Настроение сейчас - упавшее

Да… жизнь коротка. Был, был… а потом – раз, и нету. Больше нет. «В память…»

Никогда не думала, что может быть так грустно. Домой хочется. Вот настают праздники, все разъезжаются по домам, а я остаюсь «куковать» здесь. В холодном городе. Позвонила маме, в надежде, что та скажет: «Давай, покупай билеты и приезжай, мы тебя ждём!», а услышала: «Ведь не успеешь…» Опять одна, опять слёзы. Не помню, как дошла до квартиры. Хотелось рухнуть на кровать и волком завыть. Нельзя, не положено. Просто легла на диван, закрыла лицо руками и помечтала. Представила себе свою родную комнату, те 4 стены, которые окружали меня с 7-ми лет. Зажмурила глаза, чтобы слёз не было, а всё равно просочились. 2 маленькие слезинки скатились по щекам и упали. И комок в горле, от него не избавиться.

Противопоказано. Закрывая только что прочитаную книжку, заканчивая просмотр фильма, вешаю ярлык, чтобы больше не смотреть.... или посмотреть ещё раз, когда совсем уж плохо станет. Всё чаще натыкаюсь на именно такие книги и фильмы. Со счастливым концом... или с концом ужасно печальным. "Любовь - это когда прикосаешься к руке, и всё чувствуешь, и звёзды становятся ярче солнца.." Вот. Фраза из только что просмотренного мною мультика. И слёзы катились, как когда-то в детстве. Странно... и страшно...

* * *

О нет, я не тебя любила,
Палима сладостным огнем,
Так объясни, какая сила
В печальном имени твоем.

Передо мною на колени
Ты стал, как будто ждал венца,
И смертные коснулись тени
Спокойно юного лица.

И ты ушел. Не за победой,
За смертью. Ночи глубоки!
О, ангел мой, не знай, не ведай
Моей теперешней тоски.

Но если белым солнцем рая
В лесу осветится тропа,
Но если птица полевая
Взлетит с колючего снопа,

Я знаю: это ты, убитый,
Мне хочешь рассказать о том,
И снова вижу холм изрытый
Над окровавленным Днестром.

Забуду дни любви и славы,
Забуду молодость мою,
Душа темна, пути лукавы,
Но образ твой, твой подвиг правый
До часа смерти сохраню.

1917

* * *

Настоящую нежность не спутаешь
Ни с чем, и она тиха.
Ты напрасно бережно кутаешь
Мне плечи и грудь в меха.
И напрасно слова покорные
Говоришь о первой любви,
Как я знаю эти упорные
Несытые взгляды твои!

1913

***

А ты думал - я тоже такая,
Что можно забыть меня,
И что брошусь, моля и рыдая,
Под копыта гнедого коня.

Или стану просить у знахарок
В наговорной воде корешок
И пришлю тебе странный подарок -
Мой заветный душистый платок.

Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом
Окаянной души не коснусь,
Но клянусь тебе ангельским садом,
Чудотворной иконой клянусь,
И ночей наших пламенным чадом -
Я к тебе никогда не вернусь.


***

А ты теперь тяжелый и унылый,
Отрекшийся от славы и мечты,
Но для меня непоправимо милый,
И чем темней, тем трогательней ты.

Ты пьешь вино, твои нечисты ночи,
Что наяву, не знаешь, что во сне,
Но зелены мучительные очи,-
Покоя, видно, не нашел в вине.

И сердце только скорой смерти просит,
Кляня медлительность судьбы.
Всё чаще ветер западный приносит
Твои упреки и твои мольбы.

Но разве я к тебе вернуться смею?
Под бледным небом родины моей
Я только петь и вспоминать умею,
А ты меня и вспоминать не смей.

Так дни идут, печали умножая.
Как за тебя мне Господа молить?
Ты угадал: моя любовь такая,
Что даже ты не смог ее убить.


***

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле.

И от лености или от скуки
Все поверили, так и живут:
Ждут свиданий, бояться разлуки
И любовные песни поют.

Но иным открывается тайна,
И почиет на них тишина…
Я на это наткнулась случайно
И с тех пор все как будто больна


***

Как белый камень в глубине колодца,
Лежит во мне одно воспоминанье,
Я не могу и не хочу бороться:
Оно - мученье и оно страданье.

Мне кажется, что тот, кто близко взглянет
В мои глаза его увидит сразу.
Печальней и задумчивее станет
Внимающего скорбному рассказу.

Я ведаю, что боги превращали
Людей в предметы, не убив сознанья,
Чтоб вечно жили дивные печали.
Ты превращен в мое воспоминанье.


***

Ты письмо мое, Милый, не комкай.
До конца его, друг, прочти.
Надоело мне быть незнакомкой,
Быть чужой на Твоем пути.

Не гляди так, не хмурься гневно.
Я любимая, я Твоя.
Не пастушка, не королевна
И уже не монашенка я -

В этом сером, будничном платье,
На стоптанных каблуках...
Но, как прежде жгуче объятье,
Тот же страх в огромных глазах.

Ты письмо мое, милый, не комкай,
Не плачь о заветной лжи,
Ты его в Твоей бедной котомке
На самое дно положи.


А вот самое моё любимое:

***

Я не любви Твоей прошу.
Она теперь в надежном месте...
Поверь,что я Твоей невесте
Ревнивых писем не пишу.

Но мудрые прими советы:
Дай ей читать мои стихи,
Дай ей хранить мои портреты-
Ведь так любезны женихи!

А этим дурочкам нужней
Сознанье полное победы,
Чем дружбы светлые беседы
И память первых нежных дней...

Когда же счастия гроши
Ты проживешь с подругой милой,
И для пресыщенной души
Все сразу станет так постыло -

В мою торжественную ночь
Не приходи. Тебя не знаю.
И чем могла б Тебе помочь?
От счастья я не исцеляю.


***

Я улыбаться перестала,
Морозный ветер губы студит.
Одной надеждой меньше стало,
Одною песней больше будет.
И эту песню я невольно
Отдам на смех и поруганье.
Затем, что нестерпимо больно
Душе любовное молчанье...

* * *

Не надо слов... Не надо... Помолчи...
Слова уносит ветер, их забудешь...
О счастье... О любви... Ты не кричи,
Взгляни в глаза... И я пойму, что любишь...

Днем была буря. Ветер выл под крышами, швырял комья снега и кружил в воздухе старые газеты, словно пытаясь растерзать их в переполнявшей его ярости. Одинокие прохожие, застигнутые порывами врасплох посреди пустынных улиц, тщетно пытались спрятать лицо и руки от обжигающих порывов. Было трудно дышать.
К ночи ветер стих, и когда на небе показалась луна, в мире уже царили покой и безмолвие.
Он постоял немного на балконе. Теплый воздух, вырываясь из груди при каждом выдохе, немедленно превращался в застывшие ледяные капли, с тихим звуком опадающие к ногам. Было слышно, как звенят ветви рябины далеко внизу.
Когда дышать стало невозможно, он вернулся в комнату.
Там, под тусклым светом маленького ночника, среди ажурных теней, расползшихся по углам, спала она. Он постоял немного на пороге, словно не решаясь войти, затем осторожно ступил на паркет.
Она спала так безмятежно, так спокойно, как могут спать только ангелы. Плотно сомкнутые веки, увенчанные густыми ресницами, слегка подрагивали, наверное, ей что-то снилось… Он подошел к ней и опустился рядом. Потянулся и легко коснулся лба. От нее исходил чудесный цветочный аромат, тонкий и едва уловимый; так иногда пахнут фиалки на закате.
Он улыбнулся. Он никогда не чувствовал себя более счастливым, чем сейчас, когда сидел рядом с ней и вдыхал ее тепло. Ничто на свете не могло разрушить этого счастья.
Внезапно она вздрогнула и проснулась. Посмотрела на него удивленно.
- Что случилось?
- Ничего, родная. Я любовался тобой, пока ты спала.
Она улыбнулась. Как он любил эту ее улыбку – слабую, сонную, нежную. С тех самых пор, как впервые увидел ее. С тех пор, как она в первый раз проснулась рядом с ним.
- Знаешь, я хочу сказать тебе кое-что…
- Что?
- Ты засыпай, а я буду говорить…
- Что-то случилось?..
- Нет, любимая. Закрывай глаза… вот так…
Он наклонился еще ниже, чтобы чувствовать ее теплое дыхание. Аромат по-прежнему ласкал его.
- Я никогда не говорил тебе об этом. Знаешь, ты, словно морской ветер, ворвалась в мою жизнь и изменила ее… ты, словно яркое пламя свечи, озарила собой мои дни… я, ты знаешь, я не жил до тебя…Я ждал…Потом, когда я едва не потерял тебя…Господи, мне страшно даже подумать об этом. Тот день я прожил, словно в диком кошмаре, я до сих пор с ужасом вспоминаю его.
Знаешь, я задыхаюсь без тебя. Я теряю разум, когда тебя нет рядом. Я никогда такого не чувствовал…Ты словно открыла для меня новый мир. Любимая, я хочу провести в этом мире всю жизнь…И мы будем счастливы с тобой…Ты никогда не будешь одинока…
Послушай, мы уедем…Далеко… Туда, где мы будем только вдвоем, где никто не знает нас, где никто ни о чем не спросит. Хочешь?…

Она молчала. Ее дыхание было ровным, спокойным.
- Родная, ты спишь?…
Он снова улыбнулся. Лег рядом.
Внезапно чувство переполнило его, горло сдавило, на глаза навернулись слезы. Боже мой, мог ли он подумать когда-нибудь, что он, дамский любимчик, который мог позволить себе выбрать любую красавицу в мире, будет почти плакать от счастья рядом с той, над которой он сам когда-то смеялся…
Сейчас это было уже неважно. Он знал, что впереди их ждали безмятежные счастливые годы, так неожиданно дарованные ему создателем. Закрывая глаза, он улыбался. Наконец-то сбывалась мечта, в которую он никогда не верил...
Ничто не могло разрушить их будущего.
Они созданы друг для друга – такие похожие, какими могут быть только два любящих сердца, бьющиеся в унисон, только два листа одного дерева, шелестящие на ветру, только два облака лазурного неба, медленно плывущие к горизонту, только две капли утренней росы, окропившие луговые цветы; такие похожие и одновременно такие разные, какими могут быть только морская свинка, живущая в клетке на полу, и золотистый ретривер, примостившийся рядом.
За окном крупными мягкими хлопьями падал снег.

В колонках играет - Никольский - Мой друг художник и поэт
Настроение сейчас - под погоду

Мой друг - художник и поэт, в дождливый вечер на стекле
Мою любовь нарисовал, открыв мне чудо на земле.
Сидел я молча у окна и наслаждался тишиной
Моя любовь с тех пор всегда была со мной.

И время как вода текло, и было мне всегда тепло,
Когда в дождливый вечер я смотрел в оконное стекло.
Но год за годом я встречал в глазах любви моей печаль.
Дождливой скуки тусклый след. И вот - любовь сменила цвет.

Моя любовь сменила цвет, угас чудесный яркий день.
Мою любовь ночная окружает тень.
Веселых красок болтовня, игра волшебного огня -
Моя любовь уже не радует меня.

Поблекли нежные тона, исчезла высь и глубина.
И четких линий больше нет - вот безразличия портрет.
Глаза в глаза любовь глядит, а я не весел не сердит.
Бесцветных снов покой земной молчаньем делится со мной.

И вдохновенное лицо утратит добрые черты.
Моя любовь умрет во мне в конце концов.
И капли грустного дождя струиться будут по стеклу.
Моя любовь печально плачет уходя.

И радугу прошедших дней застелит пыль грядущих лет.
И так же потеряют цвет воспоминания о ней.
Рисунок тает на стекле. Его спасти надежды нет
Но как же мне раскрасить вновь в цвет радости мою любовь?

А может быть раскрыть окно, и окунуться в мир иной,
где солнечный рисуя свет живет художник и поэт?...

Очень люблю эту песню. Наверное, она изображает, в какой-то мере и мои чувства.

В колонках играет - ничего
Настроение сейчас - дурацкое

Ну и что прикажете мне делать? Как на всё это смотреть, не закрыв глаза, не опустив руки? НА-ДО-Е-ЛО! Осточертело каждый день придумывать сказку, которая в одночасьи, вечером, перед сном рушится, заново создаваясь в моих сновидениях. Надоело каждый день говорить себе, что всё будет точно так же, как в глупом сериале! Всё бессмысленно, всё напрасно. Букварь давно прочитан, дифирамбы отпеты. 15-е апреля. Простой день, ни с чем не связанный. Но почему-то возвращающий меня в прошлое. То, которые пытаюсь забыть. Но, наверное, с тем же успехом не хочу его забывать, оставляя всё самое хорошее в памяти. Забывая всё подлое, неприятное. Я так давно пытаюсь убедить себя в том, что он не принёс мне ничего, кроме боли и страданий, что у меня, наверное, уже выработался на это рефлекс. Рефлекс отторжения, как факта. Оправдываю его. Для дела, для сохранения... - всё делал, чтобы спасти себя. Я поняла. Простила... Но забыть... не могу, не хочу и пытаюсь. Борюсь сама с собой. Днём и ночью. В дневном свете вдалбливаю в голову, что НЕНАВИЖУ, а в ночной мгле скучаю...без него, без его глаз и рук. Без длинных пальчев, которые окружают и околдовывают... Эх, блин! Что ж делать то?

Его забирают... в армию...
Последнее прости… последнее прощай,…наверное, это конец. Я больше никогда его не увижу. Нет, я не расстроена, не подавлена. Просто грустно. Он уезжает, на какое-то время. Приедет совсем другим. Я изменюсь, он изменится, и не будет между нами больше ничего общего, ничего. Никогда. Слово, которое я ненавижу. Оно разъедает душу, как моль. Проделывает дыры в сердце, как мышь.
Письма… я буду писать ему письма. Только вот, не уверена, что все они дойдут до адресата. Врятли отправлю хотя бы одно… Не осмелюсь. Испугаюсь и уберу его в дальний ящик. В свою «коробочку».
Всё закончилось…. Этот нелепый роман, эта идиотская интрига…. Закончилось… Я хочу, чтобы у него всё было хорошо… всё хорошо… Пусть у него все будет хорошо, пусть он будет весел, счастлив и здоров! Пусть он станет марсианским королем, вечно молодым и вечно красивым. Пусть его любят лучшие женщины Вселенной! Но только на Земле пусть НИКОГДА больше мне не встречается!

Прошли миллионы лет, отсветили мириады звёзд, канули и возродились бесконечности миров. Отгремели залпы взлелеянных обид, отшумели ливни непролитых слёз, истлела высокомерная гордыня. После прожитых зим без Него, после счастья побед без Него, после долгих ночей без Него Она решила вернуться.

Когда-то Он одарил её недосигаемым, наполнил неиссякаемым, окрылил вечным. А потом низверг в пучину непрощения, отпел предательством, обрёк на неверие. Такое не забывают, не прощают, не оставляют вечности. Но время пришло.

Он терял и находил её вновь и вновь. Он молил о пощаде, целовал её следы, горел, не сгорая, в пламени её непреклонности. Он нёс, как изорванный в боях стяг, свою бесконечную вину и свою обретённую суть на подступы её баррикад. Он преодолевал непреодолимое, Он рассекал своим светом тьму в её глазах, Он осыпал её сотнями лун. Он ослеп от безнадёжности, оглох от неприятия, задохнулся от отчаяния. Он отступил.

Она упивалась своим великодушием, предвкушала милость от дарованного Ею согласия, надеялась найти приют своей бесконечной усталости. Она всё в себе сохранила, Она несла этот клад Ему, Он был теперь достоин. Потому что Она смирилась, потому что растопила ледники, потому что смогла простить. Она шла к нему без страха, сильная своей правотой. Она уже видела его на расстоянии выдоха.

Он скользнул по Ней неузнающим равнодушным взглядом. Он прошёл мимо, даже не оглянувшись. Он был не один. Рядом с Ним была Другая. Не та, что была раньше на их пути. Не избранная красавица из Его мира. Просто женщина, каких миллионы. Та, что оказалась рядом. Та, что приняла Его всего, целиком, со всей Его мукой и непрощённостью. С Его безмерной любовью к Ней - неприступной, неверящей, несбыточной. Согревшая и разогнавшая беду. Ничего не требующая взамен. Готовая на всё ради Него. Просто женщина, принявшая на себя всё то, что предназначалось Ей. Той, Другой, теперь дарился Его бездонный взгляд. Другую обнимали Его осиротевшие когда-то руки. Другую освящали проклятые Ею однажды губы. Он отрёкся, Он выбрал жизнь. И эта жизнь прошла мимо Неё, лишь слегка коснувшись крылом. Всё было кончено. Она опоздала...

В колонках играет - ТаТу - We shout
Настроение сейчас - не знаю, я, наверное, сошла с ума.

Опять понедельник... Опять надо заставлять себя думать о каких-то якобы важных вещах - коллекция, презентация, кредиторы... Если бы они знали, как ему всё это безразлично... Безразлично это президентское кресло, безразлична судьба фирмы, безразличны мужчины и женщины, которым приходится ежедневно улыбаться, отвечать на вопросы, притворно интересоваться их делами. Всё суета, суета, суета... О, опять что-то упало в соседнем кабинете. Пора.
Он быстро встал со своего некогда такого важного для него кресла и поспешил в пустой кабинет. Сел на её место, закрыл глаза. Ну, где же ты? Несколько минут томительного ожидания вознаграждены жаром, полыхнувшим у левой щеки, перетёкшим по шее куда-то вниз, обжигая то там, то здесь изнывающее тело. Ух, какая ты сегодня! Не останавливайся, прошу тебя! Девочка моя, родная моя, ты тоже соскучилась? Вижу, вижу... Куда ты?! Опять помешали!
В кабинете раздались чьи-то шаги. Он вышел из каморки, поздоровался с бывшей «почти женой». Они виделись теперь только на работе. Какое-то время его бывшая невеста боролась за свои права на него, но то полное равнодушие к жизни, которое стало отныне главным свойством его натуры, оказалось страшнее даже его измен - жить с ледяной глыбой она не могла и не хотела. Сейчас в её жизни появился другой мужчина, и к своему бывшему жениху она испытывала искреннюю жалость и всячески помогала держаться ему на плаву.
Она пришла поговорить о предстоящей презентации и об интерьере нового магазина. Он старался вникнуть в обсуждение, и на некоторое время ему это удалось. Однако глаза то и дело устремлялись в сторону соседнего кабинета.
На фирме уже давно заметили эту странность президента - после того, как маленький, тёмный кабинетик, комната-шкаф загадочным образом опустела, он мог часами сидеть в ней, укрывшись от всего мира. Никто не знал, что именно мог там делать президент - ведь там уже не было ни компьютера, ни деловых документов, ни даже канцелярских принадлежностей, только вещи, оставленные обитательницей этого странного рабочего места: несколько семейных фотографий, какие-то книжки, игрушки, забытые перчатки, которые он никому не позволял трогать.
Наконец утомительный разговор окончен. Он опять один. В кабинете тишина, значит, можно заняться делами - момент упущен. Глаза бегают по строчкам документов, а мысли вновь и вновь возвращаются к тому дню. Как давно это было, но он помнил всё, до последней минуты.
Утро было чудесное, хоть и суматошное. Она улыбалась, он был счастлив - после отъезда тогда ещё невесты и лучшего друга, они будут полностью предоставлены друг другу, никто и ничто не будет им мешать. Но что-то произошло. Когда он говорил с ней по телефону из машины, всё было ещё хорошо, это он точно знал. Но больше он её никогда не видел и не слышал.
Сначала он решил, что она пошла пообедать и поэтому её нет на месте. Однако никто не видел её выходящей из здания. Через час он начал волноваться. Чтобы отвлечься, зачем-то сходил к другу в кабинет за нелепым розовым пакетом, оставленным для него, и маленькой запиской. Что там понаписал этот Сирано? Он нехотя вынул листок из конверта и начал читать. Читать было тошно. Неужели? Это я так с ней поступил? Это я? Это из-за меня? «Она это видела…» И вдруг... вдруг на листок со злополучной инструкцией упали первые капли. Одна, другая... Он машинально посмотрел вверх - капать было неоткуда. Но капли появлялись ещё и ещё... Странная мысль пришла ему в голову, и он зачем-то прикоснулся к очередной капельке языком - она была, как он и предполагал, солоноватая и... тёплая! Почему он догадался? Как он понял, что это была... она?! Стоило ему совсем тихо, может, даже про себя произнести её имя, как капли сразу прекратили падать на листок, который тут же выскользнул из его рук. Он никогда не пытался позже осмыслить случившееся. Он просто принял как данность, как необратимую истину - её не стало, потому что он её убил. Нет, её, конечно, потом искали, осиротевшим родителям приходилось несколько раз ходить на опознания, но найти ни её саму, ни следов её пребывания где-либо, так и не удалось. До сих пор её маме и папе иногда звонят и сообщают, что вроде где-то о ней слышали или даже видели, и те верят и ждут - а что им остаётся? Только он один знал абсолютно точно - она навсегда осталась здесь, в коридорах погубившей её фирмы, рядом с убившим её мужчиной, которого она так любила.
В каморке опять раздался шорох. Вернулась! Обычно она так быстро не возвращалась. Значит, действительно соскучилась. Он запер на всякий случай дверь своего кабинета и с улыбкой направился в тёмный кабинетик. Тёплый ветерок пощекотал его губы, и он попытался пересохшим ртом захватить это дуновение. Её вкус разлился далеко, до самой гортани, и ударил в нос её ароматом. Захотелось плакать. Он закрыл лицо руками, повторяя одно и то же: прости, прости, прости... Сегодня она была сильной, что в последнее время случалось не часто, и он явственно ощутил её пальца в своих волосах. Он сразу успокоился, убрал руки от лица, сел поудобнее. Замерев от сладкой муки, он упивался её ласками, шептал ей нежные признания и ждал, ждал её слов. Он ждал их очень давно, с того самого дня, но она или молчала, или давала понять, что ещё не время. Сегодня она вела себя очень необычно и у него зародилась надежда - а вдруг? Сейчас ей было не до того и он сам, полностью отдавшись её власти, перестал думать о чём-либо. И вдруг услышал. То самое, о чём боялся загадывать. Он не сразу поверил и переспросил: правда? Разрешили? И мы будем вместе?
Ответ его удовлетворил, и он с горящими глазами выскочил из каморки и подбежал к окну. Замки давно не открывались и потому поддались не сразу. От нетерпения он хотел разбить стекло, но вдруг всё получилось и окно распахнулось. Прошептал "спасибо". В кабинет ворвался холодный ветер. Встав на подоконник, он спросил: ты здесь? Ответ услышал только он. Со словами "люблю тебя" он шагнул в пустоту. Он не ощутил падения - это был полёт: долгожданный, освобождающий, всепрощающий. Он летел к ней.

В колонках играет - Andrea T Mendoza - Missing
Настроение сейчас - хмммм...

Сейчас сидела, смотркла с братом "Кадетство" и, видя какую-нибудь "сладкую парочку", как придурошная расплывалась в улыбке, сама того не замечая. Кошмар! Застрелиться и не жить! Во, до чего уже дошла! В Суханово! В Кащенко! На 114м!!! В отпуск, мозги лечить!!!

В колонках играет - Mika - Relax
Настроение сейчас - непонятное

Вчера написала Машке домой, а та ответила что видела Макса. Такого красивого, даже через чур красивого! А сегодня у меня всё наталкивает на мысли о нём. В маршрутках и машинах играет "Максим", водителя, который сегодня меня забирал зовут тоже МАКС, братец МАКС подсунул газетку про новый магазин, и как вы думаете, каково его название???!!! Правильно МАКСИМ!!!! ААААААААА!!!!!!!!! Повеситься только!!!!!

Настроение сейчас - ой, сколько ещё учить....ууу

Сегодня шла в универ и задумалась. Теперь маленький промежуток времени длиною всего в 5 минут, от подъезда до остановки, стал частичкой меня. Постоянно иду и о чём-то задумываюсь. Вот что надумала сегодня...
Я люблю ветер. Только тёплый, летний. Когда выходишь из воды и тебя подхватывает воздушное течение. Твои волосы развиваются, а за спиной будто вырастают крылья. Люблю прохладный ветер в жаркую погоду. Когда твоё лицо обдаёт волна морского бриза...
Я люблю дождь. Грибной. Когда поднимаешь голову и на твоё лицо падают маленькие круглые капельки. Они смешиваются с такими же, только солёными, твоими слезинками, и катятся вниз по щекам, оставляя тёмный след от туши.
Я люблю снег. Когда темным вечером смотришь на фонари, а в их свете, словно в свете рампы, выписывают неимоверные па балерины-снежинки. Ложатся тебе на плечи, волосы и тихо исчезают, освобождая место для других "танцовщиц".
Я люблю ночь. Тихую, лунную. Она заставляет окунуться в тёмную бездну. Раскрыть все свои тайны. Ей, колдунье, рассказать о самом сокровенном, поплакать, лежа на её руках. Она успокаивает, даёт надежду. Но иногда рушит все наши мечты до основания, принуждая снова строить вокруг себя иллюзию, которою опять разобъёт.
Я люблю свой маленький мир, созданый моими руками и моими мыслями. В нём больше никого нет. Только я. Мой мир, моих грёз и сновидений...

Забыла написать... Вчера семьёй ходили в клуб, праздновали ДР тёти. Ну и друзья, конечно тоже. Только меня оторвали от прогулки с подружкой. Из-за котика! А потом с собой поволокли. Поиграли в боулинг. Брат пригласил девушку свою с нами и целый вечер так смотрел на неё, что мне хотелось провалиться под землю, чтобы не видеть этого! Нет, ничего сверхъестественного не было, просто я видела взгляд обажающий и боготворящий! Просто стало, чтобы кто-то так же смотрел и на меня. Хотя бы иногда. А она под этим взгдядом светилась, как будто солнце внутри неё! Счастье! Вот, где настоящее счастье! Белой завитьсю завидно... Эх...

В колонках играет - миксы
Настроение сейчас - меланхолическое

Сегодня вспомнился мой Последний звонок. Накатили воспоминания и захотелось зареветь в голос. Так, как когда-то дома ревела, когда крушила комнату, а потом среди всего "натворённого" лежала на полу и плакала. Написала смску домой, Машке. А она ответила, что не зря я всё это вспоминаю: Горшков в городе, и был у неё. А я при одном его упоминании плотно закрываю глаза и трясу головой, отгоняя мысли. Не стала ничего про него спрашивать. Не хочу вспоминать. Не знаю, как всё это описать. Слов, как и воздуха, не хватает.

В колонках играет - Sting - Shape of my heart
Настроение сейчас - нармальна

Буквально вчера была на концерте "Тодеса". Туча эмоций! Такое чувство, что сама эти полтора часа танцевала. Сердце колотилось с бешеной скоростью! А один танец поразил настолько, что я даже прослезилась! Не передать словами всего того, что ощутила и пережила. Танцы - моя слабость, причём наследственная. А сегодня хотела найти музыку, под которую они танцуют, так ничегошеньки нет. А так надеялась скачать именно ту музыку от ТОГО танца. Знаю, только что медленна, жутко красивая и там переодически повторяется "Я тебя люблю...я тебя люблю..." До сих пор дух захватывает!

В колонках играет - что-то грустное
Настроение сейчас - так, ни туда ни сюда

«В городе душно от душ перемешанных, Душно от окон чужих, занавешенных, Душно от пыли, от будничной вечности, От человеческой бесчеловечности…»
Сегодня совершенно случайно натолкнулась на старую фотку двух друзей. Улыбаются вдвоём. Всё хорошо. Но это было уже 2 года назад… Так давно и так недавно. Всего 2 года… 720 дней назад. А что за это время произошло? Многое. Мы изменились. До неузнаваемости. Разъехались по разным городам в надежде найти своё счастье. А всё-таки иногда нахлынывает волна чувств и воспоминаний. Как будто картинки и эпизоды из фильма прокручиваются перед глазами. Разве так можно жить? Изо дня в день. Порой забывать, всплывать на поверхность, а потом всё заново… Волны, пена, глубина, толстый слой тяжёлой воды. Черной-черной. И нет ни лучика солнца. Только когда взгляды встречаются. На перекрёстке миров. Два на два. Две «Она» и двое «он». Но это бывает только в наших снах, когда наши сны соединяются в тоненькую линию, переплетаются на мгновение, а потом… Потом до следующего «переплетения». Ругая себя и другого за свою несдержанность. За то, что осмелился поднять глаза и заглянуть в вечность. В синеву моря… Я помню те глаза. Единственные во всем мире! Во всей вселенной! Такого чистого, безоблачного неба нет ни в одних глазах! В них отражается мир, и когда-то, 772 дня назад отражалась я. Эти глаза пленят. Заглядывала в них, и каждый раз боялась не выплыть, а остаться там, на дне бездны. Теперь там нет того огня, от которого я привыкла греться. Давно уже нет. Того человека, которого я когда-то любила больше жизни, да и, наверное, самой маленькой частичкой своего сердца до сих пор люблю, тоже нет! Есть другой. Холодный и грустный. Улыбающийся через силу, и с безжизненным взглядом. А я всё так же боюсь утонуть. Но… «…Только живём и не встретимся взглядами, Две параллельные линии рядом мы, Каждый стремительно, Каждый по-своему, В разные стороны мчимся с тобою мы, Каждый в своём ледяном одиночестве, Мир не так тесен, Как этого хочется…»

В колонках играет - Evanescence-Hello
Настроение сейчас - чуть прибитое

Скучаю. Бесконечно скучаю по маме... По, казалось бы, человеку, которому никогда не открывала своих тайн. Ан нет... Теперь почти каждый день звоню домой, просто чтобы услышать галоса родителей, бабушек, деда. Когда жила дома - не ценила. Не понимала, наверное, что так бывает. Что можно скучать по людям, которых порою ненавидишь, ругаясь с ними. А как же дальше? 5 лет разлуки. а потом целая жизнь... и встречи один раз в год, если повезёт. Привыкну. Как и все.
Я - Женщина, а значит я - актриса,
Во мне сто лиц и тысяча ролей.
Я - Женшина, а значит я - царица,
Возлюбленная всех земных царей.
Я - Женщина, а значит я - рабыня,
Познавшая солёный вкус обид.
Я - Женщина, а значит я - пустыня,
Которая тебя испепелит.
Я - Женщина, сильна я поневоле,
Но, знаешь, даже если жизнь - борьба...
Я - Женщина, я слабая до боли.
Я - Женщина, а значит я - судьба.
Я - Женщина, я - просто вспышка страсти,
Но мой удел - терпение и труд.
Я - Женщина, я то большое счастье,
Которое совсем не берегут.
Я - Женщина и этим я опасна,
Огонь и лёд на век во мне одной.
Я - Женщина, а значит я прекрасна
С младенчества до старости седой.
Я - Женщина, и в мире все дороги
Ведут ко мне, а не в какой-то Рим!
Я - Женщина, я - избранная богом,
Хотя уже наказанная им

В колонках играет - Anastascia & Ben Moody - Everything burn
Настроение сейчас - а-ля у-лю

Сегодня вышла на улицу утром: солнышко светит, прохладно, дует слабый ветерок. У меня портфельчик за плечами, пакет в руках. И такое чувство посетило, как будто я дома, иду в школу, а точнее на репетицию. Кажется, что сейчас приду в актовый зал, а там... там сидят придурок Нужный, сволочь Горшков, гад Гарик... такие ненавистные и такие любимые. А ещё там "младший брат" Гилани, мелкая Лизка, закадычная подружка Машка и все остальные... и ИБ... прогоны, чувство неутолимого голода, побеги в столовую под прикрытием. Репетиции сценки в 100 раз до ночи, а потом... потом утром то же самое. И выступление!!! Адреналин, радость, слёзы, оценки, аплодисменты, свет слепит глаза и скандирование зрителей: "Трудные!" и "Лицей!"... плакаты "Жги" и "Лицей - Forever!" Как же этого не хватает! вот ещё кое-что из моих рассказов...
Попадая в КВН, тебя захлёстывает волна, из которой выбираются только те, кто НЕ умеет плавать. Все остальные же остаются там, на дне океана под названием «Планета КВН». Вечные репетиции, нервы, ссоры и, наконец, слёзы – всё это и составляет привычную жизнь КВНщика. Сначала сложно, трудно понять, как можно сидеть до поздней ночи в школе, тысячный раз, прогоняя одну и ту же сценку, а потом, на следующий день, сломя голову мчаться на репетицию в 7 часов утра. Плакать, когда всё это заканчивается и просто разрываться от боли уходя, навсегда уплывая оттуда…Уйти из школы, проститься с учителями и одноклассниками гораздо проще нежели проститься с КВНщиками и КВНом. Самыми трудными были для меня именно те моменты, на «Последних звонках», когда прощаешься с людьми до боли родными и знакомыми. А когда уходишь сам, испытываешь эту боль с невероятной силой и тяжестью на сердце.

В колонках играет - Исповедь
Настроение сейчас - что-то тревожит

...И слёзы по моим щекам скользят. Тебя рядом нет...
Маленькая история жизни.
Она сидела, закрыв лицо руками. Не хотела, чтобы кто-то видел её слёзы. Слишком больно. Её маленькое сердечко отстукивало мерный ритм. Тук-тук...тук-тук...
Лазурный берег. Обрыв, а где-то внизу плещется море. Сегодня немного ветрено, и волны разбиваются о прибрежные скалы. Он стоит на краю берега и всматривается в даль. Где-то идёт дождь, где-то снег, а вот он бы так и стоял здесь. Вечно. Ждал её прихода. Он знает, она должна придти к нему. Рано или поздно. Спустится с небес и возьмёт его за руку, поведёт туда, за собой, в прекрасный мир, где нет горя и слёз, обид и разочарований. Они будут только вдвоём. Он и она. И ещё лазурное море…обязательно тёплое! Морской ветер будет играть с её волосами, а солнечные лучики будут путаться в них. Когда-нибудь так и будет…
Широкое поле расстилается перед взором. Здесь нет деревьев–преград, которые мешают проникать утреннему солнцу, достигать лучами земли и освещать её лицо. Катерина стояла посередине этого поля, и ей казалось, что стоит только распахнуть руки, и она взлетит. Легкий ветерок подхватит её и понесёт над всем этим великолепием. Над зелёной травой, распускающимися цветами, которые только-только начали смахивать со своих листьев утреннюю росу. Но шаловливый ветер лишь принёс ей какую-то весточку. Он напевает её, как песню. Это ОН, это не ветер, поёт ей. Для неё. Только для неё. Сейчас он подойдёт, улыбнётся и обнимет… А дальше… Дальше не будет ни дня, ни ночи. Только ОН и ОНА.
Она сидела закрыв лицо руками. По щекам катились маленькие соленые капельки моря. Она чувствует, а значит, живёт. Всё ещё живёт.