«И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет» (Откр.21,1).

То новое небо и ту новую землю, что увидел Иоанн Богослов, не надо разуметь, как что-то совершенно новое, ибо произошло изменение прежнего мира, прежней земли, прежнего неба, изменение произошло через огонь, через уничтожение прежней системы вещей, и мир становится иным, он видоизменяется. То есть, как мы с вами изменимся в День Воскресения, точно так же и мир, в котором мы с вами живем, претерпит очень серьезные, кардинальные изменения, «ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет». Вот эти слова, «моря уже нет», Андрей Кесарийский поясняет так:
«Потому что море будет не нужно, когда людям не нужно будет плавать по нему, ни перевозить и доставлять произведения земли в отдаленные страны, и тогда не нужно его, если оно означает бурную и полную волнения жизнь, ибо у святых не останется тогда ни малейшего страха или смущения».
То есть, с одной стороны, прекратится море тех чувств, что постоянно нас травмируют, а с другой стороны, сами моря, которые сейчас служат связующими артериями между странами и людьми, станут ненужными. Мы с вами беседовали о том, что люди, которые будут жить в новом Божьем мире, смогут перемещать свое тело движением мысли. Ипполит Римский говорит, что люди смогут перешагивать море. И расстояние между землей и небом уже не будет непроходимым, но движением мысли, наподобие ангельского стремительного перемещения, человек может оказаться в любой точке Вселенной. Мы будем постигать смысл многих миров: для чего Господь их создал, какая тайна заложена во всем Божьем мироздании.
Недавно ученые наблюдали, как в космосе, на невероятном удалении от нашей планеты, столкнулись две галактики. В каждой галактике более ста миллиардов звезд, огромное-огромное количество планет, и вот, что-то там произошло, они столкнулись, но люди не могут понять, почему это случилось. Мы живем в одной из галактик, и наше Солнце не в центре, оно на окраине этой Галактики, и в нашей Солнечной системе наша планета не самая большая, она, скажем так, ниже среднего по размеру.
Мы иногда не понимаем, зачем Бог создал такой огромный мир. Святитель Феофан Затворник, например, допускает мысль, что есть иные населенные миры. Феофан Затворник писал, что для какой-то цели Бог все создал, но нам особенно в это вникать не надо, потому что мы об этом узнаем потом. И вот, когда человек будет в новом мире, измененном — имеются в виду те изменения, которые произойдут здесь, у нас, на нашей планете, в нашей системе, — то какие-то процессы могут еще продолжаться во всей вселенной, и, конечно, люди могут быть задействованы в этих процессах уже как Божьи ангелы. Тогда они будут принимать участие в Божественных поручениях.
Есть разные ангельские миры — ангелы, архангелы, херувимы, серафимы, начала, господства, власти, престолы — это именно миры, они не локальны, они глобальны. На современном языке можно сказать, что это другие измерения. Апостол Павел был восх́ищен только до третьего Неба, а есть семь Небес. А как мы с вами определились, число семь — оно вообще говорит о неопределенности, о числовой неопределенности. Поэтому будущий мир, который ожидает нас, он уж точно не будет однообразен. И напрасно некоторые терзаются вопросом:
— А что я там буду делать?
Как, например, один мужчина спрашивал свою жену:
— А что там, в Раю будет?
Она говорит:
— Ну, будешь ходить в красивой одежде, петь. Белоснежная одежда у тебя будет, золотой венец на голове.
Он подумал, подумал и говорит:
— Ну, мне там неинтересно будет, у меня все друзья в другом месте соберутся, там у вас скучно будет.
На самом деле зря некоторые так рвутся в ад, ад — это банальное, повторяющееся, тягостное своим однообразием состояние, а Божий мир, Рай, — это многообразие, чудесное, интереснейшее многообразие. Мы даже не можем сейчас представить, насколько тот мир будет иным, непривычным и прекрасным. Поэтому апостол Павел, который был восхищен только до третьего Неба, сказал: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1Кор.2,9).

(с) Из «Бесед на Апокалипсис Иоанна Богослова» о. Олега Стеняева