Пришли некоторые идеи

Парность – пара «Я и любимый человек», «муж и жена» - подобна одиночеству. Почему люди всё-таки вместе, когда они не вместе эмпирически, не в одном физическом месте? Парность – это образ жизни, способ бытия, не обязательно нуждающийся непрерывно в своём «эмпирическом подтверждении». В христианстве парность восходит в конечном итоге к парности Церкви-Невесты и её Небесного Жениха.

Возможно, парность – это пара форма / материя. В своём развитом и чистом виде – это домострой.

Пара – это, прежде всего, пустая пара, Я и моя пустая пара. Эмпирическая пара может мешать бытию-в-паре.

Если ты ориентируешься на то, чтобы быть в паре, ты тем самым ориентируешься на «единственную / единственного», т. е. ты как никогда приближаешься к «эмпирическому» одиночеству, рискуешь остаться «эмпирически» один. Эта ориентация на парность, единственность – это преимущественно не сексуальная, а антисексуальная ориентация, это какое-то отстранение от мира, аскеза.

Парности противостоят тройки, четверки и даже размывание границ между «единицами».

Хороший вопрос: можно ли назвать личностями участников группового секса – тройки, четверки и т. д.? Задаваясь этим вопросом, надо прочувствовать онтологию, разумеется. Морализаторство тут несущественно.

Возможно, человеку или его «предку» исторически ещё нужно было придти к сосредоточению на парности, к отказу от троек, от множественности, к тому же состоящей не только из людей, а и из животных, деревьев и т. д. Опять же: называть это «людьми», «животными» можно только задним числом. Или отказ от множественности - это в своём роде этап онтогенеза.

Государственному устройству общества онтогенетически предшествует «война всех против всех». Патриархально – гетеросексуально – моногамно – семейной сексуальности предшествует «секс всех со всеми».

Тут что-то вроде феномена толпы. В толпе личность становится неразличима. Секс был тем, в чём личность была неразличима. Т. е. некорректно даже говорить «секс всех со всеми», так как эти «все» не состоят из личностей. Личность – это то, что дистанцируется – почему-то и как-то – от секса всех со всеми.

И вот ещё: сдаётся мне, что мальчик не станет мужчиной, не лишиться девственности, если займётся анальным сексом с другим мальчиком или мужчиной – даже если он «будет в активе». Но сейчас это, видимо, становится неважно. Люди всё больше живут вне структур «девственности / зрелости», вообще вне жёстких иерархических структур. «Менеджер проекта» - в своём роде плавающее означающее. В одном проекте я твой менеджер, в другом – ты мой.

Гомосексуализм – это не просто «один из видов сексуальности». По сравнению с гетеросексуализмом это что-то другое от начала и до конца.

Возможно, это поверхностное наблюдение, но: огромный корпус древних текстов, от древнейших до по крайней мере средневековых направлен на «освобождение от секса». Такое впечатление будто речь в них идёт об избавлении от какой-то сильнейшей эпидемии.

С другой стороны, в современной литературе всё больше говорится о том, что «секса ноль», и он ещё к тому же всё больше улетучивается из жизни – от задротических блогов до литературы, претендующей на «исследовательскость». Куда-то он делся. Куда-то нас завели усилия предков. И почему людей порой больше интересует «искусственный интеллект», чем рождение и воспитание детей?

У меня есть проблема некоторой общей «непродуктивности», прежде всего, в «личной жизни». Т. е. проблема не в том, что я часто терплю какие-то неудачи, а в том, что я собственно и не пытаюсь практически ничего делать. Грубо говоря, проблема не в том, что мне «не дают», а в том, что я и «не прошу» и не знаю даже, как попросить, чтобы это был действительно «спрос». С этой непродуктивностью связано моё вечное стремление «соответствовать» каким-то критериями, образам, образцам. И дело не в том, что это какие-то «неправильные» образцы. И не в том, что императивность вообще не нужна – ведь без некоторой императивности вообще нельзя ничего сделать. Всё дело в какой-то извращённой, неадекватной императивности. Она извращена в том смысле, что связана с описанной выше непродуктивностью, неудовлетворённостью. Т. е. вообще-то «всё могло бы быть и лучше». Её извращённость заключается, возможно, в какой-то замкнутости на самой образности и критериальности – безотносительно к ситуациям, в которых действительно можно было бы что-то сделать.

Поэтому лично меня гомосексуализм привлёк, возможно, как раз тем, что он и есть – для меня по крайней мере - этакая чистая демонстративность, не связанная с реальными желаниями и возможностями. А в качестве образности он действительно широко распространён в интернете, в моде и т. д.

Это чем-то напоминает серию «Южного парка», где все мужики стали метросексуалами – но не геями!

Т. е. то, что считаю своим гомосексуализмом, вообще не имеет никакого отношения ни к какой ориентации и ни к каким возможным действиям. Это и есть препятствие для какой-либо продуктивности. Это столь идеальный идеал, что он в принципе не предполагает своей реализации.

Гомосексуализм имеет свои корни в том, что мужчина действительно по природа своей одинок, он – своего рода одинокий Бог. Любовь – не дружба, дружба – не любовь. Гомосексуализм является, возможно, попыткой соединить дружбу и любовь. Но этот одинокий Бог, устроитель «жизненного мира» - не только своего, но и всегда с претензией на чужой, на освоение чужого – должен быть настолько всемогущ, чтобы не замечать своего одиночества.

Для того, чтобы прояснить это, проведу аналогию этого Божественного одиночества с наивной поэзией по Шиллеру. «Бытие-мужчиной» - это бытие, столь погружённое в тотально осваиваемый мир, что в силу этой тотальности оно не замечает своего собственного существования как чего-то отдельного. Если Я – это всё, то бессмысленно говорить об одиночестве Я.

Но опять же: усилия современной мысли направлены как раз на изобличение и уничтожение всяческого тоталитаризма. Быть «добытчиком» значит быть убийцей, ибо твоё обладание добычей – это моё не-обладание ей, так как нет гарантии, что «хватит всем». Быть не-убийцей значит быть шизофреником в делёзовском смысле. Или отказаться от «фаллоцентризма».

Думаю, будет продолжение)