В самое жаркое воскресенье, которое было в лесу, к Медвежонку пришел Волк.
Медвежонок сидел на трубе своего домика, держал в лапе над головой огромный лопух и, зажмурившись от удовольствия, лизал проплывающие облака.
— Здравствуй, Медвежонок! — прохрипел Волк, подстилая под себя хвост и усаживаясь на пороге медвежачьего домика. — Холодные сегодня облака?
«К чему бы это он?» — подумал Медвежонок, а вслух сказал:
— Здравствуй, Волчище! Зачем пожаловал?
По небу плыли редкие облака; далекое солнышко повисло над лесом; Волк высунул язык, слизнул самое прохладное облако и прошептал:
— Стар я… Тошно мне, Медвежонок!… С самого четверга.
«Врет!» — подумал Медвежонок. А вслух спросил:
— А что было в четверг?
— В четверг я съел твоего друга — Зайца. Твоего любимого Зайца, которого ты называл: ЗАЯЦДРУГМЕДВЕЖОНКА… Незабываемый был Заяц!…
«Врет, — снова подумал Медвежонок. — ЗАЯЦДРУГМЕДВЕЖОНКА сидит сейчас в подполе и пьет холодное молоко!»
— А зачем ты его съел? — спросил Медвежонок.
— Я его съел, потому что очень был голоден, — прошептал Волк, высунул язык и полизал небо.
— Послушай, Волк! — сказал Медвежонок. — Если ты будешь лизать небо над моим домом, здесь никогда не упадет дождь. Потерпи немножко, а если не можешь — уходи в другое место.
— Но я же съел твоего друга Зайца! — прохрипел Волк. — Я хочу, чтобы ты мне что нибудь сказал!..
— Вот я тебе и говорю, — сказал Медвежонок, — убери язык и прекрати так жарко дышать.
— Но…
Здесь Волк проглотил слюну — потому что Медвежонок у него на глазах подтащил лапой к себе длинненькое, прозрачное облако, полизал его, закрыл от удовольствия глаза, переломил пополам и съел, так и не открывая глаз.
— Но так же нельзя! — поперхнулся от обиды Волк. — Кто же хватает облака лапами?!.
— Ты молчи, — сказал Медвежонок, по прежнему сидя на трубе с закрытыми глазами. — Кто съел ЗАЙЦАДРУГАМЕДВЕЖОНКА?
— Позволь, я лизну следующее… — попросил Волк. — Над моим домом сегодня совсем не плывут облака. Я не ел твоего Зайца.
— Ел, — сказал Медвежонок. И посмотрел туда, откуда дул ветер. — Ел! — повторил он. И схватил лапой синюю льдышку облака.
Волк высунул язык, но Медвежонок уже сидел с закрытыми глазами и гладил себя правой лапой по животу.
— Не ел я твоего Зайца, — прохрипел Волк.
Медвежонок не обращал на него никакого внимания.
— Ел!… Ел!… — прошамкал беззубой пастью Волк. — Если бы я мог кого нибудь съесть!…
И ушел, заметая легкую пыль своим горячим хвостом.