, чьи корни уходят в глубь Преисподней, а вершина достигает Престола Господня, чьи ветви объемлют Мир, и это древо в точности является Крестом. Действительно, для христиан Крест олицетворяет собою опору Мира”[23]. Можно, имея к тому все основания, полагать, что германским “христианам” удалось интегрировать образ центра, свойственный их традиции, в новую веру. 

 

Как то показал Найджел Пенник, “существует две взаимосвязанных, но четко различающихся идеи, ассоциирующихся с космической осью. Первая - это Космическая ось как спиритуальная модель, способ рассмотрения или объяснения феномена, встречаемого во время путешествий души как в физическом теле, так и вне тела. Вторая - это группа, связываемая с физической геолокацией некоего объекта, являющегося универсальным образом или отражением извечной космической реальности”[24]. 

 

Найджел Пенник подчеркивал, что большинство знаменитых гео-мифологических пунктов, рассматриваемых в качестве центра Мира или выражающих понятие космической оси, были связаны с мифами о драконоборцах. Дракон или змей символизируют энергии Земли, грохочущие, необузданно дикие и опасно свободные. Посвященные минувших времен безошибочно отыскивали места, где можно было бы символически или физически (с помощью камня, дерева) зафиксировать эти дикие силы, чтобы подчинить их себе. 

 

Асы, опора мира 

 

Сейчас, в середине этой работы, вероятно, небезынтересно обратить особое внимание на существительное, предложенное в качестве перевода слова ас, или, иначе говоря, термин, означающий главную линию семьи нордических богов. Вот что пишет пастор Юрген Шпанут: “Весьма вероятно, что древесный ствол, который устанавливался в центре шатра или дома и поддерживал шатер или крышу, послужил прообразом небесной опоры (...) 

 

В нордической литературе эта подпорка именовалась ass, во множественном числе - aesir. По поводу этого названия Хауер пишет: “Весьма примечательно, что это слово означает также “балка”, “перекладина”, “коньковая черепица”, “подпорка”[25]. Во всех произведениях германской мифологии говорится: “Назывались они асами, что означает столпы мира” (Hohenocker, 1973). 

 

Понятие оси является ключевым моментом нордической мифологии и мифа об Иггдрасиле и асах. Именно от оси зависит устойчивость миров, опорой которых та служит. Это понятие служит проводником того самого представления о мировом порядке, rta, о котором идет речь во введении. Оно являет собою образ правосудия, равновесия, сообщения между мирами, особенно между мирами богов и людей, - образ, который воплотится в королевской фигуре и в первой из традиционных функций (выдающимся представителем которой является Один). 

 

Престол правосудия и древо мудрости 

 

И действительно, асы ежедневно сходятся у Иггдрасиля, чтобы держать совет и воздавать должное. Иггдрасиль - это дерево тинга, место отправления Правосудия, то есть поддержания Вечного Порядка. “Когда люди созывают тинг, - пишет Дероле, - они назначают место сбора у какого-нибудь приметного дерева - например, возле очень высокого дуба или ясеня. Поступая таким образом, они следуют примеру богов, которые вновь и вновь встречаются под гигантским ясенем”[26]. 

 

Иггдрасиль блещет величием своей мудрости. Корни его омывают три источника, два из которых, Мимир и Урд, stricto sensu являются источниками мудрости, - особенно первый из них - “источник сокровенной одинической мудрости”, как говорит о нем Торссон. 

 

Во время первой войны богов Мимир, слывший исключительно мудрым, вместе с Хёниром был отправлен заложником к ванам. Ваны, полагая, что асы ввели их в заблуждение относительно умственных качеств заложников, отрубили Мимиру голову, которую и отправили асам. Один законсервировал отрубленную голову в “ароматических травах” и сохранил ее живой с помощью “заклинаний”, а затем поместил возле источника, который носит ее имя. 

 

Эту голову[27] считают всезнающей - в частности, потому, что она утоляет жажду водами источника мудрости. Самому Одину, чтобы напиться из источника, пришлось оставить тому в залог собственный глаз, после чего он получил прозвище “одноглазый”. Эта жертва аналогична ране, которую Один сам себе нанес копьем, чтобы получить знание о рунах. 

 

Истоки мудрости Одина двойственны: всеведущая голова Мимира и “глаз, отданный в залог”. Таково изображение сознания сокровенного, достигнутого при помощи памяти Мимира. 

 

На изображении Повешенного в двенадцатом аркане Таро Один, чье висящее вниз головой тело образует начальную руну имени Водан, видит “то, что под” благодаря глазу, покоящемуся у подножия вершинами сознания. Однако он видит и “то, что над” со своей обители, со своего трона Хлидскьальфа, чьи, по дословному выражению, “бока трепещут” (и который, в силу этого, может оказаться просто-напросто Иггдрасилем). 

 

По словам Э.Торссона, “в соответствии с мифом о Мимире, последователь Одина признает необходимость, во-первых, получить доступ к царству Minni (“Памяти”), хранилищу унаследованной магико-мифологической картины Мира; и, во-вторых, синтезировать психические аспекты, обозначенные именами Мимира и Хёнира”[28]. Представьте себе, добавляет далее Торссон, возвращаясь к двум воронам Одина, Минину и Хугину, ставших Мимиром и Хёниром с общими корнями Minni (Память) и Hugr (Сознание), что эти два аспекта обозначают функции мозга, состоящего из двух полушарий. 

 

Одна, казалось бы, малозначимая деталь позволяет нам полагать, что три источника сливаются в один. Говорят, что Мимир утоляет жажду благодаря рогу Гьяллахорн. Это слово может быть переведено как “рог Гьолла” (Гьолл - река, что течет вокруг царства мертвых). А ведь Гьолл - вода из рек, происходящих от Хвергельмира. Что касается норн, то поскольку они - божества Судьбы, их связь с царством мертвых очевидна. 

 

Этим уникальным источником является, по всей видимости, источник Урд, источник Судьбы, той самой Судьбы, которая считалась основным и решающим нордическим божеством... точным воплощением которого мог бы оказаться Иггдрасиль. 

 

Обитель Судьбы 

 

Действительно, Реджи Бойер считает Иггдрасиль прибежищем норн, “универсальной Судьбой”, то есть тем, чему это Древо обязано своим величием. 

 

“Если, как мне то представляется, - пишет Р.Бойер, - Судьба, как ее понимали древние скандинавы, является единственным подлинным нордическим божеством, Судьба - активная жизненная сила, Судьба в значении Высшего, тогда Иггдрасиль есть весьма символическое выражение всего этого ментального комплекса. Поскольку он больше, чем боги, чьи владения он осеняет, чьи царства существуют под сенью его ветвей, он - это ЖИЗНЬ, что питается землей, из которой он растет, водой, которая орошает его, и светом Солнца, которое вращается вокруг его гордой вершины”[29]. 

 

Иггдрасиль - источник неродившихся душ, поскольку первый человек появился на свет именно из ясеня. Иггдрасиль - вместилище всевозможных тварей и, одновременно, пристанище всех мертвых душ. Как уже было сказано, его листья хранят на себе предначертания всех судеб. Не отсюда ли происходит свойственное Северу изощренно-чуткое представление о Судьбе как о божестве - величественном, огромном, почти несокрушимом, которое, тем не менее, подвержено бесчисленным нападениям. “Он содрогается”, говорится в Эддах, но не падает... 

 

Антропоморфное древо 

 

или человек в образе растения 

 

Иггдрасиль представляется подобным человеческому существу. Однако северному менталитету свойственно прямое отождествления дерева и человека, поскольку известно, что самая первая человеческая чета была сотворена - путем не создания, но “одушевления” - из двух древесных стволов, найденных на побережье (см., напр., “Прорицание вёльвы”). 

 

Ведь даже имя первого мужчины, Аск, означает “ясень”, поскольку он был сотворен из ветви этого дерева (что до первой женщины, Эмблы, - ее имя означает “вяз”). Действительно, усматривается некая корреляция между космическим Древом и человеком. Представление, будто люди происходят от дерева, было широко распространено в древней Европе. Даже в Греции считали, что некоторые роды происходят от духа ясеня. 

 

Человечество есть творение космоса, - творение, которому боги желают дать разум и собственно “человеческую” жизнь. Однако и до того, как боги вдохнули в него душу, человек был существом живым, в данном случае - деревом. Даровав ему дыхание, жизнь, подлинность, как о том сказано в Эддах, боги, возможно, нарушили естественный мировой порядок вещей, что так или иначе, но неизбежно, должно было привести к Рагнареку[30]. 

 

Однако продолжим анализ сходства между Иггдрасилем и человеком. Если Иггдрасиль - это отображение человека, он, как явствует, покоится на трех опорах, которые, по принципу подобия, являют собою основы человеческой личности: мудрость (Мимир), разрушительная энергия-жизнь, сексуальная мощь (Ниддхёг) и Судьба (Норны), чье предназначение - уравновешивать всю систему и заставлять плоскость склоняться то в одну, то в другую сторону. 

 

Дополнительная связь между человеком и деревом может быть косвенно выражена формой руны z. В младших рунах это руна Madhr (или Man или Mannaz), руна человека. В древнем Футарке этот знак соответствовал руне Elhaz, руне прыжка, лося (напоминание об оленях, ощипывающих Иггдрасиль?). Но в древнескандинавском языке эта руна означалась как Ihwar, то есть If, “тис”. В современном Футарке она трансформировалась в Yr, с тем же значением, однако ее форма - z - вызывает ассоциацию со стволом, опирающимся на три корня. 

 

На практике символизм Иггдрасиля напрямую перекликается с человеком через концепцию hvel (“колесо” - понятие, идентичное чакрам индуистской традиции). “Именно вдоль “ствола тиса”, в сердцевине индивидуума должно быть рождено преобразующее магическое пламя, поднято и опущено через “колеса” тела”[31]. Этот процесс в основе своей обращается к соединению таинств Ehwaz I (руна-тис, проникающая во все три царства: небесное, земное и подземное) и Sowilo s (солнце-колесо или солнце-щит). Человек, уподобляемый Иггдрасилю, проникнет во все девять миров через посредство своих девяти hvels и под защитой щита - Sowilo. И, подобно Одину на Иггдрасиле, он добьется получения рун. “Слово от слова... дело от дела”. (“Речи Высокого”, 141). 

 

Иггдрасиль, Хеймдалль 

 

и Мировой Змей 

 

Эта тесная связь между деревом и человеком apriori обусловливает естественность отношений человечества с одним из наиболее близких к людям божеств, Ригом-Хеймдаллем, известным как первопричина формирования рода человеческого и трех традиционных функций (каст - прим. А.Платова). Реджи Бойер, дабы подчеркнуть этот момент, сформулировал одну из самых интересных своих интерпретаций, уточняя связь, существующую, по его мнению, между Иггдрасилем и Хеймдаллем. 

 

Древо является коммуникационным вектором, поскольку устанавливает связь между всеми частями традиционного нордического мироздания, от Асгарда до Хель. В этом своем качестве оно тесно связано с богом Хеймдаллем, стражем моста, ведущего из Мидгарда в Асгард - радуги Биврёст. 

 

Р.Бойер полагает, что, быть может, “сосредоточение комплекса связанных с Иггдрасилем представлений вокруг более чем загадочной фигуры Хеймдалля не случайно”[32]. Хеймдалль живет в Химинбьорге, Небесной Горе, в которой не составляет труда распознать гору, служащую центром Мира, с символикой, идентичной символике Мирового Древа. “Его имя, - добавляет Бойер, - которое пишется с двумя “l”, соответствует идее о поддержке или опоре мира. В результате почти во всех случаях повторяется тема происхождения мира и, соответственно, тема защиты, неусыпного стража. Таким образом [...] он является противоположностью Локи”. 

 

По существу, вся эта символика наводит на размышления об Иггдрасиле. И Реджи Бойер заключает: “Хеймдалль присутствует в трех царствах [подземном, земном, воздушном], в трех стихиях [Солнце-Вода-Земля], о которых гласит это писание. Есть в его личности нечто темное, примитивное и, одновременно, фундаментальное, архетипическое. 

 

Это внушает мне соблазн отождествления Йормунганда и Иггдрасиля. Припомним наугад: клинок меча, который есть “голова Хеймдалля”, сильно напоминает своею формой голову змеи; девять матерей, чьим сыном, как утверждают, был этот бог, вызывают ассоциацию с девятью мирами, поддерживаемыми Иггдрасилем, который сохраняет Мир в состоянии целостности и единства точно также, как Мидгардсорм-Йормунганд поддерживает в состоянии целостности и единства мир людей и богов[33]. Если отдать предпочтение натуралистической интерпретации, девять (трижды по три) матерей вызывают у нас образ волн морских - стихии, где водится Великий Змей. Когда Мидгардсорм расправит свои кольца, когда Иггдрасиль рухнет, когда Хеймдалль падет под ударами Локи, настанет конец света. Гандр, магический жезл, есть хейти[34], приемлемое для чудесного Древа, но несовместимое с образом воздвигнувшегося змея. 

 

[...] Хеймдалль, возможно, является божественным антропоморфным олицетворением совокупности представлений, которым соответствует Иггдрасиль в своем глобальном, интегральном аспекте”[35]. 

 

Достоинство этой, несколько затянутой цитаты заключается в ее совершенной ясности и синтетичности. Она превращает Хеймдалля, бога людей, бога человеческих функций, в законченное отражение антропоморфного Древа Иггдрасиль, триединого (три мира), как триедин (три функции) бог. Человек, явление микрокосма, является точным отражением макрокосмического Древа-космоса, “функционирует” и развивается подобно Древу. Таким образом, мы, несомненно, оказываемся в сердце Иггдрасиля, тайны человеческой жизни. А сказать “тайна”, значит сказать “руна”. 

 

Древо и руны 

 

Итак, существует теснейшая связь между рунами и Иггдрасилем. Космическая ось нордической традиции сакральным образом связана с возникновением рун - нордической традиционной системы символов. Только будучи повешенным на Древе обнаруживает их Один; только превратившись неким образом в Одина и Иггдрасиль одновременно, человек нордической культуры может познать на опыте глубинную сущность рун. 

 

Различные авторы охотно считали, что существуют двадцать четыре пути перемещения между мирами, поскольку в древнем Футарке насчитывается 24 руны[36]. Однако никогда не было возможности установить соответствия между рунами и этими путями[37]. Просто, как подчеркивает Э.Торссон, закон, создавший и объединивший двадцать четыре стихии, правящий Иггдрасилем и его мирами, и закон, управляющий системой Футарка - это один и тот же закон, который организует и поддерживает мир, пространство и время. Здесь таятся корни и другого основополагающего принципа Севера - его адогматизма. Любой волен, отталкиваясь от базового закона, выработать или открыть собственную систему, позволяющую посещать миры. 

 

Тем не менее, связь между рунами и деревьями не столь очевидна как, например, между деревьями и огамическим алфавитом, хотя многие современные авторы пытались такую связи установить (см., напр., работы Н.Пенника). Некоторые руны напрямую ассоциируются с деревьями: в древнем Футарке это Эйваз I - тис и Беркана b - береза. Таким образом, Эйваз находится в прямой связи с символикой Иггдрасиля, Древа-оси. Одного ее положения - на 13-м месте в последовательности рун Футарка - достаточно, чтобы она стала руной-центром, главной руной. По этому поводу весьма интересно заметить, что другая центральная руна, двенадцатая, Йер j, имеет прямое отношение ко времени и году, и, следовательно, к движению. Соответствующие ее элементы в соединении образуют свастику, вечный и универсальный символ статики и динамики. 

 

Возвращаясь к соотношению “руна-дерево”, заметим, что руна Эйваз, руна тиса, объединяет принципы жизни и смерти, иначе говоря, Судьбы. Вот что говорится об этой руне в англосаксонской “Поэме о рунах”: “Eoh/тис снаружи тверд и жёсток, прочно стоит он в земле, страж огня, опираясь на корни свои, [это] радость в имении”. В исландском Футарке руна-тис была шестнадцатой (последней - прим. А.Платова), то есть руной полного, космического человека: “Ир/тис зимою самое зеленое из деревьев; обычно, сгорая, он трещит” и “Ир/тис - это и натянутый лук, и хрупкий железный клинок, и Фарбаунти [исполин] стрелы”, - говорится в древненорвежской и древнеисландской рунических поэмах. В последней каждая руна сопровождалась латинским переводом ее имени, часто представляющим эзотерическую формулу, в данном случае, здесь “арка, радуга”, - и древнескандинавским словом-аллитерацией слова “вождь, глава”, здесь - “спускающийся с Ингви”. В Abecedarium Normannicum, другом руническом тексте, сказано, что “тис хранит (удерживает, поддерживает) все)”. 

 

Таким образом, все эти рунические тексты единодушно утверждают идентичность Иггдрасиля тису. Однако заметим, в целях усугубления путаницы, что в староанглийском языке эта руна читается либо как eoh, что означает тис, либо как eow, что означает... ясень. Некоторые из поэм ясно дают понять, что Эйваз - это скрытый огонь, тот огонь, который человек должен будет проявить, заставляя его циркулировать через свои hvel, чакры. 

 

Проникая во все три мира (Асгард, Мидгард и Хель/Утгард), эта руна символизирует путь трансформации сущностей каждого из этих царств в сущности остальных двух и “динамично сливает воедино самые крайние противоположности - жизнь и смерть, день и ночь, лето и зиму. (...) Эта мистерия позволяет превращать “материальные” объекты в объекты “духовные”. 

 

Существует сильная связь между рунами Эйваз и Альгиз. Альгиз z - это руна лося. Было замечено, что оленей объединяет с Иггдрасилем и вообще деревом сходство оленьих рогов с разветвлениями кроны. Эта руна служила символом Биврёста, пути, соединяющего миры, того моста, который вполне может оказаться Иггдрасилем и который усилен своей связью с Хеймдаллем. Этот символ как гарантию покровительства и победы часто находят выгравированным на древних мечах. Впрочем, Альгиз - это охранительный знак, поскольку, как говорят, эта руна изображает руку, протянутую жестом защиты. Иногда с этой руной связывают готское слово alhz (“убежище”, “святилище”). 

 

Предположительно, обе руны - z и I - произошли от общей для них формы, изображенной на фибуле из Шарни и вновь отсылающей нас непосредственно к дереву. И ведь, действительно, Иггдрасиль можно сравнивать с одним из вариантов написания руны Хагал j - иначе говоря, с изображением трехмерной снежинки. Как и Иггдрасиль, Хагал символизирует вечную космическую гармонию, и служит воплощением постоянного круговорота: будучи жидкостью, обретает твердость, затем вновь превращаясь в жидкость; так Иггдрасиль питает оленя Эйктюрнира, с чьих рогов струится вода, чтобы, вечно возвращаясь поить дерево. Хагал символизирует мировое древо как окончательную форму основополагающей схемы универсума в нордическом мифе о сотворении. Одним из традиционных изображений, воспроизводящих Хагал, служит кадуцей - жезл (Иггдрасиль), обвитый двумя змеями. Впрочем, Йор, руна англо-саксонского Футарка, имеет форму, почти идентичную Хагал. А ведь эта руна означает змею, а ее имя обнаруживается в Йормунганде. 

 

Не следует также упускать из внимания положения Хагал в руническом алфавите (на девятом месте), всегда помня о значении девятки, числа завершенности и реализации, как в мифе об Иггдрасиле, так и нордической традиции в целом. Девятка - это костяк мультиверсума, покоящегося на девяти мирах и организованного триединой структурой Один-Вили-Ве. 

 

Последняя из рун, имеющих очевидное отношение к дереву - это Беркана, олицетворение Великой богини-березы. Это дерево было посвящено Фригг - богине-покровительнице домашнего очага и семьи. Руны часто вырезались на бересте. 

 

Беркана - охранительная сила. Эта руна - ограждение, внутри которого должен укрыться практикующий предсказатель на рунах. Руна Великой Богини, Беркана одновременно является руной великой тайны жизни: рождения-становления-смерти/возрождения. 

 

В данном случае мы ставим задачей не подойти вплотную к тайне рун, но коротко освежить в памяти кое-какие принципы, имеющие отношение к нашей теме. 

 

Прежде чем закончить с проблемой рун, следовало бы обратить внимание на одну важную деталь. В 1973 г. профессор Хайнц Клинкенберг опубликовал свой итоговый труд, “Runenschrift - Schtiftdenken - Runeninschriften”. Изучив тысячи рунических надписей и заменяя руны их порядковыми номерами в руническом алфавите, он обнаружил, что за ними скрывается настоящая цифровая нордическая каббала. Действуя таким образом, он, в частности, обнаружил, что в этих надписях очень часто встречаются числа 13 и 27. Тринадцать - число Эйваз, руны ясеня. А 27, по Клингенбергу, есть арифметический итог важной магической формулы ALU. Однако не может ли быть, что в англосаксонском Футарке, где на несколько рун больше, чем в Футарке древнем, число 27 соответствует руне Ир y, означающей... тис. 

 

Дерево и конь 

 

Конь, как и дерево, представляется одним из основополагающих архетипов в большинстве традиций. Как и дерево, он связывает воедино все уровни Космоса: мир земной, по которому он скачет, мир подземный, куда он регулярно отправляется (Хермод, например, отправляется на Слейпнире в Хель, чтобы попытаться вернуть оттуда своего брата Бальдра), и мир небесный, где он часто занимается тем, что тянет колесницу Солнца или возит различных всадников (Дикую охоту, например). 

 

В центре мистерии Древа и лошади возвышается фигура Одина. Бог-шаман, Один имел обыкновение привязывать своего коня к Иггдрасилю - действие, имеющее сходство с фрагментом шаманского ритуала. 

 

Вспомним, что Иггдрасиль означает “скакун Игга”, а Игг, Грозный - это Один. Таким образом, единство “Древо-конь-Один” оказывается центральным моментом загадки Иггдрасиля, - более того, всей системы нордической Традиции, поскольку в нее равноправно и логично входит один из главнейших нордических текстов - рассказ о посвящении Одина, висевшего на Иггдрасиле, и познавшего тайну рун. 

 

Один на Иггдрасиле 

 

Знаю, висел я 

 

в ветвях на ветру 

 

девять долгих ночей... 

 

С этого очень известного отрывка из эддических текстов начинается то, что принято называть Runatals thattr Odinns (Перечисление рун Одином, “Речи Высокого”, 138-165). Речь идет, вероятно, о ключевом документе нордической, а, в частности, - одинической - традиции. Это один из самых важных, более того, это самый важный миф. Его действующими лицами оказываются дерево, бог и руны, которые тем самым становятся неотъемлемой частью самой сути одинизма. Во время ритуального подвешивания, в состоянии аскезы (“Никто не питал, / никто не поил меня...”), Один обретает знание о рунах, знание рун. Испытание длится девять дней и девять ночей; за это время бог сам себе наносит рану собственным копьем. 

 

“Образу Одина и мифу об Одине - грозном властелине и великом маге - присуще множество до странности “шаманских” черт. Для того, чтобы обрести магическую мудрость рун, Один девять дней и девять ночей висит на дереве. Некоторые усмотрели в этом действе ритуал инициации; Хефлер даже сравнивает его с инициатическим залезанием на дерево, практикуемым сибирскими шаманами”, - пишет М.Элиаде[38]. Элиаде четко определяет способы обретения шаманских способностей: “Шаманом становятся путем: 1)реализации стихийной склонности (“зов” или “избрание”); 2)передачи профессии шамана по наследству и 3)принятия решения - личного или, реже, согласно воле клана. Но, каким бы ни был метод выбора, шаман не будет признан шаманом до тех пор, пока не пройдет двойное обучение: 1) экстатическое (сны, видение, трансы и т.д.) и 2) традиционное (шаманские техники, имена и функции духов, мифология и генеалогия клана, тайная речь и т.п.). В этом двойном обучении, осуществляемом духами и учителями - старыми шаманами, и состоит инициация”. 

 

Эта двойная инициация очень точно соотносится с тем, что произошло с Одином на Иггдрасиле. Вначале его сознание приходит в экстатическое состояние, затем “Девять песен узнал я / от сына Бельторна, / Бестлы отца...” (“Речи Высокого”, 140). Сын Бельторна - это Мимир, старый мудрец, могущий сыграть роль старого наставника-инициатора. Наконец, чтобы подчеркнуть шаманский характер Одина, напомним, что само имя его происходит от корня od, означающего экстатическое исступление. 

 

Проводник инициации 

 

в нордическом шаманизме 

 

Мы уже знаем, что этимологически Иггдрасиль означает “скакун Игга”, т.е. Одина. Это заставляет нас вновь вспомнить о коне Одина, Слейпнире, сакральный характер которого подчеркнут его отличительной особенностью - его восьминогостью. Слейпнир  - один из тех, кто ведет Дикую Охоту; Слейпнир уносит Хермода в Хель, царство мертвых, на поиски Бальдра; перечень этот может быть продолжен. Можно счесть, что шаманский характер нордической религии ныне уже не подвергается сомнению. А Иггдрасиль возвышается в центре этой концепции, поскольку помещается в самом сердце нордического духовного универсума. 

 

Шаман, жрец и маг, путешествует вне тела между мирами и приносит членам своей общины вести от богов или от умерших. Для путешествия по мирам шаман нуждается в опоре (дереве или лестнице) и животном - шаманской птице или звере, преимущественно коне. Он символически привязывает это животное к центральной опоре своего дома или шалаша - опоре, о которой в начале статьи было сказано, что, возможно, именно от ее названия произошло имя “асы”. 

 

Рагнарёк... а потом? 

 

Что произойдет с Иггдрасилем в момент Рагнарёка? Согласно “Прорицанию вёльвы”, “ясень Иггдрасиль содрогнется всем телом, он застонет, старое дерево”. 

 

Вспомним, в одном из эддических текстов сказано: “Почти никому не известно, / как его повалить. / Ни огню, ни железу оно не подвластно”. 

 

Однако на Севере не существует фатализма. Всегда есть возможность действия. 

 

Дерево послужит укрытием двум человеческим существам, чьи имена - Лив и Ливтрасир - образованы от основы “жизнь”. Именно они положат начало новому роду человеческому. 

 

В заключением предоставим слово Реджи Бойеру, который в нескольких точных словах сумел выразить все значение, всю необъятность, все величие Иггдрасиля: 

 

“Творения столь же духовное, сколь физическое, столь же реальное, сколь символическое, столь же живое, сколь сверхъестественное, он есть красота, неизбывная энергия и тайная наука: поэзия, динамизм, магия!” 

 

“Aesk/ясень очень велик и очень дорог людям; непоколебимый в своей основе, он по праву занимает свое место, хотя испытывает нападения множества людей”, говорится в англосаксонской рунической поэме. 

 

Дерево гнется, но не ломается. 

 

[1]R.Boyer. Yggdrasill. La Religion des ansiens Scandinaves. Paris, 1981. 

 

[2]E.Benveniste. Le Vocabulaire des institutions indo-europйennes. Paris, 1969. 

 

[3]R.Derolez. Les Dieux et la Religion des Germains. Paris, 1962. 

 

[4]J. Le Goff. La Civilisation de l’Occident mйdiйval. Paris, 1967. 

 

[5]G.Dumйzil. Du Mythe au Roman. Paris, 1970. 

 

[6]Дерево-эталон, однако Р.Бойер приписывает ему также значение “тот, который распределяет судьбы”. 

 

[7]Перевод Р.Бойера. Однако Ф.Кс.Дилльман делает следующее замечание: староисландское Leraрr - имя, буквально означающее “тот, кто сулит несчастье”; однако это никоим образом неприменимо к древу жизни. Быть может, значение этого имени скорее возможно передать словом Hlйradr, буквально: “тот, кто дает отдохновение”. 

 

[8]J. de Vries. Altergermanische Religionschichte. Berlin, 1957. 

 

[9]Хель - мир мертвых в скандинавской традиции. Многие исследователи отождествляют Хель и Нифльхейм, снимая тем самым одно из противоречий, на которые указывает д’Апремон. Прим. А.Платова. 

 

[10]В этой связи Ф.Кс.Дилльман замечал: “известно, что в скандинавском, преимущественно германском, фольклоре говорится еще и о “медвяной росе”, которую заботливо собирают на куски полотна в ночь летнего солнцестояния и которой приписывают ценные свойства, используя ее как лекарство и как дрожжи”. 

 

[11]Futhark. Manuel de magie runique. Puiseaux, 1992. 

 

[12]Вопрос о дуализме символики Дракона подробно рассмотрен мной в готовящейся издательством “Менеджер” книге “Магия Северо-Запада”. Прим. А.Платова. 

 

[13]См. Младшую Эдду. 

 

[14]Этот мотив преимущественно выражается четырех- или восьмиконечным крестом; каждый из лучей оканчивается руной Альгиз. В физическом выражении это один из атрибутов Сигурда-драконоборца. Это не реальный шлем в полном смысле слова, но некое прикрытие на уровне головы, назначение которого - напугать противника. Жgishjamr концентрируется в глазах или меж глаз (согласно Э.Торссону, его источником может быть шишковидная железа); его уподобляют гипнотической силе змеи. Заметим, впрочем, что до того, как перейти в руки Сигурда, этот Oegishjamr принадлежал дракону Фафниру. Интересно также отметить, что руна Альгиз, входящая в его символику, означает порыв, усилие, стремление, как и олени, изображенные в кроне Иггдрасиля. 

 

[15]E.Thorsson. Runelore: A Handbook of Esoteric Runology. York Beach, 1987. 

 

[16]Имеются в виду имена гномов в списках Старшей Эдды. Прим. А.Платова. 

 

[17]Мы опускаем здесь подробное рассмотрение д’Апремоном прочих животных, обитающих под сенью Иггдрасиля и поминаемых древними текстами. Это: олень Эйктюрнир; два лебедя, гнездящихся в Урд и являющиеся указанием на валькирий (или норн); коза Хейдрун; и, наконец, петух Фидофнир. Прим. А.Платова. 

 

[18]Здесь и ниже текст Старшей Эдды приводится в переводе А.Корсуна; однако, мы не можем не отметить, что этот широко известный в России перевод очень часто не совпадает с переводами других признанных специалистов. Так, например, процитированный фрагмент “Прорицания вёльвы” в переводе Р.Бойера звучит следующим образом: “Вот что гласит вёльва: / девять миров я вспоминаю, / девять бескрайних земель. / Вафтруднир говорит: / и мировое славное древо, / земную пронзившее твердь”. Прим. А.Платова. 

 

[19]M.Eliade. Images et symboles. Essais sur le symbolisme magico-religieux. Paris, 1952. 

 

[20]E.Thorsson. Runelore... Cм. также: M.Eliade. Le Mythe de l’Eternel Retour. Paris, 1949. 

 

[21]E.Masson. Vallйe des Merveilles. Un berceau de la pensйe religieuse europйenne. Dijon, 1993. 

 

[22]M.Eliade. Le Sacrй et le Profane. Paris, 1965. 

 

[23]M.Eliade. Traitй d’Histoire des Religions. Paris, 1974. 

 

[24]N.Pennick. The Cosmic Axis. Cambridge, 1987. 

 

[25]Hauer. Urkunden und Gestalten der germanisch-deuttschen Gloubensgeschichte. Stutgart, 1940. 

 

[26]R.Derolez. Les Dieux et la Religion... 

 

[27]Этот образ - живая мудрая Голова - имеет древнейшие корни и восходит, несомненно, ко временам древнеевропейского языкового единства (III-II тыс. до Р.Х.). Помимо скандинавской мифологии, мы можем встретить Голову в славянских и кельтских сказаниях, а также в древнейших европейских магических ритуалах. С этим образом, например, связано воззжение в ночь на Самайн (День Всех Святых) ритуальных светильников из тыквы, вырезанных в форме черепа, сохранившийся по всей Европе, в том числе - и у славян. Прим. А.Платова. 

 

[28]E.Thorsson. Runelore... 

 

[29]R.Boyer. Yggdrasill... 

 

[30]Рагнарек - “Сумерки Богов”, конец и начало Мира в скандинавской мифологии. Прим. А.Платова. 

 

[31]E.Thorsson. Runelore: A Handbook of Esoteric Runology. York Beach, 1987. 

 

[32]R.Boyer. Yggdrasill... 

 

[33]Мидгардсорм - дословно “Змей Мидгарда”, т.е. “Мировой Змей”. Йормунганд - еще одно его имя, означающее дословно “большой [магический] жезл”, а магическим жезлом (gandr) древние тексты нередко называют Иггдрасиль. Впрочем, несколько ниже об этом говорит сам автор. Отметим также, что упоминания о том, что именно Змей удерживает Мироздание в состоянии целости, сохранились и в славянской традиции. Прим. А.Платова. 

 

[34]Хейти - в скандинавской традиции заменитель имени, избавляющий от необходимости его произнесения. Прим. А.Платова. 

 

[35]R.Boyer. Yggdrasill... 

 

[36]E.Thorsson. Runelore... 

 

[37]Нам известны такого рода исследования, однако, как и д’Апремон, мы полагаем их безосновательными. Прим. А.Платова. 

 

[38]M.Eliade. Le Shamanism. Princeton, 1964.