На Марсе перед учеными была поставлена задача — создать биороботов, максимально приспособленных к земным условиям, которые бы вписывались в систему земных организмов. «Чтоб Дарвин носа не подточил», — сформулировал задачу президент марсианской АН.
Первые триста лет работа шла под непосредственным руководством академика X., в это время были определены основные контуры будущего вида, изобретено и разработано так называемое «мурлыкание» (сочетающее разные функции, от языковой до психотропной), освоены немалые средства.
Потом, как известно, наступило Другое Время. Академик X. принял приглашение Университета Попрыгунчиков и уехал жить на Юпитер. Группа разделилась, причем первоначально предполагалось, что две новые группы будут работать каждая над своими аспектами проблемы, но на деле вышло все по другому. Увы, движимые личными амбициями, руководители групп не смогли наладить взаимодействие, стремясь освоить побольше средств, которые, надо сказать, теперь выделялись все реже. Кое что удавалось получить от юпитерианцев.
Когда очередной перевод с Юпитера поступал на счет одной из групп, руководитель другой тут же писал письмо об антимарсианской деятельности в Комитет Защиты Марса. В Комитете уже привыкли к этому и все письма подшивали в одну папочку.
Надо сказать, что в группе под руководством Y. (редкостного интригана и небесталанного администратора) собрались самые талантливые ученые, работавшие у X. Остальные, бывшие когда то на вторых ролях, составили костяк группы под руководством Z. (гениального ученого и невыносимого неврастеника).
Когда Другое Время начало клониться к закату, где то наверху сочли, что освоенных средств уже достаточно для демонстрации результатов, и призвали Y. и Z. в Совет ста сорока четырех. После довольно бурного разбирательства, когда прозвучало предложение депутата от Пятой Линии — «стерилизовать на месте», не добравшее всего пятнадцать голосов, руководители групп призадумались, почесали животы и написали письмо X. на Юпитер.
X. не оставил коллег. Тем более что он скучал: на Юпитере ему приходилось преподавать местным балбесам таблицу умножения.
Юпитериане, как известно, имеют исключительно гуманитарные склонности и врожденный талант к эффективному менеджменту.
Выбив очередную сумму у тамошнего Фараона, X. прислал ее вместе с пятью своими самыми талантливыми юпитерианскими докторантами. Один из них умел даже доказывать теорему о сумме квадратов катетов, когда бывал в хорошем настроении.
Докторанты из двух групп опять составили одну, под совокупным руководством Y. и Z., и приступили к эффективному менеджменту.
В результате удачные и неудачные решения оказались причудливо перемешанными в конечном результате. Например, все, связанное с мочеполовой сферой самцов, пришло из группы Z. (где, не мудрствуя лукаво, за основу взяли соответствующий аппарат Голого Пустынного Урода). А вот главные параметры самок базировались на разработках Y. И плохо стыковались с Голым Пустынным Уродом. Много можно сказать и о линьке робота, и о царапательном рефлексе, и о несбалансированной энергосистеме (приводящей к обжорству и вороватости).
Все доделывали на ходу, поскольку сроки поджимали, освоили немало средств (в основном юпитерианских) и в конце концов представили Совету результат.
С оценкой «удовлетворительно» результат был принят, и первые партии котов в специальных капсулах были выброшены на Землю (Египет, Китай, район нынешней Кинешмы).
Когда выяснили, что впопыхах роботов забыли снабдить приемно передающими устройствами, было уже не до того — наступало То Еще Время, средства закончились, осваивать стало нечего, и каналы затягивались синими водорослями.
Разработанными в лабораториях на Венере за тысячу лет до описываемых событий.