Из года в год мы наблюдаем одну и ту же картину: летом, а то и ранней весной все начинают заботиться о своей физической форме. Понятное каждому беспокойство подогревается, если не полностью формируется, поведением медиа: именно благодаря интернету и журналам мы узнаём, что к лету обязательно нужно худеть, чтобы достойно выглядеть в купальнике. А еще желательно попробовать пару-тройку соковых диет, чтобы не пришлось втягивать живот.

 «Пляжное тело» (в оригинале — beach body) — интуитивно понятное словосочетание: это та физическая форма, в которой якобы не стыдно появиться на пляже. Возникнув в середине прошлого века как чистый рекламный инструмент, оно перекочевало в лексикон глянцевых журналов и с тех пор используется для обозначения идеального тела, к которому всем почему-то надо стремиться. В современном понимании «пляжное тело» — мускулистое, подтянутое, желательно загорелое и безволосое, на котором купальник или плавки сидят как на манекене. Чтобы такого стандарта достигнуть, многим приходится худеть, тренироваться и другими способами добиваться внешнего вида, «достойного» появления на обложке условного глянцевого журнала. Тем же, у кого по разным причинам тело выглядит по-другому, остается только переживать и находить в себе силы не ориентироваться на мнение большинства.

 Понятие красивого тела старо как мир, а в прошлом веке оно претерпело колоссальные изменения. Если вкратце, тогда худоба стала считаться более привлекательной, чем упитанность, — впервые за бог знает сколько лет. Купальные костюмы тоже разительно переменились. Вплоть до 1910-х они закрывали практически всё тело и не давали намека на его контур, затем количество ткани в них стремительно уменьшилось, а фигура начала проступать. Одна из самых популярных современных вариаций купальника — бикини — старее, чем могло показаться: в 1946-м инженер Луи Реар уговорил танцовщицу Мишелин Бернардини продемонстрировать его новую модель купальника, позировать в которой многие манекенщицы отказывались. Фотографии Бернардини разлетелись в прессе и взбудоражили публику, но трудная история бикини только началась. 

Историк Кевин Джонс считает, что Реар опередил свое время и его купальник в сороковые могли носить только раскованные женщины высшего класса вроде тех, что после Первой мировой сняли с себя корсеты. Большой вклад в популяризацию бикини внесли актрисы: Брижит Бардо, Мэрилин Монро, Софи Лорен в свое время показали, что в этом купальнике можно выглядеть и красиво, и достойно (во второй добродетели сомневались правительства некоторых европейских стран и даже Ватикан). Чуть позже к ним присоединилась девушка Бонда Урсула Андресс, с появления которой в белом бикини принято отсчитывать второй виток его популярности.

Если взглянуть на фотографии 40–60-х (для того чтобы общественность смогла принять бикини, потребовалось без малого двадцать лет), становится понятно, что нынешние раздельные купальники едва ли стали более откровенными. Ранние модели еще прикрывали пупок, но в 70-е линия талии опустилась, а в 90-е снова поднялась, но к скромности такой скачок не имел отношения. Единственное, что действительно изменилось за 60 лет истории купальника, — контуры фигуры в нем. Впервые продемонстрировавшая его манекенщица была стройна, но в первый пик популярности бикини его носили девушки не только худощавого телосложения. Мода на исключительную стройность еще не сложилась, так что и стандарта «пляжного тела» не было. Одними из тех, кто ускорил его появление, стала сеть салонов Slenderella, специализировавшаяся на похудении. В ее рекламе 1961 года «тело бикини» определили весьма точно: «высокий бюст, выраженная талия, крепкие бедра, стройные изящные ноги» (всего этого предлагалось достичь при помощи устройств Slenderella, конечно). 

С подачи Твигги в моду вошла худоба, в 70-е модным телом стало считаться поджарое и в меру мускулистое; тогда же средний ИМТ американских знаменитостей начинает уменьшаться, а «обычных» женщин — наоборот, расти (18–20 и 25 соответственно). В 80-е имидж красивого женского тела предсказуемо меняется на более миниатюрный: почти все модели с обложек Playboy весят меньше среднестатистических женщин, некоторых можно назвать худыми. Про следующие два десятилетия и героиновый шик все наслышаны: в моду снова врывается андрогинный типаж, который не предполагает характерных для многих женских фигур изгибов. Худоба, которой в то время благодаря возможностям СМИ и фотошопа в информационном поле стало всё больше, до сих пор считается эталонной, хотя некоторые смелые компании вроде Swimsuits For All идут наперекор стандарту и не стесняются заявлять, что любое тело красиво.

 Нельзя отрицать, что все мы обращаем внимание на внешность и что она сильно влияет на восприятие других людей (подтвержденная симпатия присяжных к хорошеньким обвиняемым — лишь одно из проявлений нашей тяги к прекрасному). Большинство людей не возражают против того, что им навязываются выбранные кем-то стандарты, и готово подстраиваться под них. Меж тем эстетика — очень субъективная категория и у каждого человека есть право самому решать, что красиво, и не испытывать стыда за свой выбор. Отдельного порицания заслуживают подходы некоторых СМИ: подборка, скажем, 40 знаменитостей в купальниках не дает читателю никакой информации о том, как стать более здоровым и красивым. Напротив, она только подогревает истерию и почти наверняка заставляет сравнивать свое тело с другими, более «совершенными», а это прямой путь к недовольству собой и психологическим проблемам от компульсивного переедания до депрессии. По этой логике люди с эталонным телом если не на голову выше остальных, то уж точно в одном аспекте лучше, — назвать это иначе, чем дискриминацией, язык не поворачивается. 

Кроме того, большинство СМИ побуждает поддерживать физическую форму только весной и летом: по этой логике, читатель может избегать здорового образа жизни в холодные месяцы и должен начать заниматься спортом и соблюдать диеты, только когда станет тепло. Такие качели для организма, понятное дело, вредны, тем более что к необходимой размеренности никто обычно не призывает: чтобы тело хорошо воспринимало нагрузки, их стоит вводить постепенно, а еще нужно много спать и есть — про это журналы предпочитают умалчивать или ограничиваются размытыми напоминаниями о пресловутом правильном питании.

 Категория «пляжного тела» постепенно вытесняется, и во многом это происходит благодаря бодипозитив-движению (английский язык приятно компактный, но есть подходящая русская формула «мое тело — мое дело»). У тех, кто обладает достаточной уверенностью в себе, само словосочетание «пляжное тело» вызывает недоумение, ведь никакие особенности внешности не означают, что ее обладатель или обладательница не может надевать открытую одежду и появляться в ней в общественных местах. Важно, что такая позиция вовсе не избавляет от работы над телом, но необходимость в ней появляется по осознанному решению человека и в том объеме и качестве, какие он посчитает нужными. 

С этим несколько спорит особая категория бикини — «фэткини». Такие модели напоминают самые ранние раздельные купальники тем, что прикрывают больше тела, — потому что предполагается, что людям с большим весом или заметными, например, растяжками, непременно захочется скрыть свои «недостатки». Против этого с недавних пор восстает всё больше людей: девушки с растяжками открыто говорят о том, что носить бикини с ними не стыдно, а полные отваживаются на прогулки по пляжу и записывают свои ощущения. 

По идее, терпимое отношение к особенностям внешности когда-нибудь должно стать единственным ее стандартом, а слова типа «недостатки», «идеал», «несовершенства» — выйти из привычной манеры употребления. Если рассуждать не в вакууме, а с учетом реальности, то ожидать такого развития событий в скором времени не стоит, да и никакая свободная мысль не может накрыть целиком всё общество. Тем не менее диктат идеального тела всё больше теряет в весе и количество людей, здраво относящихся к внешнему виду, растет (это касается не только веса, но и остальной физиологии вроде наличия волос на теле, растяжек и шрамов), так что поводов терять оптимизма нет.