Человек идет вперед,
Человек вперед шагает.
Там его никто не ждет,
Здесь никто не провожает.
И куда идет - забыл,
И откуда - помнит худо.
Лишь столбы, столбы. столбы
В никуда из ниоткуда.
И уже который год,
Голод куревом сжигая,
Человек идет вперед,
Человек вперед шагает.

А по крышам небо потекло
В три ручья на пыльное стекло.
Мимо, мимо жилистых домов
Проплывают листики зонтов.
А на нашей кухоньке тепло.
Небо проливается в стекло.
Обжигает нёбо терпкий чай.
И плечо касается плеча.

С вековечною тоскою
Глухо, хрипло и не в лад
На луну собаки воют,
Душу людям бередят.

Небо дышит одноглазо,
Псам заглядывает в рот.
Сплюнет дядька: "Вот зараза!"
Палкой толстою швырнет.

Но, споткнувшийся в потемках,
Сядет с псиною вдвоем.
И душа завоет тонко
Что-то жалобно своё.

Из порожнего в пустое
Звезды катятся в ночи.
А собаки воют, воют,
А луна молчит, молчит.

От старых индейских Америк,
Которых уже не найти,
Вползают устало на берег,
Ища завершенья пути.
От устали в мыле и пене,
Упасть бы на этот песок,
Но замерли лишь на мгновенье,
И их отпускает Восток.
Лишь тайны стремительный запах
Оставят на пару глотков.
И снова уходят на Запад,
К индейцам из прошлых веков.

Пошли кататься мы
В трамваях зайцами,
До ночи мающей
И облегающей.

Держались за руки,
Жевали пряники.
И под рекламами
Всё целовались мы.

Шепталась улица:
- Гляди - цалуются!
А с крыши плакали
От счастья ангелы.

Так, неумелые,
Весну мы делали.
- А может, в гнездышко?
- Конечно, солнышко!

Я на этой планете,
Надоевшей китам,
Не последний из йети,
И не первый Адам.
Суечусь насекомо,
Избегая воды.
Оттого ль мне знакомы
Все в округе мосты?

Ну, а милая дама
Первородных кровей,
Та, что любит Адама
Вкупе с йетти во мне,
Улыбается ясно,
Прикорнув на плече.
Ей с рожденья подвластны
Миллионы вещей.

Ей до смерти известны
И огонь и вода.
То скромна, как невеста,
То не знает стыда.
В мировом катаклизме,
Опускаясь на дно,
Может быть, что спастись мне
Ей одною дано.

Но пока в передышке,
И в согласьи со всем,
Спим, как серые мышки,
Что прокрались в Эдем.
И крылатый хранитель
Врат, ведущих в века,
Знает нашу обитель,
Но не гонит пока.

Вот и марта уж восьмое,
Птицы звонкие поют,
И мужчины дружным строем
К милым женщинам бегут.
Я ж ленивый словно панда,
Как сурок - опухший я.
Поздравляю женщин
С мартом По инету скушному.

Старый дедушка-сказочник
Пустит в лодочку утлую.
Старый дедушка-сказочник
Тянет песенку глупую,
Заводную считалочку,
Что забыли мы сами.
Старый дедушка-сказочник,
Отвезет меня к маме.

А потом, хоть потоп, хоть трава не расти,
И отравленный честью уже не в чести.
Супротивники зла задохнулись в золе.
И лелеет мозоли свои мавзолей.

И куда не оглянешься - нету огня,
Словно разом бы вдруг отменили меня,
Зачеркнули, турнули, поставили крест.
Все равно мол не в наш пробирается лес.

Все равно мол не нашим молился богам.
Раз не друг - непременно метнется к врагам.
Вот напасть же, и песня уже не спасет.
Потому что потоп. И трава не растет.

Небо перекособочено,
В небе окна заколочены,
Тучи мохом серым стелятся,
Светляками ночью светятся.

Если есть хоть капля жалости,
Приходи сюда пожалуйста.
А иначе пропаду в тиши
Я без ласковой хозяюшки.

Ночь приплясывает,
Звезды сбрасывает.
Будем звезды собирать
Одноразовые.

Эй - кому кило за полтинник?
Покупайте скорее оптом!
Мы же сами за них заплатили
Горьким опытом.

Их в своей крови остужали, и
У друзей и подруг их крали.
Одна звезда - одно желание!
А можете подарить крале!

Это самое верное дело,
Гарантия - почти навеки.
.......................
(Остерегайтесь китайских подделок)
.......................
(И фейерверков)

Кусочками мяса,
Волков приручать,
Я страшен и ласков,
Как нож палача.
Меня без раздумий
Загрызли бы в миг,
Но слишком безумен
Кажусь я для них.

Они бы напали,
Ослабни я чуть,
Но режу их сталью,
И мясом плачу.
Я тоже из диких,
Я - хищных кровей.
Я - волчий владыка,
И зверь средь зверей.

То нежно, то страшно
Клинок мой разит.
Я - солнышко наше,
И кто возразит?
Как это пьяняще -
Блистательный трюк,
Волков настоящих
Прикармливать с рук.

Как по нашей площади
Проскакали лошади.

Гривы -серебристые,
Бьют копыта быстрые.

Так воздушно и легко
Раздается: "Иго-го!"

Очень быстро проскакали,
Проскакали и пропали.

Только эхо мелкой крошкой
Нас щекочет понемножку.

Глядь, а лошади-то - вот!
Скачут по небу вперед:

Белые коняшки
С солнцем в догоняшки.

Белка и Стрелка — собаки, запущенные в космос на советском корабле «Спутник-5»,
прототипе космического корабля «Восток», и находившиеся там с 19 по 20 августа 1960 года .
Белка и Стрелка — первые живые существа, благополучно вернувшиеся на Землю после орбитального полета.
В настоящее время чучела животных находятся в «Музее Космонавтики» в Москве.


В один конец с билетом волчьим.
Мы на дорожку помолчим.

Судьба уже пускает слюни.
Зато мы ближе всех к Луне.

Но если вдруг случится чудо,
И мы вернемся в отчий дом,

То у последнего причала
Набьют в награду чучела.

А на столе записка:
"Себе отвари сосиску.
Сделай уроки с детьми.
Проверь в дневниках оценки.
Ушла на собрание, буду к восьми.
А не приду - прости.
Значит, поставили к стенке".

Вот десантники идут,
Песни громкие поют,
Песни громкие поют,
Про нелегкий ихний труд.
Морды все багровые,
Кулаки пудовые.
На пути их сгинет всяк,
Даже если он не враг.

А навстречу им ОМОН,
Тоже в общем-то силен,
Тоже в общем-то силен,
И дубинками снабжен.
Морды все за масками,
Кулаки неласковы.
Всем по морде насуют
За профессию свою.

Между двух стихийных сил,
Я почти что проскочил,
Я почти что проскочил,
Но по морде получил.
А еще по почкам,
И по лепесточкам.
Ну, а не фиг, мать етить,
В парке с книжками ходить!

Уж такая практика
В парке в день десантника.

Эта ночь, словно мед, сладка,
Мне хватило и полглотка,
Чтоб напиться с тобою вдрызг
Ослепительных звездных брызг.
Чтоб валяться, как в полусне
На распластанной простыне,
Задевая плечом плечо.
И похмельно прося: "Ещё!".

Польша - уже заграница,
Зорко бдит вертухай.
Цыпленок жаренный превратится
В красного петуха.
И по сёлам и весям
Весело полетит.
А душа - ничего не весит,
Всякий отбросив стыд.
Что ей цена? - лишь грошик
И бесполезный стон.
Здравствуйте, господин хороший,
Гражданин Пинкертон.

......................
И когда я вижу, что наша интеллигенция вдруг исчезла, что наша молодежь впервые за сто лет оказалась без «идей» и «программ», что в искусстве сейчас порнография, а в литературе хулигантство, я не говорю, что это реакция, а я говорю, что это нахлынул откуда-то сполшной готтентот и съел в два-три года всю нашу интеллигенцию, съел все наши партии, программы, идеологии, съел нашу литературу и наше искусство, и если где еще остались какие-нибудь неприметные корешки, - рожки и ножки, - он и те съест – так, что и сам не заметит, и весь мир, всю Россию превратит вдруг в пустыню, и водрузит тогда знамя, и на знамени этом напишет:

ЭЛЕКТРОПОЯС!!!
Только для мужчин!!!
Не впадайте в отчаяние.
Брошюра о поясе бесплатно!
(Множество лестных отзывов и благодарственных писем!)
......................

К.И.Чуковский "Нат Пинкертон и современная литература" 1908

А на солнце после ливня
Пахнет медом и полынью,
И бесчисленной ромашки
Тса сверкают лепестки.
Сквозь намокшую рубашку,
Тёмно дразнятся соски.

А глаза чернеют ярко,
Ах, как жарко, ох как жарко,
И уже не так невинен
У касания ответ.
Пахнет медом и полынью.
Нам всего пятнадцать лет.