Они встречались уже два года. Витя познакомился с ней сразу после того, как вернулся из армии. Ольга училась тогда в школе и казалась ему наивным ребенком. И он решил воспитать из нее женщину, которая бы устраивала его во всех отношениях.
Жениться он не торопился. И хоть Ольга ему очень нравилась, но связывать себя узами брака он не собирался. Встречи в свое удовольствие казались ему куда приятнее: хочешь – идешь на свидание, а хочешь – оттягиваешься с братвой в баре. Свобода!
Да и Ольге замуж рановато. Она только окончила школу и с усердием готовилась к экзаменам в ВУЗ. На ближайшие два-три года жизнь была распланирована, и Виктор был рад, что у него все так легко и хорошо складывается.

Но неожиданно судьба преподнесла ему неприятный сюрприз. На очередное свидание Ольга пришла вся в слезах и сообщила, что беременна. Это было, как гром среди ясного неба.
Виктор был взбешен и, конечно, обвинял во всем ее. Это она виновата в том, что не приняла вовремя таблетки или не высчитала безопасные дни. А, может, она просто решила таким образом «захомутать» его? Но вот это уж дудки! На это пусть не рассчитывает!
Высказав все это ей в глаза, не особо церемонясь в выражениях, Виктор развернулся и ушел прочь. Позже, дома он понял, что погорячился и испугался, что Ольга расскажет все родителям, и те уговорят ее оставить ребенка. А потом надавят на него и заставят идти под венец.
Виктор решил поменять тактику и хитростью уговорить Ольгу на аборт. Назначив по телефону ей свидание, он пришел с красивым букетом роз. Сердце Ольги замерло в радостной надежде. Но услышала она не то, что хотела.
Он был очень ласков и убедителен. Говорил, что любит, и все у них еще будет замечательно. Только ребенок сейчас будет обузой. Сначала, мол, надо ей выучиться, ему выгуляться, а потом и семью создавать.
Ну, какая из нее сейчас мать? Сама недавно в куклы играла… Это же хомут на всю жизнь! Ни тебе дискотек, ни баров, а только пеленки, да распашонки.
В общем, он отвел ее к врачу, который и не замедлил назначить день операции.
Самое страшное, что Ольга, во всем с ним молча соглашаясь, все время плакала. Это стало раздражать Витю, и он уже подумывал, что не плохо бы после того, как все закончится, на время прекратить встречи.
Все должно было решиться завтра. Вечером Виктор пришел к ней, чтобы дать деньги на аборт и на такси. Пообещав, что забежит сразу после работы узнать о ее самочувствии, он быстренько удалился. Эти слезы в глазах ему уже надоели. Да и у него на душе кошки скребли, поэтому он решил провести сегодняшний вечер наедине с бутылкой. В ней можно было утопить свою тревогу и заглушить какую-то ноющую боль в самом затаенном уголке сердца.
Опустившись за столик на летней площадке, Виктор благоразумно решил начать с пива. Когда он допивал вторую бутылку, к нему подсел мужчина лет сорока пяти. Он был чисто выбрит, аккуратно одет, а по его глазам можно было угадать, что он тоже пришел сюда "утопить" свое горе. Мужчина залпом выпил рюмку водки, потом, не торопясь, стал попивать пиво.
-Вот, что-то домой идти не хочется, - начал он, глядя на Виктора. – Нет, ты не подумай, что с женой поругался. С ней у меня все нормально. Недавно серебряную свадьбу отметили. Все бы, вроде, хорошо, только вот беда – детей у нас нет. У других в нашем возрасте уже внуки, а мы, как сироты. Поэтому и домой идти не хочется – тишина на нервы действует. На улице хоть на чужое счастье посмотреть можно. Вон, кто-то с внуками гуляет, кто-то с сыном идет куда-то. А мне так и не довелось… Всю жизнь как посторонний наблюдатель провел.
Мужчина тяжело вздохнул. Его не смущало молчание Виктора, наоборот, его это очень устраивало, потому что ему было просто необходимо выговориться.
- Да, ты не думай, - продолжал он, - я ни на кого не жалуюсь. Сам виноват! Понимаешь, когда моя жена забеременела, мы только поженились, и этот ребенок казался мне тяжелой обузой. Хотелось пожить немного для себя: в походы походить, деньжат накопить, машину приобрести. А ведь на ребенка уходили бы и деньги, и время. Вот я и уговорил свою Аннушку аборт сделать. Она, правда, все плакала, но послушалась, потому что любила сильно, доверяла мне, а я ее доверие не оправдал.
В общем, сколько она потом не лечилась, сколько денег на операции ушло, все равно без толку. Больше она забеременеть не смогла.
Нет, мне, конечно, друзья советовали уйти к другой, молодой, которая бы и родить сумела. Но, только как же я свою Аннушку брошу после того, как столько горя ей причинил. Не совсем же я конченый подлец?! Да и люблю я ее.
А вот как она со мной столько лет живет? Как детей маленьких увидит, аж сияет вся изнутри… А ведь это я лишил ее этой радости. Если бы она меня тогда не послушала, все бы было по-другому. Но она послушала…А как же, я ведь муж, глава семьи. Да только не получилась у нас полная семья. Всю жизнь себя за это корить буду.
Мужчина запил пиво еще одной рюмкой водки и поднялся: "Пойду, темно уже. Моей Аннушке одной дома тоже не сладко".

Наступило утро. Ольга с большим пакетом, в котором лежали халат, тапочки и простыни, незаметно от родителей выскочила на площадку.
Медленно спускаясь по ступенькам, она с ужасом думала о предстоящем. На глазах опять появились слезы, и она уговаривала себя не реветь. Выйдя на улицу, она увидела Виктора, который дремал, сидя на скамейке возле подъезда. Сразу было видно, что он провел здесь всю ночь.
Оля тихо опустилась рядом. Витя открыл глаза и взял ее за руку:
- А я тут с вечера караулю. Знаешь, ни в какую больницу ты не пойдешь. Мы сейчас поднимемся к тебе, я поговорю с родителями, и сегодня же пойдем заявление в ЗАГС подавать. Не хочу я брать грех на душу и потом всю жизнь себя за это корить.
Ольга молча кивала головой и всхлипывала. Слезы в три ручья текли по ее щекам. Но на этот раз это были слезы радости. Не удержался от слез и Виктор. Обняв любимую, он тихо вздохнул и понял, что, пожалуй, впервые поступил по-мужски.

А б о р т

С небес на землю посмотрев,
Душа семью себе избрала.
Родителей определив,
Час воплощенья ожидала.

В любви тела переплелись,
И душа в плоти появилась. -
Так новая явилась жизнь -
Дитя во чреве зародилось.

И развивалось не спеша,
В утробе мамы подрастая,
И жизнь казалась хороша,
Росло дитя беды не зная.

Вдруг по спине прошел озноб,
Сердечко вдруг затрепетало,
И слово страшное "аборт"
Дитя впервые услыхало.

И этот миг стал роковым,
Все в одночасье изменилось.
А он считал себя родным,
Но мать убить его стремилась.

И он кричал ей: "Погоди!
Не делай этого. Не надо!
Дитя от Бога, ты пойми,
Я - твоя лучшая награда".

Но мать решенье приняла,
И кровь невинная пролилась.
И лишь бессмертная душа
С небес за маму помолилась.

Простив ей все, перед Творцом
Душа ходатаем стояла,
Чтоб этот грех в конце концов
Родная мама осознала.