.

.

birds singing in the sunlight !

мы плыли ночью где-то в море. наткнулись на всплывшую подводную лодку. никого живого на ней не оказалось. Мертвецы, темнота и тишина. мы забрали резиновую лодку и винтовку ( ну оружие какое-то) и поплыли дальше. мы не знали где находимся и на какой берег нас выбросит. все время держали винтовку наготове.

чистый белый лист с солнечными зайчиками

у бабушки в квартире. высоко над землей. теплый летний вечер. я смотрела на закат_ широкая река, порт, катера, автостоянки, поезда, жилые дома, деревья , дети под окном во что-то играют.

Танцуй! - сказал я себе. В рассуждениях смысла нет. Что бы не происходило вокруг - отрывай от земли затекшие ноги, сохраняй свою Систему Движения. Да смотри хорошенько, смотри внимательнее - куда при этом тебя понесет. И постарайся удержаться в этом мире. Чего бы ни стоило ...

Все-таки удивительно устроен человек! Вырастает как-то моментально: раз - и взрослый. Раньше я думал, люди взрослеют год от года, постепенно так... А оказалось - нет. Человек взрослеет мгновенно.

.

я летала в розовой юбке и фотографировалась

собака написала на старый красный ковер, а пока я бегала за тряпкой накакала в коридоре. к чему бы?

Приятная такая тоска. Что-то вроде молчания сосны, с которой улетели все птицы.

все зависит от того, в каком масштабе видишь проблему

.

признаюсь, не раз я ловил себя на мысли, что перевожу свою жизнь на дерьмо. Но постепенно я пришел к выводу: ведь и бумага с чернилами тоже переводятся на дерьмо, и если вместе с ними переводится моя жизнь - стоит ли жаловаться на мировую несправедливость ? < ...> Но при всей разнице мнений неизменно одно: вокруг нас - общество, в котором мы живем. Не нравится - проваливай в Судан или Бангладеш.

.

за окном метель. я в восторге.

турбаза на волге. на одном из островов. вокруг вода. мы живем в домике 101, он находится не на береговой линии, но все же не самый плохой. хотя жутко тесный. по турбазе ездят очень много роллеров. а пляж находится на берегу небольшой теплой запруды. там, за запрудой - на соседнем островке очень красивый сосновый лес, церковь, уютный домик среди деревьев, и кто-то катается на лошадях по солнечным рощам и тропинкам.

Внутри овчарни весели бледные сумерки, людей же не было ни души. Прямо по центру бежала дорожка толстого бетона, а по бокам тянулись ограды загонов. От загонов дорожку отделяли желоба для слива овечьих нечистот и грязи во время уборки. За стеклянными окошками, разбросанными по стенам, просматривалась ломаная линия гор. В лучах заката овцы справа казались розовыми, а овцы слева оставались в голубоватой тени.
Я вошел в овчарню - и двести овец разом повернули головы в мою сторону.

Я начал разгуливать по улицам с компасом в руке - и город приобрел какую-то иную, совершенно ирреальную сущность. Дома казались теперь всего лишь декорациями для киносъемок: пешеходы выглядели плоскими, словно вырезанными из фанеры. Солнечный шар вылетая из-за горизонта, проносился в небе по заданной траектории- и плюхался где-то за противоположным краем земли, как огромный артиллерийский снаряд.