Большое личное бедствие - плохой учитель милосердия. Оно притупляет чувствительность сердца, которое само тяжко страдает и полно ощущения собственных мучений.

Деньги, как пошлина, взыскиваются всегда за какое-нибудь право.

Едва ли в чем-нибудь другом человеческое легкомыслие чаще проглядывает в такой ужасающей мере, как в устройстве супружеских союзов.

Истинная любовь скромна и стыдлива.

Людям ложь вредна, а себе еще вреднее.

Не надо забывать старого правила : кто хочет, чтобы с ним уважительно обходились другие, тот прежде всего должен уважать себя сам.

Новые слова иностранного происхождения вводятся в русскую печать беспрестанно и часто совсем без надобности, и - что всего обиднее - эти вредные упражнения практикуются в тех самых органах, где всего горячее стоят за русскую национальность и ее особенности.

Общество более всего нуждается в оздоровлении его духа, и это зависит менее от власти, чем от нас.

Прощение дается даром, по снисходительности того, кто прощает, а извинение вызывается причинами, которые заставляют не считать вину виною.

Труд - дело святое, всякому подобает.

А ты знаешь ли, любезный друг: ты никогда никем не пренебрегай, потому что никто не может знать, за что кто какой страстью мучим и страдает.

Горе одного только рака красит.

Дозволение ростовщикам действовать гласно привело к тому, что теперь многие приучились смотреть на ростовщичество, как на простое коммерческое дело, и такое мнение случается не раз слышать от очень порядочных людей.

И лучшая из змей - все-таки змея.

Любовь не может быть без уважения.

Надо, чтобы на свете никто на жалостливых не рассчитывал, потому что их немного, да и в тех можно ошибиться, и тогда хуже будет. А строгость лучше: при ней всяк о себе больше заботится и, злых людей опасаясь, лучшее себе во всем получает.

Не тот богаче других, кто имеет более дарового золота, а тот, кто лучше других умеет довольствоваться и пользоваться тем, что имеет.

Обещания даются по соображениям, и исполняются по обстоятельствам.

Прежде ростовщики сознавали, что действуют преступно, и всеми мерами скрывали свое гнусное ремесло, что, много ли, мало ли, но оберегало нравственность народа.

Снисхождение к злу очень тесно граничит с равнодушием к добру.