Вопросы, остро стоящие сейчас в российском обществе, являются, на мой взгляд, проекцией воспитания каждого россиянина. Поведение общества складывается из поведения каждого его члена.
Россияне отдают себе отчёт в ужасном отношении государства к гражданам, осознают, что неписанные законы локального социума жестоки и зачастую антинравственны, и одновременно считают Россию величайшей, гуманнейшей и свободнейшей страной. Это кажется непреодолимым противоречием, но не для выросшего здесь человека. Такое двоемыслие каждый из нас получил вместе с выпиской из родильного дома.
Я должен сказать, что рассматриваю некую общую картину, совокупность большого количества частных случаев, встреченных мной в жизни. Каждый конкретный пример может сильно отличаться в любую сторону, вплоть «до наоборот».
Российская, а в недавнем прошлом советская, мать позволяет себе такое поведение по отношению к своему ребёнку, за которое любому другому человеку выцарапала бы глаза: «Маме можно!» Во многих семьях привычно бить, оскорблять, обзывать ребёнка, вместо того, чтобы терпеливо объяснять недопустимость поведения, возможные последствия или предлагать альтернативные варианты. Основной метод воздействия на ребёнка – это страх наказания.
И такое поведение в практически не изменённом виде перешло на государственный уровень.
«Не рисуй на обоях!» вместо: «Рисуй, пожалуйста, в альбоме». Я даже не говорю про экзотику, вроде специальных обоев для рисования в детской, потребности ребёнка не уменьшатся от запретов. «Парковка запрещена», вместо: «Парковка через два квартала». Машина у водителя так же не исчезнет от того, что её негде запарковать. «Уйдёшь со двора – накажу», вместо: «Гуляй, пожалуйста, во дворе, мне важно тебя видеть во время приготовления твоего любимого торта». Во всех привычных для нашего уха правилах чётко просматривается неизбежность наказания, потому что соблюсти всё просто невозможно. Все мы прекрасно знаем, за что полагается наказание и умеем виртуозно его избегать. Поощряемые же поступки слегка презираем, так как с детства знаем, что пообещать вовсе не значит дать.
Пропасть между постулируемым и выполняемым в России столь велика, что всерьёз не воспринимается ни один указ или закон, кроме карательных. В этом случае у властей слово с делом обычно не расходится. Как у родителей, которые точно дадут ремня, если обещали. В отличие от шоколадки, обещанной за хорошее поведение. «Мама, ну я же хорошо себя вёл». «Да, но у тебя двойка по математике, какая может быть шоколадка!» Кстати, требовать у родителей справедливости, отстаивая свои права, тоже не принято, за это можно получить отдельно. Как и от власти.
Примером могу привести армию, которая, как известно, слепок общества. В Уставе написано, что основным способом воздействия является убеждение. Данный способ воздействия там не встречается вообще.
Попытки получить от родителей объяснение какого-либо правила, запрета или наказания нередко заканчиваются приведением аргумента: «Потому что я так сказала!» Пришедшие во власть люди, получившие такое воспитание, тоже не любят затруднять себя обоснованиями своих решений и поступков.
Матери могут спекулировать безусловной любовью ребёнка к родителям. «Уйди от меня», или: «Мама обидится». Этот способ работает лет до десяти. Власть аналогично пользуется любовью человека к своему дому, в широком смысле этого слова. И работает это так же до определённого уровня развития личности.
Таким образом получается, что человек, делающий самые ужасные вещи, считающий возможным вероломно вести себя, не опасаясь возмездия – это родная мать. Общество, ведущее себя так же – родная страна. Тождество «Родина-мать» родилось отнюдь не случайно, и наполнено оно гораздо большим смыслом. Родина и есть мать. И она считает своим неотъемлемым правом распоряжаться тобой на своё усмотрение. И будет это делать, если ты не подрастёшь.