Женские наряды середины 19 века
Журнал "Наше наследие" отличался качеством своих публикаций. Все с ним хорошо знакомы, не буду его характеризовать. Вспомнилась интересная статья, порылся, нашёл. Эта страница, как бы, вдогонку предыдущей, тоже о тряпках. Не знаю как выбраться из бабкой темы, но грех не показать. На сей раз мне хочется выложить всю статью целиком, а не только подписи к фотографиям, встретите много интересного.
« Платьев без отделок решительно не видать»
Татьяна Алёшина
Фото Александра Викторова.
Публикацией коллекции женской одежды
Середины 19 века из фондов
Государственного исторического музея
Продолжаем знакомство с историей
Русского костюма.
Устойчивость силуэта и форм, характерная для русской моды Х\/ІІІ века, сменилась в ХІХ столетии активной восприимчивостью к новизне и гибкостью. Так, в 1850-е годы, например, откровенная нарядность кокетливых женских платьев существенно отличалась от строгого классицистического благородства ампирных туалетов. За несколько десятилетий заметно расширился круг людей, безусловно следующих модным предписаниям. Реформы Александра ІІ сместили социальные акценты, постепенно героями дня становились энергичные состоятельные промышленники, покупавшие у обедневших аристократов фамильные особняки, а часто, породнившись, и титулы. В Москве тон задавало преуспевающее купечество, диктовавшее стиль жизни, навязывающее свои вкусы, пристрастия, идеалы. Для этого круга людей мода становится одним из элементов престижа, правда, на всём, что они носили, лежал неуловимый, но сразу узнаваемый отпечаток их сословных представлений о красоте.
Женские туалеты, пожалуй, наиболее очевидно могли подчеркнуть благосостояние и блестящее положение дел фабриканта или торговца. Их супруги часто превращались в богато украшенную рекламу успехов мужа, становились символом его процветания. Силуэт, композиция и детали их одежды зачастую были далеки от какой-либо целесообразности и страдали декоративной перегруженностью, превращаясь в нагромождение отделок, украшений и аксессуаров. Но роскошь и высокая цена нарядов, рассчитанных на броский эффект, действительно поражали окружающих. Эклектичность, свойственная всему русскому искусству середины ХІХ века, и костюму в том числе, проявилась как нельзя более убедительно в туалетах жен русских предпринимателей и дворян. Созданные под несомненным влиянием стиля так называемого «второго рококо», пришедшего из Франции, они в русской “транскрипции” очень своеобразны, особенно в купеческой среде, где не редко утрировались его особенности. Парижская мода, в основе которой лежали рокайльные мотивы, кокетливость образа, прихотливый подвижный силуэт, причудливая отделка, масса оборок, пышный цветочный рисунок тканей - получила в лице этих русских женщин благодарных последовательниц и вполне отвечала их сословным притязаниям.
Характерные для 1830-40-х годов композиция и силуэт женского платья с облегающим лифом и перетянутой тонкой талией, широкой юбкой «колокольчиком» доводятся в 1850-60-х до предельной остроты. Юбки становятся все объемнее, декольте глубже, талия тоньше. Общее впечатление от таких нарядов довольно точно выразил автор обозрения в «Магазине мод и рукоделий» за 1852 год: «Платье иначе и не носят, как со множеством оборок, или, по крайней мере, с полосками на переднем полотнище; платьев без отделок решительно не видать. Все модные материи фантастичны и пестры до крайности: всюду клетки, полоски, разводы, цветочки, арабески. Но успех всех этих платьев зависит от таланта и вкуса модистки».
В середине века лиф платьев шьётся уже с использованием пластинок китового уса, вшиваемых в подкладку платья. Талия, затянутая помимо этого еще и в узкий корсет, теперь слегка удлиняется за счет «шнипа» острого мыска, завершающего лиф спереди и сзади. Форма юбки напоминает бутон распустившейся розы или камелии, достигая в окружности 5-6 метров. Длиной до пола, она поддерживается нижними, туго накрахмаленными юбками (зимой, часто, ватными).
Появляется и кринолин, введенный в моду Чарлзом Вортом, знаменитым владельцем парижского салона. Кринолин (от французского сгіn - конский волос) напоминал абажур, он мог быть целиком сплетен из конского волоса или состоять из металлических тонких прутьев (продольных и поперечных), связанных между собой узкими лентами или тесемками. Иногда обручи вшивали непосредственно в нижнюю юбку. По мнению современников, такие сооружения напоминали большие клетки для кур, их громоздкость вызывала много насмешек и карикатур в печати. Но, несмотря на известные неудобства такой моды, платья с кринолином носили до конца 1860-х годов. В них женщины ходили медленно, передвигались мелкими шажками с особой, часто деланной, грациозностью движений. Они как бы «вплывали» в залу, изящно придерживая широкие юбки и слегка ими покачивая.
Заостренность силуэта подчеркивалась пестротой материи и обилием деталей, эффектностью вышивок. Надо сказать, что растущий спрос на дорогие ткани и шитье в целом удовлетворялся отечественной текстильной промышленностью. Эта отрасль одной из первых пережила машинный переворот, и к середине века многие фабрики и мастерские уже были оснащены машинами, ускоряющими производство разнообразных материй, тесьмы, вышивок, кружев (в это время, кстати, появились и первые швейные машины), не уступающих иностранным. Богатство и выбор тканей создавали для русских портных широкие возможности для реализации самых смелых фантазий парижских модельеров, а вслед за ними и русских заказчиц. Кроме того, давние традиции рукоделия, умение искусной вышивкой или оригинально обработанным швом подчеркнуть красоту кроя или материи, делали подчас женские платья настоящими произведениями искусства.
Пеньюар из льнобатиста 1840-1850-е годов.
К ним с полным правом можно отнести коллекцию женской одежды 1850-60-х годов, хранящуюся в Государственном историческом музее.
Отбор экспонатов для публикации (кстати, первой) был продиктован, прежде
всего, оригинальностью ткани и красотой ручной работы, точностью соответствия моде. По ним можно судить о привычках, склонностях и амбициях значительного круга русских людей и, может быть, пересмотреть (отмечая, например, красоту некоторых явно «купеческих» туалетов) традиционное несколько пренебрежительное суждение о вкусах русских «деловых» людей.
Утреннее платье из кисеи. 1852-55-е годы.
Безусловную уникальность придает музейным экспонатам драгоценная ручная вышивка, спустя несколько лет почти полностью вытесненная машинной. Так например, она буквально сплошь покрывает нежный льнобатист, из которого сшит изысканный утренний пеньюар. Необычайно тонкая работа белым хлопком по белому же фону придает ему особую воздушность, а разнообразие техник и мотивов (мелкие цветы, бутоны и изгибающиеся ветки, плоды) ощущение драгоценности каждого фрагмента. Вся вышивка просто виртуозна, а плотные стежки глади и ажурные сетки вносят в нее дополнительную игру светотени, от которой поверхность словно вибрирует.
Бальное платье из дымки 1850-е годы Фрагмент
Описание подобного наряда можно прочесть в рассказе «С простым взглядом» писателя С.Терпигорева, написанного как раз в середине ХІХ века: был пеньюар, весь вышитый гладью: дырочки, фестончики, городки, кружочки, цветочки живого места, что называется, на нем не было, все вышито!» И далее героиня рассказа упоминает: «Его вышивали два года двенадцать девок». Щедро украшено вышивкой цветными шелкамиоткрытое бальное платье из светло-серой дымки (прозрачная ткань из скрученных шерстяных нитей). Оно выглядит изящно-кокетливым и живописным, что подчеркивает прозрачность ткани на голубом чехле. Надо отдать должное автору этого платья, его незаурядному мастерству, смелости и оригинальности замысла, несомненному художественному чутью, превратившим выездной туалет в произведение искусства.
Бальное платье из тарлатана 1855- 1859-г годы.
Настоящая жемчужина коллекции - изумительное бальное платье из белого просвечивающего тарлатана (ткань типа газа) с поистине бесценной отделкой. Его юбка и оборки на груди украшены ручной вышивкой из натуальной золотистой соломки (явно в подражание старинному золотному шитью) и ярко-синего шелка, удивительно напоминая цветущие васильки среди спелых блестящих колосьев. Необычный орнамент придает этому явно девичьему платью щемящую трогательность, какую-то милую наивность. Судя по всему, оно принадлежало молоденькой дворянке «на выданье» и шилось для первых выездов в свет.
Надо сказать, что примечательной чертой женских туалетов середины ХІХ века были ткани. Сейчас уже невозможно определить (если нет клейм) их происхождение, ведь отличить русские ткани от западноевропейских было не по силам уже современникам. Интересно, что самым любимым цветом жён и дочерей богатых предпринимателей и торговцев был розовый, преимущественно интенсивных оттенков. Этим объясняется несколько снисходительное отношение к нему «настоящих» дам и интеллигенции, которые вплоть до ХХ века считали розовые платья синонимом дурного вкуса, по инерции очень долго приписываемым всему сословию. Это в значительной степени спорное утверждение опровергает фрагмент нарядного туалета из шелка типа тафты. Подобные традиционно надевались невестами из купеческих семей (при обряде благословения, помолвке). Эффект мерцания переливчатой парчи усилен ручной вышивкой гладью, тамбурным швом, густо и редко посаженными узелками, причем использована скрученная шелковая нить двух розовых оттенков, отличающихся от цвета платья. Сейчас трудно определить, в чьей мастерской или ателье сшиты все эти великолепные наряды на них не обнаружено клейм, обычно располагавшихся на ленте, пришитой внутри лифа. Кроме того, их создавали и крепостные мастерицы, десятилетиями обшивавшие своих хозяек; не исключено, что именно они вышили некоторые платья из представленной коллекции.
Свободные профессиональные портные поставляли свою продукцию в лавки, магазины готового платья, швейные мастерские.
Нарядное платье с накидкой из шёлка. 1850-55-е годы.
Летнее платье из льнобатиста. 1852-56-е годы.
В середине ХІХ века одной из самых известных в столице было белошвейное заведение Маргариты Миннангуа, находившееся на Мясницкой. По архивным сведениям, в 1856 году там работали 16 женщин-мастериц, а в Газетном переулке открылся магазин этой фирмы, где продавались вышитые изделия и готовое платье. В собрании музея хранится лиф из черного репса с клеймом этой фирмы, тонко расшитый черным стеклярусом и бусами.
Зонтики Середина ХІХ века.
Существенную роль в женском костюме играли аксессуары шляпы, зонты, веера, перчатки (часто они были подлинными произведениями декоративно-прикладного искусства). Так например, обязательным дополнением к летнему прогулочному костюму был зонтик, защищавший лицо от загара. Как правило, его делали небольшим, в диаметре до одного метра. Купол мог быть сшит из разных материй шелка, тонкой шерсти, хлопчатобумажных тканей и их смесей. Очень эффектно выглядели зонтики из шёлка с вытканными купонными узорами или кружев на шёлковом чехле. Края куполов обшивались бахромой, кружевными рюшками, оборками, лентами. Каркас изнутри скрывался белой шёлковой подкладкой, края которой вырезались фестонами или зубчиками. Украшением были и ручки из резной кости, перламутра, кораллов, гравированного металла.
Непременным атрибутом женского костюма, особенно вечернего и бального, оставался веер. В середине ХІХ века в моду вошли веера с росписью гуашью или печатными оттисками в стиле рококо. Они состояли из одинаковых пластин, которые иногда вырезались в виде листьев и перьев птиц. «Станки» вееров делали из резной кости с инкрустацией серебряной или золоченой фольгой, резного перламутра, пластин пятнистой черепахи, тоже подражая Х\/ІІІ веку.
Бальные туфли из атласа 1840-1850-е годы
Самым распространенным видом обуви в те годы были туфли и ботинки с квадратными удлиненными носками. Невысокие ботинки шили узкими в щиколотке, со шнуровкой сбоку или боковыми резинками, туфли носили чаще без каблуков, хотя увеличение объема юбок все-таки их потребовало, и впервые за много лет они постепенно возвратились в моду сначала в виде невысоких квадратных -1855-е годы каблуков. С появлением каблуков обувь начинают шить отдельно на левую и правую ногу. Для прогулок они делались из мягких сортов кожи (сафьяна, шевро, замши), сукна, парусины. Зимнюю обувь подбивали мехом, в непогоду надевали галоши из непромокаемой кожи. Нарядную обувь по-прежнему кроили из плотного шелка, репса, атласа, причем ее цвет гармонировал с платьем и его отделкой. Украшением служили вышивки, кружева, ленты, банты. Ассортимент был обширен: в одном из лучших магазинов Москвы у Королева ее продавалось до 75 видов.
Милые, любовно сделанные вещицы книжечки для записи бальных партнеров, кошельки, бумажники, очешники, сумочки вносили в гардероб не только разнообразие, в них проявлялся индивидуальный вкус, который преображал женщину сошедшая, зачастую, как будто с модной картинки, она, вопреки всему, сохраняла в своем облике чисто русскую теплоту и мягкость, еле уловимую «домашность». Эти качества изменяли пришедшую из Парижа изощренно кокетливую, светски эффектную моду, придавали ей чисто русское своеобразие.
Ну, вот и всё. Знаю, не читали, но картинки-то посмотрели?! Я очень люблю высококлассную вышивку, мать в годы моего ребячества много вышивала, а меня научила только носки штопать на лампочке.
Серия сообщений "Костюм":
Часть 1 - Костюм скомороха
Часть 2 - Крестьянская праздничная одежда
Часть 3 - Женские наряды середины 19 века
Часть 4 - Иллюстрации Геннадия Спирина
Часть 5 - Театральный костюм Франции 17-18 вв
...
Часть 7 - история костюма
Часть 8 - история костюма -00
Часть 9 - история костюма -03
Венеция! Город-сказка, город-мечта
nikkori, опубликованном в нашем сообществе "История красоты" https://bellezza-storia.livejournal.com/458151.html. Она пишет: "Два вечерних платья и шаль, около 1850-х, принадлежали двум сёстрам. Вышиты в Индии по традиционный технологии крылышками декоративных жуков, сшиты, предположительно, там же. На левое платье пошло 1942 крылышка, на шаль - 1548, а на правое платье - 6753 крылышка".
