Есть в осени робость и строгость
и точность паденья листа,
Когда недосказана повесть
И совесть, как водка, чиста.

Там кроны рядами редеют,
А через открывшийся лаз
Зима кораблём Одиссея
Спокойно втыкается в глаз.

И слово смеяться не смеет
пронзительной верности схем:
Сучок ли в глазу Вартимея
Ты смог разглядеть, Полифем?

В прозрачности воздуха зяблой
Остреет калёный упрёк.
И спелые россыпи яблок
на площади возле метро.