12 декабря (по старому стилю — 1 декабря) празднуется день рождения Николая Михайловича Карамзина — писателя, который участвовал в создании русского литературного языка и научил его красоте своих современников, в том числе Пушкина.

Портрет кисти Тропинина (1818)

Еще он написал многотомную «Историю государства Российского»: благодаря ей русское общество впервые познакомилось со своей тысячелетней историей.

Однако сегодня мы решили заглянуть в карамзинскую гостиную и рассмотреть, какие прекрасные дамы его окружали. Рассказывает Софья Багдасарова.

ЖЕНА


Jean Henri Benner (1776–1836)
Екатерина Андреевна Карамзина, ур. Колыванова (1780-1851),
жена историка Н.М.Карамзина. Date 1817

Екатерина Андреевна, урожденная Колыванова (1780–1851), была второй супругой знаменитого историографа. А еще она приходилась единокровной (внебрачной) сестрой поэту Петру Вяземскому.

С Карамзиным она обвенчалась в 1804 году, и вскоре их гостиная в Петербурге (летом — в Царском Селе) заслуженно приобрела репутацию лучшего литературного салона города. Здесь собирались и представители светской публики, и блестящие интеллектуалы: это был один из немногих салонов, где, как писал современник, «говорили по-русски и не играли в карты».

В 1816 году в их дом попал юный Пушкин и влюбился в Екатерину без памяти. Даже великий Карамзин, которого в юности Пушкин весьма почитал, для него терялся на фоне своей жены. «Скажи, не будешь ли сегодня / С Карамзиным, с Карамзиной?» — писал он, например, Жуковскому. Существует версия, что именно она является «утаенной любовью» поэта.

Жена Карамзина отличалась не только красотой, но и вкусом и эрудицией. Она помогала историографу, вычитывая корректуру 12-томной «Истории», а после его смерти довела до конца издание последнего тома.

Карамзин умер в 1826 году, однако салон оставался местом притяжения поэтов и писателей еще четверть века. К его хозяйкам приезжали несколько поколений русских писателей — и Жуковский, и Пушкин с Вяземским, и Лермонтов с Гоголем.

Также здесь бывали Брюллов, Глинка и Даргомыжский, Владимир Одоевский, Мятлев, Растопчина, Самарин, Смирнова-Россет, Соболевский и многие другие. Это был «истинный оазис литературных и умственных интересов», который вдобавок украшали многочисленные дочери писателя.

Здесь впервые были прочтены вслух авторами и лермонтовский «Демон», и гоголевские «Мертвые души».

СТАРШАЯ ДОЧЬ


Копия Е. Б. Барсукова с оригинала П. Н. Орлова

Софья Николаевна Карамзина (1802–1856) была ребенком писателя от первого брака с Елизаветой Протасовой. Потеряв мать в младенчестве, она воспитывалась мачехой Екатериной Андреевной вместе с девятью братьями и сестрами (из которых выжило пятеро).

Оставшись незамужней и занимая привилегированное положение фрейлины, в поздний период существования литературного салона Карамзиных она перехватила эстафету хозяйки у своей немолодой мачехи.

Софья — друг и ровесница Пушкина, со временем стала еще большей приятельницей юного Лермонтова, который посвящал ей стихи и писал ей множество писем из разных уголков России. Именно к Софье обратилась бабушка Лермонтова с просьбой похлопотать через Жуковского о прощении внука за очередную дуэль.

Говорят, именно в квартире Карамзиных перед своим отъездом в ссылку он сочинил знаменитые «Тучки небесные...».

Софья была старше Лермонтова на 12 лет, и он почитал ее и как друга, и как человека, связанного с Пушкиным. В ее знаменитый альбом Пушкин как-то написал стихотворение «Три ключа» — а в 1839 году Лермонтов написал ей туда и свои строчки, сказав, что если они ей не понравятся, то она может их уничтожить.

Посвящение действительно показалось ей «слабым и попросту скверным», и по предложению Лермонтова она порвала эту страницу. Взамен Лермонтов вписал туда сохранившееся до наших дней программное произведение «Любил и я в былые годы…»

СРЕДНЯЯ ДОЧЬ


Копия Е.Б. Барсуковой с портрета Барди

Екатерина Николаевна, в браке княгиня Мещерская (1806–1867), была старшей из дочерей Карамзина от второго брака и единственной вышедшей замуж.

Как и другие дочери Карамзина, она взрослела в атмосфере, полной стихов. Уже 12-летней девочке писал в альбом Жуковский («Будь, милая, с тобой любовь Небес святая...»).

Через девять лет ей посвящает «Акафист» Пушкин — «…тебе, сияющей так мило / Для наших набожных очес». Писал ей и дядя — Петр Вяземский. Выйдя замуж в 1828 году, Екатерина стала проводить меньше времени в салоне матери и сестры, где царила беззаботная молодежь, веселились холостые братья Андрей, Александр и Владимир.

Мещерская, которая называла Пушкина «нашим насущным хлебом» и пеняла ему за то, что он много проигрывает в карты, позже оставила подробное письмо с описанием обстоятельств его гибели.

А на следующий год она породнилась со своим усопшим другом — сестра ее мужа вышла замуж за Ивана Гончарова, брата Натальи. А спустя несколько лет именно ей старшая сестра Софья пишет о возникшем в их салоне юном гусаре «Лермантове», который со временем станет ее близким другом и будет фигурировать в переписке все чаще.

Сыном Екатерины был писатель Владимир Мещерский, во 2-й половине XIX века писавший сатирические романы из великой светской жизни с заглавиями наподобие «Женщины из петербургского большого света», «Лорд Апостол в петербургском большом свете» или «Ужасная ночь», которые не раз высмеивал молодой Чехов.

МЛАДШАЯ ДОЧЬ


Elizaveta Nik. Karamzina by W.Wieder
(1840s, Pushkin museum)

Елизавета Николаевна Карамзина (1821–1891) потеряла отца в пятилетнем возрасте. Как и старшая сестра Софья, она стала фрейлиной и осталась незамужней.

Ее подругами были известные фрейлины — мемуаристка Анна Федоровна Тютчева (дочь поэта) и Александра Андреевна Толстая (любимая тетка писателя). Лев Толстой писал о ней в 1857 году:

«Лиза Карамзина, старая барышня лет за тридцать, обожающая свою племянницу, свою сестру, своего зятя и всех на свете. Я ее шутя прозвал — пример самоотвержения».

После смерти матери в 1851 году настал конец салону Карамзиных. Незамужние Софья и Лиза переселились в дом средней сестры княгини Мещерской. Своего состояния у них не было — они жили на пенсию, которую выплачивало им государство как детям императорского историографа.

НЕВЕСТКА

Аврора Карловна Карамзина (1808–1902) — самая блестящая из дам, носивших эту фамилию, приобрела ее много позже смерти писателя, когда в 1846 году вышла замуж за его сына Андрея.

Аврора, в девичестве Шернваль, а в первом браке Демидова, была одной из самых прекрасных женщин Петербурга. Баратынский писал о ней в 1824: «Выдь, дохни нам упоеньем, / Соименница зари» (Лермонтов же предпочитал ее сестру, графиню Мусину-Пушкину: «Графиня Эмилия — белее, чем лилия»).

Свадьба с представителем уральской династии принесла Авроре гигантское состояние — однако этот брак был устроен императрицей, у которой она служила фрейлиной. За сына Карамзина она вышла уже по любви.

Увы, в 1854 году Андрей Карамзин, который ушел добровольцем на Крымскую войну, погиб в кавалерийской атаке. Ее приятель Тютчев был глубоко потрясен обликом печальной вдовы и оставил в письмах образ Авроры, окаменевшей от горя.

Кстати, именно Демидова познакомила императрицу с произведениями поэта Аполлона Майкова, о чем мы узнаем также из писем Тютчева.

Детей во втором браке у нее не было, и остаток жизни Карамзина посвятила благотворительности, в основном на родине — в Финляндской губернии, где и скончалась. Уже в 1920-е годы поэт Георгий Маслов посвятил ей поэму «Аврору», которая вышла с предисловием его друга Тынянова.

А несколько лет назад Аврора попала в новостные заголовки: портрет Карамзиной кисти Брюллова, который достался ее потомкам Демидовым — югославским принцам Карагеоргиевичам, был выставлен на аукцион Sotheby’s.

За ним охотилась Третьяковская галерея, но приобрела его Галина Вишневская. После ее смерти коллекцию Ростроповича-Вишневской выкупил миллионер Алишер Усманов и передал в Константиновский дворец в Стрельне.


.