Генеральная уборка сродни маленькому землетрясению, которое устраиваешь по собственному желанию.И сегодня его эпицентр- антресоли.Это целый мир, до отказа переполненный всяким хламом, мелкими вещицами, которым уже давно нет никакого применения:две детских коляски, три плюшевых медведя и восемь(!) одноглазых и одноухих зайцев разного калибра, , старая люстра(жалко выбросить), мешок стоптанных детских сандалий(дети выросли, но каждый башмачок-целая эпоха из их жизни), подшивка журнала "Огонек"(а вдруг пригодится?), детали от старого пылесоса(сын хотел собрать из них самолет), а еще- залежи всевозможных коробок, флакончиков, сломанных зонтиков и часов. Я ненавижу этот хлам-от старья надо безжалостно избавляться! Движимая духом разрушения, я с силой дергаю тугие дверцы.Крошечный мирок сдвигается, шуршит, скрежещет всеми своими внутренностями и осыпает меня ворохом пожелтевших бумаг. "Вечно у тебя так, ничего не можешь делать аккуратно!-так сказала бы мама.-Лежали же все эти бумажки в коробке-с коробкой бы и выбрасывала! А ты-как ураган!Теперь будешь три часа собирать!". Я и собираю.Но собираю не три часа, а гораздо дольше. Потому что я случайно заглянула в один листок, в другой, в третий...

"...У ветра-твое имя, и эта бесконечная ночь без тебя все равно пахнет твоими волосами и немножко диким медом. Это все так странно и так хорошо. Ты научила меня видеть то, чего я раньше не замечал или просто не видел, погруженный в себя. Все в тебе меня удивляет и радует. У тебя самый необычный дар-быть всегда разной и оживлять самые банальные предметы одним прикосновением. Так ожил и я, казавшийся себе каким-то старым деревом, которое никогда не зацветет".

"...Осталось 2 дня до встречи с тобой. И можно было бы не писать... Но у меня появилась потребность говорить с тобой ежеминутно. Я никогда не думал, что ты, одна маленькая женщина, затмишь все мои "мальчишники", футболы, машины и бесконечные споры о политике. Когда тебя нет рядом, я не могу реагировать ни на что. Без тебя мне все-все равно. И наоборот: когда у нас две пары глаз и четыре уха, мне кажется, я чувствую и слышу дыхание самого маленького мотылька"

"...Не хочу будить тебя. Спи, спи... А когда проснешься, не забудь заглянуть под мою подушку. Этот очередной заяц поздравляет тебя с пятилетием нашей семейной жизни. Он любит тебя, как сорок тысяч зайцев любить не могут..."

"...Помнишь, ты говорила, как страшна привычка для семейной жизни, ты боялась, что любовь уйдет и мы не сможем удержать ее ускользающей и хрупкой красоты? Я давно уже перестал бояться этого. Если бы мне предложили выбрать из тысячи самых красивых женщин одну, я бы снова, может быть как последний консерватор, выбрал тебя".

"...Убегаю на работу! Не забудь выключить газ, свет, телевизор, кофемолку. Радио можешь оставить. Обожаю. Сто миллионов раз целую. И этот плюшевый заяц-вершина вкуса наших производителей- только для твоей коллекции. Вечером будем пить шампанское, есть рябчиков, устрицы, и я скажу тебе страшную тайну: я люблю тебя. Если же шампанского и рябчиков не будет, обойдемся картошкой, но "страшная тайна" будет неизменна!"

"Я люблю тебя!!!"

... я сижу среди разбросанных бумаг до вечера. Я уже понимаю, что никогда не выброшу ни эти письма, ни стоптанные сандалии, ни старые будильники со смешными блестящими шляпками, ни коллекцию потертых одноглазых и одноухих зайцев. Это- мое богатство, свидетели любви и юности. У меня остались только они. Дети разъехались. А муж... У него уже давно другая семья...