"Так велика была заразительная сила его творческих "приглашений", что я, не рассчитав собственных сил и способностей, стал сочинять стихотворную сказку для детей. Обладая каким-то версификаторским навыком, я довольно быстро спродуцировал сказку про медвежонка. Он не хотел умываться, заболел, чуть не умер, а теперь, наоборот, умывается.
Корней Иванович слушал внимательно, потом прочитал глазами. Глубоко вздохнул, озабоченный, как консилиум врачей. Посмотрел на меня так, будто тяжело заболел не медвежонок, а я.
- Просто не знаю, что мне с вами делать. Вы же можете писать живо, а здесь... - Он безнадежно махнул рукой. - Вот Берестов принес стихи для детей. Чудно! А у вас... - Еще более безнадежный жест.
Он с горестным видом берет мою рукопись и начинает разбирать!
- Вот.
В зоопарке все в запарке...
Эта "запарка" нужна вам для рифмы, но для ребенка непонятное слово.
Все охвачены тоскою...
- Тоскою! Дети не знают, что такое тоска.
- "Игры-тигры" - банальная рифма.
- "Недуг", " недосуг " - детям непонятно.
О других строчках:
- Вот это хорошо, но... тоже плохо. Потому что домашнее, без ощущения аудитории. Вы пишете:
От Айболита два рецепта,
И вот еще рецепт один,
Вы сами грамотные - "Стрепто..."
Не то "мицид", не то "мицин".
- Рифма остроумная, но дети не знают стрептомицина."

З. Паперный. Приглашение к радости