Цитата сообщения РОССИЙСКАЯ_СЕМЬЯ Руцкой — о развале СССР, Горбачёве, Ельцине


.Вице-президент России А. Руцкой — о развале СССР, Горбачёве, Ельцине и расстреле людей у Белого дома..

В интервью «Ленте.ру» Руцкой рассказал, почему именно его Борис Ельцин выбрал вторым после себя человеком, а после хотел расстрелять. А еще о том, как захватывал самолет во время выступления ГКЧП и летел к Горбачёву на Форос, пытался предотвратить войну в Чечне и т.д.


«Лента.ру»: Как вы приняли решение пойти в политику?

Руцкой: Я учился в Академии Генерального штаба, прошла команда: ходить на занятия в гражданской одежде. И, конечно, у меня и у многих других возник вопрос, почему. В этот период бурно расцветала перестройка, вызывающая возмущение не только по этому вопросу.

Какой это был год?

Это был 1989 год, начало 1990-го. В 1990-м я и окончил Академию Генерального штаба. Как раз в этот период прошел пленум ЦК КПСС 1989 года «О новой национальной политике КПСС», где республикам, входившим в состав СССР, придавался статус «суверенных независимых государств», которые получали право отменять решения правительства СССР.

Только безграмотный человек мог не понимать, чем это все может закончиться. Я уже тогда понимал, что происходит во внутренней и внешней политике

Пустые полки в магазинах, открытый и наглый сепаратизм в республиках вели к дестабилизации обстановки в стране. И я решил пойти в политику, хотя у меня была хорошая военная карьера.

А как вы оказались в команде Ельцина? Ведь вы с ним и тогда не то чтобы были близки по взглядам, верно?

Я избрался народным депутатом РСФСР, стал председателем Комитета Верховного Совета, членом Президиума Верховного Совета. А Ельцин стал председателем Верховного Совета РСФСР. Совместная работа выстроила наши отношения, и не более того. В команду Ельцина, как вы сказали, я не входил. Обстановка в стране требовала преобразований и конструктивной работы, но заинструктированная фракция КПСС, состоявшая из большинства народных депутатов, работу съезда, Верховного Совета превратила в клуб демагогов. Страна нуждалась в реальных преобразованиях в экономической, социальной, политической сферах. Исходя из руководящей роли КПСС в управлении страной были необходимы и демократические преобразования в партии. Ничем не обоснованные споры, скорее ортодоксальная позиция фракции КПСС, часто заводили работу съезда, Верховного Совета в тупик. Я принял решение, не согласовывая ни с кем из руководства, создать фракцию «Коммунисты за демократию», в которую вошли 94 депутата. Получилась серьезная фракция, занимавшая конструктивную позицию.

Все это происходило на глазах Ельцина. Он увидел, что я активный человек, с головой все в порядке, умею говорить и убеждать. Видимо, поэтому он пригласил меня поговорить на предмет возможного выдвижения меня вице-президентом на предстоящих выборах президента РСФСР. Я ему сказал: «Борис Николаевич, я начинающий политик, какой из меня вице-президент? И потом, я бы хотел знать, чем я буду заниматься, если нас изберут». Состоялся доброжелательный и серьезный разговор, я пытался отказаться от предложения, аргументируя тем, что я как политик пока не состоялся, тем более, что полномочия вице-президента в Конституции изложены всего одной строчкой: «Выполняет поручения президента». Он предложил мне подумать три дня над предложением.

Через три дня он попросил зайти к нему и говорит: «Вы будете заниматься военно-промышленным комплексом, реформой вооруженных сил, вопросами социального обеспечения семей военнослужащих». После этого я дал свое согласие. А когда нас избрали, Ельцин возложил на меня персональную ответственность за агропромышленный комплекс России. Уже потом я понял, что это была чистой воды подстава. Иначе как понять такое назначение человека, который никогда в сельском хозяйстве не работал и не имел соответствующего образования. Назначая на сельское хозяйство, Ельцин преследовал цель — показать, что я не способен выполнять поручения президента.

По этой теме у Ельцина не получилось меня дискредитировать. Я создал Федеральный центр земельной и агропромышленной реформы, куда пригласил академиков, руководителей крупных и малых агропромышленных комплексов, совхозов, колхозов, рядовых агрономов, ветеринаров, инженеров, скотников, птицеводов. Работали над программой реформирования АПК специалисты по 12 часов в сутки. В итоге мы получили реальную, хорошо продуманную, обоснованную, привязанную к реальным финансовым и материальным возможностям страны программу. Коллективные хозяйства не уничтожались, а, напротив, укрупнялись, создавалась система комплексных хозяйств с производством сырья, хранением и полной переработкой, с последующей реализацией готовой полноценной продукции по формуле «поле — магазин». Вся прибыль оставалась в сельском хозяйстве, зарплата увеличивалась в три-четыре раза, труд на селе становился престижным.

Идея Ельцина — фермеризация сельского хозяйства — на фоне этой программы выглядела ничтожной и нереальной, так как на фермеризацию, создание фермерского товарного производства в масштабах страны требовалось три бюджета России, таких денег в стране не было. Программа «Федерального центра земельной и агропромышленной реформы» Ельциным была отвергнута. Правительство Ельцина запустило фермеризацию — разграбление коллективных хозяйств, колхозов, совхозов.

К 1995 году сельское хозяйство страны, в сравнении с советским периодом, было практически уничтожено. В страну хлынул поток эрзац-продуктов из-за рубежа. Мы стали зависимы от поставок продуктов питания из зарубежных стран

В конечном итоге, понимая, что я мешаю фермеризации, разрушающей сельское хозяйство, меня перебросили на борьбу с преступностью и коррупцией. И здесь снова было то же самое — я же не юрист по образованию, не следователь, не прокурор. Но я аналогичным образом откомандировал специалистов из прокуратуры, МВД, ФСБ, Верховного суда. И снова по тому же принципу предложил им написать свои предложения по прекращению грабежа страны и коррупции. Что, собственно, и было сделано. В основу легло предложение: для начала проводить тотальный контроль всех распоряжений и постановлений правительства и президента, касающихся финансовых и материально-технических ресурсов, а также приватизации.
Я помню, что было через месяц работы в этом направлении.

У меня и моих сотрудников съехали глаза на затылок от того, что происходило в стране. Это был тихий ужас. Шло тотальное разграбление страны и раздача за бесценок и даже даром национального достояния, бюджет нагло разворовывался

Когда вы принимали предложение Ельцина выдвигаться вместе с ним на выборы в качестве кандидата в вице-президенты, вы предполагали, что в будущем ваши отношения испортятся настолько сильно?

Нет, не предполагал, потому что в тот период Ельцин вел себя достойно, пользовался уважением среди Народных депутатов РСФСР, имел мощную всенародную поддержку. Его предложения по преобразованиям носили конструктивный характер. Поэтому на выборах мы победили. Итог голосования — 57,3 процента [за нас]. Предвыборную кампанию мы проводили в разных регионах. Я — в 35 регионах. По результатам, в регионах, где я провел встречи с избирателями, ниже 55-60 процентов не было. Там, где провел встречи Ельцин, были и 27, и 35, и 57 процентов. В итоге мы одержали победу, несмотря на мощное противодействие КПСС, обойдя по результатам Николая Рыжкова и Бориса Громова в три с половиной раза.

Расскажите, какими вам запомнились дни выступления ГКЧП в августе 1991 года?

ГКЧП допустил непоправимую ошибку, введя в Москву войска. Этого не надо было делать. В то же время я понимаю этих людей — они стремились любым путем сохранить Советский Союз, сохранить нашу Родину. Глупость в том числе и блокировка Верховного Совета РСФСР. Зачем? Создавалось впечатление, что СССР состоит только из РСФСР, в других республиках, входивших в СССР, этого не происходило, что вызывало недоумение. Я организовал оборону здания Верховного Совета, где находился Верховный Совет, правительство, президент РСФСР. В день-ночь два-три раза проходила информация, что будет штурм здания с целью захвата руководства РСФСР.

И каждый раз при информации, похожей на достоверную, Ельцин пытался бежать в американское посольство. В очередной раз я его остановил и просил разрешения лететь в Форос, освобождать арестованного Горбачева. На тот день именно так проходила информация, что Горбачев, президент СССР, арестован. К моему предложению Ельцин отнесся скептически и с ухмылкой сказал: «У вас ничего не получится, расстреляют вас и людей, которые пойдут с вами». На что я ему ответил, что получится, что нет другого выхода в сложившейся обстановке. Выйдя из его кабинета, я поручил министру внутренних дел Андрею Дунаеву собрать 20-30 офицеров спецназа Внутренних войск. Через два часа мы поехали в аэропорт Внуково. Со мной были Примаков, Силаев и Дунаев.

Мы совершенно спокойно доехали до Внуково, захватили подготовленный для вылета самолет вице-президента СССР Янаева и улетели в Крым

Когда мы сели, подъехал комендант аэродрома. Я попросил дать нам автобус, он ответил, что нет проблем, через 20 минут будет УАЗ и автобус. Через полчаса мы сели и поехали в Форос. Подъезжаем к даче Горбачева, у ворот стоят министр обороны Дмитрий Язов, председатель Верховного Совета СССР Анатолий Лукьянов и председатель КГБ Владимир Крючков. Я спросил у них, почему они стоят тут и не заходят к Горбачеву — ведь он арестован. Они отвечают: «Кто его арестовывал, Александр Владимирович? Нас не пускают туда. Может, тебя Медведев (вы знаете, это начальник личной охраны Горбачева) пропустит».

Я подошел к Медведеву, а он мне говорит: «Александр Владимирович, оставляйте своих гвардейцев здесь и вместе с Дунаевым, Примаковым и Силаевым можете заходить». Мы зашли, нам навстречу идет перепуганная Раиса Максимовна Горбачева, говорит: «Александр Владимирович, я думала, нас приехали арестовывать, а это вы. Значит, нас не будут арестовывать». Зашли к Горбачеву, он говорит: «Вот, Александр Владимирович, нас тут заблокировали». Я ему отвечаю: «Кто вас заблокировал? Я только что разговаривал с Медведевым. Никто вас не блокировал. Как вы объясните, что под забором до сих пор стоят Язов, Крючков и Лукьянов? Их не пускают к вам на территорию. Кто кого заблокировал?» Горбачев: «Да вот, у меня даже связи нет». Смотрю, стоит АТС-1. Я подхожу, поднимаю трубку, мне отвечает девушка. Я говорю: «Девушка, соедините меня с Ельциным». Она спросила, кто вы? Я представился, после чего она сказала: «Одну минутку». Соединяет с Ельциным. Я говорю: «Борис Николаевич, я на месте. Вот Горбачев, вот Раиса Максимовна. Там у забора стоят Язов, Крючков и Лукьянов. Их не пускают на территорию. Горбачев не арестован. Дать ему трубочку?». Ельцин отвечает: «Я с ним разговаривать не хочу. Берите его и летите в Москву».

Я предложил Горбачеву собираться. Он сказал, что полетит своим самолетом. Я говорю: «Нет, вы полетите моим самолетом. Я перед президентом РСФСР несу ответственность». И мы полетели моим самолетом. А Дунаев полетел с Язовым, Крючковым и Лукьяновым на самолете Горбачева. Вот такая история вкратце.

Правда, сейчас наглым образом стараются умалчивать о том, кто остановил ГКЧП, присваивают победу над ГКЧП Ельцину. На самом же деле закончилось все после того, как я — и никто иной — доставил Горбачева и его семью в Москву. А Дунаев Андрей Федорович доставил в Москву Язова и Лукьянова. Крючков летел со мной. Ельцин — победитель, пытавшийся в ответственный момент бежать к американцам. Но зачем же отдавать должное вице-президенту Руцкому? Кстати, на следующий день, 22 августа, Ельцин собрал все свое окружение и поехал на природу бухать праздновать победу. Ну а вице-президента забыли...

Как это так?

Ну, вот так. Тогда мне стало понятно, что нас ждет дальше в работе с Ельциным.

Я стал случайно свидетелем нелицеприятного разговора. Я этого человека больше никогда и нигде не видел. Солидный, под стать Ельцину, высокий. И он Ельцину говорит: «Ну что, Борис Николаевич, Руцкой свою функцию исполнил, вы выиграли выборы, победили ГКЧП и надо подумать, как его освободить от занимаемой должности вице-президента. Он вам не нужен, своим характером, способностями, поведением он вам будет мешать.

Вы это своими ушами слышали?

Да. Это произошло буквально через полторы недели после того, как ГКЧП был остановлен. Больше этого человека я никогда в жизни не видел.

Вы так и не узнали, кто это?

Нет. Но у него был акцент, это был иностранец.

Что же ему Ельцин тогда ответил?

Ельцин сказал, что подумает. Говорит: «Конечно, надо. Мы же собираемся преобразовывать страну, а позицию Руцкого вы знаете, хотя бы в отношении предстоящей приватизации и моей кадровой политики. И потом, он опасный человек. Видите, как он себя повел в самый сложный момент: рискуя жизнью, захватил самолет, улетел, привез Горбачева».

Как вы думаете, почему Ельцин тогда не последовал совету этого человека?

Каким образом он мог избавиться от меня, если в соответствии с Конституцией РСФСР меня мог освободить от должности вице-президента только высший орган государственной власти — съезд народных депутатов РСФСР на основании определения Верховного суда РСФСР за совершение преступления. Ельцин хотел, чтобы я ушел сам. При этом я три раза писал заявление о сложении полномочий после того, как докладывал ему о результатах работы комитета по борьбе с преступностью и коррупцией, на результаты деятельности которого от него не было абсолютно никакой реакции. Получив мое заявление, Ельцин каждый раз задавал мне один и тот же вопрос: «Вы будете обосновывать свое решение уйти на съезде народных депутатов?» Я всякий раз отвечал, что, конечно, буду обосновывать.

И каждый раз Ельцин рвал мое заявление и выбрасывал его в корзину. А после этого выстраивал разговор в другой плоскости: «Вы не кипятитесь, Александр Владимирович, это естественный процесс, идет период приватизации, переход к новым формам экономических отношений». Я говорю: «Борис Николаевич, я вас просил не трогать Госплан. Пригласите людей, поставьте им задачу подготовить программу перехода к рыночной экономике. Там собраны высокого уровня подготовки специалисты страны. А вы к реформам приглашаете шпану без опыта работы, с биографией из трех строчек: родился, учился, женился. Так нельзя относиться к реформированию экономики».

Назначает младшего научного сотрудника института экономики Федорова министром экономики огромной страны. Бурбулиса, бывшего преподавателя научного коммунизма, — замом председателя правительства по вопросам экономики и перехода к рынку. Чубайса — бывшего владельца магазина цветов на рынке назначает министром, разработчиком программы приватизации. Заведующего экономическим отделом газеты «Правда» Гайдара, по сути дела, делает главным реформатором, и.о. премьер-министра.

В экономику страны они вмонтировали Гарвардскую модель либеральной экономики Фридмана, где государственное управление экономикой страны, планирование упраздняется и переходит в состояние саморегулирования рынком. Надеюсь, страна помнит переход к рынку по этой модели. Население лишили сбережений, полностью обнулили, шла массовая раздача за бесценок промышленного потенциала страны. На предприятиях, в сельском хозяйстве, врачам, учителям не платили зарплату, не платили зарплату военнослужащим, практически прекратилась выплата пенсий.

Предвыборная программа Ельцина, под которой подписался и я, выполнялась с точностью до наоборот.

Экономика страны рушилась на глазах, плюс разгул наглого воровства, в том числе и бюджетных средств, вывоз золота, редкоземельных металлов, урана. Коррупция во всех эшелонах власти...

Я, упреждая ваш вопрос, задам свой. Что, я, вице-президент РСФСР, которого избрал народ, которому поверил народ в том, что мы проведем преобразования в интересах страны и народа, должен был согласиться с этим произволом?

Пошли жесткие столкновения Ельцина, правительства Ельцина со съездом народных депутатов РСФСР, Верховным Советом. Только идиоты и предатели, а таких было немало, могли согласиться с ельцинско-гайдаровскими преобразованиями. Да, кстати, им помогли в преобразованиях 12 штатных сотрудников ЦРУ США. Обстановка накалилась до такого состояния, что все шло к импичменту президента Ельцина. Ельцин обосновывал развал экономики, нищенское положение населения страны, произвол в приватизации, остановку предприятий, развал сельского хозяйства, невыплату заработанной платы, пенсий тем, что съезд Народных депутатов, Верховный Совет, а дальше и вице-президент мешают проводить реформы. Ельцин и его окружение подготовили Указ №1400 «О поэтапной Конституционной реформе», мне несколько раз приносили его на визирование. Я отказывался визировать Указ государственного переворота — по сути и своему содержанию, — где вся полнота власти передавалась в руки одному человеку — президенту РФ. Надеюсь, вы помните, когда съезд рассматривал вопрос импичмента Ельцина? Ельцин допился до такого состояния, что приказал в зал съезда занести баллоны с отравляющим газом, и, если объявят импичмент, закрыть двери выхода из зала и включить баллоны. Слава богу, что Коржаков, начальник службы безопасности Ельцина, отказался это делать.

21 сентября 1993 года Ельцин выпускает Указ №1400, где говорится, что съезд народных депутатов РФ и Верховный Совет РФ распускаются. 24 августа, на основании подделанных, с его разрешения, в отношении меня документов, временно отстраняет от должности вице-президента РФ, в нарушение закона. Конституционный суд РФ выносит определение, оно не отменено по сей день: за грубое нарушение статей Конституции РФ президент РФ Борис Ельцин подлежит отрешению от занимаемой должности.

На основании определения Конституционного суда РФ съезд народных депутатов РФ назначает меня и.о. президента РФ. Съезд, Верховный Совет, я — и.о. президента РФ — в целях разрешения создавшегося кризиса предлагаем провести одновременные выборы народных депутатов и президента РФ. Ельцин отказывается от этого предложения, продолжает нагнетать обстановку, идут провокация за провокацией, и, в конечном итоге, массовый расстрел людей на площади перед телецентром «Останкино», затем расстрел Верховного Совета РФ из танков. Погибло более 1500 человек. Так закончилась поэтапная Конституционная реформа Ельцина.

Осенью 1991 года занимались урегулированием в Чечено-Ингушетии. Почему в итоге обуздать Дудаева тогда не удалось?

Начнем с того, что там находились склады с вооружением Северо-Кавказского военного округа, которые начали захватывать осенью 1991 года. По сути дела, министр обороны СССР Шапошников и председатель Государственного комитета РСФСР по оборонным вопросам Грачев пустили все это на самотек. В основном туда ездили Бурбулис, Старовойтова, Козырев, Шахрай, которые довели ситуацию до критического состояния. Я предложил Ельцину отправить туда меня. Он согласился.
Там я встретился с Дудаевым и предложил ему следующее: я поговорю с Ельциным, чтобы он присвоил вам звание генерал-лейтенанта, и назначил — в прошлом командира дивизии дальней авиации — командиром корпуса. Мы часа три с ним беседовали, по рюмке чаю выпили. В итоге он согласился.

Я приехал в Москву, доложил Ельцину. Он сказал, что в принципе это можно сделать. А его ближний круг вливал ему в уши, что надо там все заблокировать, ввести чрезвычайное положение, ввести войска. Я возражал, аргументируя, что они забыли историю — чем заканчивались все кавказские войны. 11 декабря 1994 года Ельцин и Грачев развязали войну. Чем все закончилось, вы знаете — гибелью нескольких десятков тысяч соотечественников, офицеров, солдат.

Расскажите про свое отношение к Беловежским соглашениям. Правда, что в декабре 1991 года вы встречались с Горбачевым, пытаясь убедить его арестовать Ельцина, Шушкевича и Кравчука?

Я, в соответствии со статусом, должен был провожать президента РСФСР. В аэропорту я спросил Ельцина, что мне отвечать журналистам по поводу его визита в Белоруссию. Он ответил, что летит подписывать соглашение об экономическом сотрудничестве.

А утром я узнаю, что подписано соглашение о ликвидации Советского Союза и создании СНГ. Об уничтожении СССР Ельцин доложил президенту США Бушу. Представьте себе мою реакцию. Меня просто как пацана развели, внаглую обманули. И я обратился к Горбачеву, поскольку это было преступление, Уголовный кодекс никто не отменял. Я сказал ему: «Это измена Родине. Дайте мне самолет, спецназ ГРУ, и я привезу этих трех предателей. В "Матросской Тишине" разберутся, кто им давал эти полномочия и почему Ельцин тут же доложил Бушу, что Советский Союз ликвидирован».

Вы бы видели в тот момент Горбачева. Он покрылся трупными пятнами, начал бегать по кабинету, показывать пальцем в потолок и говорить что-то вроде: «Что ты несешь, здесь все прослушивают»

А как вы после этого с Ельциным общались? О чем с ним говорили во время первой встречи после подписания Беловежских соглашений?

О чем говорил? Он три дня меня не вызывал, хотя у меня на столе была красная кнопка, на которую я мог нажать и спросить, можно ли к нему зайти. Я три дня выждал, а потом воспользовался этой кнопкой. Сходу он мне задал вопрос, был ли я у Горбачева и просил ли у него самолет и спецназ. Я ответил, что это так. Говорю: «Я был глубоко убежден, что совершено предательство, измена Родине». Ельцин на это ответил: «Вы не знаете, как проходил Ново-Огаревский процесс, там был похоронен Советский Союз, создавалась новая страна — и близко не похожая как по смыслу, так и по содержанию на СССР». Я знал о том, что там стремились создать нечто подобное Советскому Союзу, но это был далеко не Советский Союз, поэтому Горбачев и сбежал в Форос перед подписанием нового союзного договора.

Я спросил у Ельцина: «В чем была проблема собрать руководителей всех республик вместе с Горбачевым и поставить вопрос о сложении им полномочий президента СССР, поскольку он завел страну в тупик?» Тем более на его совести был и ГКЧП. Дело в том, что, как потом выяснилось, Горбачев сам создал ГКЧП еще в марте 1991 года, то есть за пять месяцев до выступления ГКЧП в августе. «Отстранить его от занимаемой должности — и все. И вас, Борис Николаевич, не сомневаюсь, избрали бы президентом СССР. И страна была бы сохранена. Зачем было уничтожать Советский Союз, за который в Великой Отечественной войне погибли 25 миллионов наших соотечественников?» — спросил я Ельцина.

Он стал говорить, что я ничего не понимаю, что СНГ — это гораздо лучше, чем СССР, и все в таком духе.

Я уже говорил вам про пленум ЦК КПСС 1989 года. Там было принято решение о новой национальной политике: республикам, в том числе и автономным, предлагалось присвоить новый статус суверенных независимых государств. Это оттуда растут ноги уничтожения СССР. И Горбачев на съезде народных депутатов СССР напринимал законов, разрушающих страну: о порядке выхода из состава Союза, об экономической самостоятельности прибалтийских республик, о национальных языках, которым придавался статус государственных, и так далее. То есть законодательная база под разрушение страны была подготовлена Горбачевым. А Ельцин ей воспользовался. Вот и все.

Беседа с Ельциным продолжалась около полутора часов: «Где же вы были раньше? Почему не заходили ко мне с этим предложением по переизбранию Горбачева?» Я ответил: «А кто же мог подумать, что вы трое примете решение уничтожить Советский Союз». Беседу Ельцин закончил словами: «Ну, ладно. Я понимаю, вы горячий человек. Тем более военный. На ваше предложение Горбачеву я обижаться не буду». Так этот разговор и закончился.

А как дальше развивался ваш конфликт с Ельциным в 1992-1993 годах?

В соответствии с его указом я должен был каждую неделю докладывать ему о работе межведомственной комиссии по борьбе с преступностью и коррупцией. Во время изучения документов по приватизации я натыкался на единоразовые хищения в несколько миллиардов долларов — например, приватизация порта Находка за 200 тысяч долларов, или приватизация Уралмаша за 500 тысяч долларов, или приватизация Ачинского глиноземного комбината за 300 тысяч долларов, Новолипецкого Металлургического комбината за 700 тысяч долларов. Продали ударные корабли Тихоокеанского флота китайцам. В бюджет страны поступило семь тысяч долларов. Вывод войск из Германии, Польши, Венгрии, Чехословакии, где масштаб грабежа и разворовывания вообще трудно представить.

Или вот еще один факт. У меня на столе были накладные о погрузке десяти тонн золота. А в швейцарский банк прилетает семь тонн. Где три тонны? И как-то я забыл у секретаря Ельцина очки. Поднимаюсь за ними, дверь была приоткрыта. Там стоит Гайдар, и Ельцин его отчитывает: «Вы что, не могли нормально подготовить документы? Видите, что Руцкой на вас накопал». Я тут же за стойкой секретариата пишу заявление с просьбой освободить меня от занимаемой должности. Естественно, Ельцин не мог принять мою отставку. Представьте себе, что я доложил бы съезду о том, что похищено три тонны золота. Тогда бы не меня отправляли в отставку, а Ельцин получил импичмент.

Давайте поговорим про 1993 год, когда из танков был расстрелян парламент. Сейчас вы бы так же повели себя, как тогда? Или нет?

Я отношусь с уважением к людям, у которых есть стержень. Но только не из пластилина. Я изначально, став депутатом, занимал однозначную позицию — интересы Родины и народа. Это прежде всего. Пусть это, может, и пафосно звучит. И какую я могу занимать позицию, приняв присягу на верность служения Родине и народу. Как я должен себя вести, если народ, избирая, оказал доверие? Если Ельцин не реагирует на доклады о грабеже и разворовывании страны? Если Ельцин не реагирует на коррупцию и наглое воровство бюджетных средств — какая моя позиция? Если кадровая политика представляет собой какое-то безумие — какая моя позиция? Уничтожение Советского Союза, моей Родины — какая моя позиция? Выступление в Конгрессе США, где он призывает Господа хранить Америку, а Россию при этом пустил на разворовывание — какая моя позиция должна быть? Собственно, что мог я сделать один с такими полномочиями, которые мне были определены Конституцией.

Что они только ни пытались делать, поливая грязью в СМИ, чтобы обвинить меня хоть в чем-то, но не получалось. По согласованию с Ельциным, ближний круг предложил подделать документы по счетам и недвижимости Руцкого. Для этих целей поставили задачу подделать мои подписи, открыв от моего имени счета в швейцарских банках, подписать трастовые договора на управление якобы моей недвижимостью за границей.

А дальше запустить в СМИ и на ТВ разоблачение вице-президента. Эти негодяи по пять-десять раз в сутки с экранов ТВ трясли документами с подделанными подписями, убеждая граждан страны, что я вор и коррупционер. Только через год, в конце 1994 года, прокуратура РФ, проведя расследование, вынесет решение, что подписи бывшего вице-президента подделаны, Руцкой не имеет никакого отношения к счетам и трастовым договорам. Вот так убирал Ельцин неугодных. Именно подделка стала у Ельцина основанием для отстранения меня от занимаемой должности и запрета въезда на работу в Кремль.

Часто врут, что, мол, Руцкой и Хасбулатов устроили государственный переворот и хотели сместить Ельцина, который якобы предлагал провести одновременные выборы. На самом деле не Ельцин, а Руцкой предлагал провести одновременные выборы народных депутатов и президента Российской Федерации.

Нагло распространяется вранье, что здание Верховного Совета обстреливали из танков деревянными болванками, чтобы скрыть более 1500 погибших. Только идиот может поверить, что от деревянных болванок будет гореть здание из стекла и бетона. Все видели, как горело и было закопчено здание, — это результат обстрела фугасными снарядами. А кроме них еще применялись и кумулятивные снаряды, которые прошивают преграду и взрываются внутри. Представьте себе, что там происходило с людьми. Потом озвучили цифры, что погибло 120-150 человек.

У здания Верховного Совета погибло не 150, а более полутора тысяч человек. Потом ночью баржей вывозили трупы по Москве-реке

И все нормально — государственный переворот с расстрелом парламента страны, высшего органа государственной власти. И сейчас все забыли, как пьяные омоновцы хватали людей и расстреливали прямо на стадионе неподалеку от здания Верховного Совета.

Чтобы оправдать свои преступные действия, с экранов телевидения круглые сутки шла информация о снайперах Верховного Совета. Надеюсь, помните? Где Верховный Совет мог взять снайперское оружие? В интервью генерала ФСБ журналист Марк Дэйч раскрыл правду, чьи это были снайперы. Оказалось, снайперы «Бейтара» (Израиль) и спецназа Венгрии, которых встречал Коржаков в аэропорту Шереметьево. Он же и отвез их в Софринскую бригаду, где им выдали снайперские винтовки СВД. Для чего это было сделано? Они обстреливали сотрудников милиции, военнослужащих, гражданское население. Представьте себе реакцию военнослужащих, сотрудников милиции, когда товарищ падает, сраженный снайпером. Точно так же было в Останкино. Возьмите архивные видеоматериалы, там четко видно, откуда идет стрельба — с площади перед Останкино или из здания телецентра. Однозначно видно, что стрельба велась из здания телецентра. Посмотрите, как бронетранспортер, опустив ствол крупнокалиберного пулемета, бьет прямо по людям, находящимся на площади перед телецентром.

А сейчас, оглядываясь назад, как вы считаете, был ли шанс победить в том противостоянии с Ельциным?

Нет, не было никакого шанса. Абсолютно. Предлагалось, как я уже говорил, решение вопроса политическим путем. Кстати, когда съезд назначил меня исполняющим обязанности президента Российской Федерации, я написал заявление, что в предстоящих выборах президента и Верховного Совета я участия принимать не буду. Про это тоже забыли.

Это правда, что Ельцин хотел вас расстрелять?

Да, было такое. Дело в том, что следствие проводило главное следственное управление ФСБ России. В процессе допроса я ни на кого не сваливал принимаемые мною решения, обосновывая каждое из них. В конечном итоге следователь мне сказал: «Вы тут наговорили и дали показания на высшую меру наказания». После этого он приносит мне показания Макашова и Хасбулатова, дает их почитать. Я прочитал и пришел в ужас — там и мать родную продали. И все равно я не стал менять свои показания.

Кстати, потом я издал книгу с протоколами своих допросов. Как-то я сказал Хасбулатову: «Ну, опубликуй свои». Я предупредил его, если он будет нести обо мне чушь, я сам опубликую протоколы его допросов. Они у меня есть. После этого он перестал нести ахинею в мой адрес.

Ельцин вызвал генпрокурора РФ Алексея Казанника и сказал: «Что-то затянулось следствие. Еще два-три дня и Руцкого надо к высшей мере». В ответ на это генеральный прокурор России написал заявление о сложении полномочий и ушел в отставку, заявив, что в преступлении он участвовать не будет. Алексей Иванович Казанник умер, замечательный и порядочный человек.

А документация о коррупции и разграблении страны хранилась у меня в комнате отдыха, в моем рабочем кабинете в Кремле. Ельцин, кстати, выделил мне кабинет Лаврентия Берии — шутки у него были такие. Там 11 шкафов были заполнены папками. В первый же день, когда меня определили в «Лефортово», все эти шкафы были взломаны, вся документация вывезена. Ельцин боялся, что эта документация, как грабили страну, будет обнародована: что за грабеж придется отвечать прежде всего ему.

Беседовал Игорь Дмитров - https://lenta.ru/articles/2021/06/11/rutskoy/