Несколько минут назад в моей голове впервые сошлись фразы «Не хлебом единым» и «Хлеба и зрелищ!»

Береги оффлайн смолоду, а ноги — в тепле.

Человек умирает, когда устаёт умиратьТЭЧЭКА

Много работаю. Исходя из количества моих сил и умений, этих самых сил трачу довольно много. Работа иногда хорошо так залезает в печёнку. Отвечаю здоровой агрессией по отношению к бытию:))

Зато получаю огромное удовольствие от любой минуты, когда не работаю:)
Открыл для себя Уилта Тома Шарпа — вот ещё одна из радостей. Описывать лень)) Юмор, приключения, разрушающие привычную бытовую жизнь, нравы.

В общем, рядовой налогоплательщик — да и только))) Никакой тонкости чувств и блестящей светской жизни, ебёна мать)))
Ну, ничё — я вам сделаю:Р

В детстве прочитал какую-то познавательную книгу, в которой рассказывалось о Камчатке и гейзерах. И с тех пор мечтаю там побывать.
Думаю иногда о большом освещённом солнцем поле каком-нибудь там, как стрекочет в небе вертолёт. Не знаю даже, что в этом хорошего. Какая-то экспедиция с этим со всем ассоциируется. Но без подробностей типа жизни в палатке и вообще без таких бытовых подробностей. Может, поэтому и нравится мне думать о Камчатке.

*ропщет*:)**

Была осень, когда снег часто выпадал, но быстро таял. Из-за этого по подоконникам часто и громко, как-то плотно и густо барабанила капель.
Какой при этом был свет? Даже не серый, а какой-то никакой. Это был несвет. Это был свет, изменяющий себе и смотрящий в себя, посмевший заняться собой, ссучившийся.

Теперь эта капель вспоминалась как начало чего-то нового, большого. Чего? Самое смешное, что, возможно, счастья. Это был торжественный гимн, который знаменовал собой начало великого сна.
На другом конце вечно совершаемого пути было то же самое. В смысле так же часто таял, а потом снова выпадал снег. Все ждали, когда кончится эта бесконечная оттепель и начнётся лето, чтобы оно быстро надоело. Ворона деловито и бессмысленно пробиралась через тёплые и влажные хлопья снега. Она всегда будет это делать, это и есть бытие.

Здание было просторно и темно, оно равнодушно приютило людей, как пещеры в горах. Только теплота человеческих оазисов заслоняла тоску от их хрупкости, какой-то бедности и почти несуществования.

Да, его жизнь кубарем полетела вниз в тот самый день, когда он увидел и почувствовал бытие в его несокрушимости, безущербности. Это была, наверное, определённая вершина. Там пахло какой-то синтетической химией, бессмысленно барахтались ужасные и прекрасные микронедоорганизмы. Светил яркий прямой электрический свет, как иногда в операционной. Горячая вода громко наполняла ванную, обжигала и душила. Поелозь-ка под скальпелем, обживись-ка под ним.

С другой стороны, пошла, пожалуй, эта безущербность (пошла – от слова «пошлость»). И истина где-то посередине между ней и занудной свободной личностью.

Чего я точно не ожидал в своей жизни, так это того, что встречу когда-нибудь женщину красивую, талантливую и сразу несколько штук

«За месяц до событий, повлекших за собой упразднение режима Директории, парижский Национальный институт объявил конкурс, предложив дать ответ на вопрос: каково влияние привычки на способность мыслить?»
(А.А. Кротов, «Философия Мен де Бирана»).

О роли премьер-министра в политической системе Великобритании (и его отличии от некоторых деятелей, которые имеют только символическое значение и выполняют, в основном, представительские функции).

Чего только не обнаружишь, внимательно присмотревшись к иной вещи — Дмитрий Анатолич на подписании Мюнстерского мира!
Шерлок Холмс говорил что-то вроде «так и в переселение душ можно уверовать».
«И царь у вас такой… типичный! На нашего Буншу похож». 

И ещё немного гипотетико-дедукции. Вообще-то человек, участвовавший в таком мероприятии, как подписание Мюнстерского мира, вполне мог иметь отношение и к голландскому посольству в России. Которое, как несложно догадаться, в определённый период находилось в Петербурге. А даже если и не только в Петербурге...
Но это так, гимнастика для ума.

—...Встретимся с тобой наконец... Посидим, выпьем... Найдём собаку какую-нибудь, она у нас будет третьей...
— Хмм, с собакой у тебя — какой-то новый мотив...

На протяжении долгих лет Петя пытался разгадать Васю,
Но всё безуспешно.
И вот наконец однажды он понял,
Что Вася — это разгадывание его самого, Пети.

— О-о-о... Ну, трансцендентальное Я — такое чистое, трансцендентальное... Прям любо-дорого поглядеть... Так, а где у нас эмпирическое Я?
— А вот оно я, хе-хе, — отозвалось эмпирическое Я со злорадной ухмылкой, как всегда, гадя исподтишка за углом.

Ну, и для полноты картины нужно добавить, что, видимо, 4 года жизни в полном одиночестве без моральной готовности к этому не способствуют сосредоточению на серьёзных делах, а вот жизнь с кем-то — способствует))
И ограничение в количестве пожираемого за день тоже)

Собственно, всё пошло кувырком с того момента, как я перестал на предпоследней работе клепать липовую отчётность о своей деятельности и развлекаться в свободное от этого время тем, чтобы всерьёз воспринимать СМИ, что-то там обдумывать, обсуждать, «реагировать».

Почему я перестал это делать? Я как-то почувствовал, что, проявляя честность, я обретаю тем самым чуть ли не бОльшую реальность какую-то. Чувствую себя более живым, как бы банально это ни звучало.

С другой стороны, как показала практика, на этом тёплом местечке я дошёл до весьма печального «функционального» состояния. В конце концов, как ни странно, именно воля к жизни меня, возможно, на это подвигла. Если бы я проработал там ещё дольше и меня сократили, что вполне вероятно, мне было бы ещё тяжелее возвращаться к реальности.

Снова пьяненький камаринский мужик
У трактира с полбутылкою лежит :)