Сохраню-ка я в днев интервью замечательного тренера. Боьше всего мне понравилася часть под названием "ДАВАЙТЕ ВЕРНЕМ КУКЛЕВУ". Вот именно то, что лично я думаю.
И вообще очень хорошее интервью.
Валерий Захаров: «Не могу бросить то, что мне дорого»
Воспитанники его боготворят, коллеги уважают, конкуренты недолюбливают. Тому есть причины – за тридцать с лишним лет работы в ханты-мансийском биатлоне он сумел создать такую отлаженную систему подготовки биатлонистов всех уровней, что теперь она считается лучшей в стране. Кроме того, наш сегодняшний собеседник Валерий Павлович Захаров имеет свое независимое мнение по любым, даже самым острым, вопросам и всегда готов его высказать вслух.
РОЖДЕНИЕ ИМПЕРИИ
– Валерий Павлович, расскажите, с чего начинался югорский биатлон?
– Югорский биатлон начался давно, с 1974 года. Мы начинали с нуля: не было ни стрельбища, ни винтовок, ни людей. Сначала закупили оружие, построили примитивное стрельбище, потом пригласили лыжников и постепенно, шаг за шагом, дошли до сегодняшнего уровня.
– В каком году был построен современный комплекс?
– Недавно мы отметили его десятилетие. За это время почти каждый год проводили международные соревнования: чемпионаты и этапы Кубка мира.
– За счет чего удалось достичь такого уровня и стать флагманом российского биатлона?
– Прежде всего, за счет хороших спортивных результатов и любви к этому виду спорта со стороны руководства округа. И предыдущие руководители, и наш нынешний губернатор прививали любовь к биатлону своим подчиненным, которые делали все для достижения результата.
– Кто еще оказывает поддержку вашей федерации? Есть ли у вас спонсоры?
– Вся поддержка в основном идет от правительства округа, а вот со спонсорами у нас проблемы. Они помогают лишь с проведением этапов Кубка мира, организацией чартерных рейсов, а в плане поддержки команды мы, возможно, упустили момент их привлечения. Хотя в округе работает много нефтяных компаний и можно найти хорошего спонсора, пока у нас это не получается. В будущем мы бы хотели получить такого спонсора, чтобы у команды был еще один источник средств для развития и достижения результатов. Ведь для организации зарубежных сборов и приобретения качественной экипировки нужны немалые средства.
– Кем вы себя ощущаете в первую очередь – тренером или менеджером?
– Скорее все же тренером, хотя с самого первого дня я один был и тренером, и менеджером, решал все вопросы, связанные с трудоустройством ребят, их службой в армии, учебой, и сейчас все эти функции остаются за мной.
– Сколько спортсменов включают ханты-мансийские команды разных возрастов?
– У нас есть команды по всем возрастным категориям: младшие, средние, старшие юноши, юниоры и взрослые. Причем все команды укомплектованы полностью. Если в сборной занимается восемь человек, то у нас, например, шесть.
– При таком большом количестве спортсменов все ли получают необходимую поддержку и внимание тренеров?
– У нас с тренерскими кадрами проблем нет. В каждой возрастной группе с командой работает по два-три тренера. Может, только во взрослую сборную команду мы бы хотели подобрать еще пару человек.
СЛОВО «ПЕРЕМАНИВАТЬ» МНЕ НЕ ЗНАКОМО
– Вы предпочитаете готовить своих воспитанниц в составе команды ХМАО, а не в сборной страны? В чем отличие вашей подготовки?
– Принципиального отличия нет, просто конфликтная обстановка в сборной и те неурядицы, которые там происходили, не могли не отразиться на психологическом состоянии тренеров и спортсменов. Так что пусть готовятся в своей команде безо всякой нервотрепки, не участвуя ни в какой политической борьбе. Поэтому мы не будем отправлять туда людей, пока обстановка не наладится.
– Многие упрекают Ханты-Мансийск за то, что он, дескать, сманивает лучших спортсменов из других регионов финансовыми условиями. Считаете ли вы справедливой нынешнюю систему переходов, когда регион, воспитавший спортсмена за свой счет, не получает затем никакой компенсации, хотя атлет продолжает жить там же?
– Я даже не знаю такого слова «переманивание». Все спортсмены приходят к нам сами, многие по два-три года просятся, а мы их не берем, стараясь не обидеть воспитавший его регион. Но когда по прошествии времени мы видим, что там у него нет никаких условий, и спортсмен может вообще потеряться, то мы даем ему возможность готовиться.
– Получается, не вы ищете спортсменов, а они вас?
– Они нас сами находят, как, например, Филипп Шульман. Он в Уфе получал две тысячи рублей. Это нормальные деньги для члена сборной страны? На эти деньги спортсмен даже нормально питаться не может, а какой уж тут результат.
– Но ведь Максим Чудов по-прежнему выступает за Башкортостан и не собирается уходить?
– У Максима Чудова там другие условия.
– А в Ханты-Мансийске финансовые условия у различных спортсменов сильно отличаются?
– В зависимости от результата. При наличии высоких результатов проще убедить руководство предоставить жилье и высокую зарплату. Конечно, неизвестному человеку мы никаких благ не обещаем.
ЛЕГЧЕ ГОТОВИТЬСЯ В ЕВРОПЕ
– А как дела у вас с местными кадрами? Стоит ли ожидать появление новой Слепцовой?
– У нас работает спортивная школа, имеющая в округе восемь филиалов. Народ потихоньку вырастает, хотя такие спортсменки, как Слепцова, рождаются далеко не каждый день. Последнюю Спартакиаду молодежи, кстати, выиграл Ханты-Мансийск, причем, не с приезжими спортсменами, а со своими местными. А если взять динамику выступлений по юношам и юниорам за последние 10 лет, то ханты-мансийская команда все время на первом-втором месте, редко на третьем.
– Ставит ли руководство вам задачи на сезон?
– Руководство не ставит нам конкретных задач, но исходя из тех условий, которые у нас есть, мы прекрасно понимаем, что ниже третьего места опускаться не имеем права.
– Ваши возможности позволяют вам сделать выбор: вывозить спортсменов на Кубок Европы или отбираться на крупные турниры на всероссийских стартах. Где выше конкуренция, где спортсмену проще прогрессировать?
– Я бы не сказал, что в России готовиться дешевле. Порой за границей условия гораздо лучше при меньшей стоимости подготовки. Что касается Кубка Европы и Кубка России, то в Европе и конкуренция выше, и условия лучше. Это вот здесь в «Гранд Отеле Уват» прекрасный сервис, а на Спартакиаде молодежи в Саранске селили по десять человек в комнате. Один душ на пятьдесят человек – разве это условия?
– В ближайшее время там обещают построить гостиницу.
– Не знаю, построят ли, но сейчас там кошмарные условия. У нас в России почти все базы разваливаются. Возьмите такие центры, как Новосибирск, Екатеринбург, Пермь – там просто сараи стоят еще с тех времен, когда я бегал.
СЛЕПЦОВУ НЕ ХОТЕЛИ БРАТЬ В СБОРНУЮ
– Давайте поговорим о выступлении ваших воспитанниц в этом сезоне. От Светланы Слепцовой ожидали не только первых подиумов, но и побед?
– Если честно, то столь больших успехов не ожидал, хотя не сомневался, что она в грязь лицом не ударит. Мне пришлось приложить много сил, чтобы вывести ее на пик формы уже к первому этапу. Поначалу ее ведь не хотели брать в сборную, но сложилось так, что она органично вписалась в команду на Кубке мира и постепенно начала прибавлять и прибавлять.
– А из-за чего ее не хотели брать? Из-за самостоятельной подготовки?
– На чемпионате России в Уфе мне поставили условие, что если она в команде не готовится, то выступать на Кубке мира не будет. Это же полный маразм! Я из-за этого на целый месяц увез девчонок готовиться безвылазно в Контиолахти, чтобы там выступить на отборе в команду в Муонио. Был уверен, что с нынешним составом сборной Света справится и отберется в команду без проблем. Но у команды возникли трудности с визами, и они в Муонио не приехали.
– Тем не менее, в итоге сезон сложился для вас со Светланой удачно. Не находите вредным излишнее внимание прессы к ней в последнее время?
– Конечно, есть перебор. Наша пресса, раскручивая ее, не понимает, что она еще совсем молодая спортсменка, и у нее может закружиться голова: пропустит пару тренировок и начнется спад результатов. Я стараюсь как-то ее придерживать, объяснять, что все хорошо в меру. Мы в свое время проходили это и с Кругловым. Начались переезды, постоянные съемки на телевидении, тут тренировку пропустил, там пропустил, а потом он уже в четверку в команде еле попадает. Я ему говорю: «Коля, еще пара таких выступлений – и ты уже будешь пятый в команде». Но Света девчонка не глупая, и все сама прекрасно понимает и делает правильные выводы.
– Каким компонентам ее подготовки в межсезонье вы намерены уделить особое внимание?
– Работы много. Нам надо поработать над техникой лыжного хода, остаются проблемы и в стрельбе, особенно в стойке. Спорт не должен стоять на месте, постоянно нужно совершенствоваться.
НЕОБХОДИМО УКРЕПЛЕНИЕ ТРЕНЕРСКОГО ШТАБА
– Можете прокомментировать слухи о том, что вы намерены привлечь к работе одного известного тренера, который сейчас трудится за границей?
– Да, мы бы хотели пригласить пару человек для работы с командой мастеров, ведь у нас на взрослые и юниорские мужские команды, в которых состоят тридцать человек, всего четыре тренера, чего, конечно, недостаточно. Одному тренеру тяжело заниматься и функциональной подготовкой, и стрельбой, и смазкой лыж. А еще он выполняет работу водителя, так в каком состоянии придет на тренировку после бессонной ночи за рулем? Необходимо разделение труда, поэтому мы сюда в Уват привезли сервисера, потому что у тренеров и так достаточно работы, а у нас выступает здесь 32 человека. Если не добавлять тренерские кадры, ребята останутся на месте.
– В число интересующих вас специалистов входит Анатолий Хованцев?
– Я его приглашал. Мы даже сегодня (беседа состоялась 4 апреля, - прим. ред.) с ним разговаривали по телефону, но он так прикипел к этой Финляндии, что к работе в России относится настороженно. Его вот и Москва недавно приглашала. Но у него сейчас и зарплата неплохая, и пенсионные отчисления.
– К тому же в Финляндии работа более спокойная: от него никто не требует сиюминутного результата.
– Он работает в клубе и с пенсионерами, и с детьми, и со взрослыми спортсменами. Там все по-другому – профессиональный спорт, смешанный с любительским. В общем, солянка какая-то. С Хованцевым мы вместе бегали, вместе работали в сборной команде. Я его знаю как прекрасного специалиста. И хотя у него уже предпенсионный возраст, такой грамотный тренер нам бы не помешал. Молодежь сейчас неохотно идет работать тренерами, поэтому такие кадры в цене.
ДАВАЙТЕ ВЕРНЕМ КУКЛЕВУ
– Ольгу Анисимову мы еще увидим на соревнованиях?
– Это зависит от президента СБР Александра Тихонова, который, как я считаю, несправедливо не взял ее на чемпионат мира. Ведь по результатам она доказала, что не хуже тех, кто сейчас в команде. На чемпионате мира она вполне могла бы выступить в эстафете вместо Неупокоевой, которая проиграла минуту двадцать секунд на своем этапе, после чего мы еле унесли ноги в борьбе за бронзу.
– Но проиграла ведь не кому-то, а Нойнер. Вряд ли и Ольга смогла бы с ней бороться на равных.
– Ну не минуту двадцать. Такое отставание отыграть крайне тяжело.
– Руководство федерации объясняет свою политику прицелом на Олимпиаду в Ванкувере, готовить к которой целесообразнее молодежь, чем возрастных, неперспективных спортсменов.
– А вы были вчера на тренерском совещании? У нас приглашают в команду Пылеву, Зайцеву, Богалий. Это что – молодые спортсменки? Они уже два года не бегали, и что, готовы соревноваться со Слепцовой? Это просто смешно, что этих спортсменок они хотят смешать с молодежью.
– Ну это же расширенный список, а так все будет зависеть от них самих. У Ахатовой же получилось вернуться.
– Ахатова показала результат, к ней нет претензий, но Зайцева проездила все летние сборы за счет сборной команды, и где она? Что-то я ее здесь не вижу. Давайте на будущий год добавим к ним Галину Куклеву, она тоже Олимпийская чемпионка и держит себя в хорошей форме, и будем ждать у моря погоды. Какая тут ставка на молодежь? У нас есть перспективная молодая спортсменка Екатерина Шумилова. Она 13-й номер рейтинга, самая молодая в двадцатке, но ее почему-то в расширенный список восемнадцати не включают. Зато мы привезли из-за границы Соколову и засчитали ей все рейтинговые очки до февраля месяца, когда официально был оформлен ее переход. Теперь она третья в рейтинге впереди людей, которые боролись весь сезон. Мы отцепляем молодых спортсменок, отобравшихся на чемпионат Европы, и даем карт-бланш Пылевой, которая попалась на допинге. В результате она заваливает там эстафету. Вы считаете, что спортсменка 1975-го года рождения – это молодежь?
– Но ведь она Олимпийская чемпионка?
– Так ты докажи, что готова бороться сейчас, зачем брать в расчет старые заслуги. Есть же спортивный принцип, а она два года нигде не бегала, в России даже не обкаталась и сразу поехала на Европу.
КОНКУРЕНЦИИ НЕ БОИМСЯ
– Насколько принципиален для ваших спортсменов этап в Ханты-Мансийске? Пик формы на него планируете?
– Естественно, все руководство округа, болельщики ждут хороших выступлений на домашнем этапе. Они просто не поймут, если мы будем побеждать за границей и ничего не покажем дома. В этом году Слепцова, Круглов и Анисимова целенаправленно пропустили этап в Корее и готовились показать хороший результат дома. К сожалению, у нас не все получилось: Света сумела стать третьей, а Коля все время был рядом: пятый, шестой, но до медалей так и не добрался. Анисимова была восьмой – вроде неплохо, но для болельщиков этого все равно мало. Им хочется, чтобы наши люди постоянно были на пьедестале.
– А спортсменов в Ханты-Мансийске на улицах узнают?
– Биатлон у нас очень популярен. Публика наших спортсменов любит и знает, плакаты с их портретами накануне соревнований висят по всему городу, поэтому и хочется показать, что они не просто так болтаются на этих плакатах, а что-то из себя представляют. Слепцова была очень хорошо готова, но переволновалась из-за рева трибун и намазала в спринте. Зато в Холменколлене, где не было такого давления, сумела себя показать. Так что, я считаю, родные трибуны скорее мешают, чем помогают. Чтобы справляться с такими эмоциями, нужно иметь железную выдержку.
– Сейчас в России развивается множество новых биатлонных арен: Уфа получила категорию «А», Уват – категорию «В», построен новый стадион в Саранске, есть проекты строительства арен в Красноярске и Екатеринбурге. Не боитесь, что в будущем у Хант появятся конкуренты, также претендующие на проведение этапа в России, которые окажутся предпочтительнее из-за близости к Европе?
– Конкуренции я не боюсь, потому что ее как не было, так и нет. Возьмем простой пример. Раньше в Тюменской области ничего не было. Но вот появился замечательный руководитель, энтузиаст биатлона Юрий Олегович Свяцкевич, который построил этот комплекс, где спортсмены получили возможность тренироваться. Но вы в курсе, что сегодня в Тюмени начали строить современный стадион на Черной речке? Через два года, когда его сдадут, вы думаете, тюменцы будут проводить здесь в Увате губернаторскую гонку? Они будут проводить ее там, а что будет здесь? Кто будет содержать этот комплекс? При всем уважении к руководству Увата перспективы здесь нет никакой.
– Здесь проблема касается в основном транспортной схемы, а что скажете о других центрах?
– Идем дальше. В Уфе стадион находится в черте города, где серьезные проблемы с экологией, выбросы вредных веществ с промышленных предприятий. В Новосибирске комплекс буквально разваливается, в Саранске построили комплекс, но там тоже масса проблем. За стрельбищем стоит жилой дом, в сторону которого идет стрельба, а жители уже пишут бумаги. Мы покрыли всю Россию стрельбищами, но ни одного совершенного среди них нет. Вроде начали что-то доводить до ума в Ижевске, обещают реконструкцию в Екатеринбурге, но пока реально конкурировать с Хантами, где организация всегда на высочайшем уровне, никто не может. Я был бы только рад, если бы другие центры тоже развивались.
– Во время этапа Кубка мира Холменколлене мне довелось посетить пресс-конференцию тренера шведской сборной Вольфганга Пихлера, где он высказал идею о переносе в следующем году этапа в Ханты-Мансийске, в том числе и потому, что и там предстоит немало перелетов и в Америку, и в Корею.
– Пихлер порой ведет себя некорректно. Сюда приезжает – все нормально, никаких претензий, а потом поливает нас. Он поднял эту шумиху из-за подозрений в допинге Моисеевой, но ведь ранее попалась финская спортсменка, так что ж теперь финские этапы все отменить? Хотя по уровню они не ровня Хантам. Но его идеи больше никто не поддерживает. Как говорится, собака лает, а ветер уносит.
В СБОРНУЮ НЕ ТЯНЕТ
– За долгие годы работы в Ханты-Мансийске не хотелось ли попробовать что-то новое, например, возглавить сборную?
– Я уже прошел через это. В сборной я трудился три-четыре года и с Хованцевым, и с Польховским. В 1996 году Хованцев выиграл со сборной все, что только можно, а чем все закончилось? Его освободили от занимаемой должности без выходного пособия. И зачем мне это надо?
– А разве не престижно работать старшим тренером главной команды страны? Разве это не вершина работы тренера?
– Для меня это нисколько не престижно. В сборной на тебя постоянно оказывается давление и в случае малейшей ошибки тебя могут убрать, а я не сторонник того, чтобы бегать с места на место. В Хантах я начинал с нуля, и не могу бросить то, что мне дорого. Даже за границу не тянет.
– А за границей наша тренерская школа вообще востребована?
– Сейчас русских тренеров мало работает. Успешно работал со сборной Финляндии Хованцев, подготовивший за четыре года чемпиона мира. Других русских тренеров я сейчас и не вспомню. Как-то в биатлоне у нас не принято мотаться за рубеж. В IBU (Международный союз биатлонистов – прим. ред.) иногда предлагают заняться развитием биатлона в слабых странах, но такие энтузиасты у нас не находятся. Но в целом наша тренерская школа себя неплохо зарекомендовала. В свое время наши специалисты успешно работали в Польше (Куракин, Привалов, Кудряшов), в Китае и Корее.
http://rbu-biathlon.ru/content/view/1534/31/
