У меня умер гномик. Он сначала заболел, а потом умер. Папа сказал, что это от старости. Что гномики живут меньше, чем люди. И что так бывает.


Это папа мне его подарил, когда я совсем маленький был. Я тогда еще только в детский сад ходил. Правда, уже в старшую группу. Папа зашел домой, от него пахло морозом и смехом.
- Отгадай, что я тебе принес? - весело заорал он.

Я начал скакать вокруг папы и требовать, чтобы он мне скорее отдал то, что он в руках прячет. А папа задирал к потолку руки с какой-то коробочкой и орал, что я должен пообещать себя хорошо вести.

Ну я, конечно, пообещал. Я всегда обещаю. Правда, не всегда получается выполнять свои обещания, но это не потому что я обманщик. Просто я часто забываю про них. Но ведь папа с мамой то же все время что-нибудь забывают. Пообещают, например, в воскресенье в зоопарк, а потом ведут на какой-нибудь скучный взрослый день рожденье. Но я на них не обижаюсь. Вернее обижаюсь, но потом прощаю. И они на меня точно так же, покричат за что-нибудь, а потом целоваться да обниматься лезут.

Кстати, за то, что мы не пошли в зоопарк, папа и обещал мне подарок какой-то. Вот его он и принес. И давай меня дразнить. Но тут мама вышла и сказала, чтобы он прекратил, и папа прекратил. Наконец-то, коробочка оказалась у меня в руках, и я сразу же начал ее открывать.
- Осторожней с ним! - сказал папа
- А что там? - нахмурилась мама

Но в это время я открыл коробочку, и тут мы все увидели, что в ней сидит совсем еще маленький гномик. Он был такой, такой, такой... ну в общем, совсем еще маленький и хорошенький. Мама сразу что-то заворчала, но папа твердо сказал:
- Он сам за ним будет ухаживать, правда?
И я тоже твердо сказал:
- Да, я буду за ним ухаживать!

Ночь гномик провел в своей коробке, а наутро мы с папой съездили в магазин и купили ему уютный домик. Он был, как настоящий, только маленький совсем. Там даже маленький дворик был с огородиком. Домик гному очень понравился, он сразу в него залез и начал там чем-то шуршать. Папа сказал, что это он делает ремонт. Мне так хотелось заглянуть хоть одним глазком в окошко или дверь, но дверь была закрыта, а на окна гном повесил тряпочки-шторки.

Я долго думал, как же его назвать, и назвал Робином. Потом я назвал его Бомбуром. Потом я назвал его Гимли. Но ни на какие имена капризный гномик не откликался. Пока однажды папа не стал щелкать пальцами во время футбольного матча. Просто папа, когда очень волнуется, всегда щелкает пальцами. А гномик сразу к нему и прибежал. И стал тоже вокруг него волноваться. Я потом его специально подальше отнес, а папа специально пальцами стал щелкать и гном опять к папе прискакал. Тогда мы его и назвали - Щелчок.

В школе я сразу всем похвастался, что у меня теперь есть Щелчок. Все мне, конечно, обзавидовались. Даже Марьяна-задавала. Правда, она виду не подала, а как всегда задрала нос, и сказала, что гном это фигня, а ей вот папа скоро привезет эльфа из поездки. И все сразу перебежали к Марьяне и стали ее про этого эльфа спрашивать. А она еще больше носом стала крутить, хотя никакого эльфа у нее нет.
А папа, может, и не привезет ей никого. А потом - ну и подумаешь эльф. У нас во дворе у Томки-скрипачке тоже эльф есть. А у бабы Насти даже целых два: мальчик и девочка. Мы все ждали, что у них потомство будет, но так и не дождались. Папа сказал, что эльфы в неволе не размножаются. Мы когда про это узнали, сразу стали бабу Настю уговаривать, чтобы она своих эльфов на волю выпустила. Но вредная баба Настя губы поджала и сказала, что вот как помрет, так пусть их и выпущают, и что она про это даже в завещании напишет, а пока брысь отсюда.

Так что у нас на весь двор целых три эльфа есть. А гном только один есть - у меня. То есть был.

Я когда Щелчка гулять выводил, сразу полдвора сбегалось посмотреть. Потом, правда, попривыкли и уже не так сбегались. Но малышня все равно вокруг крутилась и большими глазами смотрела. Щелчок тогда у меня уже несколько лет жил, мама ему такую классную одежду сделала. А еще пару костюмов мы ему по интернету заказали. Так что были у него и сказочная одежда для праздников и обычная для гуляния. Но я его все равно чаще в сказочной выпускал. Так нам играть было интересней.

Самое здоровское, конечно же, было играть в прятки. Щелчок маленький ведь и так умудрялся спрятаться - фиг не найдешь. Я его один раз час, наверное, искал. Я уже многие его любимые места к тому времени выучил. А тут - все проверил, ну нет нигде. А он оказывается ко мне в карман залез, да и заснул. Вот дурашка. Только когда я пальцами щелкать стал, он проснулся и вылез из кармана.

Потом нам в школе стали все больше и больше уроков задавать. К тому же я еще и Марьяной из нашего класса на секцию пошли по плаванию. И все меньше у меня было времени с Щелчком возиться. Тот грустил, конечно. Ко мне все приставал. Я сижу уроки делаю, а он мне пятки щекочет. У меня контрольная завтра, а он мне - пятки. Я его тогда в домик отнес и запер, чтобы не мешал. Сейчас стыдно очень, а тогда я как-то и не думал даже. Мне уроки надо было делать.

Нет, я Щелчка не то чтобы совсем забросил - я и гулял с ним и играл, но уже как-то все меньше и меньше. К тому же я тогда о дракончике сильно мечтал. И папа обещал подумать об этом, если я школу хорошо закончу. Вот я и старался, учился.

Щелчок загрустил. Он уже даже не каждый раз прибегал, когда его звали. Щелкаешь бывало пальцами, а он так выглянет из окна и опять спрячется. В то время у ребят тоже гномы стали появляться, и я хотел Щелчку подружку завести. Но мама воспротивилась. Сказала, что одного Щелчка нам пока вполне достаточно. Но я его иногда в гости к знакомым носил. И там гномы уже такие скачки устраивали - никакого цирка не надо.

А потом он заболел. Мы врача знакомого вызвали, и тот сказал, что это обычная болезнь для домашних гномов. Что они почти все ею рано или поздно заболевают в старости от нехватки каких-то веществ. А каких - никто пока что не знает. И врач ушел, а я стал плакать. И мама глядя на меня заплакала, а папа ушел на балкон курить.

Я потом целый месяц за Щелчком очень ухаживал, и ему даже вроде бы немного получше стало. Когда я со школы приходил, он сам ко мне со всех ног бежал, чтобы я поиграл с ним. А уроки он уже мне не мешал делать, понял, что нельзя, и просто рядышком на столе сидел, тоже что-нибудь малевал на листочке. Или просто смотрел, как я читаю.

Потом у меня начались экзамены, и мне опять стало не до Щелчка. Ну просто целый день то экзамены, то учеба, то библиотека. А Щелчок опять слег и уже не поднялся. Я тогда последний экзамен сдал и мы толпой уехали на выходные на дачу к Марьяне. А в воскресенье вечером я вернулся, а Щелчок меня встречать не выбежал. Мама сказала, что в субботу он совсем разболелся и ночью умер.

Как врач и говорил - от нехватки каких-то веществ. Я разрыдался и решил больше никого не заводить, чтобы в неволе от нехватки веществ не умирали. А Марьяна, с которой мы успели сдружилиться, и которой я позвонил поплакаться, обозвала меня придурком. Она сказал, что Щелчку не хватило не каких-то там веществ, а внимания и любви. И что если я такой тупой, но она со мной даже и разговаривать не будет. И повесила трубку. Но тут же скоро сама ко мне прибежала. И мы вместе устроили Щелчку похороны.

Мы отнесли его на вершину горы и похоронили в каменной могилке. Я сам ее выкопал. Он был очень хороший гном. Но, наверное, ему и правда не хватило любви. Я думаю, оттого что он был такой маленький, мне казалось, что и любви ему хватит маленько. А это ведь совсем не так. Какого бы ты ни был роста, любви тебе хочется много. Вот и Марьяна со мной согласна. Когда у меня будет сын, я расскажу ему эту историю про Щелчка, и мы вместе с ним погрустим. И что-нибудь с ним вместе поймем.

А потом, я подарю ему гнома.