Только что совершенно случайно наткнулся в жж на литературный опус, живописующий посмертные злоключения знаменитого советского поэта. Под ним аж 11 страниц "каментов" (подозреваю, радостных подквакиваний типа "уел, так уел!").
Сам объект "всенародной радости" рассказывал, как в год написания государственного гимна случилось ему ехать в лифте с коллегами по перу, которые принялись критиковать гимн, утверждая, что стихи слабые. Поэт слушал-слушал, а когда наступила пора выходить, кинул на прощание: "А вы текст-то учите, учите!"
А ведь было дело - искренне верил, что при демократии солнце станет светить ярче, вода станет водянистее, а человек человеку будут товарищ и брат. Поэтому, как и все зомбируемые, ходил эти "дни путча", не отрывая радиоприёмника от воспалённых ушей, искренне радуясь, когда "путчисты" бросились в Форос просить защиты от тамошнего "узника совести". Победа! Ровно 18 лет назад я поднял бокал шампанского за вступление в более счастливый период жизни...
Зря.
Прозрение пришло в конце года, когда я узнал о том, что СССР больше нет. А ещё через месяц жизнь стала просто невыносимой. "Крокодил" тогда печатал мой комикс-сериал "Старая сказка" (вышло 6 выпусков). Платили за выпуск 500 рублей. По советским меркам это были шикарные деньги. Только при СССР я успел получить их всего один раз. Оставшиеся гонорары не стоили почти ничего...
А потом и гонорары в "Крокодиле" скурвились. Художники рисовали уже просто на энтузиазме, не желая предавать любимый журнал. Да что "Крокодил", в одночасье все книжные и журнальные графики превратились в представителей малооплачиваемой профессии.
Как сейчас помню: получив первый гонорар в "Карапузе" за книжку из серии "Мастерилка", я тут же потратил его на продукты. Хватило ровно на неделю...
Сегодня я не буду поднимать никаких бокалов. Счастливый период жизни остался где-то в прошлом...
Я заметил их, когда вышел по тропинке из зарослей краснотала на опушку, а нагнал на подъёме в гору. Как нетрудно было догадаться, два моих случайных попутчика — дед с внуком — возвращались с озера, куда они ходили скорее на прогулку, чем на рыбалку. Кроме свежесрезанных двух удочек с короткими лесками да ржавых крючков на них, больше у моих попутчиков ничего не было. Деду, седому, грузному, то и дело громко и заразительно смеявшемуся, лет за шестьдесят, внуку — едва перевалило за три года. В нём я запоздало узнал Ромку, брата Дениса, и мы поздоровались за руку. Познакомились мы и с его дедом. Его зовут Альбертом Львовичем. Он первый раз приехал в эти места. Дед у Ромки большой и голова у него красивая и большая. Он профессор. ... Мы идём по просёлку вместе, и вскоре я начинаю понимать и дедов весёлый смех, и их беспрестанные остановки на дороге. Идут два человека, открывающие мир. Один — впервые, другой — заново. Впрочем, не только веселье озаряет их лица. По¬рой смех смолкает, и лицо мужчины становится задумчивым... У околицы на обочине дороги нас встречает вечная беспокойная спутница просёлочных дорог — трясогузка. Увидев её, внук тут же спрашивает: — Деда, кто это? — Птичка. — Нет, кто это? — Ну, как кто? Я же сказал: птичка. Такая же маленькая, как и ты. — Нет, деда, ну нет! Кто? Как зовут её? — Ах, вон что! Зовут птичку трясогузка. Внук тут же выдёргивает свою ладошку из дедовой руки и бежит к кочке с трясогузкой. Вскоре возвращается с плачем. — Ну, что теперь? — Трясогузка улетела быстро и далеко. — И что же? — А как же я? — А что с тобой случилось? Внук потерянно смотрит на деда. В глазах досада и обида на его непонятливость: — Я не успел сказать ей, что меня зовут Ромка.
"... Я бы для начала объявил амнистию. Выпустил из тюрем всех беременных женщин, всех тех, кто, образно говоря, украл мешок картошки или совершил другое незначительное преступление... А на освободившиеся места посадил бы тысяч двадцать (для начала!) высокопоставленных жуликов, в первую очередь государственных чиновников, богатство которых уж слишком бросается в глаза. ..." С. Говорухин
Мишель Обама разбила на лужайке около Белого дома огородик и собрала с него 50 кг овощей. Её муж Барак Обама планирует организовать на оставшейся территории хлопковую плантацию и собрать с неё несколько тонн высококачественного хлопка. О, старый добрый Юг!..