Жизнь не сказка.

Принцессы и ведьмы- это чаще всего одно лицо. Принцы оказываются наркозависимыми  алкоголиками со стажем. Гадкие утята вырастают и превращаются в не менее гадких толстых уток. Золотые замки заранее подделашные: в лучшем случае морско-песочные, в худшем- воздушные. Лягушки вызывают смертельное заболевания, все яблоки сплошь червивые,  а стрелы пускаются исключительно в сердце.

Жизнь не сказка.

В жизни никто не рискует своей чашкой кофе ради чужой жизни и не делится последней сигаретой ради неопределенного.  Подвиг- это всего-навсего вовремя взятый timeout, а авантюра- дойти до кровати, не споткнувшись. В жизни ночи обыкновенные, а дождь серый. А самое главное: только один шанс на одну жизнь. Никаких повторов, one more level and “can I try again”.  Золотые рыбки не вытаскиваются, иголки больно колятся, горошины застревают в горле. Все умирают.   От передозировок, сердечных недомоганий или лягушек.

Жизнь не сказка. Я не принцесса. Осознание- самое страшное.

date:05.02.07. 

В Лондоне я решила про тебя забыть. Как-нибудь вычеркнуть, выкурить и бросить в урну. Но на каждом углу встречалась вывеска про Амстердам. Идею пришлось отложить до самолета. Я пролетала над городом в три часа ночи. Но на борту нельзя было курить. Ты остался жить в Москве. Я продолжала прятать сигареты на лестничной клетке. Когда-нибудь мне это надоест. Когда-нибудь ты умрешь. Я не буду плакать. Сердце оставила в Лондоне.  

Иногда я стесняюсь своих мыслей. Мне вот трудно их так сесть и написать. Потому что банально, глупо и, черт побери, уже озвучено. Кто первое- гениальность, кто позже- повторюшка –дядя-хрюшка. Мне не оставили шансов. Я переписываю Амели Нотомб.

Я буду звонить в неотложку, а потом запирать дверь. Чтобы смеятся над своими выходками в старости.

У метро сидят три кошки. Подумалось, ждут кого-то. Кого, не скажут. Не разговорчивые. Покажи мне свои чувства, и я прочту вслух все свои выдумки.

Открыла дверь кабинета нараспашку. Ты прошел мимо и зашел в другую. Закрылась в себе и помертвела. Скоро выпадет снег.

Мне может принадлежать все, что мне не принадлежит. Весь вопрос, за сколько американского времени и амстердамской совести.